После посещения поминок дедушки Руны я не переставал думать о нашем с ней будущем.

«Думаю, дедушка был счастлив. Он прожил в браке с бабушкой больше сорока лет и оставался с ней до самого конца».

«Руна — девочка светлая и жизнерадостная, но она страдает от одиночества сильнее других. Ты ведь уже знаешь это, верно? Поэтому я искренне рада, что она теперь живёт с тобой, Кашима-кун. Ей больше не придётся грустить в одиночестве».

Я не хочу, чтобы Руна чувствовала себя одинокой.

И в то же время сама мысль о разлуке с ней заставляет меня чувствовать себя самым одиноким человеком на свете.

До того как мы начали жить вместе, я и не подозревал, насколько сильно нуждаюсь в ней.

— С возвращением!

Когда меня встречают этими словами, а на ней домашняя одежда и фартук, я чувствую счастье. Если ужин уже готов, я радуюсь горячей, свежеприготовленной еде, а если она ещё готовит — радости стоять вместе у плиты.

Когда я прихожу раньше, мне немного грустно встречать тишину, но даже когда я набираю ванну для Руны или сражаюсь с непривычной готовкой — это время, которое я провожу с мыслями о ней, так что это совсем не плохо.

— Я дома!

Однажды, когда я самозабвенно готовил, Руна обняла меня сзади.

— Ува!

Я думал, что дома один, поэтому перепугался так, что сердце чуть не выскочило.

— Руна!.. С возвращением...

— А-ха-ха, прости, что напугала! Рюто был так увлечён готовкой, что совсем ничего не замечал.

Сказав это, Руна заглянула мне под руку.

— ...Неужели готовишь никудзяга?

В кастрюле я тушил картофель, морковь, лук и тонко нарезанную говядину в бульоне мэнцую. Возможно, разгадать это было несложно.

Бульканье кипящей еды и шум вытяжки завладели моим слухом настолько, что я даже не заметил, как открылась входная дверь.

— Ага. Пытаюсь вспомнить, как мы готовили его дома у Саё-сан летом во втором классе старшей школы...

— Э-э, как и ожидалось от Рюто, отличная память! А я вот уже и не помню, какой тогда был рецепт!

— Я тоже помню смутно, так что не уверен, что получится как надо, — с кривой усмешкой ответил я, а Руна заглянула в кастрюлю.

— Э, но выглядит аппетитно же? Надо бы попробовать♡

Сказав это, Руна взяла ложку с сушилки у раковины и зачерпнула из кастрюли ломтик картофеля, обвитый кусочком говядины и лука.

— Фу-у, фу-у.

Тщательно подув на картошку, Руна отправила её в рот.

Я смотрел на Руну, у которой раздулась щека, пока она жевала, и ждал этого напряжённого мгновения.

— ...М-м! Никудзяга Рюто — вкуснятина!

Она расплылась в улыбке, и моё лицо тоже расслабилось.

— Слава богу. Тогда давай выключать огонь. Говорят, вкус лучше пропитывается, когда блюдо остывает.

— Вот как... А я бы поела поскорее.

— Ванна тоже готова, что сначала?

— О, спасибо!

Руна радостно хлопнула в ладоши, а затем, сложив их под подбородком, посмотрела на меня снизу вверх.

— ...Тогда, может, пойдём вместе?♡

Этот взгляд исподлобья отправил меня в нокаут, и я, так и не сумев состроить серьёзное лицо, кивнул.

— Угу.

Я подумал, что если никудзяга слишком остынет, его всегда можно разогреть.

Повседневная жизнь с Руной — это весело.

Даже если накопились университетские доклады или я устал на подработке.

Если в конце дня меня ждёт время с Руной, я могу справиться с чем угодно.

Скорее, я даже не понимаю, как переживал эти дни до того, как мы начали жить вместе.

Время, проведённое с Руной, стало для меня настолько необходимым и исцеляющим, что я начинаю думать именно так.

И чем отчётливее я это осознаю, тем сложнее мне сделать выбор перед лицом неумолимо приближающегося момента решения.

— Слушай, Рюто. Можно я сегодня вечером поеду с ночёвкой к Саё-ба? — спросила Руна одним субботним утром перед моим уходом на работу.

— А? Можно, конечно, но как-то внезапно.

