Зрачки Надеко расширились.

Мышцы лица напряглись.

Уголки губ подрагивали — остановить их не получалось, как не пытайся. Это физиологическая реакция.

Дыхание — неровное.

Цукихи же сидела и наблюдала за всем со стороны.

Казалось, что прошла целая вечность, но на деле прошло лишь мгновение. Глазом не успела моргнуть — фактически, Цукихи успела моргнуть один раз, прежде чем её зрачки сузились.

— Ха, — сказала она. — Ясно. Ты знала.

— …

— Твоя реакция говорит сама за себя. Ты не удивлена, но тебя «задело» — ну, знаешь, люди любят посплетничать о Коёми. Тяжело жить в этом городе, и не слышать ничего о нём. К тому же, он наверняка не скрывал этого от тебя, в отличие от меня и Карен.

С этими словами Цукихи отдалилась от Надеко и встала. На секунду показалось, что она готова ударить Надеко, но нет, она подошла к двери и открыла её.

Было интересно, решила ли она уйти, потому что испытывает отвращение к Надеко, но на самом деле она просто захотела проверить коридор.

Оглянувшись по сторонам, возможно, чтобы убедиться, что ни братика Коёми, ни Карен нет поблизости, она закрыла дверь и вернулась на то же место, где сидела.

Нет, не на то же.

В этот раз она села на кровать и оказалась лицом к лицу с Надеко.

Поскольку кровать была пружинной, показалось, будто произошло небольшое землетрясение — или, вернее сказать, что всё, включая землю, начало раскачиваться из стороны в сторону.

Она была так близко.

И это очень страшно.

Если думаете, что я себя накручиваю и слишком боюсь свою подругу, то попробуйте посидеть здесь на месте Надеко.

— Хорошо, Надеко, — произнесла Цукихи. Она смотрела прямо в глаза Надеко. — Давай поговорим начистоту. Как женщина с женщиной.

— …

Как долго это ещё будет продолжаться?

Не пора ли Надеко уже отправиться в следующую главу и продолжить поиски святыни Кучинавы-сана?

Казалось, что Цукихи резко перестала стараться хорошо выглядеть в моих глазах… хотя нет.

Ей наверняка было наплевать на то, что он ней думают остальные — в отличие от Надеко.

— И когда ты узнала? — просила она.

— К-Когда? Ну… ходили слухи… Но Надеко и до этого видела, как братик Коёми гуляет с девушками…

— …

«Поучился бы скрытности что ли, братец», — тихо пробормотала Цукихи.

В воздухе чувствовался витающий сестринский гнев, вызванный беспечностью старшего брата.

— И каждый раз это были разные девушки, так что Надеко думала, что он вряд ли с кем-то из них встречается…

— Какой же Коёми безответственный…

— Ах да, точно, Надеко ещё несколько раз видела, как он катался на плечах Карен…

— Несколько раз?!

— П-Поэтому Надеко и подумала, что они все ему как младшие сёстры…

— Когда у парня столько девушек, и все они для него как младшие сёстры, это куда хуже, чем просто парень, у которого есть несколько девушек…

— Но.

Но.

Среди всех них была одна, которая отличалась от других.

Одна из них — выделялась.

Она ему была не как младшая, и уж точно не как старшая сестра…

— Она ему подходила и была похожа на его возлюбленную.

— Подходила ему, говоришь? Хм, ты права, — согласилась Цукихи. — Она ему действительно подходит. Настолько подходит, что кажется единственной. Со стороны может показаться, что это Коёми является для неё единственным, но всё наоборот.

— Надеко заметила это в прошлом месяце… Ох, уже ноябрь, так что… два месяца назад.

— Хм. Значит, после начала второго триместра… Это заняло у тебя больше времени, чем я думала.

— …

— Ты ведь говоришь правду? Ты точно уверена, что не врёшь мне?

Цукихи подняла свой взгляд и уставилась на Надеко.

Её вечно сонные глаза были широко раскрыты, и это довольно страшно.

Надеко чувствовала, какая сила скрывается за ними.

— Если ты мне врёшь, то я тебя ударю, хорошо?

— Н-Надеко не…

— В нижнюю часть живота.

