Той ночью.

Надеко, как и обещала Кучинаве-сану, отправилась искать его труп — тайком ускользнув из дома.

Ведёт себя как настоящая «плохая девочка», так что не стоит кому-либо знать об этих вылазках.

— Щщща-щща, вот теперь славно, — оставил свой комментарий Кучинава-сан, стоило только выйти из дома. Это были первые его слова за долгое время.

Он что, правда всё это время спал? Чтобы сохранить энергию?

— То, что ты сказала сегодня днём… Я думал, что, когда ты принимала мою просьбу, это были всего лишь слова, и боялся, что ничего не станешь делать.

— …Надеко бы так не поступила.

Как бы то ни было, Надеко попросила пока не разговаривать.

Пока мы не отойдём от дома, лучше помолчать.

Иначе другие посчитают Надеко «жалкой».

В кои-то веки Кучинава-сан послушался и сделал именно то, о чём его просят, лишь спустя время добавив: «Я волновался».

Услышав, как он повторяет это, Надеко подумала, что это не было притворством. Должно быть, он действительно волновался.

И теперь, наверно, действительно испытывает облегчение.

— Я же не проводил собеседование, не оценивал твой характер, когда выбирал тебя. Будь ты безответственной и трусливой лгуньей, то у меня были бы связаны руки. Не то, чтобы у меня вообще были конечности…

Его змеиная шутка получилась так себе.

Некоторые говорят, что Надеко в шутках «профан», но даже Надеко не может смеяться над несмешными шутками.

— Надеко не делает то, чего не может… Не может сделать того, что не делает и не делает того, что не может сделать. Вот и всё, — сказала Надеко по пути. — Но… Надеко может быть безответственной и трусливой лгуньей. Здесь ты прав… Не могу обещать, что Надеко не такая. Однако… что касается твоей святыни, Кучинава-сан… Думаю, Надеко справится…

— Интересно. И ты действительно думаешь, что сможешь найти её, не имея никакого энтузиазма?

— …

Как же раздражает, что Кучинава-сан всё ещё пытался «ёрничать» над Надеко, и это была одна из причин отсутствия энтузиазма, но да, нельзя его винить за то, что он считает Надеко несерьёзной. Особенно после того, как он увидел поведение Надеко, старосты класса, перед классным руководителем.

Конечно, Надеко в самом деле нельзя считать серьёзной девушкой… Хотя слышать, когда Надеко называют несерьёзной, тоже не нравится…

— Кучинава-сан, ты меня слышишь?

— Хм? Что?

— Прости, просто… Ты можешь меня выслушать?

— …? Конечно. Валяй.

— Таких тихих, застенчивый, не умеющих общаться с другими людьми девушек, как Надеко… Таких слабых, не умеющих заводить друзей и плачущих по любому поводу… По какой-то причине таких девушек считают «добротными».

— «Добротными?»

«Наверное, всё-таки добропорядочными», — поправил Кучинава-сан.

Надеко кивнула.

— Наверное, именно поэтому все хотели, чтобы старостой класса стала именно Надеко, и именно поэтому Сасаябу-сенсей обратился к ней с такой просьбой… Но всё не так… Надеко вовсе не «добропорядочная», не «невинная» и не «прилежная»… Честно говоря, это так неприятно, когда люди взваливают на тебя свои завышенные ожидания и считают, что ты их подвёл, потому что ты этим ожиданиям не соответствуешь, — произнесла Надеко, вспоминая разочарованное выражение лица Сасаябу-сенсея.

Ну вот, опять устроила нытьё.

Не стоило этого говорить.

И всё же, разочаровывать других так же неприятно, как и быть разочарованным. Даже если ожидания и были завышенными.

— Поэтому, Кучинава-сан, ты должен знать… Надеко хочет сделать всё возможное, чтобы искупить вину за то, что порезала твоих «братьев». Но Надеко не может гарантировать, что непременно найдёт твою святыню. И если так случится, пожалуйста…

«Не разочаровывайся».

