Наступил Белый день. Атмосфера была куда спокойнее, чем на день Святого Валентина.

Парни, получившие валентинки, нервничали, не зная, как реагировать на подарок. Те, кто ничего не получил, делали вид, будто впервые слышат о Белом дне.

— Это что вообще? Съедобное? — шутили они, притворяясь безразличными.

Третьи, казалось, ненавидели сам праздник, а некоторые и вовсе сохраняли безучастное выражение лица, будто это их не касалось.

В классе Аманэ царила довольно тёплая и дружелюбная атмосфера — заслуга девочек, которые на День святого Валентина раздали всем шоколадки.

Они сразу дали понять, что ответный подарок — дело добровольное, поэтому некоторые парни пришли с пустыми руками. Однако по количеству пакетов и сумок было ясно: большинство всё же подготовили подарки в знак вежливости.

Аманэ тоже получил немного дружеского и обязательного шоколада, так что тоже пришёл с ответными сладостями. Он постарался вспомнить вкусы каждой из девушек, опираясь на обрывки разговоров, услышанных за прошедший год. Хотя его память не была идеальна.

Он остановился на аккуратно упакованной выпечке из премиальной кондитерской. Такой вариант был безопасным и продуманным: даже если подарок не понравится, не придётся ломать голову, что с ним делать — съел и забыл.

— Доброе утро. Спасибо за шоколад на День святого Валентина. Вот тебе кое-что в ответ. На всякий случай… у тебя ведь нет аллергии?

После недолгих раздумий он решил раздать подарки до начала занятий — если тянуть до конца, можно было кого-то не застать. Махиру проводила его с тёплой улыбкой. Она явно не возражала.

Зайдя в класс с пакетом в руках, Аманэ как раз заметил Хибию — она пришла в удачный момент. Он тут же подошёл, чтобы уточнить насчёт аллергии. Хибия удивилась — кажется, она не ожидала, что он вообще с ней заговорит, — но её лицо тут же просияло, как только она услышала слово «Валентинов день».

— Никаких аллергий! — воскликнула она. — И вау, спасибо за такой продуманный подарок, особенно в ответ на обычную шоколадку.

— Нет-нет, это мне стоит поблагодарить тебя.

Даже если шоколад был формальностью, Аманэ всё равно было приятно получить его. Он с удовольствием съел его во время подготовки к экзаменам.

Передав аккуратно упакованные печенья, он услышал:

— Круто! Сегодня это будет мой перекус! — Хибия сияла от радости, и её искренняя реакция немного его успокоила.

Он перевёл взгляд на Кониши, которая только что вошла в класс. Их взгляды встретились, и она с мягкой улыбкой кивнула.

По крайней мере, на взгляд Аманэ, её выражение не выглядело натянутым. И то, что при виде неё он больше не чувствовал вины, тоже было облегчением.

— Спасибо и тебе за шоколад, Кониши. Он был очень вкусный.

— Рада, что тебе понравилось.

Её ответ прозвучал спокойно и естественно, без тени неловкости. Она говорила так, как и раньше. И Аманэ тоже ответил в привычной манере, словно между ними ничего не произошло.

— Вот, держи. Только если у тебя нет аллергии, конечно.

— Нет, всё в порядке. Спасибо большое.

— Ты же мне подарила подарок, вот я и решил отплатить. По крайней мере, они точно вкусные.

— Раз ты так говоришь, Фудзимия-кун, у меня большие ожидания. Обязательно попробую позже.

Её сдержанная улыбка была такой же, какую Аманэ часто видел в классе. В ответ он улыбнулся так же дружелюбно, как любому другому однокласснику, и вручил подарок.

Он смутно помнил, как когда-то слышал, что девочкам нравятся сладости со вкусом маття[1]. Ориентируясь на это, он выбрал набор песочного печенья с разной степенью насыщенности вкуса — такую выпечку он иногда покупал и себе.

[1]: Маття — японский чай.

Упаковка была полупрозрачной, так что угадать содержимое было легко. Когда Кониши увидела, что внутри, широко раскрыла глаза от удивления.

Она посмотрела на него, но в её взгляде не было ни печали, ни скрытых эмоций — только искреннее изумление.

Вскоре это удивление сменилось яркой, искренней улыбкой.

— Спасибо, я обожаю маття. С удовольствием всё съем.

Сказав это, она развернулась и ушла. Её настроение заметно улучшилось.

Провожая её взглядом, Аманэ почувствовал, как последние остатки старых, уже ненужных переживаний тихо растворяются. Легко вздохнув, он направился к Махиру.

Она полностью ему доверяла — в её взгляде не было и намёка на негатив.

Казалось, все тревоги Аманэ и чувство вины наконец-то были отпущены. Махиру встретила его своей привычной, тёплой улыбкой.

— Уже всё раздал? — спросила Махиру.

— Пока нет, — ответил Аманэ. — Ещё не все пришли. Кидо и Читосе тоже пока не видно.

— Кстати, да… Обычно в это время они уже на месте.

Как по команде, они оба повернулись к двери — и увидели, как в класс вошёл Ицуки.

Он говорил, что получил шоколад от нескольких девочек, и, как и ожидалось, держал в руках пакет, скорее всего с ответными подарками. Однако сегодня с ним не было Читосе.

— Доброе утро. Вы что-то рано сегодня, — поприветствовал он их.

— Доброе утро. Пожалуй, сегодня мы действительно пришли чуть раньше обычного, — ответила Махиру.

— Привет. А где Читосе?

— Мы дошли до шкафчиков с обувью, а потом она сразу пожаловалась, что у неё замёрзли руки. Побежала к автомату за чем-то горячим. А я пошёл в класс, мне же ещё подарки раздавать. Она сказала, что хочет взять кофе с молоком, так что, скорее всего, пошла к автомату у столовой.

В школе стояло несколько автоматов, но тот, где продавался любимый напиток Читосе, находился далеко от их класса.

Если бы ей нравились напитки из ближайших автоматов, она могла бы быстро забежать туда по пути. Но раз уж ей приглянулся именно этот, приходилось идти за ним даже в холод.

«Даже мороз не помеха, когда дело», — подумал Аманэ с лёгкой улыбкой, поражаясь её решимости. Затем он посмотрел на Ицуки — у того нос всё ещё был красным от холода, но сам он, похоже, не обращал на это никакого внимания.

— А, Шиина-сан, Шиина-сан! Можно тебя на минутку? — неожиданно обратился он к Махиру.

— Что-то случилось?

— Сюда, сюда.

По какой-то причине Ицуки позвал Махиру в угол класса, подальше от Аманэ. Та, хоть и удивилась, ничего подозрительного в этом не увидела и спокойно последовала за ним.

Скорее всего, это было связано с Белым днём — возможно, он хотел вручить ответный ей подарок. Но тот факт, что он нарочно отвёл её в сторону, наводил на мысль: он не хотел, чтобы Аманэ что-то слышал или видел.

«Чего это он удумал?..»

Аманэ не стал подслушивать, а просто наблюдал со стороны. Ицуки с тёплой улыбкой достал из пакета подарок — очевидно, к Белому дню — и протянул его Махиру. Передать подарок можно было и при Аманэ, поэтому тот насторожился. А потом Ицуки достал телефон.

Махиру выглядела искренне радостной, но в её глазах проскользнула лёгкая тень подозрения, когда она взглянула на Ицуки. А тот продолжал непринуждённо улыбаться — уж слишком невинно.

Даже с расстояния эта его улыбка вызвала у Аманэ тревогу.

— …нужно было… чтобы он не… услышал… Понимаешь, Шиина-сан… я подумал, что ты хочешь узнать это… и решил… будет приятно…

Аманэ уловил только обрывки фраз. Он был слишком далеко, а Ицуки говорил тихо. Но было ясно: всё происходящее — продумано и сделано намеренно.

Закончив, Ицуки убрал телефон и бросил взгляд в сторону Аманэ. Понимая, что за ним наблюдают, он подмигнул и легонько помахал рукой.

Аманэ понял, что Ицуки всё заранее предвидел — и то, что он насторожится, тоже. Но, несмотря на раздражение, он остался на месте и просто дождался возвращения Махиру. Тем временем Ицуки направился раздавать подарки другим девушкам.

Махиру быстро вернулась. На лице её играла спокойная, искренняя улыбка. Похоже, она просто радовалась подарку. Ни намёка на что-то большее. Что бы между ней и Ицуки ни произошло — она не подавала виду.

— …Ответный подарок от Ицуки?

— Ага. Он подарил мне печенье с глазурью в форме зверушек. Такие милые!

— Ну, это в его духе. Прямо в точку попал.

Не дожидаясь его просьбы, Махиру показала ему подарок.

Через прозрачную упаковку были видны аккуратно сделанные печенья в виде зверей. Они были покрыты глазурью — с глазками, мордочками и узорами, подчёркивающими особенности каждого животного.

Такие милые сладости обычно получались приторными из-за обилия глазури, но учитывая любовь Махиру к милому и сладкому, они наверняка придутся ей по вкусу.

— Они мне правда нравятся, но… эм… тут есть одна проблема.

— Слишком милые, чтобы их есть?

— Хе-хе, ты меня с полуслова понимаешь.

Когда они ходили в кошачье кафе, Махиру не решалась пить кофе, потому что на нём был слишком милый рисунок, чтобы портить его. И сейчас она испытывала те же сомнения.

Печенье было настолько мило оформлено, что даже Аманэ с трудом смог бы надкусить его без угрызений совести. А уж для Махиру это было настоящее испытание. Мысль о том, как она мучается с решением — съесть или не съесть, — согревала его сердце. Хоть ему и было её немного жаль, Аманэ не мог не улыбнуться.

— Чем аккуратнее сделано, тем сложнее решиться, — сказал он.

— Но их же нужно съесть, пока не испортились… У-у-у…

— Ну, раз они тебе так нравятся, Ицуки будет рад. Он знает толк в таких вещах.

Хотя Ицуки мог выбрать и что-нибудь обыденное, он постарался подобрать то, что действительно порадует Махиру. И не прогадал. Она выглядела искренне счастливой, хоть и слегка огорчённой тем, что придётся съесть такую красоту.

Наблюдая, как Махиру с искренней радостью разглядывает печенье, Аманэ невольно улыбнулся. В его груди потеплело, словно его окутало невидимое покрывало счастья.

— Кстати... — начал он мягко, — Ицуки же ещё что-то шептал тебе?

Он спросил не из ревности, а просто как её парень. В его тоне не было давления — он ясно дал понять, что не станет настаивать, если она не захочет рассказывать.

Тем не менее, плечи Махиру вздрогнули. Не заметить её реакцию было невозможно.

— Нет, это...

— Неправда?

— Клянусь, я ничего от тебя не скрываю! Совсем ничего!

— Я это знаю.

Аманэ знал Махиру слишком хорошо, чтобы сомневаться в ней. Если бы он мог быть уверен хоть в чём-то, так это в том, что она никогда его не предаст.

