Шла уже последняя декада апреля. Мебель наконец-то собрали, вещи разобрали, и появилось ощущение, что быт налажен.

— С возвращением!

Когда я вернулся с подработки в редакции, Руна вышла в прихожую меня встретить.

— Я дома!.. — ответил я, едва сдерживая улыбку при виде её домашней одежды.

Это был комплект из худи и шорт в пастельно-розовую и белую полоску, сделанный из мягкого, пушистого материала.

Я видел, как она носила подобную домашнюю одежду ещё в старшей школе, но в основном по видеосвязи, поэтому видеть это вживую прямо перед собой было слишком волнительно.

Молния на груди, как обычно, расстёгнута довольно глубоко, а из шорт выглядывают длинные белые и такие соблазнительные ножки — я просто не знал, куда деть глаза.

— Что сегодня на ужин?!

Она игриво наклонилась и посмотрела на меня снизу вверх. Сердце ёкнуло, и я задумался.

— Э-э… пахнет мисо-супом?

— А угадаешь, с чем именно?

— Э-э?..

— Если угадаешь, дам награду.

— А? Награду?! Какую?

— Рюто может сам решить! Сделаю всё, что Рюто захочет.

Она снова посмотрела на меня снизу вверх, и это так разожгло моё желание, что мне захотелось обнять её прямо здесь и сейчас.

— Погоди, тогда я подумаю серьёзно!..

Я принюхался изо всех сил.

Если бы это был краб или моллюски, чувствовался бы специфический аромат, но если что-то другое, то запах мисо слишком сильный, и я, честно говоря, не понимаю.

Решив опереться на подсказки помимо запаха, я стал вспоминать недавнее меню ужинов Руны. Суматоха с переездом улеглась, и Руна начала нормально готовить только позавчера. Тогда мисо-суп был с тофу и вакаме, а вчера — с картошкой и луком. Значит, сегодня?..

— Хм… Опята?

Я ткнул пальцем в небо, выбрав один из популярных вариантов.

Руна удивлённо моргнула, а затем с сожалением рассмеялась.

— Близко! Грибы-то грибы, но это был майтакэ!

— Вот как.

Ну, это угадать было почти невозможно.

— Тогда второй шанс! Какое главное блюдо?

— А? Хм…

Я снова потянул носом воздух в сторону кухни: к аромату мисо-супа примешивался слабый запах подгоревшего соевого соуса.

— …Курица тэрияки?

Я назвал первое, что пришло в голову, и Руна с кривой ухмылкой протянула: «А-а».

— Мимо! Это свинина с имбирём!

— А-а!

А вот это я мог бы угадать, если бы постарался. Надо было подумать получше.

— Жаль! Награда отменяется!

— Тогда основное блюдо! Уж его-то я точно угадаю!

— Так не пойдёт! Ясное дело, что это рис, ну ты даёшь!

Смеясь и болтая, мы сели ужинать.

— Итадакимас!

Мы с Руной сложили ладони, произнесли это хором и взялись за палочки.

Обеденный стол — компактная модель на двоих, купленная в IKEA. Он такой маленький, что мог бы сойти за одноместный, но для уютной трапезы вдвоём лицом к лицу подходил идеально.

— Ой, что делать! Свинина получилась такая солёная! Кошмар!

Я только начал пить суп, когда Руна, попробовав мясо, встревоженно вскрикнула.

— Я ведь готовила строго по рецепту, может, с пропорциями ошиблась?

С этими словами она взяла лежащий на столе смартфон, чтобы проверить.

— Ах, это рецепт на четверых! Перепутала с рецептом на двоих!

Понятно, она использовала в два раза больше приправ на то же количество мяса, вот вкус и стал таким насыщенным.

Я попробовал — действительно, всё так, как сказала Руна.

— Ну как? Рюто, нормально? Если есть невозможно, можешь оставить.

— Всё в порядке. На вкус как закуска к выпивке, так что риса может не хватить.

Я усмехнулся, а Руна широко раскрыла глаза: «Точно!»

— Можно же поесть, запивая алкоголем! Тогда, может, выпьем немного?

С этими словами Руна направилась к холодильнику на кухне.

— Рюто тоже будет?

Глядя на Руну, обернувшуюся с банкой лимонного сауэра в руке, я почувствовал атмосферу жизни молодожёнов и невольно расплылся в улыбке.

— Ага, давай.

И мы чокнулись банками с лимонным сауэром.

— Ваше здоровье!

— Будем.

Руна — весело, а я — немного смущённо.

Благодаря коктейлю свинина с имбирём благополучно перекочевала в наши желудки.

— …Я немного опьянела.

Пока мы чистили зубы после еды, Руна положила голову мне на плечо.

— Рюто-о…

От её голоса, звучавшего так соблазнительно и немного в нос, в груди вспыхнул огонь желания.

— Какую награду ты хочешь?

Услышав шёпот над ухом, я удивился и посмотрел на Руну.

— Я же не угадал меню, разве мне полагается награда?

Руна посмотрела на меня затуманенным взглядом, её лицо слегка покраснело от алкоголя.

— Ничего, в виде исключения я тебя послушаю.

Моё сердце уже бешено колотилось, но разум оставался холодным.

— Эм, ну тогда…

Я тихо прошептал своё желание Руне на ушко.

— …Рюто — пошляк.

Когда я отстранился, Руна с пылающими щеками пристально посмотрела на меня.

— …Нельзя?

Спросил я, но она мягко улыбнулась и прижалась ко мне.

— Можно.

Я обнял слегка разгорячённое тело Руны, и мы, сплетаясь, направились в спальню.

◇

Когда я проснулся, рядом спала Руна.

Утренний свет, просачивающийся сквозь щель в шторах, слабо освещал её профиль; она мирно спала лицом вверх. Одеяло, укрывающее её по грудь, мерно вздымалось и опускалось.

Её лицо без макияжа, к которому я уже порядком привык, как и прежде, выглядело немного по-детски и очень мило. Я настолько любил эту естественную Руну, что мне казалось, ей вообще незачем краситься.

Мне нравилось это короткое время до звонка её будильника, когда я мог вот так любоваться спящей Руной. Наверное, поэтому у меня и вошло в привычку просыпаться чуть раньше неё.

Ведь когда она не спала, наши взгляды сразу встречались, и под пристальным взором её больших глаз я смущался и не мог смотреть на неё столько, сколько хотелось.

Для такого парня, как я, часы её сна были драгоценной возможностью вдоволь налюбоваться её образом.

Вдруг её ресницы слегка дрогнули, и Руна приоткрыла глаза.

— Рюто?..

Я встретился с её влажным взглядом, напоминающим утреннюю росу, и, как ни странно, разволновался, словно в первый раз.

— Слава богу, это Рюто.

Руна тихо улыбнулась. В ленивом шорохе одежды, когда она всем телом повернулась ко мне, чувствовалось что-то соблазнительное.

— Мне снилось, что Рюто уехал далеко-далеко, и мы почти не могли видеться…

От этих слов у меня ёкнуло сердце, ведь было кое-что, о чём я ещё не сказал Руне.

— Хи-хи, странно. Такого ведь уже давно нет и не будет.

Весело рассмеявшись, Руна прижалась ко мне.

— …Ты права.

Немного радуясь тому, что она не видит моего лица, я со смешанными чувствами обнял её в ответ.

Веря, что это счастливое утро непременно продлится и в будущем.

◇

Конечно, и я узнаю новые стороны Руны.

Это случилось в одно из воскресений, когда у Руны был выходной, и мы собирались вместе в торговый центр.

Как и в будни, когда ей нужно в школу или на работу, Руна собирается невероятно долго.

«Да что ж там можно делать?» — недоумевал я, глядя, как она сидит перед зеркалом и тщательно красится. Когда же мне казалось, что макияж закончен, она надолго исчезала в спальне, выбирая одежду, а потом ещё и укладка волос занимала кучу времени.

— Слышь, Рюто-о?

Когда макияж был успешно завершён и настал черёд выбора одежды, Руна позвала меня из спальни.

Она с озадаченным видом разглядывала два топа.

— Как думаешь, какой лучше?

Началось!

Я мысленно приготовился к той самой проблеме, о которой часто говорят: «Нужно угадать тот вариант, который она уже выбрала».