Надеко разговаривала на ходу.

Даже не глядя на Кучинаву-сана, находящегося на её запястье.

Потребовалось немало мужества, чтобы сказать всё это. И оказалось, что проявлять мужество чертовски энергозатратное занятие. Учитывая, сколько работы мне ещё предстоит сделать, наверное, стоило бы отложить этот разговор на потом…

— Щщща-ща-ща. Я не заставляю тебя давать мне какие-то гарантии. Но, поскольку ты единственная, на кого я могу положиться, я просто не могу допустить, чтобы поиски велись спустя рукава.

— Суруга?

— Спустя рукава.

— Спустя рукава… ага.[1]

«Что ж…» — Надеко решила сменить тему.

В этот раз обойдясь без выражений «как бы то ни было» и «в любом случае». Похоже, что мы, наконец-то, добрались до главной проблемы.

— Даже Надеко нужно спать по ночам, так что вести поиски всю ночь не получится… Кучинава-сан. Каким образом Надеко должна искать святыню Кучинавы-сана?

Не говоря уж о том, что эти поиски похожи больше на лозоходство[2], чем на что-то определённое.

Если он не сможет сказать, как Надеко должна искать его святыню, местоположение и внешний вид которой неизвестны, то невозможно понять, куда двигаться дальше…

— Щща-ща. Да просто поброди по округе — забудь, что я говорил раньше. Я думаю, святыня должна быть не так уж и далеко от храма…

— …Почему?

— Честно говоря, даже не знаю, что тебе ответить, но разве это не логично — искать вещь неподалёку от того места, где она раньше находилась? В конце концов, не похоже, чтобы её кто-то крал.

— …

Так её не украли?

Но, ведь, она же была украдена… И даже если это не так, Надеко думала, что её «кто-то забрал».

В конце концов, предметы не умеют перемещаться самостоятельно. Как святыня могла пропасть, если её никто не трогал? Не сама же ушла?

…Впрочем, это же странность…

К тому же, эта святыня была не просто трупом, а трупом, которому поклонялись, как божеству, так что она, вполне возможно, способна самостоятельно перемещаться. Да, здравый смысл подсказывает, что трупы двигаться не могут. Но вот вампиры тоже по сути являются бессмертными трупами, так что можно сказать, что некоторые трупы всё-таки могут ходить по ночам.

— Эта святыня, в конце концов, является моим физическим телом. Если мы пройдём неподалёку от него, то я отреагирую — завибрирую, как мобильный телефон. Так мы сможем сузить круг поиска.

— …То есть, ты хочешь сказать, что Надеко нужно просто ходить, и всё?

Это даже чуток разочаровывало.

На Надеко сейчас была надета бейсболка, а не вязанная шапка, но она всё равно попыталась спрятать глаза.

Без какой-то особой причины. Просто привычка.

— С этого и начнём.

Слова Кучинавы-сана словно намекали на то, что поиски будут нелёгкими, но Надеко сделала вид, что не заметила этого.

Да и всё равно он не ответит честно, даже если на него надавить.

Надеко притворится, что не знает того, чего не хочет знать. Притворится, что не понимает того, чего не хочет понимать.

— …А может ли эта святыня быть зарытой в землю или вмурованной в стену? То есть, может ли она быть спрятана?

— Ну… я не знаю. Понятия не имею, в каком она состоянии. Как ты сама предположила, Надеко-тян, она вполне может быть разрублена на кусочки и разбросана в разных местах. Вместо того, чтобы быть спрятанной в каком-то одном месте, она может быть на виду, но в сотне разных мест. Щща-ща-ща.

— …

Он одарил меня очередной колкостью.

Жутко неприятное чувство. Что логично, для этого колкости и говорят.

Не думаю, что в этом мире существует такое понятие, как «приятная колкость».

— Хорошо, Кучинава-сан… Надеко всё уладит… Нужно просто бродить по ночному городу, пока она не найдёт… святыню Кучинавы-сана, верно?