Образ той Махиру, которую знали окружающие — сдержанный, отстраненный «Ангел» — не имел ничего общего с ней настоящей. Перед ним была искренняя девушка, которая не смогла бы ничего утаить от него, даже если бы захотела. Даже если когда-нибудь её чувства изменятся (что было невозможно) — он знал, что она честно скажет ему об этом. 

Так что его он спросил не из подозрений.

Ему просто хотелось понять, не сказал ли Ицуки чего-то странного или не подарил ли ей что-нибудь сомнительное.

— Э-э… Он, ну… показал мне кое-что, что, по его мнению, мне должно было понравиться!

— А, понятно. Фотография, да? Ну, если это всё, то ничего страшного.

После её слов — «то, что мне должно было понравиться» — всё стало очевидно. Аманэ лишь кивнул и больше не стал расспрашивать.

— У меня такое ощущение, что ты слишком хорошо меня понимаешь…

— Ну, если цель — заставить тебя улыбнуться, это именно то, что мог бы сделать Ицуки.

Махиру всегда искренне относилась к своим друзьям. И пусть шоколад, который она подарила Ицуки, был не таким изысканным, как тот, что она сделала для Аманэ, он наверняка был вкусным и приготовлен с любовью.

Зная Ицуки и его принципиальность, он, вероятно, посчитал, что просто подарить ответный подарок недостаточно. А с его привычкой устраивать небольшие шалости в сторону Аманэ, он, скорее всего, действовал наполовину из добрых побуждений, наполовину ради развлечения.

— …Тебе не любопытно, что именно он показал?

— Было бы нечестно сказать, что совсем не любопытно, но я не буду настаивать. Это что-то личное, а я доверяю и тебе, и Ицуки.

Даже в отношениях есть границы, которые стоит уважать. У каждого должно быть личное пространство. Лезть в дела другого только из любопытства — неуместно в любых отношениях.

К тому же сам факт, что это было между Махиру и Ицуки, уже говорил о том, что переживать не о чем. Поэтому Аманэ не стал копаться в подробностях.

На его спокойный ответ Махиру тихо хмыкнула и, немного колеблясь, сказала:

— …Мне очень приятно, что ты так мне доверяешь. И, ну, это ведь не то, что нужно держать в секрете. Он показал мне… аудиофайл.

— Аудиофайл?

— Он сказал, что я могу слушать его, когда мне будет одиноко без тебя…

Она ёрзала, чуть ссутулившись от смущения, и отвела взгляд — смотреть в глаза Аманэ она явно не могла.

Был момент, когда Махиру уснула, разговаривая с Аманэ по телефону. С тех пор стало ясно, что его голос успокаивает её. Настолько, что иногда она просила его просто поговорить с ней перед сном.

Похоже, Ицуки это понял и решил записать голос Аманэ как дополнение к подарку… или, скорее всего, это и был основной подарок.

«Предупредил бы хоть…»

— …Знаешь, если бы ты попросила, я бы и сам тебе что-нибудь записал.

— Правда?!

— Ого, какой энтузиазм. Не могу не признать, что Ицуки попал в точку.

— Я... Я просто...

В последнее время он действительно часто оставлял её одну из-за подработки. И если его голос мог хоть немного утешить её, то он бы и сам с удовольствием что-нибудь записал, даже несмотря на смущение. По крайней мере, сказать пару тёплых слов Махиру — не проблема. 

— В любом случае... В этом нету ничего плохого. Делай с этим, что хочешь.

— …Ты не против?

— Не думаю, что Ицуки подарил бы тебе что-то странное — я ему доверяю. Да и я не в праве указывать, что тебе делать с твоим подарком.

«Тем не менее, как следует стукнуть Ицуки по спине — идея вполне хорошая».

— Если это хоть немного тебя радует, думаю, не только я, но и сам Ицуки будет счастлив. Наверняка этого он и добавился.

— Аманэ-кун…

— Эй, хватит флиртовать! Оставьте все эти нежности на потом, когда останетесь наедине!

Их взгляды встретились, создав тёплую атмосферу. И в этот момент между ними втиснулась чья-то рука. Голос, который прервал их, они узнали сразу.

Повернувшись, они увидели Читосе с банкой кофе с молоком в руках и красным от холода носом. Она смотрела на них с преувеличенным неодобрением.

— Доброе утро, Читосе-сан.

— Утро! Вы такие же слащавые, как и всегда. На улице мороз, а от вас так тепло, что аж таять начинаю.

— Доброе утро. Думаю, это потому, что ты пьёшь горячее вблизи обогревателя, — заметил Аманэ.

— Эй, не воспринимай всё буквально!

— Сама напросилась.

Читосе сделала вид, что Аманэ — зануда, но он не собирался становиться мишенью для её подколов.

Он бросил на неё взгляд, явно означающий: «Хватит уже», но её озорная ухмылка никуда не делась.

— Знаете, я ведь могла и не вмешиваться. Смотреть, как вы оба покраснеете, когда заметите, что на вас смотрят, было бы по-своему забавно.

После этих слов Аманэ внезапно осознал, что они всё ещё находились в классе. Хоть до начала первого урока оставалось немного времени, вокруг уже собралось приличное количество одноклассников. Его щёки медленно порозовели, и он сжал губы, стараясь скрыть смущение.

— Всё-таки покраснел, да?

— Тише ты.

Читосе рассмеялась, и её смех лишь усилил его смущение. Чтобы скрыть своё смущение, Аманэ прокашлялся и достал из пакета аккуратно упакованную коробочку размером с ладонь.

— Вот, Читосе. Ответный подарок.

— Благодарю! Как официально-то. Ну, и что там внутри?

— Хотел бы сказать «сюрприз», но чтобы ты не строила ложных ожиданий, скажу сразу. Это лимитированная коллекция печенья к Белому дню из той кондитерской, что тебе нравится. В этом году они, кажется, сделали упор на пряности.

Рад был он или нет, но было очевидно — Читосе постаралась, когда делала шоколад. Поэтому, посоветовавшись с Ицуки, Аманэ тщательно подобрал для неё подарок в ответ.

За почти два года знакомства он успел узнать, что Читосе любит острое, но при этом у неё есть слабость к сладкому — особенно к тем десертам, в которых есть пикантные нотки. Пришлось отказаться от слишком острых угощений, и в итоге он остановился на печенье с насыщенным пряным вкусом.

В коробке лежали различные печенья: с корицей, гвоздикой, кардамоном и имбирём. Вкусы были на любителя.

Аманэ предварительно проконсультировался с Махиру, и она подтвердила, что Читосе действительно любит пряности. Её лицо засияло, когда она взяла коробку в руки. Аманэ не прогадал.

— Ух ты! Обожаю пряности! — радостно воскликнула Читосе.

— Ты ведь как-то пыталась погрызть палочку корицы.

— И что со мной тогда было?.. Это же просто кора дерева!

Он, как правило, использовал молотую корицу, но с тех пор, как начал серьёзно заниматься готовкой, узнал от Махиру, что её делают из коры вечнозелёного дерева семейства лавровых. Тогда он действительно удивился и подумал: «Люди, похоже, готовы есть вообще всё, что найдут…»

— Я подумала, что она съедобная! Хотя… вкус был, мягко говоря, так себе.

— Погоди, ты и правда пробовала?..

— Жизнь — это сплошные эксперименты!

— Инициатива похвальна, но, может, всё-таки стоит знать меру?

— От переизбытка корицы может пострадать печень. Некоторые специи вообще нельзя употреблять в больших количествах. Так что, пожалуйста, будь осторожна, хорошо? Во всём нужна умеренность…

— Да-да, мама.

— Ма?!. Честное слово…

Махиру не стала её ругать, а мягко предупредила. А Читосе, как будто найдя в этом проявление материнской опеки, ответила ей в своей фирменной манере — добродушно и с лёгкой дразнящей ноткой, отчего Махиру только устало и смущённо вздохнула.

Её заботливость особенно ярко проявлялась по отношению к Читосе — возможно, именно это и сформировало представление последней о ней.

Махиру недовольно надулась, но Читосе лишь посмеялась, ничуть не смутившись.

— Кстати, а где Ю-тян? Он… ах да, точно, ещё не вернулся. Говорил, что с утра разносит подарки на Белый день.

Стоило Читосе упомянуть про него, как Аманэ огляделся, но Юты в классе не оказалось.

Обычно тот приходил пораньше в дни, когда у него не было клубных занятий. А сегодня их точно не было. Было странно, что он до сих пор не появился… пока Аманэ не вспомнил, какой сегодня день.

«Точно… Сегодня Белый день. Неудивительно, что его ещё нету».

Юта получил гору шоколада. Третьегодки уже выпустились, так что о подарках для них можно было не беспокоиться. Но даже среди первогодок и второгодок было много людей, которым нужно раздать подарки. Задача не из лёгких. После уроков он точно бы не справился. А если задержаться, то многие могли бы просто уйти домой.

Вот он и решил всё раздать заранее, до уроков.

— Впечатляет, как серьёзно он к этому относится. Только представь — всё это притащить в школу…

Зная Юту, Аманэ понимал: он наверняка приготовил одинаковые подарки для всех. Он не из тех, кто кого-то выделяет. Но даже если бы он дарил по одному печенью каждой — объём был огромным. Аманэ волновался, как тот вообще доберётся до класса с такими сумками.

— Он и правда старается. Может, в этом и кроется секрет его популярности?

— Это не трюк какой-то, он просто такой человек. Вот за это его и ценят.

Иногда Аманэ слышал, как одноклассники говорили, будто Юта популярен исключительно из-за внешности. Но он с этим категорически не соглашался. Если бы всё дело было только в лице — Юта бы не был тем, кем является.

Да, даже Аманэ не мог отрицать, что у Юты внешность, словно с обложки журнала — подтянутая фигура, отточенная благодаря лёгкой атлетике, и притягательная внешность. Из-за этого все девушки находили его привлекательным. Но главным было не это.

Настоящей причиной его популярности был характер.

С тех пор как они подружились, Аманэ всё больше убеждался в этом. Юта не был двуличным, вёл себя открыто и дружелюбно, никого не отталкивал. Он общался с людьми тепло, спокойно и искренне, без тени враждебности.

Сколько бы ни была красивая внешность, если человек груб, высокомерен или просто с плохим характером — долго такая «популярность» не продержится. В итоге от него останется лишь красивая оболочка. Большинство девушек это прекрасно понимали.

Юта же был другим. Он не просто соответствовал ожиданиям — он их превосходил. Даже сейчас, когда он старается лично вручить подарок каждому, — это лишь одно из многих проявлений его заботы. Вот поэтому он так популярен.

— Похоже, ты действительно восхищаешься Ю-тяном.

— Ну, а как тут не восхищаться? Он практически идеален… Есть чему поучиться.

Аманэ не стремился быть как Юта. Да и понимал, что не сможет стать таким же. Но искренне уважал его за те качества, которых ему самому не хватало.

Хладнокровие, уважительное отношение к другим, искренность, упорство в трудные моменты — всё это вызывало у него желание стать хоть немного лучше.