— Сегодня дождь, поэтому я подумала надеть мини-юбку и высокие сапоги, но для сапог уже, наверное, не сезон, так что прозрачные ботильоны были бы в тему, но они же промокнут? А если промокнут ноги, то будет холодно, поэтому я думаю, что лучше надеть верх из плотного трикотажа, как считаешь?

С этими словами она повесила один из топов обратно в шкаф.

— …………

Э-э? В смысле «какой лучше»? Я думал, мне нужно выбрать из двух вариантов, но ведь она, по сути, уже сама всё решила, разве нет?

— …Н-ну да. Наверное, так будет лучше?

Я ответил с опаской, но лицо Руны просияло.

— Вот и я так думаю! Отлично, спасибо!

Она радостно рассмеялась.

— Всё-таки хорошо, что я с Рюто посоветовалась!

— Аха-ха.

Это вообще можно назвать советом?

Но, наверное, если, проговорив всё мне, она смогла упорядочить свои мысли, то можно считать, что я был полезен, и это хорошо.

Спустя пятнадцать минут.

— …Ещё долго?

Я заглянул в ванную: Руна как раз накручивала волосы плойкой.

— Ещё пять мину-ут! — ответила она взволнованным голосом. — Что-то сегодня укладка не идёт. Немного задерживаюсь!

— Я-ясно.

«Она и так красивая, зачем ей так стараться с укладкой?» — подумал я, но раз Руна так говорит, остаётся только ждать.

Когда мы наконец вышли из дома, на улице шёл дождь.

Мы дошли до станции под зонтом, сели в поезд, и тут Руна, увидев своё отражение в окне, тяжело вздохнула.

— А-а, кошмар. Я так старалась, накручивала, а из-за дождя всё уже распрямилось…

— А что, от воды локоны распрямляются?

В ответ на моё невежество Руна удручённо произнесла:

— Ну, если помыть голову в душе, укладка же смывается? Вот так и здесь…

— Понятно.

Но ведь намокнуть — обычное дело в повседневной жизни, да и летом от пота не спасёшься. Я подумал, что если так следить за внешностью, как Руна, то, наверное, приходится сильно ограничивать себя в действиях, чтобы сохранить красоту.

Даже когда мы приехали в торговый центр, Руна всё ещё переживала из-за причёски и была не в духе.

— Я ведь так красиво накрутилась…

— …Ничего страшного. Ты всё равно милая, — сказал я, колеблясь, что именно стоит говорить в такой ситуации.

— …Спасибо…

Но лицо Руны оставалось мрачным.

Что же ещё мне сказать?..

Я подумал о том, что меня заставили ждать целую вечность, а теперь ещё и жалуются, и мои чувства… — и тут меня осенило.

Понятно. Дело в чувствах.

Я представил, что чувствовала Руна: она хотела накрутить волосы, даже заставив меня ждать, а все эти усилия пошли прахом.

— …Руна и сейчас милая, но… — начал я, глядя на её всё ещё пасмурное лицо. — Жаль, что ты так старалась накрутиться, а всё распрямилось. Руна с кудряшками тоже… была очень милой.

Руна тут же просияла и посмотрела на меня.

— Ой, как приятно.

Её щёки покраснели, и она улыбнулась.

— Ладно, Рюто хоть на секунду увидел, буду считать, что этого достаточно!

С этими словами, полными энергии, Руна заложила руки за спину и посмотрела в потолок.

— Хи-хи, настроение как-то поднялось.

Пробормотала она словно сама себе, а затем опустила голову.

Её губы, тронутые улыбкой, беззвучно шевельнулись.

«Понятно. Я просто хотела, чтобы Рюто понял мои чувства».

Затем она посмотрела на меня и снова улыбнулась.

— Спасибо, Рюто!

Эта улыбка Руны была той самой, моей любимой.

С этого момента Руна, как и планировалось, смогла наслаждаться шопингом.

— О, "Gelato Pique"!

Руна, разглядывавшая витрины по ходу движения, остановилась перед одним из магазинов.

Это был магазин домашней одежды пастельных тонов из мягкого, пушистого материала. Я понял, что привычная домашняя одежда Руны именно отсюда.

— Можно заглянуть ненадолго?

— Давай.

Стоило мне ответить, как она потянула меня за руку, и мы вместе вошли внутрь.

Кажется, основной ассортимент — домашняя одежда для молодых девушек, но были и вещи для младенцев и детей, что меня удивило. Я не помню, чтобы даже в детстве меня одевали во что-то такое милое.

Пока я рассеянно размышлял об этом, Руна, всё ещё держа меня за руку, заговорила:

— Твоя домашняя одежда, Рюто, совсем не похожа на домашнюю, да?

— Правда?

«Она просто настолько растянутая, что на улицу в ней не выйдешь», — подумал я, отвечая.

Действительно, в отличие от Руны, я, наверное, никогда не покупал одежду специально для дома. Когда вещи выцветали или теряли форму и выходить в них на улицу становилось стыдно, они переходили в разряд домашних — вот и всё.

— Не хочешь носить что-то такое?

— А что, есть и мужские модели?

— Ага, мужские тоже есть. Классно же, когда парень с девушкой одеты в одном стиле. Смотри!

Я посмотрел туда, куда указывала Руна: два манекена стояли рядом в пижамах разных цветов. Манекен поменьше был одет в пастельную полоску, как у Руны, а тот, что побольше — в полоску спокойных тонов. Видимо, это пример парного образа.

— …Как-то неловко.

Представив себя, закутанного в это пушистое облако, я почувствовал себя не в своей тарелке — мне казалось, это совсем не в моём стиле.

— А ты бы примерил, — сказала Руна с лёгким разочарованием на лице и вышла из магазина.

— Сюда тоже можно?

Увидев следующий магазин, у которого остановилась Руна, я застыл.

— Э-э?..

Это был магазин женского нижнего белья.

— Т-тогда я подожду где-нибудь здесь…

— Э-э, почему? Разве ты не выберешь вместе со мной?

— В-выберу?..

Выбирать её нижнее белье вместе?! Что это за событие из жизни прожжённых ловеласов?!

— Н-но разве в такие магазины можно заходить не только женщинам?

— Вовсе нет! Некоторые парни приходят одни, чтобы купить подарок девушке. А заходить парой — это вообще обычное дело, понимаешь?

— Обычное…

Не думаю… По крайней мере, в моей жизни такого «обычного»… не было.

— Я вообще-то всегда хотела прийти сюда с Рюто! Ну, пожалуйста, можно?

Когда она вот так смотрит на меня снизу вверх, я не могу устоять.

— Ладно…

Так я впервые в жизни зашёл в магазин женского белья.

— Ой, какая прелесть♡

В то время как я не знал, куда деть глаза, Руна чувствовала себя как рыба в воде и осматривала ассортимент.

— Эй, смотри-смотри, Рюто, как тебе это?

— А?!

Я с опаской посмотрел в указанном направлении: там на вешалке висел комплект из бюстгальтера и трусиков.

◇

Конечно, и я узнаю новые стороны Руны.

Это случилось в одно из воскресений, когда у Руны был выходной, и мы собирались вместе в торговый центр.

Как и в будни, когда ей нужно в школу или на работу, Руна собирается невероятно долго.

«Да что ж там можно делать?» — недоумевал я, глядя, как она сидит перед зеркалом и тщательно красится. Когда же мне казалось, что макияж закончен, она надолго исчезала в спальне, выбирая одежду, а потом ещё и укладка волос занимала кучу времени.

— Слышь, Рюто-о?

Когда макияж был успешно завершён и настал черёд выбора одежды, Руна позвала меня из спальни.

Она с озадаченным видом разглядывала два топа.

— Как думаешь, какой лучше?

Началось!

Я мысленно приготовился к той самой проблеме, о которой часто говорят: «Нужно угадать тот вариант, который она уже выбрала».

— Сегодня дождь, поэтому я подумала надеть мини-юбку и высокие сапоги, но для сапог уже, наверное, не сезон, так что прозрачные ботильоны были бы в тему, но они же промокнут? А если промокнут ноги, то будет холодно, поэтому я думаю, что лучше надеть верх из плотного трикотажа, как считаешь?