— Да, именно это я и имел в виду. В общих чертах. Хотя твоя формулировка звучит как-то слишком уж идиллически.

— Надеко же не придётся сражаться с незнакомыми врагами или соперничать с кем-то в своих поисках?

— Э-э… нет, с чего бы. Или ты рассчитывала именно на такого рода приключение, Надеко-тян?

— Нет… но…

Надеко что-то подобное и представляла — скорее с тревогой, чем с надеждой.

Вот почему.

Это разочарование. Такое ощущение… пустоты.

— Кстати, что будет, когда мы найдём эту святыню?

— Что будет? Ну, я заберу её и оставлю тебя в покое, наверно… Это же моё изначальное тело, значит я вернусь в него, верно?

— …После чего наши пути разойдутся.

— Именно так. Хмм? Почему ты выглядишь разочарованной, Надеко-тян? Только не говори, что ты успела ко мне привязаться.

— Дело не в этом…

Мы вместе всего день, этого слишком мало, чтобы привязаться, и, честно говоря, мне трудно иметь дело с такими грубиянами как Кучинава-сан.

Проблема в его личности, а не в том, что он змея или странность.

— …Просто, Надеко совсем не умеет прощаться.

— Ммм?

— Когда кто-то… кто угодно, правда… Когда кто-то уходит навсегда… это так утомляет, разве нет?

— Утомляет? Странное же ты выражение выбрала. Звучит так, будто ты …

Кучинава-сан собирался было что-то сказать таким тоном, будто в чём-то меня подозревает — таким «сомневающимся» и «недоверчивым» тоном — однако, к счастью для Надеко, он так и не произнёс последних слов.

Потому-что в этот самый момент.

«Бзззззззззззззззззз»

Белое тело Кучинавы-сана, обёрнутое вокруг правого запястья Надеко, начало уверенно вибрировать — он сравнил это с вибрирующим телефоном, у Надеко не было мобильного телефона, поэтому о точности этой аналогии можно было лишь догадываться.

Если и пытаться это с чем-нибудь сравнить, то это чем-то похоже на массажёр отца Надеко — но, честно говоря, вибрация оказалась сильнее, чем представлялось ранее.

Настолько сильной, что было почти больно. Если использовать фигуру речи не «идиллическую», а пугающую, Надеко подумала, что ей сейчас оторвёт запястье.

— Чт… что?

— Щщща-ща… Смотри-ка, быстро среагировал. Надеко-тян, иди на пять часов!

— На пять часов?

Это в какую сторону?

Если он будет говорить с Надеко, будто они находятся в каком-то фильме, его будет сложно понять.

— Ну представь себе часы. Прямо перед тобой двенадцать часов, а тебе нужно на пять, это значит по диагонали назад и направо.

— По диагонали назад и направо…

Надеко всё равно не совсем поняла, даже после такого объяснения, но повернулась и пошла в указанном направлении.

Можете называть Надеко «послушной девочкой».

Да, конечно, Надеко шла не по пустыне, а по улице, поэтому не могла двигаться ровно по диагонали назад и направо.

По мере того, как мы обходили дома, Кучинава-сан постоянно вносил корректировки в наш маршрут (в своей раздражающе точной манере, говоря, на какой именно час нужно идти несмотря на то, что идти по диагонали не было никакой возможности), в результате чего мы оказались в парке.

Надеко, как всем известно, является домоседом, поэтому никогда не играла в парках, даже когда была совсем маленькой, но всё же о существовании этого парка она знала, пусть он и был небольшим.

Здесь было много всяких игровых конструкций: «джунгли»[3], качалки, турники и всякого другого — говорят, что последнее время из парков всё чаще убирают игровые конструкции, но, похоже, что «муниципальные» власти решили отложить эту идею на потом.

Это хорошо или плохо?

— Так. Где-то здесь, — произнёс Кучинава-сан.