— Угу, я только что об этом подумала.

— У Саё-сан что-то случилось? — спросил я, вспомнив подавленное состояние Саё-сан на похоронах. Руна медленно покачала головой.

— ...После похорон дедушки Саё-ба какая-то сама не своя. Мао-кун связалась со мной утром.

— Она заболела?

— Нет-нет. Физически она здорова, но... на душе тяжело. Вспоминает, как умер прадедушка, сочувствует бабушке и хандрит.

— Вот оно что...

Это тревожно. Саё-сан хоть и здорова, но возраст даёт о себе знать, так что малейшие переживания или перемены могут сказаться на самочувствии.

— Я в последнее время совсем не ездила в Тибу, да и в прошлый раз толком не поговорили. Подумала, если встречусь с ней и составлю компанию, она хоть немного взбодрится.

— Ты права.

Раз так, я считаю, ей обязательно нужно поехать и поддержать её.

— Передавай привет Саё-сан и Мао-сан.

— Мао-кун сегодня уезжает в путешествие. Думаю, поэтому она мне и написала. Наверное, волнуется оставлять её одну.

— А-а, понятно...

— Прости, завтра же выходной, а меня не будет...

— Да нет, всё в порядке.

На самом деле мне было грустно, но я улыбнулся, чтобы Руна могла спокойно уехать из дома.

Завтра у Руны был один из двух полных выходных в месяц. Мы ничего конкретного не планировали, но я думал, что мы проведём весь день вместе, поэтому было вдвойне жаль.

— Во сколько ты вернёшься завтра?

— Хм, ещё не решила, но хочу вернуться до темноты. С понедельника же учёба.

— Понял.

Я подумал, что тогда мы сможем поужинать вместе, но, в зависимости от состояния Саё-сан, она может задержаться, поэтому решил не давить на неё сроками возвращения и промолчал.

— Слушай, Рюто?

Я собирался проводить Руну, которая с вещами направилась к выходу, но она обернулась, не доходя до порога.

— ...Я всё хорошенько обдумываю, знаешь.

Сказав это, Руна улыбнулась.

— Я не хочу расставаться с Рюто, но и мечту Рюто тоже хочу поддержать. Ведь Рюто поддержал мою мечту.

Услышав это, я подумал, что она говорит о поездке в Индонезию.

— Угу, спасибо.

Я улыбнулся в ответ, но в воздухе повисла лёгкая неловкость.

Не желая провожать её в такой атмосфере, я начал искать позитивную тему.

— В следующую субботу твой день рождения. Хочешь чего-нибудь?

Спрашивать такое — не круто, но мои идеи подарков, кажется, уже иссякли.

— О, и правда! Уже на следующей неделе? Быстро как...

Руна сделала глубокомысленное лицо.

— Шестой день рождения, который мы встречаем вместе... Мы ведь вместе уже больше пяти лет.

— И то верно...

Уже шестой раз. С моими способностями неудивительно, что идеи закончились... — с грустью подумал я.

— ...Рюто, ты ведь говорил, что поездка в Индонезию — это на «несколько лет», да?

Внезапный вопрос Руны вернул меня к реальности.

— Д-да.

Я растерялся от того, что мы вернулись к теме, от которой я пытался уйти, а Руна, опустив взгляд, сказала:

— Я посмотрела в интернете. «Несколько лет» — это обычно года два-три.

— Угу...

Кажется, я тоже об этом слышал. Не знаю, имел ли это в виду Фудзинами-сан, когда говорил.

— ...Два-три года — это намного меньше, чем время, которое мы уже провели вместе... И даже если мы будем в разлуке, связь, которую мы вырастили за эти годы, поддержит нас, правда?

— Э?..

Это значит...

Руна собирается остаться в Японии? Пока я осознавал, насколько Руна мне дорога, она уже приняла решение?

Я потерял дар речи, а Руна подняла голову и ярко улыбнулась. Но выражение её лица казалось натянутым.

— Рюто может работать там, где ему нравится. Я буду ждать в Японии.

Сказав это, Руна, сохраняя улыбку, повернулась ко мне спиной и начала обуваться.

— .........

Я ничего не мог сказать.

Хотя именно я говорил, что хочу поехать в Индонезию.

— ...Ну, я пошла.

