— Всё просто, понимаешь. Они банально просчитали, что в долгосрочной перспективе такая позиция принесёт им гораздо больше выгоды.

— Хм?

Айрис недоумённо склонила голову набок. Перенеся вес тела не в ту сторону, она на мгновение потеряла равновесие и принялась забавно размахивать руками прямо у меня на спине, пытаясь удержаться. До чего же милое зрелище.

Как бы то ни было, судя по объяснениям Хелены, империя пошла на этот шаг не от хорошей жизни — скрыть произошедшее было попросту невозможно.

— Как вообще можно заставить замолчать каждого, кто находился в тот момент в аудиенц-зале? Более того, даже если они не знают всей правды, найдётся немало тех, кто из одних только подозрений начнёт копать глубже.

Раз уж лицо всё равно будет потеряно, лучше принять удар с достоинством, чем вести себя жалко и нелепо. Вместо того чтобы выставлять империю дурой, которую водили за нос, они преподнесут это так, будто культисты были настолько опасны и коварны, что подобная трагедия оказалась неизбежной. И, как и всегда, империя продемонстрирует свою непоколебимую решимость, объявив культу войну до победного конца. А если с подачи Хелены они раздуют тему необходимости всеобщего объединения перед лицом ужасающего Апостола Злого Бога, прямо как триста лет назад…

— Если всё пойдёт по плану, они не только минимизируют репутационные потери, но и, по их расчётам, смогут занять лидерские позиции в будущем альянсе.

Иными словами, они пытались отыскать новые возможности посреди масштабного кризиса, вместо того чтобы оставить всё как есть, признав это рядовой катастрофой. Поскольку для реализации этой задумки сотрудничество с Церковью Праведного Сияния было жизненно необходимо, они, очевидно, первым делом доверились Хелене.

Объяснив всю подноготную, Хелена бросила на меня осторожный, выжидательный взгляд и нерешительно продолжила:

— Ну… под конец они кое-что добавили.

— В чём дело, Хелена? Говори как есть.

— Хоть они и не сказали об этом прямым текстом, но, кажется, империя твёрдо вознамерилась выставить тебя главным героем, братец.

— О как.

Так вот в чём дело? В последнее время я и сам стал замечать, что вокруг моего имени циркулируют какие-то совсем уж запредельные, пафосные слухи. «Легендарный Полудракон», «Противник Злого Бога», «Спутник Святой, признанной Богом Солнца» — какими только титулами меня теперь не награждали. Такое откровенное, неприкрытое восхищение казалось странным, но теперь всё встало на свои места: они банально пытались перекрыть позорное пятно от того, что Императрица оказалась лидером культа, продвигая нового, сияющего народного героя в моём лице.

Ну, в общем-то, рост популярности — штука полезная. В этом мире слава была неразрывно связана с авторитетом и реальной властью, а уж нести это бремя я теперь был более чем способен, но всё же…

— Так вот почему все вокруг в последнее время стали так назойливо ко мне приставать.

— О боже, Карла мне как раз кое-что рассказывала на этот счёт. Она упомянула, что из-за слухов о твоей невероятной преданности своей женщине местные аристократы теперь из кожи вон лезут, пытаясь сосватать тебе своих дочерей, а дворцовые служанки строят глазки буквально каждые десять минут?

— Если бы только это! Рыцари, которые были тогда в зале, при виде меня застывают как вкопанные, а потом трусливо сбегают, словно повстречали доисторического монстра. Маги без конца умоляют меня обучить их драконьей магии, о которой я сам имею весьма смутное представление. А что творят жрецы… Стоило им узнать, что я официально не принадлежу к Церкви Праведного Сияния, как они принялись преследовать меня по пятам, зачитывая догматы и усердно пытаясь обратить в свою веру. И ведь ведут себя, заразы, предельно вежливо, из-за чего их даже строго приструнить не получается!

Сам того не замечая, я выдал длинную, накипевшую тираду жалоб.

Довольная Айрис тем временем грациозно устроилась на моей пояснице и снова кокетливо склонила голову:

— Хм? Ну, по крайней мере, насчёт рыцарей всё логично: они были до полусмерти напуганы видом своего лидера, который впал в состояние полуберсерка.

С этими словами она окончательно распласталась по моей спине, тихонько хихикая и забавно прижимаясь ко мне своей не то чтобы выдающейся грудью.

— В общем, просто смирись. У славы всегда есть подобные побочные эффекты и неудобства.

— И откуда тебе это знать, Айрис?

— Когда я была маленькой, в те времена, когда высшие эльфы стояли наравне с королевской знатью, я и сама была весьма известной личностью. Как ты знаешь, я отмечена особым божественным благословением.

Айрис горделиво выпятила грудь, ударившись в ностальгические воспоминания о том, как лет пятьсот назад эльфы относились к ней словно к настоящему айдолу. Впрочем, оно и неудивительно: если среди расы появляется вечно молодой ребёнок, щедро одарённый милостью бога, он закономерно становится объектом всеобщего поклонения. По словам Ионы, в прошлом с Айрис действительно носились как с принцессой, и на то были веские причины.

Но всё же… Пятьсот лет назад? Серьёзно? Не слишком ли давно это было?

Я тихонько усмехнулся абсурдности её аргумента. Айрис же, лениво перебирая мои волосы, негромко прошептала:

— Пускай это раздражает, не стоит так категорично от этого открещиваться. Помимо очевидного шума, у широкой известности есть и неоспоримые плюсы.

— Твоя правда.

К примеру, отношение к моим спутницам изменилось самым кардинальным образом. Хоть официально приказы ещё не были подписаны, вовсю шли разговоры о полном очищении имени Карлы и присвоении Элише статуса квази-дворянки. Раньше, будучи рабынями, они в любом случае рисковали столкнуться с пренебрежением или косыми взглядами со стороны высокомерной знати. Но теперь об этом не шло и речи.