— Ты ещё и уточняешь…

— Хмф. Ладно, ничего страшного, даже если ты мне соврала. Сейчас наша главная проблема в том, что ты всё ещё влюблена в Коёми, зная, что у него есть девушка.

— Н-Наша проблема…

Надеко немного отодвинулась.

Такое чувство, что, если Надеко будет слишком близко, она точно ударит.

Но Надеко упёрлась спиной в стену, бежать некуда…

— А ты хочешь сказать, что это не проблема?

— Ну… Это же не значит, что Надеко…

Очень напряжённый разговор. Один неправильный ответ может закончиться встречей с кулаком… Как Надеко вообще оказалась в такой ситуации?

Отчасти потому, что мама и папа Надеко узнали, что она ушла из дома, но главной причиной был Кучинава-сан…

Змей продолжал безмолвно обвивать запястье Надеко. В какой-то момент показалось, что ему больше подходит имя Резинка-сан, нежели Кучинава-сан.

— Это же не значит, что Надеко собирается «увести» его… «Завоевать» его она тоже не может… И не то чтобы Надеко надеялась, что он расстанется со своей девушкой… Конечно, у Надеко есть чувства… ну… желание встречаться с братиком Коёми…, но… если у него есть девушка, то Надеко не хочет ему мешать… Достаточно просто быть рядом… это всё, что нужно Надеко для счастья…

— Вот в этом-то и проблема!

И тут Цукихи бьёт Надеко — или не бьёт.

Её внезапный возглас ощущался словно удар по голове, отчего Надеко вздрогнула. 

Если бы Надеко была змеёй, то свернулась бы колечком.

— Очевидно, что он тебе нравится, но ты не хочешь встречаться с ним? Ты не хочешь быть его возлюбленной? Это же полная бессмыслица.

— …

— Тебе нужно просто быть рядом с ним? Тебе достаточно того, что он тебе нравится? Звучит, конечно, здорово. Так целомудренно, скромно и мило, но не кажется ли тебе, что в твоих словах нет совершенно никакого смысла?

Цукихи даже не пыталась быть помягче.

Похоже, она серьёзно злится на Надеко, но…

Надеко не понимает.

Почему Цукихи злится?

К тому же — ради Надеко?

— Другими словами, мой брат для тебя словно айдол, записанный на видеокассету? Для тебя он ничем не отличается от героя манги, которым ты восхищаешься?

— …

Видеокассеты уже порядком устарели…

— Ты же любишь его в сексуальном… прости, как представителя противоположного пола, но при этом это всё, на что ты способна?

— Д-Даже если ты права… — Надеко начала нерешительно отвечать Цукихи.

Глаза опущены, как всегда. Надеко пыталась отговориться, как умеет.

— Чувства к айдолам и героям вовсе не обязательно должны быть слабыми. Нельзя про них говорить «это всё, на что ты способна»… Для Надеко Братик Коёми — это словно…

— Я не это имела в виду, — перебила Цукихи. — Я хочу сказать, что ты ведёшь себя двусмысленно. Ты утверждаешь, что он нравится тебе ещё со второго класса, но это звучит неестественно рассудительно, пока я не подумала о том, как ты приглашаешь его к себе в гости, или носишь откровенную одежду, чтобы его соблазнить, или спишь в его постели — о том, как ты настойчива, притворяясь, что у него нет девушки, но всё равно не сдаёшься, а получаешь удовольствие от того, что заставляешь его о тебе волноваться.

— Получаю удовольствие от…

Верно. Так и есть.

— Если позволишь мне высказать своё впечатление о сложившейся ситуации, то оно такое, — высказала своё мнение Цукихи, прежде чем попросить разрешения его высказать.

Будь у Надеко выбор, она бы выбрала, чтобы Цукихи этого не говорила, но не похоже, чтобы Цукихи собиралась ориентироваться на мнение Надеко.

— Надеко, — Цукихи просто продолжила наступление. — Ты играешься в «безопасную» любовь, которая никогда не будет взаимной, не так ли?

— …

— Потому что, если у тебя уже есть любимый человек, тебе больше не нужно ни в кого влюбляться.

«Даже Ханекава-сан говорила, что слишком высокие идеалы могут погубить человека», — пробормотала Цукихи, словно это не её дело.

Ну, это действительно не её дело. Это дело Надеко.