На лице обернувшейся Руны проступило одиночество. И это меня спасло.

Руна, глядя на меня несколько секунд, вдруг грустно прищурилась.

— ...Не делай такое лицо. Всё будет хорошо, мы же справимся.

Она сделала шаг ко мне и положила ладони мне на щёки.

— Рюто, я тебя очень люблю...

Прошептала она голосом, похожим на вздох, и накрыла мои губы своими.

Она была на каблуках, поэтому её лицо оказалось совсем близко к моему — я стоял босиком. Я крепко обнял Руну за спину.

Обычный поцелуй перед выходом сегодня ощущался как прощальный.

Когда наши губы разомкнулись, я почувствовал странное, липкое ощущение. Должно быть, это из-за блеска для губ, ведь Руна нанесла полный макияж перед выходом.

— .........

Мы смотрели друг на друга в упор.

Руна, как и всегда, прекрасна. Она сияет ещё ярче, чем пять лет назад.

Не отводя взгляда, Руна улыбнулась. Улыбкой, похожей на богиню, словно пытаясь успокоить меня.

— Я пошла.

Повторив это ещё раз, Руна с неохотой повернулась ко мне спиной.

— Угу... Счастливого пути.

В следующий раз мы увидимся не раньше, чем через тридцать часов.

Отчего это ожидание сводит меня с ума? Оттого ли, что мы сейчас в самом разгаре сладких дней совместной жизни?

Или же потому, что я осознал возможность грядущей разлуки на несколько лет?

Я какое-то время не мог пошевелиться, глядя на закрытую дверь, скрывшую Руну.

— .........

Вдруг я заметил странное ощущение на губах и потёр их друг о друга.

Покалывание и холодок — это чувство мне знакомо.

В этот момент на столе зажужжал смартфон.

Я подошёл, посмотрел на экран: пришло сообщение от Руны.

«Рюто, прости!

Я сегодня красилась и о чём-то задумалась, случайно нанесла максимайзер.

Губы не щиплет?»

— А-а...

Точно, вот что это за чувство.

Вспоминаю, как мы ходили смотреть квартиры. То же ощущение холодка, что и после поцелуя в шкафу.

«Всё в порядке. Счастливого пути».

Стоило мне отправить это, как от Руны тут же пришёл ответ.

«Сразу сотри и намажь гигиенической помадой, будет легче!»

Я ответил: «Понял, спасибо», но ещё долго не пытался вытереть губы.

Я хотел чувствовать Руну.

Пусть щиплет.

Я хочу, чтобы это покалывание проникло в самую глубину сердца.

Ведь если я окажусь где-то далеко за морем, я не смогу ощутить даже эту боль.

◇

В ту ночь я лег спать раньше обычного.

Когда ты один, с ужином и душем управляешься быстро, да и заняться мне было, по сути, нечем.

Обычно накануне выходных мы с Руной смотрим кино.

Садимся рядом на диван, а для создания атмосферы запасаемся попкорном и колой.

Правда, если фильм оказывается слишком длинным, мы можем уснуть на середине. Или же, прижимаясь друг к другу, увлекаемся ласками так, что становится уже не до сюжета, и потом нам приходится пересматривать то же самое в другой день.

Раньше я никогда не смотрел столько фильмов, но Руна всегда выбирает громкие новинки или признанные шедевры, так что в последнее время я начал находить кино по-настоящему интересным.

И всё же смотреть что-то в одиночку мне совсем не хотелось.

Подписка на стриминговый сервис оформлена на Руну, но стоит мне взять пульт от телевизора, и я без проблем мог бы что-нибудь включить даже без неё.

Я забрался в постель и включил на смартфоне последнее видео KEN, но там появилось столько незнакомых новичков, что я устал просто запоминать их имена и аватары. Сам того не заметив, я уже давно перестал успевать следить за творчеством KEN.

Двуспальная кровать для одного слишком просторна.

Из-за того что в последнее время стало душно, мы постелили охлаждающую простыню, и теперь пустая постель кажется ещё холоднее.

Наверное, из-за этого я спал чутко и на рассвете, что со мной бывает редко, встал в туалет. На улице уже рассвело, сквозь шторы пробивался слабый свет, так что в комнате не было полной темноты. Мне было лень включать свет, поэтому я пошёл так.

