Слышал я одну городскую легенду: мол, если сохранить девственность до тридцати лет, можно стать волшебником.

В старшей школе, когда у меня не было ни девушки, ни подруг, я хоть и понимал, что такого быть не может, всё же остро ощущал свою принадлежность к «тем самым» людям. И смутно думал: «Ну, если уж так вышло, то без магии мне эту жизнь не вывезти».

Однако со мной случилось чудо — у меня появилась девушка, Руна.

Тогда возникает встречный вопрос: а что происходит, когда перестаешь быть девственником?

Меня стали посещать подобные фантазии.

Станет ли это доказательством того, что я повзрослел телом и душой? Откроются ли у меня глаза за одну ночь, и увижу ли я перед собой совершенно иной мир?

Или, может быть, я наполнюсь невероятной уверенностью и силой, а по всему телу пробежит чувство всемогущества, как у супергероя?

Но не произошло ни того, ни другого.

Я остался собой... двадцатилетним студентом третьего курса Рюто Кашимой, просто перестал быть девственником.

Ни пейзаж вокруг, ни ощущение внутренней силы — ничего не изменилось.

Однако в плане чувств к моей девушке, Руне, перемены произошли определённо.

Разумеется, в хорошем смысле.

◇

Наступил новый год.

Едва начались занятия в университете, как мгновенно подошло время сессии, а сразу за ней — весенние каникулы.

И вот, в конце февраля, мы с Руной усердно занимались выбором нового жилья.

Мы искали квартиру, чтобы начать жить вместе с апреля.

— Осмотр — это так весело! Я прямо вся в предвкушении! — радостно воскликнула Руна в машине риелтора, пока мы ехали к потенциальному новому дому.

Сегодня мы с самого утра посетили агентство недвижимости и теперь собирались осмотреть три приглянувшихся нам объекта.

Получив согласие родителей с обеих сторон, мы начали планировать весенний переезд, и первым делом, над чем мы больше всего ломали голову, стал выбор района.

И у Руны, и у меня родительские дома, где мы живём сейчас, имеют слишком хороший доступ к основным станциям центра города. Если искать такое же удобство, мы неизбежно попали бы в район с высокой арендной платой. Тут я осознал, что наши родители владеют жильём в действительно удобных местах.

В итоге местом для нашего гнёздышка мы выбрали город К. в пригороде Токио. Поскольку работа и колледж Руны находятся недалеко от Синдзюку, мы ориентировались на лёгкость проезда туда и доступные цены на жильё.

Моё время в пути до университета немного увеличится, но, став четверокурсником, мне вряд ли придётся часто там появляться, так что мы отдали приоритет удобству Руны, которой нужно ездить в центр почти каждый день.

Кстати, свою подработку репетитором, где я трудился раз в неделю, я завершил на прошлой неделе, когда закончились занятия у всех абитуриентов этого года. Студенты-репетиторы часто увольняются на третьем курсе из-за поиска работы и других причин, к тому же после переезда мне стало бы неудобно туда ездить, так что я, можно сказать, просто поддался общей атмосфере.

— Слушай, Рюто, а твои родители правда так легко согласились? Мой-то папа понятно, он у меня такой... сказал: «Делайте что хотите». Но твои родители кажутся строгими, а тут разрешили сожительство, пока мы ещё студенты.

Руна, смотревшая на проплывающие за окном машины пейзажи, вдруг повернулась ко мне.

— А? А... ну да, есть такое, — невнятно ответил я.

Я всё ещё не рассказал Руне о предложении Фудзинами-сан.

То, что родители согласились, во многом связано с тем, что я открыл им свои перспективы: трудоустройство с немедленным переездом за границу и возможность брака. Я не мог вот так небрежно выложить это Руне прямо здесь и сейчас.

Мама, кажется, была больше шокирована моим трудоустройством за границей, поэтому идею с совместным проживанием приняла довольно спокойно.

«...Раз уж вы с Руной так давно вместе. Если собираешься жениться, пусть Руна-чан тебя сейчас поднатаскает, чтобы потом не бросила», — вот что мне сказали.

Это правда. Я продолжу подрабатывать в редакции, но, если денег на жизнь не хватит, родители обещали помочь финансово. Я перед ними в неоплатном долгу.

— Ясненько. Рюто, ты ведь всегда жил с родителями. Как и я.

— Готовка, стирка — больше двадцати лет всё это было на родителях, так что привыкнуть будет непросто...