С этими словами она повесила один из топов обратно в шкаф.

— …………

Э-э? В смысле «какой лучше»? Я думал, мне нужно выбрать из двух вариантов, но ведь она, по сути, уже сама всё решила, разве нет?

— …Н-ну да. Наверное, так будет лучше?

Я ответил с опаской, но лицо Руны просияло.

— Вот и я так думаю! Отлично, спасибо!

Она радостно рассмеялась.

— Всё-таки хорошо, что я с Рюто посоветовалась!

— Аха-ха.

Это вообще можно назвать советом?

Но, наверное, если, проговорив всё мне, она смогла упорядочить свои мысли, то можно считать, что я был полезен, и это хорошо.

Спустя пятнадцать минут.

— …Ещё долго?

Я заглянул в ванную: Руна как раз накручивала волосы плойкой.

— Ещё пять мину-ут! — ответила она взволнованным голосом. — Что-то сегодня укладка не идёт. Немного задерживаюсь!

— Я-ясно.

«Она и так красивая, зачем ей так стараться с укладкой?» — подумал я, но раз Руна так говорит, остаётся только ждать.

Когда мы наконец вышли из дома, на улице шёл дождь.

Мы дошли до станции под зонтом, сели в поезд, и тут Руна, увидев своё отражение в окне, тяжело вздохнула.

— А-а, кошмар. Я так старалась, накручивала, а из-за дождя всё уже распрямилось…

— А что, от воды локоны распрямляются?

В ответ на моё невежество Руна удручённо произнесла:

— Ну, если помыть голову в душе, укладка же смывается? Вот так и здесь…

— Понятно.

Но ведь намокнуть — обычное дело в повседневной жизни, да и летом от пота не спасёшься. Я подумал, что если так следить за внешностью, как Руна, то, наверное, приходится сильно ограничивать себя в действиях, чтобы сохранить красоту.

Даже когда мы приехали в торговый центр, Руна всё ещё переживала из-за причёски и была не в духе.

— Я ведь так красиво накрутилась…

— …Ничего страшного. Ты всё равно милая, — сказал я, колеблясь, что именно стоит говорить в такой ситуации.

— …Спасибо…

Но лицо Руны оставалось мрачным.

Что же ещё мне сказать?..

Я подумал о том, что меня заставили ждать целую вечность, а теперь ещё и жалуются, и мои чувства… — и тут меня осенило.

Понятно. Дело в чувствах.

Я представил, что чувствовала Руна: она хотела накрутить волосы, даже заставив меня ждать, а все эти усилия пошли прахом.

— …Руна и сейчас милая, но… — начал я, глядя на её всё ещё пасмурное лицо. — Жаль, что ты так старалась накрутиться, а всё распрямилось. Руна с кудряшками тоже… была очень милой.

Руна тут же просияла и посмотрела на меня.

— Ой, как приятно.

Её щёки покраснели, и она улыбнулась.

— Ладно, Рюто хоть на секунду увидел, буду считать, что этого достаточно!

С этими словами, полными энергии, Руна заложила руки за спину и посмотрела в потолок.

— Хи-хи, настроение как-то поднялось.

Пробормотала она словно сама себе, а затем опустила голову.

Её губы, тронутые улыбкой, беззвучно шевельнулись.

«Понятно. Я просто хотела, чтобы Рюто понял мои чувства».

Затем она посмотрела на меня и снова улыбнулась.

— Спасибо, Рюто!

Эта улыбка Руны была той самой, моей любимой.

С этого момента Руна, как и планировалось, смогла наслаждаться шопингом.

— О, "Gelato Pique"!

Руна, разглядывавшая витрины по ходу движения, остановилась перед одним из магазинов.

Это был магазин домашней одежды пастельных тонов из мягкого, пушистого материала. Я понял, что привычная домашняя одежда Руны именно отсюда.

— Можно заглянуть ненадолго?

— Давай.

Стоило мне ответить, как она потянула меня за руку, и мы вместе вошли внутрь.

Кажется, основной ассортимент — домашняя одежда для молодых девушек, но были и вещи для младенцев и детей, что меня удивило. Я не помню, чтобы даже в детстве меня одевали во что-то такое милое.

Пока я рассеянно размышлял об этом, Руна, всё ещё держа меня за руку, заговорила:

— Твоя домашняя одежда, Рюто, совсем не похожа на домашнюю, да?

— Правда?

«Она просто настолько растянутая, что на улицу в ней не выйдешь», — подумал я, отвечая.

Действительно, в отличие от Руны, я, наверное, никогда не покупал одежду специально для дома. Когда вещи выцветали или теряли форму и выходить в них на улицу становилось стыдно, они переходили в разряд домашних — вот и всё.

— Не хочешь носить что-то такое?

— А что, есть и мужские модели?

— Ага, мужские тоже есть. Классно же, когда парень с девушкой одеты в одном стиле. Смотри!

Я посмотрел туда, куда указывала Руна: два манекена стояли рядом в пижамах разных цветов. Манекен поменьше был одет в пастельную полоску, как у Руны, а тот, что побольше — в полоску спокойных тонов. Видимо, это пример парного образа.

— …Как-то неловко.

Представив себя, закутанного в это пушистое облако, я почувствовал себя не в своей тарелке — мне казалось, это совсем не в моём стиле.

— А ты бы примерил, — сказала Руна с лёгким разочарованием на лице и вышла из магазина.

— Сюда тоже можно?

Увидев следующий магазин, у которого остановилась Руна, я застыл.

— Э-э?..

Это был магазин женского нижнего белья.

— Т-тогда я подожду где-нибудь здесь…

— Э-э, почему? Разве ты не выберешь вместе со мной?

— В-выберу?..

Выбирать её нижнее белье вместе?! Что это за событие из жизни прожжённых ловеласов?!

— Н-но разве в такие магазины можно заходить не только женщинам?

— Вовсе нет! Некоторые парни приходят одни, чтобы купить подарок девушке. А заходить парой — это вообще обычное дело, понимаешь?

— Обычное…

Не думаю… По крайней мере, в моей жизни такого «обычного»… не было.

— Я вообще-то всегда хотела прийти сюда с Рюто! Ну, пожалуйста, можно?

Когда она вот так смотрит на меня снизу вверх, я не могу устоять.

— Ладно…

Так я впервые в жизни зашёл в магазин женского белья.

— Ой, какая прелесть♡

В то время как я не знал, куда деть глаза, Руна чувствовала себя как рыба в воде и осматривала ассортимент.

— Эй, смотри-смотри, Рюто, как тебе это?

— А?!

Я с опаской посмотрел в указанном направлении: там на вешалке висел комплект из бюстгальтера и трусиков.

— Говорят, этот лифчик отлично увеличивает грудь! Ну как?

— Ну как…

Мне было стыдно даже рот раскрыть, к тому же я ловил на себе взгляды других покупателей и кассира, отчего окончательно растерялся.

— Руна, мне кажется, тебе это совсем не обязательно…

— Э-э? Нельзя?

— Н-нет, дело не в том, что нельзя…

Руна любит одежду с глубоким декольте, и я забеспокоился, что другие парни будут на неё пялиться.

— Рюто, какое тебе нравится? Какой цвет, какой фасон?

— Э-э…

Я никак не ожидал такого вопроса.

— Ну скажи, раз уж мы здесь! Я всегда мечтала, чтобы парень выбрал мне бельё.

— ……

От стыда у меня, кажется, лицо начало пылать.

«Но раз это её мечта, я должен её исполнить… Ведь парень Руны — только я…» — подумал я, собрался с духом и уставился на товар.

— …Вот такое мне, пожалуй, нравится…

Я указал на комплект из чёрного кружевного бюстгальтера и трусиков, который приглянулся мне больше всего из того, что я успел заметить. На белой коже Руны это будет смотреться очень соблазнительно.

— Хм-м. Чёрное. У меня уже есть похожее… — задумчиво протянула Руна. — Я думала, тебе нравится что-то более невинное, вроде белого или розового!

— Такое тоже неплохо…

Честно говоря, если девушка привлекательная, то цвет белья не имеет значения — таково моё искреннее мнение, но Руна выбирала так серьёзно, что я промолчал.

— …Ладно, тогда возьму этот!

— А? Ты уверена?