Это случилось, когда я возвращался в спальню.

В полумраке я плохо видел, куда ступаю, шёл неуверенно и случайно что-то пнул.

— Ай!..

Это была ножка стола Руны. Поскольку мы оба студенты, в углах гостиной стоят наши письменные столы. Стол Руны ближе к спальне, и я зацепился пальцем именно за его ножку.

От удара со стола Руны что-то упало.

— Ах... прости!..

Руны не было дома, но я по привычке извинился, поднимая упавшее с пола.

Взяв в руки один из предметов, я почувствовал что-то странное и присмотрелся.

Это был обрывок картона. Размером с небольшую дощечку, видимо, вырезанный специально.

— ...Что это?

Я подумал, что это мусор, и уже хотел выбросить в корзину, но случайно перевернул его.

И тут мне в глаза бросилась надпись: «Кашима Руна». Тонкие буквы, написанные от руки, словно механическим карандашом.

Увидев это, я вспомнил.

Вспомнил тот момент сразу после начала нашей совместной жизни, когда Руна написала на картонной коробке своё имя после замужества.

«Может, вырезать и сохранить?» — вспомнил я, как Руна говорила это в шутку.

— ...Она и правда сохранила...

Специально вырезала ножницами.

— ...Руна...

Я стоял один в комнате и смотрел на буквы на картоне. Сейчас это выглядело как табличка на дверь.

«...Знаешь, сейчас много говорят про разные фамилии супругов и всё такое, но я всё равно мечтаю об этом — взять фамилию любимого человека... Кашима Руна... ага».

Вспомнив, как Руна счастливо шептала это, покраснев, я почувствовал, как сердце болезненно сжалось.

Не видеть эту улыбку несколько лет?

Каждую ночь ложиться в постель, где нет тепла Руны, в одиночестве смотреть в потолок и закрывать глаза?

И такие ночи будут продолжаться сотни дней... Нет, это же!..

— .........

Сжав в руке картонную табличку и чувствуя, что больше не могу терпеть, я бросился к смартфону, лежавшему на зарядке у изголовья кровати.

Время — шесть утра. Поезда уже ходят.

«Я поеду к ней».

«Поеду и расскажу Руне о том, что чувствую сейчас».

С этой мыслью я окончательно проснулся и начал поспешно собираться.

◇

Я добрался до ближайшей к дому Саё-сан станции в Тибе уже после десяти утра.

Я приехал сюда спонтанно, но если заявлюсь прямо сейчас, то помешаю общению правнучки с прабабушкой.

Разумеется, я не предупредил Руну о своём приезде. А она ничего не писала мне после вчерашнего пожелания спокойной ночи.

Хотя это и привокзальный район, здесь нет такого оживления, как в Токио. И всё же я выбрал улицу, которая казалась более-менее людной, и отправился на утреннюю прогулку.

Я шёл по улице, где прохожие встречались редко, разглядывая маленькие частные кафе, мясные и овощные лавки, навевающие лёгкую ностальгию.

И тут мой взгляд зацепился за магазин, атмосфера которого отличалась от остальных.

Застеклённый фасад в западном стиле наводил на мысли о парикмахерской или кондитерской, но это было что-то другое. На витринах внутри были выставлены аксессуары и прочие мелочи.

Почувствовав дежавю от оформления витрины, я остановился перед входом.

Над дверью висела белая деревянная вывеска:

«Магазин натуральных камней и аксессуаров ручной работы Artemis».

— Аксессуары ручной работы...

Я вдруг вспомнил лавку на летнем фестивале, где мы когда-то были.

Яркие украшения из натуральных камней, разложенные на ткани мягких тонов, очень напоминали ту лавку. Хоть я тогда лишь мельком взглянул на них, у меня осталось впечатление, что это были стильные и приятные вещицы.

«Да не может быть», — подумал я, но решил: если это вдруг правда, значит, это судьба. Набравшись смелости, я вошёл внутрь.

— Добрый день.

Девушка, сидевшая за кассой, встала и поприветствовала меня. Это была молодая стильная женщина. Мне показалось, что я её тоже где-то видел.

— ...Извините, если ошибаюсь, но...

Обычно я не разговариваю с продавцами больше, чем нужно, но тут решился спросить.

— Вы случайно не торговали на летнем фестивале?