Похоже, то, как Карла самоотверженно успокаивала меня во время буйства драконьей формы, произвело на очевидцев неизгладимое впечатление. Вместо того чтобы проявлять к Карле и Элише неуважение, дворцовая стража и вельможи теперь сами жестоко карали любого, кто посмел бы вякнуть в их сторону, даже до того, как мне приходилось вмешиваться лично. Как-то раз сынок одного графа решил высокомерно повысить голос, так его тут же скрутил патрульный отряд рыцарей и уволок в неизвестном направлении. С тех пор этот парень при случайной встрече со мной начинал мелко дрожать и испуганно давал дёру.

Выслушав мой рассказ, Хелена удовлетворённо кивнула:

— Воистину так. Брат, в аудиенц-зале ты был невероятно грозен. Но в то же время — поистине великолепен.

— Да ладно?

— Да. Даже Праведное Сияние поначалу относилась к тебе с некоторой настороженностью. Но в последнее время, стоит ей заговорить о тебе, она только и твердит: «Какой сильный и впечатляющий самец!»

— Какой… кто?

— «Самец». Вот даже только что, во время молитвы… Ну правда же, это ведь чистая правда, так что я ничего не могу с этим поделать. Разве не вы сами, Богиня, говорили, что нужно жить честно и не плодить ложь?

Хелена принялась бормотать что-то себе под нос, явно ведя оживлённую дискуссию с Солари. Если раньше для общения с богиней ей требовалось совершить хотя бы короткий молитвенный ритуал, то теперь их сознания вполне сносно сосуществовали прямо в процессе повседневных дел. Похоже, недавний инцидент, когда Солари задействовала тело Хелены для высвобождения колоссальной божественной мощи, сильно сблизил их. Для неё как для Святой это был колоссальный личностный и духовный рост.

Хотя со стороны это выглядело донельзя комично!

Если подумать, Хелена была далеко не единственной, кто совершил качественный скачок. Похоже, моя драконья трансформация послужила отличным стимулом для развития всей команды. Элиша, внимательно наблюдавшая за тем, как я манипулировал рассеянной в пространстве маной и заново пересобирал её в заклинания, явно поймала какое-то глубокое озарение. Айрис, лицезревшая процесс выжигания божественной энергии Кипящего Безмолвия, теперь активно изучала следующий этап комбинирования стихийных элементов.

Что касается Карлы, то она, опираясь на ощущения от резонанса с моим ядром, усердно пыталась воссоздать оригинальную Дыхательную Технику Линтблума. Как только она полностью структурирует эти знания, я планировал лично помочь ей объединить ядро и тело по разработанной мною методике.

Даже сейчас я поймал себя на том, что краем глаза отрешённо наблюдаю за Карлой, которая медитировала чуть поодаль. Я сам велел ей полностью сосредоточиться на тренировках и ни на что не отвлекаться, если она нащупает правильное направление. И всё же, видеть её сидящей там в полном одиночестве было как-то… немного тоскливо.

Я шумно вздохнул и резко перевернулся со спины.

— Ой!

Айрис, до этого беззаботно дурачившаяся у меня на спине, кубарем полетела в сторону. Я среагировал мгновенно: перехватил её в воздухе и аккуратно передал в руки Элише. Изрядно напуганная эльфийка удивлённо захлопала глазами, не понимая, что произошло. Элиша нежно похлопала Айрис по спине, успокаивая, а затем осторожно усадила её обратно мне на плечо.

Хвать.

Почувствовав, как эльфийка испуганно и мёртвой хваткой вцепилась в мою голову, словно маленькая коала, я подавил мимолётный смешок от нелепости картины.

В этот самый момент грудь Хелены, продолжавшей тихо бубнить себе под нос, внезапно озарилась мягким сиянием. Секунду спустя прямо в воздухе соткался полупрозрачный силуэт.

Длинные, струящиеся белоснежные волосы. Слегка нахмуренные изумрудные глаза. Мягко приоткрытые губы, с которых сорвался едва слышный, усталый вздох — перед нами предстала утончённая, явно измождённая красавица. Клара с предельно утомлённым видом опустилась на то место, которое я только что освободил.

— Ну честное слово. Это уже ни в какие ворота не лезет. Ладно Праведное Сияние порой бывает излишне наивной, но Хелена-то куда смотрит? Чтобы Святая так открыто подначивала божество, которому служит… Хотя, с другой стороны, тут и сама Владычица хороша — умудрилась увести мужчину у собственной же Святой… Эх. Вот в мои времена…

Клара с ходу, без единой запинки, разразилась бурной тирадой жалоб. Ну… в принципе, если безвылазно сидеть внутри медальона и изо дня в день наблюдать за всем этим балаганом, у кого угодно нервы сдадут. Помню, в прошлый раз Хелена и вовсе заперла Клару в тёмном хранилище, когда у нас намечались определённые, кхм, уединённые планы. В глубине души я считал, что подобное непочтительное отношение Клары к своей богине было самым чистокровным богохульством из всех возможных, но предпочёл благоразумно оставить эту мысль при себе.

— Если подумать, Хелена и Праведное Сияние действительно похожи во многих вещах, и далеко не только внешне. А вот вы, госпожа Клара, от них заметно отличаетесь.

— Хм. Твоя правда. Грудь у меня поменьше, чем у Хелены. Зато ноги длиннее, разве нет? В моё время это называлось «изящным телосложением».

— Погодите, с чего вдруг наш разговор свернул в это русло?

— Ну так Яндел сам первым делом уставился мне на грудь, разве я не права?

— …

Эх.

Поймали с поличным.