— Всё будет хорошо! Нынешняя бытовая техника очень умная! Мы оба новички в этом, так что давай стараться вместе!

Руна светло улыбнулась мне, видя мою кривую усмешку.

От слов «оба новички» в груди стало тепло.

«Точно. Руна ведь тоже впервые уезжает из родительского дома, чтобы жить с кем-то вдвоём».

Я вспомнил, как мы с Руной ездили на летний фестиваль в Тибу, когда учились во втором классе старшей школы.

«— Я хотела, чтобы это было впервые...»

«— Я хотела, чтобы всё с Рюто было впервые... Хочу стереть себе память...»

Тогда семнадцатилетняя Руна плакала так горько, что сжималось сердце. Я хотел бы сказать ей той.

Это впервые.

И жизнь вместе, и свадьба. И новая радость, которая, возможно, родится в будущем... Всё, что произойдёт с нами дальше, будет первым опытом для нас обоих.

То, что я могу думать об этом с такой уверенностью, возможно, связано с тем, что я смог пережить одно большое «впервые».

— ......

Сидя на заднем сиденье, я взглянул в зеркало заднего вида. Мужчина-риелтор за рулём, Сато-сан, смотрел прямо на дорогу, крепко держась за руль.

Продолжая смотреть вперёд, я протянул руку в сторону Руны. Нашёл её ладонь, лежащую на коленях, и тихонько сжал.

— ......

Я почувствовал на себе взгляд Руны.

Она сжала мою руку в ответ. Из-за этого наши сплетённые руки опустились между её бёдрами, выглядывающими из-под мини-юбки. Я ощутил гладкость кожи, мягкую упругость и даже легкую влажность и тепло между её плотно сведёнными ножками.

Тело начало нагреваться, и я снова проверил зеркало заднего вида.

— Мы почти приехали на первый объект!

В этот момент Сато-сан заговорил, и я невольно вздрогнул.

— Д-да!

— Ж-жду не дождусь!

Мы поспешно разжали руки и ответили так, словно ничего не происходило.

◇

— Вау, как стильно! Гостиная огромная!

Войдя в первую квартиру, Руна восторженно вскрикнула.

— Она кажется просторной, потому что нет вещей. Если поставите мебель, будет, наверное, теснее, чем в гостиной вашего родительского дома, но для жизни вдвоём места более чем достаточно.

Как и сказал Сато-сан, пространство, вероятно, сразу заполнится, стоит поставить диван и телевизор, но системная кухня под дерево и акцентные серые обои на одной из стен смотрелись очень стильно.

— А здесь у нас гардеробная.

Пока мы осматривали комнату, нам указали на дверь в глубине.

— Гардеробная? Вау! Я так о ней мечтала!

Глаза Руны засияли, и она открыла дверь. Действительно, в доме родителей Руны, судя по его атмосфере, гардеробной, скорее всего, не было.

— Э-э, круто! Как целая комната!

Внутри было вытянутое пространство размером около двух татами, вдоль стен сверху и снизу располагались две штанги для вешалок.

— Смотри, смотри! Туда можно нормально войти и ходить!

— Поэтому она и называется «walk-in» — та, в которую входят, — с улыбкой сказал я, глядя на непосредственную реакцию Руны.

Она снова просияла:

— Точно! Ну ты даешь, Рюто! Умный!

— Да нет, ну что ты...

Мне было приятно, но так как Сато-сан всё слышал, я смутился, чувствуя, что мы выглядим как парочка идиотов.

— Рюто, давай тоже сделай «walk-in» вместе со мной!

— А, ага.

Руна поманила меня рукой, и я тоже зашел в гардеробную.

В тот же миг Руна закрыла дверь.

— Смотри, даже если закрыть, тут очень просторно!

— И правда.

Наши взгляды встретились, и Руна вдруг застенчиво отвела глаза.

— ?..

«Что такое?» — подумал я, но в следующее мгновение...

Руна молча обняла меня.

— !..

Её голова коснулась моего подбородка, и меня окутал густой аромат шампуня и сладких духов.

«Точно, сейчас в этой гардеробной мы только вдвоём...» — стоило мне подумать об этом, как изнутри поднялась горячая волна.

С другой стороны, сердце колотилось от осознания, что снаружи находится Сато-сан.

Руна слегка отстранилась, посмотрела мне в глаза и, словно притягиваемая магнитом, приблизила своё лицо.

— !..

Несмотря на удивление, я не смог сопротивляться огню в груди и прижался к её губам.