— О, да! — удивлённо кивнула продавщица. — На фестивале Обон, кроме обычных палаток, есть зона для местных магазинов, и мы участвуем там каждый год.

Значит, я не ошибся. Моя память всё-таки не так уж плоха.

— Пять лет назад в вашей лавке я купил кольцо в подарок своей девушке, — с улыбкой сказал я, чувствуя радость.

— Правда?! Спасибо вам большое! — поблагодарила продавщица, и глаза её засияли.

— ...Я хочу снова сделать подарок той же девушке...

Говоря это, я перевёл взгляд на украшения, выставленные в магазине.

— Я уже дарил ей лунный камень, её камень рождения, так что теперь даже не знаю...

— Лунный камень? Значит, ваша девушка родилась в июне.

Продавщица подошла ко мне, и мы стали вместе рассматривать товар.

— А вы знали? У каждого месяца не один камень рождения.

— Э? Серьёзно?

Заметив моё удивление, продавщица достала с полки одно кольцо и показала мне.

— Как насчёт вот этого?

◇

В июне на пляже людей было ещё немного.

Сёрферы вдалеке виднелись круглый год, но пляжный сезон ещё не открылся, так что, кроме них, никого в море не было.

Поскольку был выходной, на песке мелькали фигуры людей, но все они, похоже, пришли, как и я, просто на прогулку. Никто не задерживался подолгу.

Солнце то и дело скрывалось за облаками, так что день не был по-настоящему ясным, но, по крайней мере, дождя не было, что для этого времени года уже неплохо. Стоило немного подвигаться, как становилось жарко. Я шёл, стараясь, чтобы песок не попал в обувь.

И тут я нашёл его. Пляжный домик Мао-сан, «LUNA MARINE».

Похоже, его ещё только обустраивали, но вывеска уже висела, а белая терраса была достроена.

Подойдя к террасе, я вспомнил ресторан, который мы посетили в «Американской деревне» на Окинаве.

Когда мы с Руной обедали там на террасе, я подумал, что он похож на «LUNA MARINE», и сейчас, глядя на него, убедился, что атмосфера и правда схожа.

«...Я счастлив, что смог прийти сюда с Руной... что мы можем быть вместе вот так».

«...Я хочу, чтобы ты больше ни о чём не переживала. Ни о прошлом. Ни о слишком далёком будущем...»

«...Даже если я умру здесь сегодня... я буду счастлив. ...Потому что был вместе с Руной».

«...Давай ценить то "сейчас", когда мы можем быть вдвоём».

Я вспомнил слова, сказанные Руне тогда, и ещё раз убедился: то, что я собираюсь сказать ей сейчас, — не ошибка.

— А? Рюто?!..

В этот момент сзади раздался голос.

Голос Руны.

Обернувшись, я увидел Руну, которая смотрела на меня с удивлением. Наверное, у меня было такое же лицо.

— Э, не может быть, ты приехал?! Ты ведь не предупреждал меня?!..

Руна в панике потянулась за телефоном, а я, неловко кивнув, сказал:

— Д-да... Мне захотелось тебя увидеть, и я приехал забрать тебя. Собирался позвонить чуть позже...

— Вот как!..

Руна счастливо улыбнулась.

— Я позавтракала, и мы с Саё-ба разговорились, что скоро открытие пляжного сезона... Мне стало интересно, как там наш пляжный домик, и я решила прогуляться.

Сказав это, она посмотрела на меня и улыбнулась.

— Не ожидала, что встречу Рюто...

— Я тоже удивился, не думал, что ты придёшь сюда.

— ...Прямо как тогда. На летних каникулах во втором классе старшей школы.

— Точно.

Мы встретились взглядами и легко рассмеялись.

— Тогда тоже было весело. Работать вдвоём с Рюто.

— Это была моя первая работа в жизни.

— И моя!

Восторженно воскликнув, Руна вдруг улыбнулась и опустила подбородок.

— Если подумать, мы это уже делали. ...Впервые делали что-то вместе.

Глядя на смущённую, но радостную Руну, я тоже улыбнулся.

— Давай и дальше жить так же. ...Быть ближе всех друг к другу.

Руна с любопытством посмотрела на меня, среагировав на мои последние слова, и в этот момент я, собравшись с духом, заговорил.