— В этом смысле моя аналогия с айдолом на видеокассете и героем манги очень удачна. Это не был сарказм или что-то в этом роде — влюбиться в человека, до которого никогда не сможешь дотянуться, или в персонажа художественного произведения означает никогда не испытывать боли.

«Почти как двумерный комплекс, да?  Шучу».

— Это же так легко — влюбиться в кого-то, кто тебя никогда не отвергнет.

— М-Может быть, тебя никогда и не отвергнут… но айдолы всё равно женятся, а герои встречают своих героинь…

— Да.

Цукихи небрежно кивнула, согласившись с аргументом Надеко. Словно тот факт, что она оказалась неправа в этом вопросе, не имеет для неё никакого значения.

Впрочем, Цукихи права.

Точка зрения Надеко ничем не сильно отличается от какого-нибудь неуместного вопроса вроде «Почему стеклянные туфельки не исчезли, когда волшебство закончилось?»

Потому что.

На самом деле всё, что она пытается сказать Надеко, это то, что у братика Коёми теперь есть девушка.

— Ц-Цукихи… Всё не так… Надеко вовсе не это имела в виду…

— Да? Но разве твоя жизнь не стала намного проще, благодаря любви к Коёми?

— Ч-Что ты имеешь в виду…

— Да ладно тебе. Когда парень говорит, что ты ему нравишься или что-то в этом роде, разве отказать ему не проще простого? «Прости, но мне нравится другой».

— …

Ответ вроде «Это неправда» мог бы положить конец этому мучительному разговору, если бы Надеко могла соврать. Но она не может.

Надеко использовала эту фразу, чтобы отказать парню из бейсбольного клуба во время первого триместра. И это был не первый раз.

Честно говоря, братик Коёми был просто идеальным вариантом, пресекающим все дискуссии — потому что он известен как «надёжный старший брат» «тех самых» Карен и Цукихи.

— Ну, ты не расстраивайся. Когда я училась в начальной школе, я отказывала мальчикам, которые мне признавались, говоря, что уже влюблена в своего старшего брата.

— …Кажется, они уходили совсем по другой причине…

Кстати, Цукихи же встречается с парнем старше её, не так ли?

Мидзудори, или Росокудзава…

Напомните, с кем из них?

Интересно.

Этот её парень, Цукихи любит его больше, чем братика Коёми?

— Не расстраивайся, но, — Цукихи полностью проигнорировала замечание Надеко (грусть-печаль), — Не знаю, наверное, тебе нужно просто смириться с тем, что некоторые люди думают, будто ты пытаешься выглядеть милой. 

— В-Выглядеть…

— Подожди, нет. Для тебя это естественно, так что ты не «пытаешься выглядеть милой». Правда в том, Надеко, что ты на самом деле милая.

— …

— Тем не менее, называть мужчину, который тебе нравится, «братиком» — это совсем неубедительно. Так мне сказал Росокудзава…

Значит всё-таки Росокудзава.

— Поэтому я и пошла с ним на свидание.

— Только по этой причине?

— Только по этой причине. Мне было этого достаточно, но мне кажется, что у тебя нет достаточно веской причины любить Коёми. Конечно, чтобы влюбиться причина не нужна — но это всего лишь такая красивая фраза, на которую легко кивнуть головой и согласиться, но это неправда. Как я уже сказала, неважно какая, но причина нужна, даже если ты придумала её позже. Даже если это что-то, понятное только тебе, и никто другой в это не поверит.

— Ч-Что…

Что-то уже много времени прошло.

Из-за занавесок уже просматривался солнечный свет, но вот который сейчас час, сказать было нельзя.

Интересно, если прямо сейчас пойти домой, принять душ, позавтракать и пойти в школу, реально успеть?

Именно такие вещи сейчас волновали Надеко.

— Н-Н-Надеко…

— Вот.

— А?

— Почему ты постоянно говоришь о себе в третьем лице — «Надеко»? Ты же уже не маленькая девочка и уж точно не персонаж манги…

Надеко была ошеломлена этим неожиданным замечанием.

П-первое лицо? Мы теперь говорим об обращении в первом лице?

— …Это что, ещё один элемент твоей милоты, Надеко?