— Думаю, твоя способность искренне хвалить других и стремиться учиться у них — одна из твоих лучших черт, Аманэ-кун. А что касается искренности и внимательности… тут ты точно не уступаешь Юте, — с улыбкой сказала Махиру.

— Более того, ты отдаёшь всю свою любовь одной-единственной девушке. И для неё это даже больше… ну, ты понимаешь, да? Ты серьёзно перегибаешь палку, Аманэ. Прямо до крайностей, — добавила Читосе.

— Прекрати дразниться, — Аманэ бросил на неё укоризненный взгляд.

«Если Махиру ещё можно понять, то вот Читосе явно просто издевается», — подумал он.

Но обе девушки смотрели на него с тёплыми, искренними улыбками, словно наблюдали за чем-то милым.

— Да мы тебя хвалим, честно!

— Точно, Аманэ-кун.

— Да перестаньте уже…

— Смотрите, смутился так, что даже возразить не может!

— А теперь ещё и взгляд отводит. Аманэ-кун такой милый, когда стесняется.

Сейчас Махиру явно была на стороне Читосе. Хотя она и была его девушкой, сейчас она не столько дразнила, сколько умилялась. Но легче от этого Аманэ не становилось.

Сдерживая вздох, он бросил на неё укоризненный взгляд.

— Ты ещё пожалеешь, Махиру. Жди.

— П-почему только я?!

«Вот вернёмся домой после свидания — и буду ласкать её так долго и нежно, пока она не растает у меня в руках».

— Какое счастье! Похоже, он сегодня задарит тебя любовью с ног до головы. Прямо обожает тебя, — хихикнула Читосе.

— Читосе…

— Ой-ой, как он на меня посмотрел! — театрально воскликнула она, но на её лице играла довольная улыбка.

— И с тебя я тоже спрошу потом, Читосе, — предупредил Аманэ.

— С чего это ты ко мне прицепился, будто я тебе что-то должна?

— Подумай над своим поведением.

— Он прав, Читосе-сан.

— Это тебя тоже касается, Махиру.

— У-у-у…

Читосе, конечно, дразнила его куда безжалостнее, но Махиру подключилась к её подначкам с таким энтузиазмом, что о невиновности не могло быть и речи. Пусть она и не заслуживала серьёзного наказания, Аманэ всё же считал, что и ей не помешало бы задуматься о своём поведении.

Махиру частенько поддразнивала его, когда хотела увидеть его разные стороны — он уже к этому привык. Но если уж она зашла слишком далеко, должна была понимать, что её ждёт расплата.

Она, похоже, подумала, что он действительно обиделся — её плечи слегка опустились. Аманэ тихо отодвинул прядь волос у её лица и наклонился ближе, прошептав ей на ухо так, чтобы Читосе не услышала ни слова:

— Махиру… будь готова, когда мы вернёмся домой.

Слова были сказаны нарочно тихо и с интонацией, заставляющей воображение дорисовать всё остальное. И это сработало: Махиру тут же подняла голову, лицо её вспыхнуло, а в глазах отразилась паника и смущение.

Но Аманэ больше ничего не сказал. Только усмехнулся, чуть приподняв уголки губ.

Щёки Махиру горели — очевидно, её мысли унеслись куда-то далеко. Хотя он не сказал ничего конкретного, она сама напридумывала себе тысячу вариантов, и теперь краснела из-за собственных фантазий.

«Пусть покраснеет по дороге домой… Это и будет ей наказанием».

— Эй, вы бы номер сняли, — тут же подколола Читосе.

Махиру молчала, вся красная как помидор, а Читосе с широкой улыбкой повернулась к ней.

Но стоило Аманэ бросить в её сторону недовольный взгляд, как она театрально вздрогнула.

— Ай-ай-ай, страшно! Тьфу-тьфу-тьфу! — закричала она, будто прогоняя злых духов.

Аманэ только тяжело вздохнул. Он поднял руку, сложил большой и средний пальцы в кольцо — классический приём, чтобы щёлкнуть кого-нибудь по лбу.

Заметив это, Читосе пискнула: «Кьяаа!» — и тут же унеслась в сторону Ицуки, который только что закончил раздачу своих подарков.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Когда уроки закончились, сразу стало понятно, какие парни ещё не успели вручить свои подарки. Один за другим они волнительно спешили к тем, для кого готовили сюрприз.

А вот Юта, как всегда, был полон энергии. Он без малейших признаков усталости уверенно вышел из класса, чтобы раздать подарки тем девушкам, до кого ещё не добрался. Его неуёмная бодрость действительно впечатляла.

Что касается Аманэ, он уже успел отдать шоколад Аяке и другим девушкам, которые его угощали, ещё во время перемены, так что не собирался задерживаться в школе — сразу направлялся на работу.

— Ну, тогда до встречи, Махиру.

Как она и сказала раньше, Махиру собиралась зайти к нему на работу, но сначала хотела вернуться домой, чтобы переодеться. Так что сейчас им предстояло разойтись.

Услышав его голос, Махиру, сидевшая за своей партой, подняла голову. Её щёки слегка порозовели — наверняка, из-за того, что Аманэ сказал ей ранее. Но в её глазах светилось предвкушение, ясно давая понять, как сильно она ждёт возможности побывать на его рабочем месте.

— Да, до скорого. Уже не могу дождаться.

— Пожалей меня хоть чуть-чуть, ладно?

Махиру явно не могла скрыть своего волнения. Она встала, её шаг был лёгким. Тем не менее, все её движения оставались грациозными и сдержанными — результат обучения у Коюки, настоящей мастерицы изящных манер.

Аманэ с лёгкой неловкостью улыбнулся, когда Махиру прошла мимо него. На мгновение он задумался, не стоит ли проводить её хотя бы до школьных ворот, но, по словам самой Махиру, мода требует времени, и каждая секунда на счету. Скорее всего, она собиралась добраться до дома с аккуратной поспешностью — чтобы не опоздать, но и не выглядеть при этом торопящейся.

«Махиру всегда воодушевляется перед выходом, да и к одежде и причёске у неё особое отношение», — отметил Аманэ, осознавая, насколько серьёзно она относится к их встрече.

Он поднял бумажный пакет, который подготовил заранее, и направился к месту работы. Внутри были не подарки, а повседневная одежда — чтобы сразу после смены можно было переодеться и отправиться на свидание.

Когда он проходил мимо окон в коридоре, то случайно заметил своё отражение и поймал себя на том, что поправляет волосы. Это вызвало у него тихий смех.

«Похоже, я и сам не могу дождаться».

Признавать это было немного неловко, но куда сильнее было желание порадовать Махиру, показать ей, что он может работать как следует — по крайней мере, он на это надеялся — и вместе с ней насладиться тем вечером, который они так тщательно планировали.

«Надеюсь, я её не разочарую», — подумал Аманэ, вспоминая, с каким воодушевлением она смотрела на него. Уголки его губ расползлись в мягкой улыбке. И тут он заметил, что идёт чуть быстрее, чем обычно.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Это наконец произошло — Махиру собиралась зайти к Аманэ на работу.

Тем не менее, работать ему предстояло в обычном режиме. Поэтому, собравшись с мыслями, он спокойно и сосредоточенно приступил к смене.

— Ну вот, этот день наконец-то настал, да?

— Чего ты так заводишься, Миямото-сан? — поинтересовался Аманэ, заметив довольную физиономию коллеги.

Хотя Аманэ и делился с ним переживаниями, Миямото в происходящем особого участия не принимал. Он никак не мог понять, почему тот так воодушевлён и понимающе кивает.

В кафе сегодня было немного оживлённее, чем обычно, а потому их тихий разговор почти тонул в общем гуле голосов. Но Аманэ уловил каждое слово и не мог не отреагировать.

— Да я просто давно хотел взглянуть на твою девушку. Ты же её всё время скрываешь.

— А я не тот, кто станет её показывать всем ради забавы.

— Прямо как типичный парень, который держит всё ценное в сундуке под замком.

— …Ну, не скажу, что ты не прав. Только я бы всё равно оставил крышку приоткрытой. Не хочу лишать её свободы из-за своих чувств.

С этими словами Аманэ взял поднос и тряпку, направляясь к свободному столику. Миямото тихо хмыкнул и пробормотал:

— Вот это и есть настоящая любовь.

Сжав губы, Аманэ отвернулся и пошёл вытирать стол.

Судя по всему, клиенты не задержались, и к этому столику ещё никто не подходил. Он быстро собрал использованные чашки и тарелки, после чего аккуратно протёр стол тряпкой.

Похоже, из-за Белого дня десертов заказали больше обычного. На этом столе, например, явно был подан торт. Об этом можно было догадаться по тому, что осталось. В воздухе витал лёгкий сладковатый аромат, перемешанный с запахом кофе. И Аманэ был уверен — ему это не показалось.

Он бросил взгляд на настенные часы — с начала смены прошло уже несколько десятков минут.

Мысль о том, что Махиру скоро придёт, мешала ему сохранять спокойствие. Но при клиентах нельзя было позволить себе расплываться в улыбке или терять сосредоточенность.

Стараясь сохранять нейтральное выражение лица, он прошёл мимо Миямото, неся посуду. Тот как раз закончил дела на кассе и, глянув на Аманэ, одарил его хитрой ухмылкой.

— Кстати, по поводу того, что ты говорил раньше… — начал Аманэ.

— Хм? — удивлённо приподнял бровь Миямото.

Решив отомстить за его подколку, Аманэ наклонился к нему и с лёгкой усмешкой задал вопрос:

— А ты сам как, Миямото-сан? Тоже прятал бы её в сундуке?

— Да она туда всё равно не полезет. Да и усидеть на месте — точно не про неё.

— А… ну да.

— Не соглашайся так легко, это раздражает.

Зная Оохаси, представить, как она берёт инициативу в свои руки и тащит за собой всех подряд, было несложно. Скромность и сдержанность — точно не про неё.

Но куда важнее было другое — из слов Миямото Аманэ понял, что его чувства так и не нашли отклика. В груди у него неприятно сжалось.

Он не собирался смотреть на него с жалостью, но, похоже, Миямото всё понял.

— Ладно, ладно, проваливай уже, — пробормотал тот, отмахиваясь рукой, как будто прогонял назойливую муху, хотя перед ним был только Аманэ.

Тот неловко улыбнулся, развернулся и понёс посуду к раковине.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Сегодня Аманэ был необычайно чувствителен ко всему, что происходило вокруг.

Каждый раз, когда в кафе звенел колокольчик, он тут же устремлял взгляд к двери. Он, конечно, не забывал о работе и выполнял свои обязанности как положено. Но сегодня ему дали немного больше свободы — вплоть до появления Махиру.

Он был искренне благодарен Фумике и остальным сотрудникам за такую доброту.

Дзинь-дзинь — раздался знакомый звон колокольчика у входа, и Аманэ рефлекторно посмотрел на дверь.

— Я встречу, — пробормотал он и коротко извинился перед Оохаси, которая уже собиралась подойти к новому посетителю. Не дожидаясь ответа, он направился прямо к двери.