— Ага! Раз уж пришли, хочу купить то, что нравится Рюто.

С этими словами Руна взяла чёрный кружевной комплект, посмотрела на меня снизу вверх и игриво улыбнулась.

— Я сражу тебя этим наповал.

— !..

«Ты и так это делаешь постоянно!..»

Смущённый её сексуальной милотой, я заёрзал на месте.

— Будете мерить? — спросила продавщица, которой Руна передала товар.

— Нет, всё в порядке, я здесь постоянно покупаю!

— Спасибо вам! Пройдёмте на кассу.

«Значит, она всегда здесь покупает?..»

От этой мысли я снова занервничал.

Бродить по магазину в одиночестве было выше моих сил, поэтому я вышел и стал ждать Руну снаружи.

— Прости, что заставила ждать!

Руна с улыбкой вышла из магазина.

— Хи-хи, когда бы мне это надеть? — весело прощебетала она, поравнявшись со мной. — Рюто, когда хочешь посмотреть?

— А…

От таких вопросов я окончательно смутился и потерял дар речи.

— В-в любое время… когда сама захочешь…

— Поняла!

С улыбкой ответила Руна и крепко вцепилась в мою руку.

— Давай поужинаем где-нибудь, сто лет никуда не выбирались!

— Давай.

Тепло и мягкость, которые я ощущал через руку, всё ещё смущали меня, но в то же время радовали. Переполненный счастьем, я вместе с Руной направился в зону ресторанов.

◇

Для двух новичков, мы, можно сказать, начали совместную жизнь довольно неплохо.

Домашние дела мы делили по принципу «кто заметил, тот и делает», но поскольку у нас обоих было мало свободного времени, стирка накапливалась, да и пыль тоже.

Бывало, что из-за учёбы и подработки мы подолгу отсутствовали, ели где-нибудь в городе, а домой возвращались только спать.

У Руны, занятой и учёбой, и работой, полноценных выходных было всего два дня в месяц. В этом месяце она брала отгулы для переезда, поэтому лишилась даже этих двух дней. Скоро «Золотая неделя», но в сфере торговли одежды праздников не существует.

В воскресенье, прямо перед майскими праздниками, мы ждали первых гостей в нашем доме: старшую сестру Руны, Китти-сан, и Марию-сан. Они должны были прийти к нам на ужин.

Около трёх часов дня Руна вернулась с утренней смены.

— Я дома!

— С возвращением.

Я стоял на коленях в гостиной и чистил ковёр липким валиком, собирая волосы.

— О, неужели Рюто убирался?

— Ага. Правда, я, наверное, много чего делаю неправильно.

Я криво улыбнулся, понимая, что как новичок в домашних делах действую неловко.

— Спасибо! Прости, я вообще-то хотела, чтобы ты отдохнул, но ты меня так выручил!

Руна помыла руки и, суетясь, выполняла свою привычную рутину после возвращения домой.

— Схожу за продуктами для ужина!

— Угу…

«Мы только увиделись, а она уже снова уходит», — с грустью подумал я, как вдруг Руна, надевая обувь в прихожей, посмотрела на меня.

— …Может, Рюто тоже пойдёт со мной?

Она пригласила меня с игривым выражением лица, и я, обрадовавшись, тут же вскочил.

— Ага, пойду.

Так мы вдвоём отправились в ближайший супермаркет.

— Что будем готовить? — размышляла Руна, толкая тележку и разглядывая полки. — Рюто, что ты хочешь?

— Ну… Если тебе всё равно, то я бы сейчас съел тонкацу.

— Жареное, да? Не слишком заморочно? Завтра рано вставать.

— И то верно… Потом ещё с маслом возиться, да?

— Вот-вот!

Мама использовала специальный порошок, чтобы масло затвердело, но если подумать, что всё это нужно покупать и готовить, становится лениво.

Живя с родителями, я просто заказывал блюда, не задумываясь, сколько сил уходит на готовку, потому что сам не готовил. Сейчас мне стало стыдно за себя прошлого.

— Тогда уж вкуснее купить в специализированном магазине! Купим готовое? У станции была лавка с тонкацу.

— Нет, тогда давай что-нибудь другое.

— Точно?

— Угу.

Покупать готовое выйдет дороже, чем готовить самим, а сейчас не время для расточительства.

— Ты же сказала сестре и Марии-сан, что угостишь их ужином? Если подадим готовое, будет выглядеть так, будто мы схалтурили, нет?

— И то правда!

Руна рассмеялась, словно совсем забыла об этом.

— Тогда, Рюто, есть ещё что-то, что ты хочешь?

— Хм… Карааге — тоже жареное… Может, свинину в кисло-сладком соусе?

— Свинину в кисло-сладком? — Руна округлила глаза. — Я её никогда не готовила… Но хочу расширить свой репертуар, так что можно попробовать. Ананасы там такие вкусные.

— …А-ананасы кладёшь?

Я удивлённо посмотрел на неё, а Руна ответила взглядом, полным непонимания, словно это само собой разумеется.

— Ну да? Разве свинина в кисло-сладком соусе не подразумевает ананасы?

— ………

— Неужели Рюто не любит ананасы?

Она спросила это с дразнящей интонацией, и я запнулся.

— Нет, ну… не то чтобы не люблю, но в свинине… как-то не очень…

— Вот как.

Лицо Руны стало разочарованным.

— Кстати, папа тоже был из тех, кому ананасы не нужны. Он отдавал их мне.

— Ну, если подадут, я съем.

Просто если готовить самому, то специально добавлять их я бы не стал.

— Тогда свинину отметаем. …М-да, неожиданно сложно.

— Вкусовые предпочтения у всех разные, да?

— Я думала, что знаю вкусы Рюто, но, оказывается, ещё не всё.

Руна криво усмехнулась.

В отличие от заказа в ресторане, когда готовишь сам, нужно учитывать и трудозатраты, и, по возможности, подгонять вкус под себя — о многом приходится думать.

— Тогда как насчёт карри?

Я предложил это, думая, что тут-то мы точно сойдёмся. Это блюдо часто готовят на уроках домоводства и в походах, беспроигрышный вариант для большой компании.

— Кажется, твоя сестра говорила, что любит карри?

— А, точно! Тогда давай карри! — лицо Руны просияло. — Но не слишком ли это просто? Мария не расстроится?

— Мария-сан не любит карри?

— Нет, у нас все обожают карри!

— Ну тогда всё в порядке, нет?

Когда я это сказал, Руна рассмеялась.

— Точно! О, тогда на десерт купим любимый монблан Марии! Надо не забыть зайти в кондитерскую у станции.

— Я запомню. …А, давай я повезу тележку. Прости, не заметил.

Я перехватил у Руны тележку и направился в овощной отдел.

— Ничего. Прости, что заставила пойти со мной. В выходной хочется дать тебе отдохнуть.

— Всё нормально. …Я хочу быть с Руной.

Смущаясь, я озвучил свои истинные чувства, и Руна радостно улыбнулась.

— Вот как, вот как. Поэтому я и позвала.

С этими словами она мягко положила свою руку поверх моей на ручке тележки.

— …Хорошо, что позвала.

Мы посмотрели друг другу в глаза с близкого расстояния и тихо улыбнулись.

Купив ингредиенты для карри и монблан, мы вернулись домой.

После этого мы вдвоём встали у плиты.

Я всё ещё не привык готовить. Когда еду готовит Руна, это полноценные домашние блюда, а когда я — это разогрев полуфабрикатов или жарка замороженных гёдза.

Но делать что-то вместе с Руной было весело, поэтому сегодня мы решили готовить ужин вдвоём.

В качестве угощения мы выбрали рис с карри и банья-кауда. Банья-кауда — это вроде как разновидность салата; Руна купила соус для него в супермаркете.

— …Почему-то вспоминается, как мы готовили никудзяга у Саё-ба.

Руна вдруг пробормотала это, перестав резать картошку.

Остальные ингредиенты уже булькали в кастрюле на плите. Картофель легко разваривается, поэтому по методу Руны его кладут в последнюю очередь.

— Мой уровень готовки с тех пор почти не изменился.

Хвастаться было нечем, поэтому я сказал это с кривой улыбкой.

