— Знаю, что немного поздно, но вот твой шоколад.

Закончив ужин и развеяв остатки беспокойства после признания Аманэ, Махиру поспешно протянула ему коробочку. Видимо, она нервничала — её лицо выглядело немного напряжённым.

— Спасибо, — с улыбкой ответил Аманэ. — Даже неловко, что ты так старалась и тратила время на то, чтобы сделать его вручную.

— Говоришь так, будто тебе было бы приятнее получить покупной, — фыркнула Махиру.

— Ну, конечно же нет. Я ждал именно твой шоколад в этом году.

Всё, что готовила Махиру, всегда было бесподобно. Аманэ нисколько не сомневался во вкусе. Но мысль о том, что она приложила к этому ещё больше усилий, чем обычно, только подогревала его ожидание.

Махиру отличалась перфекционизмом и, зная, что шоколад предназначался именно Аманэ, наверняка провела не одну пробную попытку, чтобы достичь идеального результата. Но, в отличие от его дня рождения, здесь хотя бы не нужно было беспокоиться о том, что она переусердствует и будет потом переживать из-за съеденного.

Аманэ взял коробочку с неподдельным предвкушением в глазах. Однако внезапно Махиру опустила голову и нахмурилась.

— Значит, в прошлом году ты не ждал его?..

«Вот оно что», — Аманэ не смог сдержать смешок, услышав её тихое замечание.

— Просто я тогда и не думал, что вообще получу что-то. Даже не надеялся на это.

В то время он даже не задумывался о том, что мог бы встречаться с Махиру. Да, она ему доверяла, позволяла быть рядом, но он не был уверен, что они настолько близки, чтобы она подарила ему шоколад.

Вот почему её подарок тогда стал для него полной неожиданностью. Радостной, конечно, но всё же неожиданностью.

Однако Махиру, казалось, восприняла его слова не так, как он имел в виду.

— Даже не надеялся получить его… — тихо повторила она.

Почувствовав её недопонимание, Аманэ тут же наклонился, пытаясь заглянуть ей в лицо.

— Нет-нет, я не это имел ввиду, Махиру. Для меня День святого Валентина тогда был просто обычным днём. И, к тому же, я даже не думал, что у меня есть шанс получить что-то от тебя.

Год назад Аманэ не особенно интересовался романтикой. Более того, он был уверен, что в нём нет ничего, что могло бы привлечь кого-то. Теперь, после того как он приложил усилия, всё может измениться, но тогда? Он просто не верил, что кто-то захочет подарить ему шоколад.

— Если бы я тогда всерьёз думал, что получу от тебя шоколад, это было бы настоящим бредом, не находишь?

— М-м... возможно... но ты даже не допускал такой мысли? Хотя бы на секунду?

— Ни разу. В конце концов, ты тогда была совсем другой.

Сейчас Махиру была с ним ласковой. Она не скрывала своей привязанности, не скрывала то, как сильно его обожает. Но в прошлом она была холодна, словно лёд. Махиру никак не показывала, что испытывает к нему что-то большее, чем дружеские чувства. Их отношения казались ему скорее товарищескими.

К тому же, он слышал, что Махиру вообще не дарит шоколад парням. Надеяться на исключение для себя было бы чистым безумием.

Вспомнив, какой Махиру была тогда, Аманэ даже не рассматривал такой вариант. И, как и следовало ожидать, Махиру не стала скрывать своего недовольства. Её слегка надутые губы выглядели настолько очаровательно, что он не удержался и тихо рассмеялся.

— Если будешь продолжать дуться, я могу тебя укусить, — пошутил он.

— Э-э? — Махиру удивлённо моргнула.

— Шучу... Хотя, знаешь, мы уже достаточно поупражнялись в этом до ужина. Было бы проблемно, если бы твои губы опухли.

До этого он наслаждался совершенно другим видом сладости, и теперь губы Махиру казались чуть более припухлыми и розовыми, чем обычно. Поняв намёк, она быстро прижала к ним палец, её тело слегка дрогнуло. Затем, с ещё более пунцовым лицом, чем прежде, она подняла взгляд на Аманэ.

— И-и кто же в этом виноват, как думаешь?..

— Я, — без тени сомнения ответил он.

Как только признание сорвалось с его губ, маленькие ладошки Махиру тут же принялись колотить его по руке. Правда, её удары были такими лёгкими, что Аманэ даже не пытался уклоняться и позволил ей отыграться, пока она не удовлетворилась.

— Прости-прости... Но я ведь не сильно кусался, верно?

— Аманэ-кун, когда ты увлекаешься, ты меня слишком много целуешь... Мне это не нравится.

— Правда?

— ...Правда.

— Понял. Как жаль.