Несмотря на то, что уже была весна, на улице всё ещё чувствовалась зимняя прохлада. Щёки и нос Махиру порозовели от холода. Увидев, как к ней направляется официант из глубины кафе, она удивлённо распахнула глаза.

— Добро пожаловать. Столик на одного?

Аманэ, как и всегда, говорил сдержанно и вежливо, но на этот раз с более тёплой улыбкой. Щёки Махиру, и без того розовые от холода, залились румянцем по другой причине.

— Н-на одного, пожалуйста.

— Прекрасно. У нас есть места у стойки и обычные столики. Есть предпочтения?

— Эм… если можно, я бы хотела за столиком.

— Конечно. Пожалуйста, проходите.

Её немного нерешительный ответ вызвал у Аманэ едва заметную, тёплую улыбку. Он не мог не отметить, что на удивление хорошо держится. Сохраняя спокойствие, он деликатно проводил Махиру внутрь.

К счастью, свободные столики ещё были, и он усадил её туда, куда она просила.

— Вот корзинка для сумки, можете воспользоваться, — мягко произнёс он, пока она устраивалась на месте.

Её заметное волнение вызывало у него желание улыбнуться шире, но он сдержался. Вместо этого он аккуратно положил перед ней меню.

— Вот наше меню. Когда будете готовы сделать заказ, просто позвоните в колокольчик — к вам подойдут.

Кафе принадлежало Фумике, и меню здесь было довольно скромным — простые, но тщательно приготовленные блюда. Что бы Махиру ни выбрала, всё наверняка придётся ей по вкусу.

Пока она изучала меню, Аманэ вежливо поклонился и тихо удалился за водой и полотенцем. Миямото проводил его ухмылкой, на которую Аманэ не обратил внимания. Он налил холодной воды, положил рядом аккуратно свернутое полотенце на поднос и вернулся к столику.

— Ваша вода и полотенце.

— Спасибо большое. Эм… я могу уже заказать?

— Конечно. Я вас слушаю.

Увидев, как она с лёгкой нерешительностью готовится сделать заказ, Аманэ одарил её мягкой улыбкой. Щёки Махиру, которые только начали возвращаться к нормальному цвету, вновь вспыхнули.

Хотя в поведении Аманэ не было ничего необычного, реакция Махиру была слишком уж выразительной. Её глаза смотрели на него с таким теплом и нежностью, что сомнений не оставалось — форма официанта ему очень шла.

Когда он ранее от неё отошёл, её взгляд всё равно следовал за ним. Этого было достаточно, чтобы понять: пока он соответствует её ожиданиям.

— Я бы хотела сезонный набор с тортом. А что насчёт напитка… э-э, есть рекомендации, Аманэ-ку… то есть, э-э, мистер… официант?

Она чуть не проговорилась, но вовремя поправилась и украдкой взглянула на него. Аманэ, не теряя самообладания, с лёгкой улыбкой указал на раздел меню с напитками, которые были включены в набор.

— Всё зависит от ваших предпочтений. Но к сезонному торту я бы посоветовал наш фирменный бленд — он обладает сбалансированной кислинкой и горчинкой, что отлично сочетается с десертом.

— Тогда сезонный набор с фирменным блендом, пожалуйста.

— Позвольте подтвердить заказ: один сезонный сет с тортом и фирменным блендом, всё верно?

— Да.

— Отлично. Подождите минутку, пожалуйста.

Аманэ записал заказ, улыбнулся, взял меню и направился к кухне.

Он не оглянулся, но чувствовал, как её взгляд всё ещё прикован к нему.

— Один сезонный набор с тортом и фирменный бленд.

— Принято, — лениво отозвался Минасе, дежуривший сегодня у плиты.

В тот же момент вернулся Миямото с подносом и пустой посудой. Похоже, его опять задержали постоянные клиенты.

— Эта девушка… она твоя девушка, да, Фудзимия?

— Да, это она.

Видимо, он понял всё по тому, как Аманэ взял на себя инициативу в её обслуживании. Мимоходом взглянув на Махиру, он лишь уточнил вслух. Аманэ кивнул, продолжая следить за заказами и свободными столами.

Сейчас в кафе было не слишком много людей, так что, скорее всего, какой-то из завсегдатаев завёл с Миямото беседу — атмосфера здесь позволяла такие неторопливые и тёплые разговоры.

«…Вот только когда постоянные клиенты узнают, точно начнут подшучивать».

Аманэ уже давно привык к этой работе и даже стал узнавать многих клиентов в лицо. Похоже, скоро и Махиру войдёт в это число. Для него это было одновременно приятно и немного волнительно.

— Она очень милая. Прям намного симпатичнее, чем я ожидал, если честно.

— Я же говорил, что она милая… И вот поэтому я и не хотел её никому показывать. Знал же, что начнёте подкалывать.

Миямото, с искренним восхищением оглядывая Махиру, говорил от всего сердца. Аманэ же испытывал смешанные чувства. Он радовался, что её хвалят, но одновременно не хотел, чтобы кто-то ещё видел её такой.

Сегодня Махиру выглядела просто восхитительно.

На улице было ещё прохладно, и она пришла в пальто. Но когда она сняла его, под ним оказалась идеальная комбинация: кремовый свитер и длинная юбка-русалка бежево-розового оттенка.

На шее и в ушах сверкали украшения с цветочным узором — подарок Аманэ на Рождество. Их едва заметное сияние придавало ей сдержанную элегантность. А на запястье — тонкий браслет с тем же мотивом, подарок к прошлому Белому дню.

Волосы она собрала в мягкую свободную косу — это добавляло женственности и нежности, но без излишней «слащавости», с ноткой спокойного очарования.

Но даже несмотря на всё это, главным было выражение её глаз. Мягкий, словно во сне, взгляд и едва заметная улыбка с нежным изгибом губ… Всё это просто завораживало.

— Похоже, она по уши в тебя влюблена.

— …Знаю.

— Я думал, ты куда больше будешь упираться, прежде чем привести её сюда. Хотя, наверное, не только из-за того, что не хотел, чтобы она увидела, как ты работаешь… Ты просто не хотел, чтобы кто-то ещё увидел, насколько она очаровательна, да? Глянь на неё — она излучает шарм, сама того не осознавая. Вполне понимаю, почему тебе не хотелось её показывать. Я бы тоже на твоём месте старался быть идеальным для такой девушки.

Миямото взглянул на Махиру, потом перевёл взгляд обратно на Аманэ.

— Она прямо светится от счастья.

— Она давно хотела сюда прийти. Думаю, сейчас просто наслаждается моментом.

Аманэ был занят подготовкой заказа, так что не мог вести себя с ней, как обычно. Махиру сидела одна, но скучающей не выглядела. Наоборот — казалось, она наслаждалась каждой минутой.

Всякий раз, как их взгляды встречались, она одаривала его робкой, сияющей улыбкой. Просто чудо, что он ещё ни разу не перепутал заказы.

— Она действительно тебя любит.

— Знаю… Именно поэтому я и не хотел звать её сюда, если бы мог.

— Ну да, по тебе видно, ты с трудом сдерживаешь улыбку.

— Сэмпай, потише.

Действительно, в любви Махиру сомневаться не приходилось. Её взгляд давал понять это. Аманэ же отчаянно пытался сдержать румянец и не дать улыбке вырваться наружу.

— Кажется, сегодня я увижу совсем другого Фудзимию.

— Тогда просто не смотри.

— Не выйдет.

— Ой? Фудзимия-чан покраснел? А чего это вдруг? — с удивлением вмешалась Оохаси, выглянув из кухни.

Она даже не слышала, о чём шла речь, но одного взгляда на лицо Аманэ хватило, чтобы всё понять. Видимо, он и сам не заметил, насколько покраснел.

— У него девушка тут.

— Что, правда? Где?

— Вон там, за столиком.

— Та милашка? Ого! Фудзимия-чан, да ты у нас скрытный романтик!

Оохаси с игривым видом попыталась подтолкнуть его локтем, но, заметив, что Махиру смотрит в их сторону, всё-таки отступила.

Аманэ не знал, то ли восхищаться её наблюдательностью, то ли стыдиться такого пристального внимания.

Пока он продолжал мучиться от неловкости, Оохаси понимающе кивнула:

— С такой девушкой неудивительно, что ты не заглядывался ни на одну клиентку. Теперь ясно, почему ты их игнорировал.

— Чего?! — выпалил Аманэ.

— Эй, Рино, он ведь и не знал! Не говори такие вещи как ни в чём не бывало, теперь он будет переживать.

— Э? То есть он их игнорировал неосознанно? Вот это да.

— …Серьёзно? — переспросил Аманэ.

— Абсолютно. А ты правда ничего не замечал?

Теперь уже они оба смотрели на него в полном замешательстве. А Аманэ... он был просто ошарашен этой неожиданной правдой.

Чаще всего разговор с ним начинали пожилые посетители — примерно возраста его бабушки с дедушкой. Он не помнил, чтобы какая-нибудь молодая девушка когда-либо смотрела на него как на кого-то большего, чем просто официанта. Однако, судя по выражениям лиц его коллег, всё могло быть не так просто, как казалось.

— А? — растерянно взглянул он на Оохаси и Миямото. Те лишь многозначительно переглянулись, явно чувствуя себя неловко. Лгать им было незачем — значит, всё правда.

— …Совершенно ничего такого не помню.

— Оно и не удивительно. Ты же по уши влюблён в свою девушку. Должно быть, включилась твоя броня и вежливая клиентская улыбка. Даже видно было, что тебе это вообще неинтересно — ты их просто как клиентов воспринимал.

— …Теперь мне правда жаль Махиру. Она ведь всё это время переживала…

— Ну да. А ты даже внимания не обращал…

Для Аманэ посетитель всегда оставался просто посетителем. У него никогда не возникало к ним никаких чувств. Разве что он запоминал лица завсегдатаев, но если человек заходил разово — вряд ли он потом бы его вспомнил. Он и в них-то особо не всматривался. Не было смысла.

И именно поэтому удар оказался сильнее. У Аманэ была хорошая память, и он знал это. А значит, если он не запомнил ни одного из этих случаев… это и впрямь говорит о многом.

«Меня называли тугодумом не только Махиру, но и Читосе с Ицуки… Честно говоря, мне уже нечем оправдаться».

Осознание того, что он сам, по сути, стал причиной беспокойства Махиру, даже не заметив этого — больно ударило по его самолюбию. На какое-то мгновение в голове помутилось.

— Эй, хватит зависать, — хлопнул его по спине Миямото. — Набор готов! Доставь заказ.

Аманэ принял поднос с заказом: десерт дня и чашка фирменного кофе.

«Я же всё ещё на смене. Надо собраться».

Он машинально проверил содержимое подноса и заметил кое-что странное. Там лежал ещё один предмет, которого не было в заказе.

— А это что? Его же не заказывали…

— От хозяйки. За счёт заведения. Кстати, это ты сам испёк. Она подумала, что это будет мило.

