Не нашла.

Сколько бы ни копала, здесь был только песок, и так до тех пор, пока не достигла дна.

Надеко впервые узнала, что у песочницы есть дно.

Хотя это очевидно.

Но, по опыту Надеко из детства, в песочнице всегда было бесконечное количество песка, словно бездонное болото.

Ну, теперь в наличии дна можно было наглядно убедиться. И дно это было бетонным.

Скорее всего, это самый обыкновенный бетон, который залили на дно котлована по форме песочницы… как неэлегантно. Лучше бы не узнавала.

На глубине около полуметра. Наверное, для маленького ребёнка это действительно глубоко.

— …Кучинава-сан.

— …

— Эй, Кучинава-сан.

— …

Кучинава-сан был молчалив.

Мы словно поменялись ролями.

— Эй.

Эй. Эй. Эй.

Надеко продолжала доставать его.

Потому что, когда кто-то молча обхватывает ваше запястье, вы не можете просто взять и уйти от него.

Удручающее зрелище. Надеко с радостью ушла бы, но так сильно устала, что не хотела даже двигаться.

— Её здесь нет. Твоей святыни.

— …

— Нет её…

В конце концов, Кучинава-сан всё-таки ответил:

— Хмм.

Сама невозмутимость. Даже, скорее, суровость.

— Похоже, ты ошибся.

— Ошибся…

Как можно произносить такие слова с таким невозмутимым видом… И это после того, как он заявил Надеко, что ничуть в себе не сомневается.

После того, как он, словно тайфун, вибрировал на чужом запястье, и вдруг — ошибся.

— Ясно, ясно, значит и такое бывает. Век живи, век учись, да, Надеко-тян?

— …Ошибаться нормально, но… ты не мог сказать раньше? Ты же наверняка всё понял намного раньше…

Надеко редко жалуется, но в этой ситуации почему-то захотелось.

Она ведь не просто выкопала одну ямку… Она перекопала всю песочницу вдоль и поперёк, что здесь теперь можно играть в «ударь крота», причём в человеческом масштабе.[1]

Теперь, к тому же, придётся закапывать все эти дыры.

Столько сил потрачено впустую, и сколько ещё предстоит потратить впустую.

— В чём дело, разве ты не можешь просто оставить всё, как есть, аааа?

— Так нельзя… Это же будет «общественная проблема».[2] А что, если какой-нибудь ребёнок упадёт и поранится?

— Ты слишком сильно беспокоишься…

Может и так, но всё равно стоит всё вернуть в исходное состояние. Ну или почти в исходное состояние.

Так что, похоже, на сегодня наши поиски окончены. Не знаю, правильно ли говорить об этом в таком ключе, но первый день закончился тем, что мы просто поиграли в песочнице.

Как дети малые.

— И всё-таки, даже ты ошибся…

— Всякое бывает. Даже боги ошибаются.

— Разве богов не считают богами как раз потому, что они всесильны? Богов ведь называют всеведущими и всемогущими, разве нет?

— Быть «всемогущим» и «непогрешимым» — это не одно и то же. Если нужны подробности, можешь в словаре почитать.[3]

— Уу… нет у меня сейчас с собой словаря. Значит, твой не «непогрешимый» локатор продолжит давать сбои? Если да, то это будет довольно тяжело, с точки зрения потраченных впустую сил и времени…

— Не волнуйся, теперь я уже знаю, каково ошибаться. Этого больше не повторится.

Он вновь полон уверенности в себе.

И уже по одной этой причине не вызывал доверия.

Такое обычно называют «необдуманным согласием» — и в результате такого «необдуманного согласия» страдать будет опять Надеко, что совсем не радует.

Кроме того, из-за того, что Кучинава-сан обхватил правое запястье Надеко, правая рука, в которой находилась лопатка, устала сильнее обычного. Это, конечно, не «тендинит»,[4] но мышцы завтра точно будут болеть.

— А чем вообще была вызвана ошибка? Или это как «поисковая палка» Дораэмона с 70-процентной вероятностью успешного срабатывания?

— Нет, это не так.

Поскольку мы обменялись своими знаниями, Кучинава-сан с лёгкостью понял метафору Надеко, что добавляло в атмосферу некоторой недосказанности, но, как бы то ни было, он ответил на вопрос отрицательно.

— Это значит лишь то, что моя духовная энергия рассеялась.

— Рассеялась?

— Или, лучше сказать, была рассеяна.

Энергия была рассеяна… эээ.

Как будто Надеко уже где-то слышала что-то подобное — только вот где и когда?