Тогда я просто хотел помочь Руне, но сейчас мне хочется быть полезнее. Наверное, эти мысли появились именно из-за того, что мы начали жить вместе.

— Ничего не поделаешь, Рюто готовился к экзаменам, был занят в университете.

— Да не так уж усердно я и учился.

— Но ты же учился на учителя? Брал больше занятий, чем обычные студенты.

— А, ну, педагогический курс? Это да.

Просто когда рядом есть такие люди, как Кудзибаяси-кун, которые учатся постоянно, кажется, что я всё ещё просто развлекающийся студент.

— …Надо было всё-таки учиться готовить, пока было больше времени.

— Э? Почему?

— Ну, я ведь провожу дома больше времени, чем Руна… Если бы я умел готовить лучше, мог бы готовить тебе нормальную еду.

Видя, как Руна старается готовить завтрак в утренней суматохе, я с досадой думал: «Если бы только я умел готовить».

— …Я хочу научиться понемногу. Буду искать рецепты в интернете и пробовать готовить что-то простое.

— Рюто…

Руна посмотрела на меня с радостью, которая затем сменилась виноватым выражением.

— …Прости. Я так занята, что не могу готовить тебе три раза в день…

— Э-э, нет, всё нормально, правда.

Я запаниковал: я вовсе не хотел упрекать её.

— Будем учиться вместе.

Слов, может, и не хватало, но я улыбнулся Руне.

Она посмотрела на меня, улыбнулась в ответ и энергично кивнула:

— Угу!

— …Так, ладно, давай закинем картошку.

Руна взяла доску с нарезанным картофелем и отправила его в кастрюлю.

— Теперь ру… оп.

Следом она собралась положить ру, который достала из коробки.

— Руна, Руна. Разве не нужно выключить огонь, когда кладёшь ру? Я только что читал инструкцию на коробке.

— Э, серьёзно? …И правда! Ой, а я всегда кидала, пока кипит! Но всё равно же вкусно получается?

Говоря это, Руна всё же выключила огонь.

— Э, погоди, Рюто, ты неправильно режешь огурцы! Это же банья-кауда?

— А?

Разделочная доска освободилась, и я, желая показать свою расторопность, тут же принялся резать огурцы, но от удивления замер.

Это же салат, значит, резать кружочками. Так я думал.

И вообще, что такое банья-кауда? Слышать-то слышал, но сам никогда не покупал и не заказывал, так что представления не имею.

— Овощные палочки макают в соус и едят! А так палочек не получится, разве нет?

— А… Точно.

— Ну ты даёшь! — сказала Руна, но при этом рассмеялась. — Ладно, ничего не поделаешь, сделаем рубленый салат и польём соусом банья-кауда!

— Рубленый салат?..

— Все овощи режутся мелкими кубиками.

— А-а, понял.

Тогда толстые кружочки как раз подойдут.

Так, с небольшими изменениями, приготовление ужина в целом прошло успешно.

В начале седьмого Китти-сан и Мария-сан пришли к нам вместе.

— Простите за вторжение!

— Добрый вечер.

— Добро пожаловать! Сестрёнка, Мария.

— Ого, круто! Как просторно!

Едва войдя в комнату, Китти-сан восторженно вскрикнула.

— Может, это у тебя квартира слишком тесная, сестрёнка? Та комната ведь для одного человека, да? Не хочешь переехать?

На слова Куросэ-сан Китти-сан криво усмехнулась.

— Переезд — это же так муторно, да? И денег стоит. Рай-куну удобно добираться до работы, так что подумаем об этом, когда, например, ребёнок появится.

Похоже, Китти-сан всё ещё живёт в той квартире. Я немного обрадовался, узнав, что место, где у нас с Руной был первый раз, никуда не делось.

— Кстати, так сильно пахнет карри! Сегодня на ужин карри? Ура!

Увидев, как искренне обрадовалась сестрёнка блюду, в котором я сомневался как в праздничном угощении, мы с Руной переглянулись и улыбнулись.

За столом, где собрались четверо, было оживлённее, чем обычно.

У нашего обеденного стола на двоих есть выдвижная столешница, которая увеличивает его до размеров на четверых. Когда мы покупали его в IKEA, я сомневался, пригодится ли нам когда-нибудь эта функция, но рад, что этот день настал раньше, чем я думал.

— Вкус прямо как дома! Добавили тёртое яблоко?

— Ага, добавили!

— Вкуснотища! В последнее время я ела одни полуфабрикаты и сама не готовила, так что я так рада!

Китти-сан ела карри с очень довольным видом.

— Этот салат тоже необычный и вкусный, — сказала Куросэ-сан, пробуя рубленый салат, а мы с Руной рассмеялись.

— Правда? Я рада!

— Из-за моей оплошности меню пришлось немного изменить…

— Вот как? Очень вкусно, заправка по вкусу напоминает банья-кауда.

— А-ха-ха…

Ещё бы. Ну, раз им понравилось, то и славно.

— Карри со свининой в пакетах редко встретишь. Как приятно почувствовать вкус домашней еды! — продолжала наслаждаться карри Китти-сан.

— Неужели свинина в карри — это редкость?

— А, правда? Рюто, а у вас дома карри с каким мясом делали?

— У нас с говядиной. С крупными кусками для тушения.

— Это же дорого?!

— Это же то мясо, которое мы едим только на Рождество в тушеном виде?!

Китти-сан и Руна, услышав мой ответ, взволнованно подались вперед.

— Н-нет... у нас дома никогда не готовили тушеную говядину, так что, может, это была ей замена?

— Да не, карри же готовят гораздо чаще!

— Рюто-кун, да вы богачи!

— Вовсе нет... карри у нас было от силы раз в месяц.

— Серьёзно?! А у нас карри было где-то раз в неделю, да?

— Ага! Почему-то каждую пятницу!

— В семье Куросэ до сих пор так. Загадка, правда? — смеясь, добавила Куросэ-сан.

— Если бы и у меня дома готовили раз в неделю, то, наверное, тоже не с говядиной.

— Говядина и правда дорогая. Особенно отечественная, — словно вздыхая, произнесла Китти-сан.

— Может, в следующий раз после зарплаты попробовать приготовить! Карри с говядиной.

Руна сказала это так радостно, что я рассмеялся.

— А можно? Говядина же дорогая, да?

— Угу. Поэтому только один раз, сразу после зарплаты — ежемесячное карри с говядиной. Как тебе?

— Звучит неплохо.

Я улыбнулся и набил рот карри.

— Тогда приготовим по рецепту семьи Рюто! А то сегодня — стопроцентное карри нашего дома.

— Понял. Тогда я спрошу у родителей, как они его готовят.

«Если подумать, хоть мы и носим одинаковую форму и ходим в одну школу, росли мы в совершенно разных семьях. Узнавать семейные традиции друг друга и создавать на их основе новую культуру своей семьи... возможно, это именно то, что нам нужно».

— ...Карри со свининой тоже вкусное, — поедая карри, я произнес это с глубоким чувством.

— Правда же? У нас всегда было только такое! — Руна радостно улыбнулась.

— Всё-таки этот вкус успокаивает!

— Удивительно, что он не надоедает, сколько ни ешь.

Китти-сан и Куросэ-сан тоже с аппетитом поднесли ложки ко рту.

Вот так, в окружении бывших членов семьи Ширакава, я сидел за обеденным столом.

— Угу, вкусно.

«Карри семьи Руны, которое я пробовал впервые, обладало на удивление ностальгическим вкусом. Я был рад прикоснуться к домашнему вкусу, на котором выросла Руна. Возможно, наши дети, если они у нас когда-нибудь будут, будут расти, считая это карри самым обычным. А раз в месяц, получая особое карри с говядиной, будут думать: "Вот повезло!". Представляя, как формируется наша семейная культура и картины возможного будущего, я почувствовал, как в груди разливается тепло».

— Как вам совместная жизнь? Привыкли? ...О, этот монблан вкусный, — спросила Куросэ-сан во время чаепития после еды, и Руна расплылась в улыбке.

— Ага! Только мы более заняты и суетимся больше, чем я думала, так что найти время для нас двоих сложновато.

— Совместная жизнь — это ведь не свидания, а быт, — глубокомысленно заметила Китти-сан, попивая кофе из кружки. Казалось, в её тоне сквозил личный опыт.