— Здесь… Но это же песочница.

Да, благодаря своему «зондированию» Кучинава-сан привёл нас в место, которое в некотором смысле можно было назвать самым безопасном местом во всём парке — к песочнице… Хотя нет, даже в песочнице может таиться «смертельная опасность», ведь всегда существует «опасность закопанного стекла», «антисанитария» или «опасность проглатывания».[4]

— …

Ну, возможно, песок и не настолько опасен, если его проглотить.

«Опасность проглатывания» может исходить от чего угодно, даже от еды.

— Чт…что? Ты хочешь сказать, что твой труп закопан в этой песочнице?

Надеко всё-таки произнесла слово «труп». Случайно.

Надо лучше следить за своими словами, иначе можно угодить в неприятности, но почему-то казалось неправильно называть «святыней» что-то, закопанное в песочнице.

— Да, я уверен в этом — щща-ща! Или ты сомневаешься в моей точности? Ааааа?

— Нет, дело не в сомнении…

Правильно.

Безусловно, Надеко более чем сомневается, но выносить это на обсуждение не хочет.

Если святыня закопана в песочнице, то наверняка ребёнком… нет, возможно даже собакой или кошкой.

— …Но, конечно, Кучинава-сан, раз вы так говорите… пожалуй, стоит глянуть.

— Почему я не наблюдаю энтузиазма?

— Надеко полна энтузиазма, — ответила Надеко, доставая из рюкзака садовую лопатку.

Надеко принесла её, потому что ей почему-то показалось, что она может пригодиться (в рюкзаке имелись также верёвка и долото)… Но кто же знал, что она понадобиться так скоро.

— Давай, поторопись и начинай копать. Вне всяких сомнений, моя святыня закопана именно здесь.

— …

— Щщща-ща — да мы с тобой словно выиграли в лотерею с первого же билета, разве нет? Разве ты не везучая, Надеко-тян? Всего каких-то полчаса прогулки, и ты уже почти свободна от меня…

Он был так взволнован, что, кажется, забыл, о чём говорила Надеко. Кучинава-сан обычно производил впечатление угрюмого циника, поэтому было немного удивительно наблюдать его таким радостным.

Впрочем… это не удивительно, ведь он же нашёл своё тело.

Да ещё и так быстро.

Не знаю, уместна ли аналогия с лотереей, но шансы и правда были малы.

Так что его радость можно понять.

— …

Надеко с характерным звуком вонзила лопатку в песок.

В любом случае, Надеко уже была готова попрощаться с Кучинавой-саном, хотите верьте, хотите нет — хотя мысли об этом всё равно «утомляли».

Но чувства Надеко не так уж и важны — по правде говоря, для такого занятия, как копание в песочнице, не нужна какая-то особая мотивация, ведь мы раньше или позднее, нет, рано или поздно всё равно должны были попрощаться.

И так уж сложилось, что этот момент наступил сейчас.

Наши отношения получились недолгими, но Надеко и не хотела долгих отношений — уж точно не со змеёй.

Пора прощаться с Кучинавой-саном.

Если я найду здесь его святыню.

[1] Кучинава произносит слово 縋る (sugaru, «положиться на кого-либо»), что Надеко расслышала как «Суруга».

[2] Псевдонаучный метод поиска скрытых под землёй объектов (обычно это источники воды или залежи полезных ископаемых), основанный на различных экстрасенсорных практиках. Назван так из-за того, что в процессе поиска часто использовали лозу в качестве указателя направления поиска.

[3] Если качалки (они же качели-балансиры) и простые турники распространены и у нас, то аналога «джунглей» нет. Представьте себе каркас куба, сделанный из металлических брусьев. А теперь представьте себе пирамидальную конструкцию, сложенную из множества таких «кубов». Вот это и называется в Японии ジャングルジム (jungle gym).

[4] Надеко сейчас фактически цитирует предупреждающие надписи, которые зачастую делают на песочницах. Возможно, даже читает одну из них.