— Я всё-таки хочу, чтобы Руна была рядом со мной.

— Рюто... Я тоже хочу...

— Поэтому, если Руна после выпуска сразу станет воспитателем в Японии... я тоже буду искать работу в Японии.

Руна широко раскрыла глаза и потеряла дар речи.

— Поэтому я хочу, чтобы после выпуска мы поженились.

Это и есть мой вывод, к которому я пришёл, размышляя со вчерашнего вечера.

— Э... замуж я хочу, но подожди немного!

Словно не успевая переварить информацию, Руна сделала жест «стоп» рукой.

— Что значит «искать работу в Японии»? Ты устроишься не в компанию Фудзинами-сана?

Я молча кивнул.

— Но у тебя же ещё нет конкретного варианта в японской компании?

— Я начну искать прямо сейчас.

— Ты хочешь быть редактором?

— Об этом я тоже подумаю... Но так как я начинаю поздно, думаю, сейчас не время привередничать с отраслью.

Глядя на то, как усердно Куросэ-сан пытается устроиться редактором, даже я понимаю, что стать редактором сразу после университета — задача не из лёгких.

— Но какую-нибудь работу я найду... Работа — это часть жизни, а не сама жизнь. Если думать так, то не стоит воспринимать это слишком тяжело.

Даже тот самый Иччи, оказавшись в ситуации, когда нужно работать, взялся за непривычный физический труд. Если речь идёт о выживании, человек способен на многое.

— Я думал о том, что для меня действительно важно в жизни. И понял, что самое важное — это чтобы Руна улыбалась рядом со мной, сегодня и завтра.

— Рюто...

Руна счастливо улыбнулась.

— Я тоже... я тоже так думаю. Рюто для меня важнее всего.

Сказав это, она сделала сложное лицо.

— Но... прости. Я немного запуталась.

— В смысле? — спросил я, и Руна смущённо начала объяснять.

— Я... всё время думала только о том, смогу ли я вынести разлуку с Рюто на несколько лет... Я и представить не могла, что Рюто скажет мне такое... Я думала, Рюто уже твёрдо решил ехать в Индонезию.

— ...Я думал о том, чтобы жить порознь.

Наверное, я был наивен. В глубине души я полагал, что, что бы ни случилось, Руна поедет со мной.

Только вчера, когда Руна объявила о своём решении ждать меня в Японии, я впервые смог реально представить жизнь вдали от неё.

И я остро почувствовал, что не хочу этого.

— ...Честно говоря... на работе меня вполне могут заменить. Да и я сам не узнаю, что это за работа и подходит ли она мне, пока не попробую.

Руна внимательно слушала меня.

— Но всё же я захотел стать редактором благодаря энтузиазму Фудзинами-сана.

Я вспомнил, как горячо говорил Фудзинами-сан в холле отеля на днях.

— Фудзинами-сан оценил меня... Фудзинами-сан, блестящий редактор, работавший над хитовыми аниме, много раз говорил мне, что я подхожу для этой работы... Мне захотелось оправдать его ожидания, попробовать свои силы. Впервые в жизни у меня появилась работа, которой я «хочу заниматься».

К тому же, помогая Район-сан писать тексты песен и редактируя сообщения Кудзибаяси-куна в LINE, я и сам начал думать, что это может быть моё.

— Поэтому сейчас дело не только в желании стать редактором, но и в сильном желании работать именно под началом Фудзинами-сана, учиться у него... Иначе говоря, у меня не было такого рвения стать редактором через обычный поиск работы в Японии, как у Куросэ-сан.

Проверяя свои чувства, я честно открылся Руне.

— Если бы была такая профессия, ради которой я бы сам пошёл кланяться и просить: «Пожалуйста, возьмите меня», — я бы сам искал работу... Но до сих пор в моей жизни такой работы не было.

Лицо Руны стало тревожным, поэтому я поспешил продолжить:

— Но если взяться за поиск всерьёз, возможно, такая компания найдётся. Я собираюсь поискать.

Тут Руна, до этого молча слушавшая, тихонько хихикнула.

— ...Но мне кажется, Рюто не подходит для такой активности.

— А?

— Рюто ведь совсем не напористый. Даже если найдёшь компанию, в которую захочешь попасть, скорее всего, скажешь что-то вроде: «Если я вам подойду, пожалуйста, наймите меня...»