— Ээ, ммм… Это не поэтому…

— Или твоя психика всё ещё застряла во втором классе? Ты не хочешь думать о сложных вещах, а хочешь просто быть маленькой девочкой, влюблённой в саму влюблённость?

— Н… наверное отчасти… Н-но, Цукихи. Просто, Надеко не хочет создавать проблем для братика Коёми…

— Проблем?

— Д-да… Как Надеко уже говорила… Единственное, чего она не хочет, так это быть помехой, — кивнула Надеко, понимая, что не освободится, если будет просто молчать. Возможно, она даже застрянет в комнате братика Коёми на всю оставшуюся жизнь, а этого бы не хотелось. — Это правда, Надеко была в шоке, когда узнала, что у него есть девушка… Проплакала всю ночь… Но у Надеко нет выключателя, которым можно было бы просто выключить чувства к нему.

Надеко тянет за собой все свои чувства, не в силах забыть.

— Тебе может показаться, будто Надеко просто играет в любовь… или что она слишком привязана… но для Надеко это нормально. Надеко не чувствует себя виноватой — ни капли.

— …

— Но Надеко… не хочет создавать проблем братику Коёми. Разве это неправильно? Неужели быть влюблённой в кого-то настолько непростительно?

Надеко не хочет создавать проблем.

И почти так же сильно не хочет, чтобы её сердце разбилось.

Надеко не хочет потерять свою любовь.

— Конечно, Надеко понимает, что не сможет создать ему никаких проблем… Потому что она никогда не сможет победить… её.

— Если бы я была мальчиком — хотя ладно, даже будучи девочкой.

Цукихи встала с кровати.

Судя по всему, она поняла Надеко — и это не могло не вызвать облегчение.

Но Надеко ошиблась.

Цукихи встала перед столом братика Коёми и потянулась к подставке для канцелярских принадлежностей.

— Услышав твоё заявление, Надеко, люди могут подумать, что ты очень милая. Какая ты очаровательная, смелая и милая.

— ...

— В том числе и я, конечно. Но знаешь, я его младшая сестра.

Цукихи взяла в руку один из предметов из подставки. Не то чтобы это было что-то необычное, вполне обычная канцелярская принадлежность. 

— И это я была той, кто познакомил тебя со своим братом. И я считаю, что на мне лежит ответственность… поэтому я не могу сидеть сложа руки. Хотя, если честно, мне очень хотелось бы пустить всё на самотёк… но я чувствую, что это будет неправильно…

— ...

— Знаешь, как люди покупают лотерейные билеты? Даже если они не рассчитывают на победу. Если спросить их, зачем они это делают, они ответят, что «покупают мечту»… Каждый раз, когда я это слышу, то думаю: «Чёрт возьми, да купите вы уже реальность!»

—...

Надеко вдруг вспомнила, как Кучинава сравнил свой локатор с лотереей.

— Когда говоришь человеку «следуй за своей мечтой», это на самом деле значит «воплоти мечту в реальность» — так я считаю. И если бы ты на самом деле планировала признаться Коёми — если бы ты планировала сразиться с ней, я надеялась поддержать тебя. Я даже хотела этого. Пускай я бы просто молча наблюдала или тихонько тебя подбадривала. Так я думала всё это время, но… с меня хватит.

«Меня тошнит от этого. Я закончу всё здесь и сейчас», — сказала Цукихи и повернулась.

В её правой руке блестел инструмент — ну конечно…

Конечно, это были ножницы.

— Чик!

Звук донёсся словно откуда-то издалека.

Но на самом деле он был совсем близко.

Очень, очень близко.

Настолько устрашающе близко, что, если бы Цукихи немного не рассчитала расстояние, Надеко могла бы лишиться обоих глаз.

— Что...

Дрожь, дрожь, дрожь…

Надеко только и успела заметить, что перед ней что-то падает.

Но что это?

Несомненно, это было невозможно ни с чем спутать — как и невозможно было как-то по-другому назвать: чёлка Надеко.

Этот «чик».

Цукихи, держа в руке ножницы — одним решительным движением отрезала чёлку Надеко.

— …

Что ж.

Если сидеть в гробовом молчании, дело с места не сдвинется.

Значит, Надеко будет кричать.

Прошу вашего внимания, пожалуйста.

Раз, два…

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!