— А… Надо будет потом поблагодарить её.

— Поблагодаришь после. А сейчас давай, двигай.

Сдержанно кивнув, Аманэ выпрямился и направился к столику Махиру.

От подноса доносился тёплый аромат кофе, смешанный с приятной сладостью поджаренных орехов. Почувствовав его, Махиру подняла глаза — и тут же одарила его самой мягкой и лучезарной улыбкой.

— Спасибо за ожидание. Ваш сезонный набор и фирменный напиток.

— А, спасибо большое… Эм, подожди, Аманэ-кун, это…

— Это подарок от заведения. Мы специально приготовили несколько десертов к Белому дню. После закрытия кафе все помогали на кухне. Вот этот я испёк сам.

Аманэ на секунду сбросил официальный тон и заговорил так, как обычно обращался к ней. Хотя это было не совсем подобающе для сотрудника.

Кафе нередко предлагало сезонные угощения — на Хэллоуин, Рождество, Сэцубун[2], День святого Валентина… И вот на Белый день в этом году решили раздавать польвороны — испанское песочное печенье.

[2]: Сэцубун — традиционный японский праздник, последний день перед началом каждого сезона. Обычно его относят к наступлению весны. 

Накануне заведение закрыли пораньше, и персонал остался, чтобы испечь их вместе. Большинство выбрали круглую или сердечную форму, а Аманэ — квадратную. Так и можно было отличить его работу.

И на подносе Махиру лежало именно квадратное угощение.

— …Аманэ-кун, ты умеешь печь?

— Я же тебе торт делал, помнишь?

Он посмотрел на неё с лёгкой досадой — мол, «и ты это забыла?» Махиру тут же замотала головой, заметно всполошившись:

— Н-ну да, помню! Просто я не знала, что ты и печенье умеешь…

— Если умею печь торт — с печеньем тоже справлюсь. Рецепт изучил, всё строго по нему сделал. Так что да, готовлю я вполне прилично, — с легкой обидой ответил он.

На самом деле торт приготовить куда сложнее. К тому же, благодаря Махиру, он давно улучшил свои навыки. С рецептом он мог справиться довольно хорошо. Да и хозяйка Фумика доверяла выпечку только тем, кто уже умел печь.

Махиру рассмеялась — её смех напоминал звон колокольчиков. В её взгляде читалась нежность, а глаза ласково сузились, когда она посмотрела на его слегка надутое лицо Аманэ.

— Хе-хе, слышать твой обычный голос, пока ты так одет… даже как-то неловко становится.

— Прошу прощения. Надеюсь, вы хорошо проведёте время в нашем заведении.

— Эй, подожди… можно на секундочку?

— Да. Что случилось?

В кафе было немного людей, но Аманэ понимал, что долго задерживаться он не может. Всё же он был на смене, поэтому тут же переключился в рабочий режим.

Махиру подняла руку, слегка согнув пальцы, будто звала его подойти поближе.

Поняв намёк, он сделал шаг вперёд, а она мягко указала вниз — словно хотела, чтобы он присел и приблизился к ней.

Аманэ послушно наклонился к её уху.

«Она что-то хочет сказать мне?»

Её сладкий, знакомый аромат тут же окутал его, и между ними повисло едва уловимое тепло.

— …Ты очень красивый. Совсем другой, не такой, как обычно… И это тебе очень идёт. Ты невероятно красив.

Шёпот был тихим и сладким, словно мёд. Слова проникли прямо в его сердце, отозвавшись дрожью где-то внутри.

Аманэ замер. И лишь спустя мгновение, когда жар накрыл его с головой, он поспешно выпрямился, стараясь скрыть охватившее его смущение. Махиру смотрела на него с озорной улыбкой. Её взгляд сиял от удовольствия.

«Ах, да ладно…»

Раньше Миямото и Оохаси говорили, какая она милая — но сейчас «милая» было бы неправильным описанием. Она выглядела как настоящий маленький дьяволёнок… причём совершенно неосознанно.

— Удачи на работе, ладно?

— …Спасибо.

Он с трудом выдавил вежливый ответ, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Шёл он уверенно, но верхняя часть тела выдавала лёгкое напряжение. За стойкой его уже ждали две знакомые ухмыляющиеся физиономии.

— Фудзимия-тян, ты красный как помидор!

— Пожалуйста… просто не говори со мной сейчас.

— Молодость! Любовь! Какая прелесть!

— И ты туда же, Миямото-сан… замолчи.

Аманэ буркнул, но они оба расхохотались, явно наслаждаясь его мучениями.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

После этого Аманэ, конечно, не мог всё время вертеться рядом с Махиру, поэтому, как и обещал, вернулся к своей работе. Тем не менее, Махиру не сводила с него глаз, счастливо поедая торт и наблюдая за ним с довольным выражением лица. Что именно её так забавляло — оставалось для него загадкой.

Особенный торт от Фумики пришёлся Махиру по вкусу. Она ела его с сияющей улыбкой. Когда Минасе вышел из кухни, то сразу же попал под её «прямой удар», издав удивлённое:

— Угх...

Махиру, не переставая улыбаться, мило, но твёрдо произнесла:

— Не поделюсь.

Минасе это явно выбило из колеи. Он поспешно замотал головой, всем видом показывая, что у него и в мыслях не было ничего подобного. Аманэ при этом слегка расслабился.

В кафе было немного оживлённее обычного — всё-таки был Белый день, — но ближе к ужину поток посетителей начал утихать. Наступило небольшое затишье. Правда, оно было временным — вскоре должны были подтянуться те, кто хотел перекусить перед вечером. Это было всего лишь затишье перед бурей.

— Привет, девушка Фудзимии-тян!

Когда Аманэ молча переставлял стулья и столы в опустевшем месте, до него донёсся весёлый, но приглушённый голос.

Он тут же обернулся — голос исходил сзади. И действительно: Оохаси, должно быть, выкрала свободную минутку, чтобы подойти к столику Махиру, и несла ей вторую чашку кофе.

Единственным оставшимся клиентом была пожилая дама, которая часто болтала с персоналом. Видимо, Оохаси решила, что сейчас самое время действовать.

Аманэ почувствовал, как у него начинает болеть голова.

— Фудзимия-тян?..

— Ты ведь его девушка, да?

— Эм... Д-да...

Махиру явно растерялась от неожиданного обращения, но не выглядела настороженной — скорее, просто смущённой. Судя по всему, она поняла, что это кто-то из знакомых Аманэ. Да и ещё она старше, так что отмахнуться было непросто.

«Стоило отвернуться на секунду…» — с досадой подумал Аманэ. Он взглянул на Миямото, но тот тут же отвёл глаза, как бы говоря: «Не на меня смотри, это не моя вина».

— Ты бы могла не так резко сближаться? Ты сбиваешь с толку мою девушку.

— Спасибо за официальное объявление, что она твоя девушка.

— Миямото-сан, забери её, пожалуйста.

«Если так пойдёт и дальше, Махиру совсем растеряется». Аманэ обратился за помощью к Миямото, который точно знал, как обращаться с Оохаси. Но в ответ услышал только:

— Дай ей поздороваться, и она отстанет.

— Я — Рино Оохаси. Как видишь, я его наставница. Услышала, что у Фудзимии-тяна появилась девушка, которую он просто обожает, вот и не смогла удержаться, чтобы не познакомиться с тобой.

— О-обожает…

— Серьёзно, этот парень даже глазом не поведёт, сколько бы милых девушек ни было рядом. Он настолько равнодушен, что пока я ему прямо не сказала — сам ничего и не заметил.

— Можешь не нести всякую ерунду? Немного такта не помешало бы, дурёха. Зачем ты про других при его девушке заговорила?

— А... прости, хорошо? Я просто хотела сказать, что Фудзимия-тян полностью предан тебе. Вот серьёзно. Кроме тебя, ему никто не интересен. Уверена, у него в голове только учёба и ты.

— Ты вообще за кого меня принимаешь?

Аманэ не смог удержаться от резкого комментария, услышав, насколько абсурдно Оохаси его воспринимает. Он тяжело вздохнул и бросил уставший взгляд на неё и Миямото.

— Ах да, это мои коллеги, которые помогали мне, когда я только начинал. Та, что представилась — Оохаси-сан, а второй...

— Я — Дайчи Миямото. Я довольно много о тебе слышал, юная леди. И можешь не обращать внимания на эту идиотку.

— Дайчи! Ты что несёшь?!

— Ты громкая и плохо понимаешь личные границы. Ещё напугаешь девушку.

— Чего?! Не говори так грубо!

— …Махиру, они вечно как комедийная парочка — можешь просто их игнорировать.

— Ты кого сейчас комедийной парочкой назвал, мелкий?! — Миямото дал Аманэ лёгкий щелбан.

— Ай! — скривился Аманэ.

Махиру удивлённо моргнула и уставилась на него. Миямото это заметил и замахал руками. Он выглядел взволнованным. Но Махиру только с интересом наблюдала за его реакцией.

— Прости, что треснул твоего парня, — извинился Миямото.

— Мне кажется, ты не перед тем извиняешься, — буркнул Аманэ.

— Всё в порядке, — ответила Махиру. — Аманэ-кун сказал грубость, так что не стоит обращать внимание.

— Хотелось бы, чтобы кто-то всё-таки обращал...

— Ты сам их дразнил, Аманэ-кун. Так что сам и виноват, правда ведь?

На это Аманэ ничего не смог возразить. Он сжал губы и замолчал. А Оохаси взглянула на него так, будто только что нашла новую любимую игрушку.

«Чувствую, на следующей смене меня замучают подколками…» — от одной этой мысли у него скрутило живот. Но если что, у него был козырь в рукаве. Если Оохаси перегнёт палку, он его обязательно использует.

Её навязчивый характер уж очень напоминал одну знакомую особу, возможно, именно поэтому он уже привык к такому типу людей. Тем временем Махиру полностью взяла себя в руки. Не говоря ни слова, она встала и вежливо поклонилась обоим.

— Простите за запоздалое представление. Меня зовут Махиру Шиина, я встречаюсь с Аманэ-куном. Спасибо, что заботитесь о нём.

— Да нет, это нам стоит его поблагодарить. Он нам сильно помогает.

— Что вы. Аманэ-кун дома часто говорит, как он вам признателен.

— …Дома?

— Она имеет в виду, когда бывает у меня, — быстро пояснил Аманэ.

И ведь ни слова лжи в этом не было.

Хотя он кое-что и объяснял своим коллегам, Аманэ всё равно не мог собраться с духом и признаться, что, за исключением школы, сна и ванны, Махиру практически круглосуточно находится у него. Он не ожидал, что эта правда так укусит его.

Махиру сразу всё поняла. Она продолжила без колебаний:

— Я часто захожу к нему готовиться к экзаменам, так что… — сказала она с лёгкой улыбкой. Слова были тщательно подобраны, но при этом были чистой правдой.