Аманэ прекрасно понимал, что она говорит несерьёзно. Он никогда бы не стал воспринимать её отказ как скрытое согласие, но в этом случае... Он точно знал, что она не против. Если бы ей действительно было неприятно, он бы тут же остановился.

— В-в общем, в этом году я очень старалась. Надеюсь, тебе понравится, — поспешно перевела тему Махиру, бросив взгляд на коробочку в руках Аманэ.

Это была аккуратная прямоугольная коробка кремового цвета, перевязанная шоколадно-коричневой лентой. Когда он осторожно встряхнул её, внутри раздался лёгкий шорох — видимо, там было несколько отдельных конфет. Судя по размеру коробки, их было немало.

В этот раз, вместо привычных шоколадных десертов, Махиру сделала именно шоколадные конфеты. Наверное, поэтому внутри и раздавался такой характерный глухой звук.

— Мне было бы приятно в любом случае, но... То, что ты учла именно мои вкусы, делает этот подарок ещё ценнее. Можно открыть?

— Конечно, открывай. Я расстроюсь, если ты не сделаешь этого, — кивнула Махиру, подталкивая его к этому.

Аманэ послушно развязал ленту и приподнял крышку. Внутри ровными рядами лежало около десятка блестящих шоколадных конфет.

Все они были идеальными по форме, одинакового размера, но немного отличались внешне. Одни имели разные оттенки коричневого — вероятно, из-за разного содержания какао, другие были украшены орехами или тонкими полосками шоколадного узора. Они выглядели настолько эстетично, что было даже жаль их есть.

Но больше всего его удивили конфеты с яркими, замысловатыми узорами — такие он видел только в дорогих кондитерских. Без сомнений, на их создание было потрачено немало времени и усилий.

Они выглядели настолько профессионально, что вовсе не казались сделанными вручную. Скорее, их можно было принять за элитные шоколадные изделия.

— ...Ты точно сделала их сама?

— Почему ты сомневаешься?!

— Да нет, просто... Они идеальны. Не от мира сего.

— В этот раз я сделала шоколадные конфеты-бонбоны, поэтому особенно старалась над внешним видом. Хотя, честно говоря, большую часть работы за меня сделали переводные листы для узоров, — гордо заявила Махиру, выпятив грудь. — Но всё же, мои старания не прошли даром.

«Разве она не переусердствовала?.. Хотя, конечно, я всё равно благодарен», — подумал Аманэ.

— Подожди... Ты же не хочешь сказать, что они все...

— Да, у всех разный вкус! — гордо подтвердила Махиру, словно это было очевидно.

Аманэ оставалось только покачать головой от изумления. Он и раньше замечал сладкий аромат, витавший вокруг неё перед Днём святого Валентина, но думал, что она просто практикуется. А оказалось, что она потратила столько сил ради него…

— Ты правда постаралась... Спасибо, Махиру. Я безумно рад.

— Хе-хе, не спеши меня хвалить. Главное — это вкус. Давай, попробуй, — в глазах Махиру загорелся азартный огонёк.

Заразившись её энтузиазмом, Аманэ перевёл взгляд на одну из шоколадных конфет. Это была первая, которую он собирался съесть сегодня.

Каждая конфета сияла под светом, покрытая безупречно гладкой глазурью. Не было ни одной тусклой поверхности, характерной для домашнего шоколада. Аманэ слышал, что, если неправильно растопить шоколад, он теряет блеск и текстуру. Но эти конфеты выглядели так, будто вышли из рук профессионала.

— Есть какой-то определённый порядок, в котором их лучше есть?

— В целом можешь выбирать сам... но я советую начать с более мягких вкусов. Например, с этой и вот этой, — Махиру указала на несколько кусочков шоколада.

— Ну, раз уж шеф-повар рекомендует, то я не против следовать её совету, — с улыбкой ответил Аманэ.

Лучший способ насладиться вкусом — это довериться мастеру. Он взял одну из предложенных конфет и осторожно откусил половину.

Как только шоколад коснулся языка, его рот наполнился богатым, благородным вкусом с лёгкой горчинкой. Почти сразу же к ней примешался яркий цитрусовый аромат. Горечь исходила не только от шоколада — в ней чувствовались нотки цедры. Но она не была неприятной, наоборот, идеально дополняла сладость, создавая изысканный баланс. Ни малейшей терпкости, только утончённая горчинка, подчёркивающая вкус. А затем, когда горечь начала исчезать, проявилась нежная сладость с лёгкой кислинкой. Всё было настолько идеально сбалансировано, что даже тот, кто не особо любит сладкое, не смог бы устоять. Шоколад оставил насыщенное, но совсем не приторное послевкусие.

— Чёрт, это божественно.

Это не было ни лестью, ни преувеличением — только чистая, искренняя реакция. Аманэ всегда был привередлив в еде, но этот вкус он мог похвалить безо всяких оговорок. Не задумываясь, он тут же отправил оставшуюся половину в рот, не в силах терпеть дольше. Вкус разлился по языку, наполняя всё его существо чистым наслаждением. Глаза Аманэ невольно прищурились от удовольствия.