За дверью есть человек, а мы вытворяем такое... Даже это чувство порочности лишь добавляло остроты возбуждению.

Мягкость губ Руны увлекла меня настолько, что я уже не мог думать ни о чём другом.

Мы легко коснулись губ друг друга, отстранились, обменялись взглядами и снова сблизились.

В этот момент я ощутил влажное прикосновение — явно не губ, — и моё дыхание невольно участилось.

«Ну, раз так, то и я...» — решил я и в следующий раз попытался пустить в ход язык, но губы Руны оказались сомкнуты.

Сгорая от стыда, я попробовал снова, но теперь уже Руна провела кончиком языка по моим губам.

Мы по очереди пытались углубить поцелуй, но всё время невпопад, отчего оба жутко смущались и замирали. Никак не могли подстроиться друг под друга.

После нескольких неудачных попыток мы переглянулись и невольно рассмеялись.

— Хи-хи.

И тут...

— У вас всё в порядке? — раздался из-за двери голос Сато-сана.

— !..

— А, да! Всё отлично! — ответила за меня Руна, пока я стоял в ступоре, и поспешно распахнула дверь.

— Вас что-то смутило? — спросил Сато-сан.

Я в панике замотал головой:

— Н-нет!.. Б-было просто замечательно...

Эти выдавленные слова прозвучали так, словно я оценивал поцелуй, и я почувствовал, как лицо заливает краска.

— Правда, комната просто супер! — Руна уже успела переключиться и вовсю болтала с риелтором. Мне же явно требовалось время, чтобы унять жар в теле и мыслях.

— Согласен. Дом не новый, но после полной реновации, так что сантехника современная и всё выглядит свежо.

— Очень красиво! А сколько аренда?

— Сто пятьдесят тысяч.

Услышав это, мы с Руной снова переглянулись.

— Сто пятьдесят... Всё-таки дороговато.

— Учитывая условия, цена выгодная, — заметил Сато-сан.

Но для нас, двух студентов-подработников, такая сумма была неподъемной, так что, немного поколебавшись, мы покинули эту квартиру.

Вторая квартира стоила дёшево — шестьдесят тысяч, — но внутри царила нетронутая атмосфера эпохи Сёва, и контраст с первой оказался слишком резким. Руна совсем не впечатлилась.

Третья квартира уступала первой в просторе и стиле, но и не веяла стариной, как вторая. Она показалась нам золотой серединой для двух студентов.

— Здесь дом тоже в возрасте, но водопровод и места для хранения обновлены, поэтому в целом всё выглядит опрятно. Тридцать четыре квадратных метра, две комнаты в западном стиле. Можете сделать каждому по комнате, а можете открыть раздвижную дверь, объединив одну комнату со столовой-кухней в гостиную, а соседнюю использовать как спальню.

— О, отличная идея! Давай так и сделаем, Рюто! — глаза Руны загорелись после объяснений Сато-сана.

— Кстати, здесь тоже есть шкаф, обязательно посмотрите.

Мы прошли в дальнюю комнату. Мне стало неловко: кажется, Сато-сан решил, что мы фанаты шкафов.

Руна открыла дверцу.

— О, довольно вместительный!

Но тут же слегка расстроилась:

— Но внутрь не зайти...

— Похоже, это не «walk-in».

— Ну, этого вполне хватит! Одежду мы носим по сезонам, а лишнее можно оставить у родителей!

— Это называется «спихнуть хлам», — с кривой усмешкой заметил я.

— Э-э-э, — надула щёки Руна. — Ну и ладно. Хороший повод расхламиться!

Так проблема с хранением была решена. Во второй квартире были только старые стенные шкафы, что расстроило Руну, так что наличие нормального шкафа, пусть и не гардеробной, её удовлетворило.

— ...Ну что, берём эту?

— Берём?

Аренда чуть выше, чем во второй, но в районе семидесяти тысяч — вдвое меньше первой. Кажется, это разумный компромисс. Если Сато-сан, этот мужчина лет сорока пяти, специально выстроил порядок осмотра, чтобы подвести нас к такому выводу, то он чертовски хороший продажник.

— Можно мы ещё раз всё осмотрим и обсудим?

— Конечно. Не торопитесь.

Получив разрешение, мы начали бродить по квартире, переговариваясь.

— Слушай, Рюто, ты всё время трогаешь губы. Что случилось?

— Да так, щиплет немного...

— А! — воскликнула Руна. — Наверное, это из-за моего блеска.