Аманэ с облегчением отметил, как точно Махиру подстроилась под его ответ. Правда, виду он не подал, сохранив спокойное выражение лица. Он изо всех сил старался не выдать даже намёка о своих смущающих мыслях.

— Ну да, Фудзимия у нас серьёзный… И его девушка тоже. Рино, может, тебе стоит заварить их дисциплину в чай и выпить? — бросил Миямото, лениво откинувшись на спинку стула.

— А с чего я попала под раздачу? И какой в этом смысл?

— Поучись у них грации и сдержанности. Ты во всём излишне шумная.

— Да ты на себя посмотри, Дайчи!

«Как им только удаётся каждый раз ссориться?»

Ранее Миямото назвал Оохаси бестактной, но Аманэ подумал, что это скорее бумеранг, который уже возвращается назад. Глядя, как двое перебрасываются колкими замечаниями по какому-то пустяку, он только покачал головой, но комментировать не стал. В конце концов, ему была дорога своя жизнь.

Он встретился взглядом с Махиру. Она чуть смущённо улыбнулась. В ответ Аманэ чуть наклонился к ней и шёпотом сказал:

— Они всегда такие.

Он тихо вздохнул, стараясь не привлекать внимания перепирающейся парочки. Его взгляд невольно скользнул по кафе. За три столика от них сидела пожилая женщина — одна из завсегдатаев, которая часто заходила в это время на чашечку кофе.

Их глаза встретились, и по спине Аманэ пробежал холодок. Он поспешно подошёл к ней и вежливо поклонился:

— Прошу прощения за шум.

Женщина изящно прикрыла рот ладонью, скрывая лёгкий смешок.

— Всё в порядке, — ответила она с мягкой улыбкой. — Дайчи-тян и Рино-тян полны энергии. Это самое главное. Если они могут себе позволить такие перебранки — значит, хорошо ладят. Меня это ничуть не беспокоит.

— Благодарю вас.

Похоже, она была одной из тех старых клиентов, кто с самого начала наблюдал за отношениями Миямото и Оохаси. Такие сцены были для неё не в новинку. Вероятно, именно это, а также то, что в зале сейчас находились только Махиру и она, позволило двум старшим сотрудникам так расслабиться.

— Вы с девушкой тоже, вижу, прекрасно ладите, Аманэ-тян. Теперь-то я понимаю, почему ты ни разу не дрогнул, когда я предлагала познакомить тебя со своей внучкой.

— Я предан своей девушке, всё просто.

К слову, это уже третий раз, когда его пытались свести с чьей-то внучкой. И потом ещё пару раз другие клиенты поднимали похожую тему. Разумеется, он всем отказал.

Он понимал, что это всё скорее шутки, но каждый раз от таких слов его сердце невольно замирало, а потом оставалось какое-то чувство вины. Ему бы очень хотелось, чтобы такого не повторялось.

В последнее время такие разговоры, к счастью, сошли на нет, и он успел немного выдохнуть… но сейчас всё началось снова.

«Разве я правда выгляжу как человек, которого хочется свести с внучкой? Я ведь просто парень, который работает в их любимом кафе. Мы же практически незнакомы», — с недоумением подумал он.

— Ха-ха, услышать это от тебя — прямо бальзам на душу, — улыбнулась женщина.

— …Звучит немного противоречиво.

— Я имею в виду, видно, как ты дорожишь своей девушкой. Это прекрасно. Мужчина, который изменяет, не стоит ничего — таких надо сразу гнать прочь.

Её утончённая манера речи и благородная улыбка не вязались с такой фразой. Аманэ решил не комментировать это и просто ответил ей улыбкой.

Возможно, у неё был какой-то неприятный опыт в прошлом. Но Аманэ её почти не знал и лезть в личное он не собирался.

Тем не менее, он был полностью с ней согласен, поэтому сказал:

— Вы правы. Искренность — основа любых серьёзных отношений.

Женщина улыбнулась ещё теплее.

— Приятно видеть, как вы ладите. Ну и наелась же я за сегодня сладостей — не только торта, — заметила она с довольной улыбкой. — Можно попросить счёт?

— Конечно. Сейчас принесу.

Позади них Миямото и Оохаси всё ещё продолжали перепалку. Аманэ в этот момент был единственным, кто мог свободно передвигаться, и, хотя уловил в взгляде Махиру лёгкий, почти невидимый призыв о помощи, он ответил ей молчаливым взглядом: «Подожди немного», — и направился к кассе, ведя за собой даму с чеком в руках.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Когда Аманэ вернулся от кассы, Миямото и Оохаси уже выдохлись. Они встретили его с угрюмыми лицами.

«Когда они такие... в них будто просыпается ребёнок».

Миямото выглядел так, словно ему хотелось провалиться сквозь землю — он закрыл лицо руками и, судя по всему, жалел, что всё произошло на глазах у клиента. Заметив Аманэ, он всё же поднял голову, выдав натянутую улыбку:

— Спасибо, что помог на кассе.

— Кроме той дамы больше никого не было, так что ничего страшного. Но, честно говоря, вы немного перегнули. К тому же она наблюдала за вами с такой тёплой улыбкой… Готовьтесь, в следующий раз без подколов точно не обойдётся.

— Я в курсе.

— Ох, тебя отчитали.

— Это и тебя касается, Оохаси-сан.

— Э?

— Неужели ты и правда думала, что тебе сойдёт это с рук?

Аманэ бросил на неё взгляд, который говорил: «Серьёзно? Думаешь, ты белая и пушистая?» Оохаси протянула:

— Прости-и-и!

Но, честно говоря, этот извиняющийся тон стоило бы адресовать Миямото.

«Почему они не могут просто быть честными друг с другом?..» — Аманэ не стал озвучивать эту мысль вслух и только тяжело вздохнул.

В этот момент из кухни показался Минасе.

— Оохаси, прости, что перебиваю, но тебя зовёт хозяйка.

— Что? Зачем?!

Было видно, что её это застало врасплох. Едва услышав, что её вызывает начальство, Оохаси тут же запаниковала. Развернувшись, она стремительно бросилась в сторону коридора.

Видимо, спешка сыграла с ней злую шутку. Она задела рукой чашку с кофе, которую пила Махиру.

Обычно первую чашку убирали до подачи второй, но в этот раз её отложили на потом. Из-за нехватки места на столе, вторая чашка оказалась слишком близко к краю.

Раздался звонкий лязг — фарфор ударился о фарфор, чашка подскочила и наклонилась острым углом.

«Чёрт…»

Аманэ находился рядом и успел вовремя протянуть руку, чтобы её поймать. Благодаря его быстрой реакции чашка не упала со стола и не покатилась по полу. Они избежали катастрофу.

Однако Махиру ещё не допила кофе. В чашке оставалось приличное количество. Хоть вылилось и не всё, через пальцы Аманэ всё же пролилась добротная порция, расплескавшись по столу.

Тёмно-коричневая волна стекала со стола, будто с обрыва. Когда Махиру поняла, что произошло, она уже тянулась рукой, чтобы как-то остановить поток.

Её попытка защититься ладонью не спасла — хоть и не полностью, но брызги и струйка кофе оставили на её светло-розовой юбке пятна тёмного, неопрятного цвета.

— А…

— Примите мои глубочайшие извинения, мисс! Вы не пострадали?

Первым заговорил Миямото. Несмотря на волнение, его голос прозвучал чётко и быстро. Он тут же рванул к стойке, чтобы помочь с уборкой, пока Аманэ и Махиру пытались сдержать пролившуюся жидкость своими руками.

Минасе, всё видевший из кухни, уже приготовил несколько полотенец. Миямото молниеносно их схватил.

— Махиру, ты в порядке?! Не обожглась?!

— Д-да, всё хорошо. Эта юбка довольно плотная, а кофе уже остыл…

Судя по её лицу, боли она не испытывала, да и жидкости разлилось не так много — значит, ожога точно не было. Но это не успокоило Аманэ. Он внимательно следил за её выражением лица, одновременно прижимая полотенце к луже на столе, чтобы не дать ей растечься дальше.

Когда ткань впитала основную часть, он аккуратно протёр руку Махиру чистым полотенцем, которое принёс Миямото. Затем Аманэ продолжил вытирать оставшееся на столе.

Всё это произошло за какие-то несколько десятков секунд.

Миямото смотрел на Оохаси таким взглядом, будто был готов испепелить её.

— Рино, ты что творишь?

— М-мне очень жаль…

— Миямото-сан, хватит. Сейчас не время искать виноватых. Оохаси-сан, извинения потом. Сейчас — уточни у хозяйки, можно ли отвести Махиру в подсобку?

— П-поняла… Прости, правда!..

Ругать её смысла не было. Единственная, кто имел право злиться — это Махиру. Но она не выказала ни малейшего намёка на гнев. Глядя на свежее пятно на юбке, она спокойно сказала:

— Надо обработать, пока не въелось.

Увидев, что Махиру не стала винить её, Оохаси почувствовала ещё большее угрызение совести. Но, собравшись, она развернулась и решительно побежала к заднему выходу.

Через несколько секунд она вернулась:

— Всё в порядке!

Аманэ воспринял это как сигнал к действию, быстро достал из корзины сумку и пальто Махиру, и мягко подтолкнул её к подсобке:

— Простите, но можно я оставлю уборку на вас?

— Не переживай, всё сделаем. Ты только позаботься о своей девушке, Фудзимия.

— Я… Я правда очень сожалею…

— Всё нормально, не переживай. Если быстро заняться пятном и немного поухаживать дома — следа не останется. И я не обожглась, так что не стоит волноваться.

Оохаси виновато поклонилась. Махиру тепло улыбнулась ей, мягко качнув головой и рукой, показывая, что всё в порядке. Но Оохаси явно было тяжело — то, что она доставила неудобства другим, её угнетало гораздо больше, чем если бы пострадала она сама. Сейчас у неё был такой вид, будто если бы у неё были собачьи уши, они уныло повисли бы вниз.

— Правда, не переживай, хорошо?

— Ах… Похоже, новый посетитель. Обсудим потом. Миямото-сан, обслужишь его?

— Понял. Рино, уборка на тебе. Я в зал.

Понимая, что в таком состоянии лучше не подпускать Оохаси к клиентам, Миямото решил сам заняться встречей гостей. Перевоплотившись в безупречного сотрудника, он направился к входу.

Аманэ бросил последний взгляд на Оохаси, чтобы убедиться, что она справится без него. Он повёл Махиру в комнату отдыха для персонала.

Несмотря на то что на неё вылился кофе, Махиру не выглядела расстроенной. Напротив — в её глазах светился интерес. Она с любопытством осматривала помещение, куда обычным посетителям вход был воспрещён.

Они добрались до комнаты. Махиру села на диван, а Аманэ опустился перед ней на колени и стал внимательно осматривать пятно на юбке.

Благодаря их быстрой реакции, катастрофы удалось избежать. Однако на ткани, в районе бёдер, всё же осталось два пятна размером примерно с монету. Юбка была не совсем светлой. Различие в цветах не бросалось в глаза, но пятна всё равно были заметны.