— Поэтому бывают не только веселые моменты, но и нудные, и тяжелые. Нам сейчас тяжелее всего из-за того, что денег совсем нет!

— И у меня! Но всё-таки самое тяжелое — это нехватка времени! — согласилась с ней Руна.

— Но разве деньги это не решат? Пока работаешь, заказываешь уборку на дом, приходишь — а там всё блестит и еда готова! В крайнем случае, можно вообще не работать? И всё решено!

— И то верно! Может, лотерейный билет купить?

Глядя на Китти-сан и Руну, увлеченно обсуждающих эти несбыточные мечты, Куросэ-сан доела монблан и со спокойным выражением лица произнесла:

— ...А я бы хотела работать, даже если бы у меня были деньги.

— Но это ведь только в том случае, если работа любимая, так?

Услышав слова Руны, Куросэ-сан ответила «Ну, это так...» и посмотрела на двух сестер.

— Но ведь и ты, Руна, и Китти-сан занимаетесь тем, что вам нравится, или стараетесь сделать это своей работой, верно? В таком случае, разве вы не захотели бы работать, сколько бы денег у вас ни было?

— ...Пожалуй.

— Если так посмотреть, то да!

Обе сестры тут же согласились.

— Значит, всё-таки самый верный путь — работать, копить деньги и выкраивать свободное время.

Руна посмотрела в потолок, словно говоря: «Эх-х...»

— Буду стараться. Накоплю кучу денег, а в старости буду путешествовать вместе с Рюто и заниматься любимыми делами!

Услышав это, я невольно представил нашу старость, и на душе стало тепло.

— И я! Хочу в старости переехать с Рай-куном куда-нибудь в Камакуру.

Вслед за Руной Китти-сан тоже озвучила свои планы на закат жизни.

— Это же туристическое место, там, наверное, дорого?

— Думаешь? Значит, надо копить деньги!

— И мн-е-е!

Глядя на сестер, Куросэ-сан весело рассмеялась.

— Вы обе уже думаете о старости, надо же.

Сказав это, она вдруг изменилась в лице, словно что-то вспомнив, искоса взглянула на меня, а затем снова посмотрела на сестер.

— ...Кстати говоря, вы слышали от мамы насчёт дедушки?

— А, угу...

— Слышали. Он ведь уже давно в больнице?

В ответ на вопрос Китти-сан Куросэ-сан кивнула.

— Да. Только в этот раз он не в той больнице, где был раньше, а в хосписе для паллиативной помощи... Поэтому будьте готовы к тому, что соответствующее известие может прийти в любой момент.

* * *

Примечание: Паллиативная помощь — это комплексная медицинская, психологическая и социальная поддержка неизлечимо больных людей (детей и взрослых), направленная на максимальное облегчение боли и тягостных симптомов, улучшение качества жизни и поддержку семьи. Она не лечит заболевание, а защищает от страданий, обеспечивая достойный уход. 

* * *

— ...Угу...

— ...Поняла.

Руна и Китти-сан мрачно кивнули.

Ранее я немного слышал от Руны, что дедушка по материнской линии, живущий вместе с Куросэ-сан, страдает одновременно деменцией и раком, из-за чего время от времени ложился в больницу на обследование и лечение. Однако, похоже, теперь состояние его здоровья таково, что приходится готовиться к худшему.

— ...Прости, Кашима-кун, что завела такой мрачный разговор, когда вы наконец пришли в гости, — словно оправдываясь, улыбнулась мне Куросэ-сан.

Я поспешно покачал головой:

— Да нет, всё в порядке. Не так часто вам, трем сестрам, выпадает возможность увидеться. Говорите обо всём.

— И правда, верно! Давно не виделись, — бодро сказала Руна, и атмосфера за столом вернулась в норму.

— Кстати говоря, я хочу послушать о Марии! — тут Китти-сан перевела разговор на Куросэ-сан. — Мария вечно ничего о себе не рассказывает, пока не спросишь!

— Я тоже хочу послушать про амурные дела Марии! Что там с Куджирином?

— С Куджирином?

— Это университетский друг Рюто! Ты же говорила о нем, когда мы болтали дома!

— А, вспомнила! Вы же переписываетесь в LINE? Ну и как всё проходит?! — Китти-сан взволнованно посмотрела на Куросэ-сан, но та сохраняла совершенно спокойное выражение лица.

— Да никак... ничего особенного. Просто переписываемся, и всё.

— Не встречаетесь?

— Нет. Я сейчас ищу работу, да и он занят, так что, наверное, нам не до этого, — с невинным видом ответила Куросэ-сан, отпивая чай из кружки.

— Э, разве Куджирин не собирается в аспирантуру вместо поиска работы?

— Собирается, — кивнул я в ответ на вопрос Руны.

— Но ведь осенью вступительные экзамены? Ему, наверное, надо учиться? — заметила Куросэ-сан.

— Ну, это так, но... Куджибаяши-кун всегда учился так, словно это его хобби, так что не думаю, что он сейчас как-то особенно на этом зациклен.

Я до университета не видел студентов, которые учились бы так добровольно. Такие люди, наверное, рождены быть учеными.

— Значит, время на свидание с Марией у него найдется? — спросила Руна.

— Думаю, да... — снова кивнул я.

— Тогда почему он не зовет? Неужели Мария ему не нравится?

— Не думаю, что дело в этом...

Вообще, Куджибаяши-кун живет по принципу «если нет симпатии, то и общаться не буду», поэтому, вероятно, руководствуется логикой: «раз мы общаемся, она должна понимать, что нравится мне».

«В таком случае, раз Куросэ-сан каждый раз отвечает, значит, Куджибаяши-кун ей тоже нравится, верно? Может, уже пора пригласить её хотя бы поесть?»

Когда я сказал ему это, он лишь твердил одно:

«Мне не понять, что у девушек на уме».

Так что теперь я уже и сам плохо понимаю, о чем думает Куджибаяши-кун. Хотя, в общих чертах догадываюсь.

Скорее всего, из-за неуверенности в себе, свойственной мрачным девственникам (на самом деле, я и сам был таким), он просто не может решиться на следующий шаг. В моем случае меня спасло то, что Руна сама проявила инициативу, но Куросэ-сан не такого типа, да и чувств Куджибаяши-куна она не понимает, так что тут всё еще сложнее.

Однако я считаю, что не должен самовольно объявлять здесь о симпатии Куджибаяши-куна к Куросэ-сан. Да и сам я не слышал от него твердого подтверждения чувств, поэтому ничего не могу сказать наверняка, что меня и гложет.

— Ну и ладно. Моей целью было «завести друга мужского пола», — сказала Куросэ-сан.

Изначально всё началось с того, что мы с Руной посоветовали Куросэ-сан, влюбившейся в женатого мангаку-красавчика Сато Наоки, «попробовать завести друга-парня, чтобы выработать иммунитет к мужчинам». Так и началось их общение с Куджибаяши-куном.

— Изначально так и было, но ведь... Ты же не против сходить на свидание?

— Без разницы. Если он не собирается развивать отношения, то меня вполне устраивает то, что есть сейчас.

Тем не менее, на лице Куросэ-сан читалось недовольство. Мне, не искушенному в женской психологии, трудно понять природу этого недовольства, но, по крайней мере, это означает, что она испытывает к Куджибаяши-куну симпатию большую, чем просто дружескую.

Легко думать: «Тогда пусть Куджибаяши-кун перейдет в наступление», — когда ты сторонний наблюдатель, но я понимаю, что для застенчивого парня это трудно.

— ...Сложно всё это, мужчины и женщины, — глубокомысленно подытожила Китти-сан.

— Кстати о сложностях, — с серьезным лицом произнесла Руна. — Совместная жизнь оказалась труднее, чем я думала.

— Что такое, уже успела поссориться с Рюто-куном? — поддразнивая, Китти-сан переводила взгляд с меня на Руну.

— Вовсе нет, — озадаченно покачала головой Руна.

Я тоже напрягся, гадая, о чем она хочет сказать.

— До того как мы съехались, я думала, что по возможности буду делать всю работу по дому сама. Но когда начали жить вместе, оказалось, что даже с разделением обязанностей это довольно тяжело. Я рада, что Рюто много помогает, но чувствую вину: «Прости, ведь это я должна была сделать».