— А?

— Я сегодня накрасилась максимайзером... Не думала, что мы будем целоваться на просмотре.

Последнюю фразу она прошептала, чтобы никто не услышал, и это было очень мило.

— Максима... что?

Я вспомнил, что так называлась какая-то старая спортивная машина, но Руна сделала серьёзное лицо.

— Это такой вид блеска — плампер... Ну, знаешь, жгучий компонент перца?

— ...Капсаицин?

— Ага! Он там есть. Когда мажешь, губы начинают покалывать и припухают, вертикальные морщинки разглаживаются, и губки становятся пухлыми!

— Э-э-э... А э-это не вредно?

— Всё нормально. Я со старшей школы таким пользуюсь.

«Понятно...»

Раз этот предмет оберегал глянцевые губы Руны с момента нашей встречи, ему можно доверять. И всё же её стремление к красоте снова меня поразило.

— ...Больно? — обеспокоенно спросила она.

Я снова коснулся губ.

— Ну, есть немного...

Не то чтобы больно, скорее странное ощущение жжения и холодка одновременно.

— ...И сколько это продлится?

— Эм... Если не подкрашивать, то самое большее — пару часов.

— Ясно...

— Прости. Я обычно не красилась им, когда мы могли поцеловаться. Боялась, что тебе блёстки не понравятся, поэтому для свиданий выбирала тинты.

Вот оно как. Я и не подозревал, что Руна каждый раз так заботливо выбирала косметику.

— Ну, теперь мы будем жить вместе, целоваться можно будет когда угодно... Буду аккуратнее впредь.

— Да не переживай ты так. Раз это не вредно, то всё в порядке.

«К тому же, пока губы щиплет, я могу наслаждаться послевкусием поцелуя...» — подумал я, но вслух такое сказать не решился. Всё-таки до героя-любовника мне далеко.

— Правда? Но я всё равно буду внимательнее.

Хихикнув, Руна вдруг спохватилась, полезла в сумочку, достала смартфон и посмотрела на экран.

Затем, с легким разочарованием, убрала его обратно.

— ...Что случилось?

Я подумал, что она ждёт от кого-то сообщения. Руна покачала головой.

— Думала, это Никору, а это просто уведомление от приложения... Никору в последнее время долго не отвечает. Мы почти не общаемся.

— Вот как.

Подумать только: они двое, что в школьные годы болтали по телефону чуть ли не каждую ночь, теперь дошли до такого.

— С каких пор?

— Наверное, с начала этого года... Когда мы созванивались после Рождества, она тоже вела себя странно. Я же говорила тебе, помнишь, Рюто?

— Да, точно...

Похоже, после того сочельника, проведённого с Нисси, в душе Ямана-сан действительно что-то переменилось.

«Никору... это был её первый раз».

Я вспомнил, в чём мне признался по телефону Нисси.

Я не женщина, и мне сложно представить, с какими чувствами Ямана-сан, которая так и не дошла до самого конца с Сэкия-саном, которого любила долгие годы, вступила в связь с Нисси.

— Даже если у неё что-то было с Нишиной-куном, то, что она со мной не советуется... С Никору точно всё в порядке?

— Наверняка она просто занята работой или вроде того. Если подождёшь, она скоро сама выйдет на связь.

— Думаешь?

— Ага. Это же Ямана-сан.

Я ещё со школьных времён видел и знал, что они считают друг друга незаменимыми лучшими подругами. В жизни бывают разные этапы, и, наверное, сейчас пришло время просто тихо присматривать за подругой со стороны.

Хоть я и не смог выразить это достаточно красноречиво, Руна, услышав мои слова утешения, выглядела убеждённой.

— Ясно. И правда!

Лицо Руны просветлело, но тут она вдруг спохватилась.

— Ой, нам же квартиру обсудить надо!

— Точно.

— Мне кажется, этот вариант хороший, а ты что думаешь, Рюто?

— Я тоже так думаю.

— Значит, решено!

Так обсуждение квартиры завершилось в мгновение ока.

— Мы берём эту.

Когда мы подошли к Сато-сану, ожидавшему у входа, и сообщили о решении, он расплылся в улыбке и кивнул.

— Понял вас.

Не переставая улыбаться, он плавно продолжил:

— Думаю, это прекрасный выбор. Тогда давайте вернёмся в офис и приступим к оформлению договора.

Так было выбрано наше с Руной любовное гнёздышко.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

* * *

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6