«Злачное место».

Что-то там было про «плохие вещи».

Точно, именно поэтому братик Коёми…

— Другими словами, ты скорее металлоискатель, чем простая палка, верно? И мы словно сапёры, которые ищут зарытые мины в земле, полной всякого разного металлолома…

— Надеко-тян, ты что, только что сравнила моё тело с зарытой миной, аааа?

Он снова добавил в свои слова немного яда (змей всё-таки), словно пытался затеять ссору, но поскольку продолжать не стал, наверное, сделал это ненамеренно.

Надеко глубоко вздохнула.

Если Надеко права, то сколько ещё бессмысленных ям нужно будет выкопать? А что, если мы не успеем?

Если закончится время… Для Надеко это один из выходов, а вот Кучинава-сан…

Тем не менее, Надеко ненавидит напрягаться, а напрягаться напрасно она ненавидит тем более.

Впрочем, неважно.

Что касается «зондирования», то есть определения местоположения того, что мы ищем, то это зона ответственности Кучинавы-сана — Надеко, так сказать, играет роль живой лопаты, так что ей нужно просто довериться и послушно копать.

Верить и повиноваться. Как будто служить богу.

— Что ж… как бы там ни было, оставим это до завтра.

— Ой, Надеко-тян. Какой же из тебя искатель приключений, если ты так быстро сдаёшься? Давай, почему бы не проверить ещё одно место?

— Нет. Надеко устала.

Утомилась. Надеко-сан изволила устать.

Не обращая внимания на возражения Кучинавы-сана, Надеко принялась выравнивать песочницу, пытаясь представить, будто это не тяжёлый труд, а всего лишь игра.

Но, возможно, это была не самая лучшая идея.

Из-за несерьёзного отношения к делу эффективность несколько снизилась, и работа заняла больше времени, чем предполагалось — если вдаваться в детали, то, помимо закапывания огромных ям, Надеко использовала эту возможность, чтобы построить несколько маленьких горок и песчаных замков.

Можно сказать, что удача Надеко закончилась.

Учитывая результат, нужно было просто согласиться с Кучинавой-саном и идти в другое место, чтобы охватить территорию побольше.

Было уже слишком поздно возвращать джина в бутылку. Хотя, он же не из бутылки, да? Но так определённо было бы веселее…[5]

— О, Сенгоку. Вот ты где.

В процессе создания Нагойского замка (тут могут возникнуть проблемы с авторскими правами, так что давайте назовём его «чем-то похожим на Нагойский замок», ладно?) Надеко изо всех сил старалась как можно лучше изобразить сятихоко[6] на крыше, как вдруг раздался знакомый голос.

Надеко подняла голову.

И поскольку она была столь неосторожна, что решила оставить свою шапку дома.

Взгляды пересеклись.

— Б… Братик Коёми.

В шаге от песочницы стоял Коёми.

Братик Коёми.

Полное имя? Арараги Коёми.

У него было довольно серьёзное выражение лица — хоть сейчас и середина ночи.

Неужели вышел прогуляться?

[1] «Ударь крота» (в оригинале もぐら叩き, mogura tataki) — это та самая игра, в которой игрок должен молотком бить по кротам (или не обязательно кротам), которые случайным образом вылезают из лунок. В англоязычной среде известна как «Whac-A-Mole».

[2] Под «общественными проблемами» (社会問題, shakai mondai) в Японии подразумевают глобальные проблемы общества в целом, такие как старение населения, глобальное потепление, истощение ресурсов и т.п. Очевидно, Надеко имеет слабое представление о том, что значит этот термин.

[3] Кучинава предлагает сравнить термин 全能 (zennō) и 万能 (bannō). Действительно, между ними есть разница, хотя они и могут употребляться в качестве синонимов. Словом «banno» обычно называют человека, которой способен сделать что угодно, «мастера на все руки», но ничего сверхъестественного. Слово же «zenno» означает «всемогущий» в божественном смысле. Собственно, на письме эти слова отличаются весьма наглядным образом: иероглиф 万 означает «десять тысяч», а 全 означает «всё».

[4] Тендинит — воспаление сухожилий, вызванное в том числе чрезмерными физическими нагрузками.

[5] В оригинале Надеко произносит фразу 後のまつり (ato no matsuri), которой называют день после окончания фестиваля либо ситуацию, когда человек понимает, что ошибся, но исправлять эту ошибку уже поздно.

[6] Сятихоко — мифическое существо с телом рыбы и головой тигра, изображение которого часто встречается в японской архитектуре.