— Тебе понравилось?

— Конечно. Это чертовски вкусно. Ни слишком сладко, ни слишком горько. Чувствуется, что ты старалась найти идеальный баланс.

— Хе-хе, я уже неплохо изучила твои вкусы. Специально делала так, чтобы тебе понравилось.

— Что? Подожди... Получается, ты не только мой желудок покорила, но и вкусовые рецепторы?

То, что она так точно угадала его предпочтения — и сделала это намеренно, — вызвало у Аманэ мурашки. Наполовину он был в восторге, наполовину поражён.

— Все остальные конфеты тоже сделаны с учётом твоего вкуса. Так что можешь смело пробовать любую. А теперь давай попробуешь вот эту?

Аманэ просто не мог устоять перед таким лукавым взглядом Махиру. Улыбнувшись её игривому жесту, он без лишних раздумий принял следующий подарок её любви — ещё одну шоколадную конфету. Она не была сладкой на вкус, но почему-то всё равно казалась невероятно сладкой.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

В итоге Махиру угостила его тремя шоколадными конфетами, и они наслаждались этим сладким послевкусием после ужина. А затем, уже подготовившись ко сну, Аманэ рухнул на кровать.

Раньше он чувствовал себя нормально, но стоило выйти из ванной и забраться под одеяло, как его тело вдруг стало тяжёлым. Сегодня он не работал, так что физической усталости быть не могло. Скорее всего, его вымотало моральное напряжение. Веки были тяжелее обычного, а сон подкрался куда быстрее, чем он ожидал.

С трудом заставив себя пошевелиться, он потянулся за пультом, лежащим у кровати, почти не открывая глаз. Наконец нащупав его, он нажал кнопку и выключил свет. В тот же миг темнота заполнила комнату, и последние силы покинули его. Пальцы разжались, пульт выпал на кровать, а тело полностью расслабилось.

Хотя перед глазами была тьма, в голове отчетливо всплывали события сегодняшнего дня. Этот образ — дрожащая, словно готовая расплакаться, но все же улыбающаяся девушка — врезался в его память.

«…Я ни о чем не жалею».

Эти слова, прозвучавшие в его мыслях, были чистой правдой.

Аманэ никогда бы не выбрал никого другого. Он просто не мог. Единственной, кого он выбрал, была Махиру. Он не представлял, что может привязаться к кому-то ещё или захотеть видеть рядом с собой другую. Ему была нужна только она.

Он понимал, что такая преданность могла быть жёсткой. Он осознавал, что вынудил её столкнуться с этой реальностью, но менять ничего не собирался.

И всё же, как и боялась Махиру, где-то глубоко внутри чувствовалась слабая, но отчетливая боль.

Он провел черту и отверг чьи-то чувства, зная, что причинит этим боль. И в этот момент чувство вины стало раной, которую он нанёс самому себе.

Она имела полное право плакать. Но перед ним она не пролила ни единой слезы. А он… теперь вёл себя так, будто страдал сам, будто у него было право испытывать эту боль.

Выбирая кого-то, неизбежно отказываешься от всех остальных.

Аманэ знал, к чему всё приведёт. Это был его собственный выбор. Это он отказал, прекрасно понимая последствия. И всё же сейчас он чувствовал боль. Это было глупо.

Но он принял эту глупость.

Он не мог избежать этого чувства, оно было частью него.

И потому, даже когда грудь сдавливало неприятное ощущение, он не сопротивлялся. Просто принял и проглотил её. Эта боль была закономерной. Даже если Махиру боялась такого исхода и хотела его избежать, Аманэ не собирался отворачиваться от него. Чтобы остаться собой, он должен был это принять.

Если бы Ицуки узнал об этом, он бы наверняка вздохнул и сказал: «Ты и правда любишь сам себе усложнять жизнь, да?» Но даже так, Аманэ не собирался идти на компромиссы.

«…Что мне делать дальше?»

Они оба знали, к чему всё приведет. Поэтому признание и отказ вышли немного другими, чем обычное признание в любви.

«Это было неизбежно», — вздохнул он. Логика говорила, что так и должно было случиться. Но несмотря на это, помимо тяжести в груди, в животе поселилось какое-то странное смутное ощущение.

Он сделал свой выбор. Жаловаться на него он не собирался, а тем более показывать это. Он не хотел, чтобы Махиру беспокоилась.

Снова тяжело вздохнув, стараясь избавиться от гнетущего ощущения, он медленно вдохнул и выдохнул. А затем просто поддался сонливости, которая постепенно его поглощала.

* * *

Мой ТГК, где есть перевод всей Новеллы: https://t.me/AngelNextDoor_LN