— ...Д-действительно...

Она видит меня насквозь. Всё-таки мы встречаемся уже пять лет.

— ...Мне нравится эта черта в Рюто.

Она улыбнулась и добавила:

— Или лучше сказать: эта черта «тоже».

Хихикнув, Руна вдруг стала серьёзной.

— ...Но поймут ли это качество Рюто при приёме на работу?

— Э?

— Разве не в более выгодном положении те студенты, которые активно заявляют: «Позвольте мне это сделать!», «Я хочу заниматься именно этой работой!»? ...Прямо как в любви.

Сказав это, Руна немного помрачнела.

— До второго класса старшей школы я была никудышным «менеджером по персоналу», поэтому набирала в парни именно таких. Думала: раз он так говорит, значит, будет дорожить мной. А оказывалось совсем не так.

При виде её самоироничной улыбки у меня до сих пор немного сжимается сердце.

Тем сильнее мне хочется беречь её.

— Думаю, с компаниями так же... Конечно, кадровики в крупных фирмах разбираются в людях лучше, чем я тогда. Но ведь студентов много, и если ты не умеешь себя подать, тебя просто не заметят, разве не так?

— Наверное, так и есть...

— Поэтому то, что Фудзинами-сан пригласил тебя, зная твой характер и способности... как твоя девушка, я была счастлива.

Руна говорила тихо, с улыбкой, и я чувствовал, что она действительно так думает. От её тепла у меня дрогнуло сердце.

— Я хочу, чтобы Рюто работал там, где его достоинства поймут и оценят по заслугам.

— .........

Я и сам хотел бы работать в такой компании. Но пока единственное такое место — это фирма Фудзинами-сана, а это значит, что мне придётся ехать в Индонезию.

— Поэтому, как ни жаль... но...

Опустив глаза, она произнесла это, а затем подняла голову и посмотрела на меня.

— Я всё-таки рада, что для Рюто я важнее работы. Правда...!

От этой сияющей улыбки у меня на душе стало тепло и спокойно.

— Я так счастлива. На самом деле, ещё недавно мне было немного одиноко.

— Тебе тоже?

— Угу... Вчера мы впервые за долгое время разлучились, я спала одна на втором этаже у Саё-ба... и всё думала: «Ах, как же хочется увидеть Рюто». Поэтому и пришла в этот пляжный домик, где у нас с тобой столько воспоминаний.

«Хью-ру-ру», — раздался с неба крик коршуна. Непрерывный морской бриз и всё вокруг напоминало о том, что было пять лет назад, вызывая ностальгию.

— Спасибо, что приехал за мной, Рюто.

Сказала Руна с моей самой любимой улыбкой.

— Поедем домой вместе? В наш дом.

— Угу.

Она игриво взяла меня за руку, и мы, переплетя пальцы, зашагали по пляжу.

— Но перед этим зайдём поздороваться с Саё-ба? Думаю, она обрадуется, увидев Рюто!

— Если я не помешаю, то с удовольствием.

— Конечно, не помешаешь! Саё-ба спрашивала: «А Рю-кун не с тобой?», так что она будет просто счастлива!

Так мы навестили Саё-сан, поболтали втроём о семье и о всякой всячине, нас накормили обедом и угостили сладостями, а потом мы с Руной вернулись в Токио.

◇

В тот вечер, когда мы легли в постель, перед тем как уснуть...

Руна сжала мою руку под одеялом и, глядя на меня, прошептала:

— Давай всегда будем вместе.

— Угу...

Из-за того что я сегодня рано встал, стоило мне лечь, как навалилась сонливость, так что я кивнул Руне уже сквозь дремоту.

— Я уже всё решила. Я не расстанусь с Рюто... Всегда, куда бы мы ни отправились, пока Рюто рядом, всё будет хорошо.

Слышал ли я эти слова наяву или во сне — я уже не мог разобрать, настолько глубоко провалился в сон.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

* * *

В телеграмме информация по выходу глав. Также если есть ошибки, пиши ( желательно под одной веткой комментов).

Телеграмм канал : t.me/NBF_TEAM

Поддержать монетой переводчика за перевод : pay.cloudtips.ru/p/79fc85b6