Китти-сан понимающе кивнула:

— А-а, понимаю. У меня то же самое. Я всегда думала: «Я хочу делать всё по дому сама! Я обязана!»

— Э, серьезно?! — удивилась Руна.

Я, со своей стороны, тоже удивился, узнав о таких чувствах Руны.

Но кое-что пришло мне на ум.

«Спасибо! Прости, я хотела, чтобы ты отдохнул, но ты меня выручил!»

«Прости. Я была занята и не смогла приготовить тебе поесть...»

Не только сегодня, но и раньше Руна иногда выглядела виноватой, когда я занимался домашними делами. Я думал, это просто стеснение, ведь мы начали жить вместе совсем недавно.

Китти-сан сказала такой Руне:

— Теперь же я считаю, что достаточно делать то, что в моих силах. И чувства вины, когда прошу Рай-куна помочь, у меня нет.

— Вот как?

Поглядывая на Руну, которая ждала совета, как прийти к такому мышлению, Китти-сан вдруг посмотрела на меня.

— Слушай, Рюто-кун, а у тебя дома папа занимался домашними делами?

— Э? — не ожидая такого вопроса, я мгновенно порылся в памяти. — ...Нет, у нас почти всё делала мама. Она домохозяйка. Папа только выносил мусор и иногда мыл посуду.

Услышав это, Китти-сан рассмеялась.

— Прямо как у нас.

— И правда!

— Когда мы жили впятером, мама не работала. И я никогда не видела, чтобы папа занимался домом.

— Даже после развода, когда мы переехали в этот дом, всё делала бабушка Ширакава, а папа по-прежнему ничего не делал. Только после рождения Харуны и остальных он начал немного участвовать в воспитании детей.

— Надо же. Тот папаша участвует в воспитании? Уже одно это удивляет.

— Реально «немного», правда.

Китти-сан улыбнулась словам Руны. Затем её лицо стало немного серьезным, и она опустила взгляд.

— Я поняла одну вещь. Мысль о том, что я должна заниматься хозяйством, возникла из-за того образа мамы... того времени, когда мы жили все вместе.

Сказав это, она посмотрела на Руну.

— Руна, ты чувствуешь вину, когда не можешь заниматься домом как следует, по той же причине, верно?

— ...А, возможно. — Руна опустила голову.

Китти-сан продолжила:

— Рай-кун в детстве жил вдвоем с мамой, так? У них был уговор: «Раз мы живем вдвоем, то и домашние дела делим пополам». Для него это было нормой, поэтому, когда мы решили пожениться, он сказал мне: «Мне будет неловко, если ты будешь делать слишком много, Китти-чан. Оставь немного работы и мне».

— ...У вас двоих слишком сильное впечатление о маме как о домохозяйке, — вступила в разговор Куросэ-сан, которая до этого молчала, как и я. — Я-то прожила с мамой после развода гораздо дольше.

— Точно. В нынешней семье Куросэ домашние дела делят между собой мама, бабушка и Мария, так?

— Да. Иначе человеку, который весь день работал на улице, нереально прийти и переделать все дела по дому. Я вижу это своими глазами.

Услышав это, Руна с грустным видом опустила голову.

— Ясно... Я хотела стать такой хозяйкой, как мама, и пыталась делать всё сама... Но мама теперь тоже живет не так, как раньше.

— Верно. Поэтому, Руна, тебе нужно обновить свои представления, — сказала Куросэ-сан.

Китти-сан энергично закивала:

— Вот-вот. Всё будет хорошо, Рюто-кун наверняка поймет, как тебе тяжело!

— Д-да. Разумеется.

Возникло ощущение, что на меня немного давят, но, как ни странно, это не было неприятно. Я понимал, что и Куросэ-сан, и Китти-сан говорят это, потому что действительно дорожат Руной.

И главное, я сам хочу поддерживать Руну.

— Сегодняшнее карри и салат мы готовили вместе, и за продуктами тоже вместе ходили!

— Здорово. Чувствуется атмосфера пары, живущей вместе.

— Готовить вдвоем весело! Лучше действовать по ситуации. У нас Рай-кун готовит лучше, но когда есть время, готовлю я. Всё-таки готовить для любимого человека — это счастье.

— Понимаю! — Руна активно закивала на слова Китти-сан. — Можно я тоже буду готовить тебе, Рюто, когда будет время?

— Угу, конечно, я буду только рад.

— Спасибо, Рюто♡

Получив такую сладкую улыбку на глазах у сестер, я смутился и, улыбнувшись в ответ, отвел взгляд.

Начав жить вместе, замечаешь то, чего не видел раньше. Руна оказалась еще более старательной и любящей семью, чем я думал.

Думать друг о друге, заботиться.

Представлять себя на месте другого.

Возможно, именно так люди и становятся семьей.

Ужин вчетвером с Китти-сан и Куросэ-сан научил меня этому.

◇

Среди этих событий от Фудзинами-сана пришло сообщение: «Давай увидимся, давно не общались».

«Тем для разговора накопилось много. Я хотел бы встретиться с тобой лично, Кашима-кун, и всё рассказать», — с этих слов Фудзинами-сан начал разговор, едва мы встретились в лаунже одного токийского отеля, который он назначил местом встречи.

Я был в этом отеле впервые. Ещё когда нас провожали к столику, я подумал, что здесь атмосфера как раз подходит для серьезных деловых разговоров взрослых людей: уровнем выше, чем в бизнес-отелях, но и без той помпезности, что свойственна отелям класса «люкс».

Просторный лаунж с высоким атриумом был украшен искусственной зеленью, а сквозь стеклянную стену лился яркий свет. Поскольку это был будний день между майскими праздниками, столики были заняты примерно поровну: половину занимали группы деловых людей, видимо, ведущих переговоры, а вторую половину — дамы, увлеченно болтающие о личном.

Когда нам принесли кофе, Фудзинами-сан с серьезным лицом сказал:

— Во-первых, о месте. Это будет Индонезия. Японцы обычно ездят на Бали, но мы будем в Джакарте, на острове Ява. Это столица.

— ...Вот как.

Ни страна Индонезия, ни само место мне ни о чем не говорили, поэтому я мог только рассеянно поддакивать. Стало стыдно за свое невежество.

— На самом деле, это было решено уже довольно давно, но только сейчас мы наконец получили все разрешения и официальное одобрение на ведение бизнеса, так что теперь я могу об этом рассказать.

Фудзинами-сан продолжал объяснять ровным тоном, тем же самым, каким говорил о работе в книжном магазине Иидабаши.

— После того как ключевые сотрудники переедут, мы начнем работу. Я поеду в июле. На самом деле я хотел бы поехать раньше, но есть много дел, которые нужно уладить, пока я в Японии. ...Например, нанять перспективных выпускников, а?

Сказав это с озорной улыбкой, он вновь стал серьезным.

— Если возможно, я хотел бы оформить твой трудовой договор, Кашима-кун, пока я еще в Японии. Что скажешь?

— Эм-м...

Видя, что я замялся, Фудзинами-сан бросил на меня испытующий взгляд.

— Неужели сомневаешься? У тебя уже есть предложение от другой компании?

— А... нет, на самом деле я еще не сказал своей девушке.

Услышав мое признание, Фудзинами-сан округлил глаза.

— Э, еще не сказал? Вы же начали жить вместе? Разве ты не собираешься жениться?

— Собираюсь, но про то, что могу уехать за границу, еще не говорил.

— Если пойдешь к нам, то с апреля будешь за границей, так что пора бы уже сказать. Вам обоим нужно многое подготовить.

— Вы... правы.

— Ну, время еще есть, так что прошу, реши этот вопрос в следующем месяце.

— ...Хорошо.

Сейчас начало мая, следующий месяц — июнь. Трудовой договор до июля. Я почувствовал, что времени не так уж и много.

— Есть вопросы по тому, что я сказал?

Голова была забита мыслями о Руне, поэтому я задал вопрос, который пришел на ум в моем рассеянном состоянии:

— ...Фудзинами-сан, а вы будете президентом?

Услышав этот наивный вопрос, Фудзинами-сан рассмеялся.

— Нет-нет. В материалах, которые я тебе отправлял, это написано, но ты, похоже, их не читал?