— Прости… Ты так нарядилась, а тут такое…

— Всё в порядке. Такие вещи иногда случаются. Я и сама как-то раз окатила себя чаем.

Махиру мягко покачала головой. Её спокойствие только усилило чувство вины у Аманэ. А если ему было так плохо, то каково же сейчас Оохаси? Она ведь всегда сильнее переживала, когда её прощали, чем когда ругали.

Аманэ всё ещё размышлял, стоит ли предложить Махиру переодеться в одежду, которую они взяли для свидания. В этот момент в дверь постучали.

— Это Итомаки. Можно?

— Хозяйка?..

Аманэ удивился, услышав голос Фумики. Она ведь должна быть занята. Он взглянул на Махиру, спрашивая взглядом, не возражает ли она. Та кивнула, и он отозвался:

— Да.

Фумика вошла, на её лице читалась обеспокоенность — больше обычного. Её взгляд сразу же упал на Махиру, спокойно сидевшую на диване, и беспокойство только усилилось.

— Прошу прощения за случившееся. Особенно с учётом того, что вы специально пришли к нам. Конечно, мы покроем стоимость заказа, а также все расходы на чистку одежды. И, на всякий случай, я бы попросила вас показаться врачу — мы оплатим и это.

— Н-не нужно так беспокоиться. Кофе был уже остывшим и не попал на кожу…

Махиру замахала руками, сбитая с толку потоком извинений, но Фумика всё ещё выглядела обеспокоенной.

— И всё же это произошло в нашем заведении… К тому же, вы, вероятно, хотели провести время вместе после этого, а мы всё испортили.

Фумика неосмотрительно выдала лишнюю информацию. Теперь пришла очередь паниковать Аманэ.

— Э? А-Аманэ-кун, ты им рассказал?

— Только упомянул об этом как о причине ухода пораньше…

— О, он светился от счастья, — добавила Фумика с тёплой, но слегка игривой улыбкой. — Сказал, что это маленькое свидание. Волновался, чтобы всё прошло идеально — и обслуживание отрепетировал, и улыбку в зеркало проверял, и перед твоим приходом постоянно на вход посматривал, чтобы не пропустить.

— Пожалуйста! Хватит, я умоляю!

Аманэ действительно рассказал о свидании, когда просил отпустить его пораньше. Он даже мимоходом делился переживаниями во время смен. Но Аманэ и подумать не мог, что всё это всплывёт именно сейчас. Ему хотелось провалиться сквозь землю.

Это было как раз то, чего он не хотел, чтобы Махиру узнала. Но поскольку Фумика чувствовала вину, она решила утешить её, рассказав, насколько серьёзно Аманэ готовился к этой встрече.

Он уже собирался зарыдать от стыда, как вдруг увидел, что Махиру, изумлённо распахнув глаза, вдруг расплылась в сияющей улыбке.

— Нет, пожалуйста, расскажите ещё.

— Махиру?!

— А что тут такого? Ты ведь так редко выражаешь свои эмоции… И уж точно не делишься ими с другими.

— Я… ничего не мог с собой поделать. Я и правда ждал этой встречи.

Аманэ не хотел, чтобы Махиру узнала, что за его спокойной внешностью скрывается волнение. Но теперь, когда всё раскрылось, оставалось только признаться.

— Я хотел увидеть твою реакцию, когда ты увидишь меня за работой… И ведь мы впервые вот так договорились встретиться.Тем более, когда я рассказал об этом хозяйке, она посмотрела на меня таким ожидающим взглядом…

— Ну, можно сказать, это в каком-то смысле… обогащение…

— Обогащение? — переспросила Махиру.

— Не вдавайся в подробности.

Это была просто одна из странностей Фумики, и Аманэ не хотел, чтобы Махиру слишком углублялась в это.

Он кашлянул, пытаясь сменить тему, и вернулся к главному — пятну на юбке.

— В любом случае, нужно вывести это пятно. Эм, хозяйка, у вас случайно нет чего-нибудь, во что она могла бы переодеться?

— Если подойдёт запасная униформа, у нас есть несколько на выбор.

В заведениях общепита всегда держат одежду на случай происшествий — вдруг кто-то из сотрудников что-то прольёт. Это был временный вариант, но Аманэ искренне обрадовался, что Махиру не придётся ходить в мешковатых мужских брюках. Только он выдохнул с облегчением, как заметил, что выражение Фумики сменилось на… разочарованное.

— Эх, надо было приберечь парочку милых нарядов…

— Только не превращайте Махиру в куклу для переодеваний, какой бы милой она ни была.

— Ах, флиртуете прямо у меня на глазах… просто бальзам на душу.

Иногда казалось, что Фумика могла найти повод для радости в любом слове Аманэ. Он ничего не ответил и просто наблюдал, как она вышла за одеждой.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Пока Махиру переодевалась в женской раздевалке, Аманэ занялся её юбкой — аккуратно пытался вывести пятна. Самые крупные он уже успел убрать, но, присмотревшись, заметил ещё несколько мелких капель.

Он осторожно прополоскал юбку в воде, а затем аккуратно протёр пятна смесью воды и моющего средства. Результат оказался впечатляющим — почти все загрязнения исчезли. Однако оказалось, что пятна распространились дальше, чем он предполагал, и в процессе чистки ткань успела впитать довольно много влаги.

Выжимать деликатную юбку, требующую бережного ухода, было невозможно, поэтому Аманэ воспользовался полотенцем, чтобы впитать как можно больше воды. Даже после этого юбка оставалась ощутимо влажной, и позволить Махиру надеть её в таком состоянии он просто не мог.

С этими мыслями он вернулся в комнату отдыха… и замер: Махиру уже сидела там, полностью переодетая, и ждала Аманэ.

— Тебе очень идёт, — искренне похвалила Фумика.

Испачкалась только юбка, поэтому Аманэ показалось, будто Фумика решила нарядить Махиру в полный комплект формы больше из озорства, чем из практичности. Но, зная её, можно было не сомневаться — делала она это от чистого сердца.

И действительно, как и сказала Фумика, одежда подошла Махиру безупречно.

Было непонятно, обладала ли она той же магической способностью, что и Аяка — мгновенно определять размеры человека на глаз, — но форма сидела так хорошо, будто была сшита на заказ. Даже малейшее несоответствие часто делало такие костюмы нелепыми, но здесь всё было безупречно: форма подчёркивала фигуру, но в то же время прикрывала изгибы. Словно Махиру с самого начала была сотрудницей кафе.

Если Оохаси в форме выглядела изящно и утончённо, то Махиру, несмотря на тот же наряд, казалась скорее милой, чем элегантной. Более того, она собрала волосы в аккуратный пучок, как будто полностью вошла в образ во время переодевания.

Сама Махиру казалась слегка воодушевлённой своей временной ролью. Настолько, что, увидев Аманэ, засияла радостной улыбкой и раскинула руки, словно говоря: «Посмотри на меня!»

Она была настолько очаровательна, что, если бы Фумика не была в комнате, Аманэ, скорее всего, уже обнял бы её и засыпал ласками прямо здесь.

Он был совершенно очарован этим неожиданным проявлением милоты, но, всё же, бросил на Фумику вопросительный взгляд. Он интересовался, зачем же она так вырядила Махиру?

Фумика спокойно и радостно улыбнулась в ответ.

— Хорошо, что у нас как раз была подходящая форма, — произнесла она.

— Спасибо, что так постарались, — поблагодарила Махиру. — Сейчас у меня такое ощущение, будто я и правда работаю рядом с Аманэ-куном. И от этого становится так тепло на душе…

Она подошла к нему с улыбкой. Такой лучезарной и тёплой, что Аманэ машинально подумал: «Я никому не позволю увидеть это выражение её лица».

Оно могло покорить любого, кто хоть мельком на него взглянул бы — без малейшего сомнения.

Раз уж выпал такой случай, Махиру спросила у Фумики разрешения и сделала несколько снимков с Аманэ. Она выглядела такой счастливой, что у него самого щёки начали пылать от смущения.

— Ох, я бы лично не возражала, если бы вы действительно стали работать здесь вместе, — заметила Фумика.

— Боюсь, мой опекун это не одобрит, — с мягкой, но уверенной улыбкой парировала Махиру. — К тому же, даже если бы я начала сейчас, то только успела бы привыкнуть, как пришлось бы уже уходить. Мне очень приятно ваше предложение, но, боюсь, придётся отказаться.

Говорила она нежно, с той же улыбкой, но её голос звучал уверенно.

Фумика ответила на это тёплой, немного грустной улыбкой.

— Вот как… Очень жаль.

Судя по всему, она что-то почувствовала в словах Махиру, но не стала расспрашивать, деликатно отступив.

Аманэ старался сохранять нейтральное выражение лица и украдкой посмотрел на Махиру.

Он заметил это: за её ослепительной улыбкой скрывалась тень.

Формально, для подработки ученикам нужно получить разрешение школы. А главное — согласие и подпись опекуна. Таков был порядок. Но у Махиру всё было иначе. Она старалась избегать любого контакта с родителями.

Аманэ лишь однажды видел её мать, но того было достаточно, чтобы понять: та не хочет, чтобы её вообще когда-либо беспокоили без крайней необходимости. Именно по этой причине Махиру не собиралась обращаться к ней — разве что в самом крайнем случае.

Когда Аманэ думал о матери Махиру, первое слово, которое приходило ему на ум, было «бессердечная». А вот отец, наоборот, казался сдержанным и уравновешенным — казалось, с ним можно было бы спокойно связаться.

Но для самой Махиру идея даже просто заговорить с отцом была неприемлемой. Она избегала этого изо всех сил, и Аманэ прекрасно её понимал. Если сохранение её душевного покоя означало полный разрыв связи — так тому и быть. Честно говоря, он и сам считал, что уже слишком поздно что-то менять. Поэтому пока Махиру сама не заговорит об этом, он не поднимет эту тему.

Он старался выглядеть спокойным, не показывая сочувствия, чтобы ненароком не усугубить ситуацию, но Махиру всё равно это заметила и слабо улыбнулась.

— Со мной всё в порядке, — беззвучно произнесла она, одними губами.

Если бы она выглядела так, будто сдерживает слёзы или заставляет себя улыбаться, Аманэ не стал бы молчать. Но, судя по её лицу, повода для тревоги не было. Это немного его успокоило.

— Эм... Я понимаю, что немного запоздала, но всё же хотела поблагодарить вас. Спасибо, что помогли с празднованием дня рождения Аманэ-куна, — мягко сказала Махиру и вежливо поклонилась Фумике.

Она уважала его просьбу не приходить на работу, пока он сам не будет к этому готов. Фумика тогда пошутила, что увидеть их вместе будет лучшей благодарностью. Но Махиру всё это время ограничивалась лишь письмом и маленьким подарком, переданными через Аяку. И вот только сейчас пришла лично.

— Да ну, не стоит благодарности, — с улыбкой ответила Фумика. — Скорее уж мне стоит благодарить тебя. Благодаря тебе я сильно продвинулась вперёд.