— Э? А, извините... там было немного сложно написано.

Действительно, Фудзинами-сан несколько раз присылал мне материалы о компании, но мне не хотелось вчитываться в сухой канцелярский текст, поэтому я их пропустил.

— Есть один бывший редактор из семьи основателей книжного магазина Иидабаши, он — главный инвестор. Он пригласил молодых редакторов, с которыми общается и по работе, и в частном порядке, и они решили запустить новый бизнес. Но он занимается в основном управлением, так что, если говорить о содержании работы, то новым редакционным отделом, наверное, руковожу я. По крайней мере, твоим непосредственным начальником буду я.

— Понятно.

— Что-то еще? Есть вопросы?

И тут я решил спросить о том, что меня слегка интересовало.

— ...Фудзинами-сан, а почему вы решили, что я подхожу для работы редактором?

Почти с самого начала моей подработки Фудзинами-сан твердил мне: «Ты подходишь для редакторской работы», и я в конце концов поверил в это, но поскольку я фактически не выполнял никакой редакторской работы, для меня оставалось загадкой, чем именно я подхожу.

Услышав мой вопрос, Фудзинами-сан слегка улыбнулся и сделал глоток кофе.

— ...Потому что я считаю, что ты человек, способный сопереживать людям.

Поставив чашку на блюдце, он продолжил:

— Когда я услышал, что у тебя есть милая девушка, я подумал: «Ну конечно». Думаю, суть того, что женщины ищут в мужчинах, именно в этом.

Сказав это, он вдруг посмотрел в окно.

Поскольку окна выходят на подъездную дорожку, вид там так себе, поэтому стекло было обработано полосками, напоминающими матовое стекло, и ничего особенного за ним видно не было.

— ...Мне это не подходит. Ни быть редактором, ни быть парнем.

— ......

Я молчал, чувствуя, что и отрицать, и соглашаться было бы безответственно и грубо. Фудзинами-сан посмотрел на меня и улыбнулся.

— Поэтому в будущем я хочу сосредоточиться не столько на самой редакторской работе, сколько на воспитании отличных редакторов, создании среды, где можно будет постоянно выпускать качественные произведения в тандеме с авторами... создать, так сказать, «редакцию эпохи Сёва» в новую эпоху.

— ...Но ведь вы, Фудзинами-сан, и на самом деле были отличным редактором. Вы еще молоды, а уже выпустили столько хитов.

Я сказал это, желая его поддержать, но Фудзинами-сан снова улыбнулся.

— Хиты-то я выпускал, но закрытых проектов было во много раз больше. Я беру количеством. Думаю, у меня высокая производительность, но просто я тратил на работу абсолютно больше времени, чем другие. Главный редактор «Курамага» в шутку называл меня «черной компанией в одном лице». Поэтому мне стало скучно сидеть в тепле на должности штатного сотрудника в старой фирме.

Сказав это, Фудзинами-сан усмехнулся, словно иронизируя над собой.

— И еще, знаешь, почему я мог сохранять ментальную устойчивость, продолжая выдавать идеи одну за другой, несмотря на кучу закрытых проектов? Потому что я не так уж сильно вкладывался в каждого конкретного автора. Если вкладываешься, то, когда проект не продается, впадаешь в депрессию. Особенно чувствуешь ответственность, когда рисуют по твоей идее, а это не продается.

— Вот как.

Видя, как я киваю, Фудзинами-сан снова улыбнулся.

— Возможно, ты как раз из такого типа людей. Но я на самом деле хочу, чтобы такой человек, как ты, Кашима-кун, стал выдающимся редактором.

Я смотрел на него, не понимая, что он имеет в виду, и Фудзинами-сан продолжил:

— Воплощаешь ли ты то, что хочет нарисовать автор, или просишь его оформить твою идею — когда вещь продается, она продается, а когда нет — нет. В этом нет особого смысла, так что не чувствуй слишком большой ответственности.

Я молча кивал, слушая страстную речь Фудзинами-сана.

— Если не продастся — расстроитесь вместе, но потом снова возьметесь за руки, встанете и пойдете к следующему произведению.

— ...Да.

— Даже если не продается, способность довести мангу или роман до такого вида, чтобы его могли читать другие люди — это уже талант. Не сдавайся после одной-двух неудач... А если честно, я хочу, чтобы ты был рядом с автором до самого конца, пока он хочет создавать произведения для людей.

Представив себя в будущем работающим редактором, я, должно быть, тоже стал выглядеть серьезно.

Тут выражение лица Фудзинами-сана вдруг смягчилось.

— Я с детства любил книги. Был момент, когда я сам хотел писать. Но идеи приходили, а оформить их я не мог. Поэтому я искренне уважаю творцов.

Я вспомнил похожее на мальчишеское лицо Фудзинами-сана, когда он говорил о «Гарри Поттере» в контексте «Гарри Потчари» Куджибаяши-куна.

— Я хочу беречь людей. И в самих произведениях, и в процессе их создания. Взять хотя бы мангу Камонохаши-сэнсея — там даже злодеи полны человечности, верно? Поэтому я люблю его мангу. Он сам много где об этом говорил, так что ты, может, знаешь: в молодости он заводил кучу любовниц и в личной жизни творил хаос, но поскольку он рисует такую мангу, никто на него зла не держит.

Сказав это с улыбкой, будто вспоминая что-то забавное, он снова собрался и вернулся к теме разговора.

— Если действовать как сейчас модно: находить авторов, публикующихся в сети, издавать только те работы, у которых много просмотров, а после окончания говорить: «Ну, старайтесь дальше в интернете» и отпускать их на все четыре стороны, — доверительные отношения между автором и редактором не возникнут никогда. Я хочу, чтобы вы создавали настоящий тандем и методом проб и ошибок шли к созданию хита.

Я кивал, внимательно слушая.

— У меня есть надежда воспитать под своим началом именно таких человечных редакторов. Мне кажется, что ты, Кашима-кун, мог бы стать тем идеальным редактором, которого я ищу. Поэтому я так хотел, чтобы ты пришел в нашу компанию, и всё время уговаривал тебя.

— ...Спасибо большое...

Я смущенно улыбнулся, чувствуя одновременно и неловкость, и радость. И тут у меня возник второй наивный вопрос.

— ...А Куросэ-сан вы не приглашали? Мне кажется, у Куросэ-сан с самого начала было больше энтузиазма стать редактором, чем у меня...

На это Фудзинами-сан ответил неопределенной, слегка горькой усмешкой.

— Ну... с девушками немного сложнее, знаешь ли?

— ?..

— Во-первых, если внезапно предложить выпускнице поехать в Юго-Восточную Азию, она ведь не согласится, правда?

— Думаете?

— К тому же, такую красавицу и умницу наверняка с руками оторвут крупные японские компании.

— Но Куросэ-сан хочет стать редактором.

— Если постарается, то сможет стать им и в Японии, разве нет? Ну, даже если не станет редактором, есть и другие пути к счастливой жизни.

Я подумал, что это решать не посторонним, а самой Куросэ-сан.

Пока я так думал, на лице Фудзинами-сана появилась улыбка, похожая на горькую усмешку.

— Если смотреть реально, приглашать девушек сложно. Если я буду так же настойчиво подкатывать к ней лично, как сейчас к тебе, Кашима-кун, не подумают ли, что у меня есть какие-то иные намерения? Не хочу, чтобы меня неправильно поняли, это хлопотно.

— Это точно...

«Вот оно что, это и есть настоящая причина», — подумал я. Фудзинами-сан однажды по моему совету пригласил Куросэ-сан на ужин, так что, возможно, ему неловко еще и из-за этого.

— И еще, насчет новой компании. Не говори об этом особо никому, даже Куросэ-сан, и вообще людям из книжного Иидабаши. Наш президент не прямой наследник семьи основателей, так что это может выглядеть как небольшая междоусобица. Да и то, что я переманиваю подработчика из своего старого места, может кому-то не понравиться.

— ...Я понял.

Хорошо, что я еще не сказал Куросэ-сан, подумал я. Я считал, что было бы нечестно по отношению к Руне, если бы она узнала о моих планах от третьих лиц, поэтому, кроме родителей, я никому ничего не говорил.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

* * *

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6