— Продвинулись? В чём именно?

— Махиру, не нужно копать глубже, — тут же вмешался Аманэ, глядя на Фумику с мольбой в глазах — только бы она не сказала ничего лишнего.

Но в ответ он получил лишь её сияющую, озорную улыбку.

— Ну, если это пошло на пользу, то я рада, — сказала Махиру, слегка наклонив голову.

— О, ещё как! Если благодаря этому ты нашла хотя бы капельку счастья — значит, я не зря старалась. Я обожаю счастливые парочки.

— Э-э, спасибо?.. — чуть смущённо ответила Махиру.

— Что бы там ни было, я действительно благодарен, — вставил Аманэ. — Спасибо за всё.

— Да брось, я вообще-то почти ничего не сделала, — мягко рассмеялась Фумика.

Аманэ понял, что переубедить её невозможно, и сдался. Он слегка поклонился в знак признательности.

— Вы такие милые. Прямо душа радуется, когда смотрю на вас, — с нежностью сказала Фумика.

— …Спасибо.

— Фудзимия-кун всегда очень старается. Как хозяйка этого кафе, я и просить не могу большего. Но, признаться, я немного волновалась — вдруг это мешает ему проводить время с тобой… Но если вы поддерживаете друг друга, то это прекрасно. Тем более, он ведь так старается, чтобы тебе кое-что…

— Тётя Фумика, хватит! Не надо вмешиваться! — вдруг раздался знакомый голос, прерывая её на полуслове.

Аманэ не хотел, чтобы Махиру об этом узнала. По крайней мере, пока не хотел.

Дверь открылась, и на пороге появилась Аяка с пакетом в руках.

Её волосы, обычно собранные в хвост, сейчас свободно падали на плечи, а одета она была в повседневную одежду.

— Кидо-сан?!

— Ага! Привет, Шиина-сан, Фудзимия-кун. Кстати, Фудзимия-кун, эта форма тебе очень идёт. Наверное, ожидание стоило того, да, Шиина-сан? — весело подмигнула Аяка.

Аманэ только сейчас осознал, что Аяка ещё ни разу не видела его в рабочей форме. Но куда важнее был другой вопрос:

— Подожди… А ты-то почему здесь, Кидо?

— Тётя попросила меня принести сменную одежду, — беспечно ответила она. — Я живу рядом, так что было удобно. Нельзя же, чтобы Шиина-сан шла домой в униформе, верно? А её одежда ещё мокрая — лучше постирать как следует. Вот я и примчалась.

Судя по всему, Фумика сразу отправила её, как только узнала о случившемся.

Фумика выглядела расстроенной — она явно чувствовала себя виноватой за то, что потревожила Аяку в Белый день.

— Мне так неловко, что пришлось побеспокоить тебя сегодня… — сказала она с извиняющимся видом.

— Да брось, — тепло улыбнулась Аяка. — Мы же всегда помогаем друг другу в затруднительном положении. И извини, Шиина-сан, ты ведь хотела первой увидеть Фудзимию-куна в форме, да? Не очень честно с моей стороны заглядывать.

Как всегда внимательная и чуткая, Аяка старалась не мешать им. Она даже специально не появлялась в кафе в его смену, чтобы не огорчать Махиру, старалась не проболтаться о причине подработки Аманэ. Аяка знала, что Махиру очень ждала этого момента.

Даже сейчас, когда иначе было нельзя, она чувствовала себя виноватой за то, что увидела Аманэ в форме. Повесив пакет на локоть, она сложила ладони и произнесла: «Прости!»

— Н-ничего… Это же не специально… Да и я уже более чем счастлива… Это было… чудесно, — смущённо пробормотала Махиру, слегка покраснев.

— Хех, ну и отлично. Значит, я не зря его сюда привела, — с улыбкой сказала Аяка и протянула пакет. — Вот одежда. Я выбрала что-то из того, что ещё не надевала. Извини, если стиль не в твоём вкусе — я торопилась и взяла то, что сама бы хотела на тебе увидеть.

— Спасибо большое. Я очень признательна, — поблагодарила Махиру, принимая пакет.

— Вы же скоро собираетесь уходить, да? Тогда не буду мешать. Я своё дело сделала, так что побегу, — бодро сказала Аяка.

Она действительно пришла только ради того, чтобы передать одежду. Глядя, как она сразу собирается уходить, Аманэ ощутил лёгкое чувство вины. Ведь из-за них её сорвали с места.

— Ты пришла только ради этого… Спасибо тебе огромное, особенно в такой день, — поблагодарила её Махиру.

— Спасибо, Кидо. Я как-нибудь отплачу, — добавил Аманэ.

— Да бросьте, правда! — отмахнулась она. — Это же тётя Фумика попросила. Да ещё и разрешила прихватить оставшиеся печеньки — так что всё в порядке! А насчёт занятости… Ну, на самом деле я пришла с Со-чаном. Он ждёт меня снаружи.

— А? Почему он не зашёл?

Было логично, что Содзи пришёл вместе с ней — всё же на улице уже стемнело. Но Аманэ не понимал, почему тот остался снаружи. Он ведь тоже работал здесь и имел доступ к служебному помещению, даже вне смены.

Аманэ с любопытством взглянул на Аяку, а та медленно покачала головой.

— Ну, Шиина-сан же здесь, верно? Я знала, что ей нужна сменная одежда, но не имела понятия, в чём она будет, когда зайду. Да и Миямото снаружи над ним подшучивал.

— А, ну, в принципе, ожидаемо.

Конечно. Парень, не работающий в Белый день и находящийся рядом со своей девушкой? Миямото явно сразу всё понял и не упустил шанса поддразнить его. Аманэ мог легко представить себе эту сцену.

— Ладно, я побежала! Надо спасти Со-чана и как можно скорее вернуться домой, чтобы провести с ним время. Я исчезаю — фьюить!

Было не совсем ясно, пыталась ли она изобразить самурая или ниндзя. Произнеся эту театральную фразу, Аяка скрылась. Аманэ и Махиру переглянулись и не смогли сдержать смех.

— Ну что, Фудзимия-кун, можешь сдавать смену. Всё равно уже почти пора. Проводи свою девушку домой.

— Подождите, разве не рановато ещё?

Он взглянул на настенные часы — стрелки показывали, что до окончания смены оставалось ещё пятнадцать минут. Поскольку он сегодня и так работал не в полную силу, собирался отработать хотя бы до конца. Но Фумика, будто прочитав его мысли, мягко улыбнулась.

— Вечером в это время людей немного, да и персонала сегодня хватает. Так что всё в порядке. Считай это маленькими извинениями за доставленные ранее неудобства. Ах, но перед уходом обязательно загляни к Оохаси-сан. Она выглядела немного подавленной.

— Хотя в этом ведь и не было её вины... Ладно. Спасибо вам.

Фумика не была виновата, но всё равно чувствовала ответственность за случившееся. Не желая показаться неблагодарным, Аманэ принял её доброту, а затем повернулся к Махиру:

— Махиру, не могла бы ты переодеться и подождать меня здесь? Я тоже переоденусь и отмечусь перед уходом.

— Хорошо. Я подожду.

Махиру в униформе кафе выглядела просто очаровательно, но всё же, по мнению Аманэ, её обычный образ был куда милее. Он мягко потрепал Махиру по голове и вышел из комнаты отдыха. За его спиной раздался довольный смешок Фумики, и Аманэ тут же пожалел, что сделал это прямо при ней. Надо было дождаться, пока она уйдёт. Но было уже поздно — поезд ушёл.

Чувствуя лёгкий стыд, он поджал губы и направился к раздевалке. По пути Аманэ заглянул в главный зал.

Пока они с Махиру отсутствовали, пришли новые клиенты, но и с двумя официантами всё шло чётко и слаженно. Однако у стойки, в стороне от посетителей, стояла Оохаси, отвернувшись. Даже с первого взгляда было ясно: она совершенно поникла, её осанка выдавала полную утрату энергии. Хотя она уже не выглядела потрясённой, настроение оставалось на дне.

— Оохаси-сан, пятно полностью отстиралось. Всё в порядке.

— Правда?.. Это радует, но... всё равно не исправляет ситуацию...

— Да всё хорошо, правда. Не надо себя винить. Я уверен, Махиру тоже не расстроена.

На самом деле, Махиру вовсе не злилась. Она скорее удивилась. Судя по её весёлому настроению после переодевания и фотосессии, ей понравилось больше, чем обычный визит в кафе.

Разумеется, Аманэ не мог говорить за неё. Но можно было с уверенностью сказать: Оохаси не стоит проваливаться сквозь землю от чувства вины.

— Дело не в том, злится она или нет, — прошептала Оохаси виноватым голосом. — Она ведь старалась, наряжалась, радовалась свиданию с парнем, а я всё испортила. Такие вещи сильно ранят. Если бы такое случилось со мной, я бы тоже была потрясена. И осознание того, что я сделала это с кем-то другим… Такие особенные дни запоминаются надолго. Хочется, чтобы воспоминания были только счастливыми. Чтобы, оглядываясь, можно было сказать: «Это был чудесный день». Ведь так?

— Ну... Наверное, да, — кивнул Аманэ.

— Я знаю, что она не злится, — тихо добавила Оохаси. — Но это не меняет сути. Это скорее моя проблема.

Она не сомневалась в словах Аманэ, но всё равно была подавлена. Её плечи оставались опущенными.

Аманэ понял: тут не помогут ни извинения, ни утешения. Это был внутренний конфликт, который она должна была преодолеть сама.

Он хотел было сказать что-то неосторожное, но вовремя прикусил язык. Всё, что он мог сделать сейчас — дать ей время разобраться с ситуацией.

— ...Если так, то навязываться не стану. Я не читаю мысли Махиру и не стану говорить от её имени. Но, по крайней мере, с моей стороны — всё действительно хорошо. Просто запомни это. Уверен, со временем мы будем вспоминать об этом с улыбкой.

Аманэ верил: счастливые воспоминания нужно хранить, а горькие — по возможности избегать. Но сегодняшний день, как ни крути, не станет для Махиру тем неприятным воспоминанием, которого так боялась Оохаси.

— И кстати, Махиру была в полном восторге, что смогла надеть нашу форму — пусть даже ненадолго.

Оохаси медленно подняла голову. Аманэ неловко улыбнулся. Он помнил, как Махиру сияла от счастья, кружась в одолженном наряде.

— Она сказала, что это был счастливый случай, который вряд ли ещё представится. Мы даже сделали фотографии в одинаковой форме, и она выглядела очень счастливой. По её словам, она будет их беречь.

Махиру тогда уложила волосы и стояла рядом с ним — в униформе, сияя от радости. Кто угодно понял бы: она была счастлива.

Хотя всё пошло не по плану, Махиру умела находить радость даже в неожиданностях. Она спокойно приняла произошедшее и сумела получить от этого удовольствие.

Конечно, дома Аманэ всё же собирался уточнить, не притворялась ли она весёлой. Но одно он знал точно — Махиру обладает удивительным талантом находить счастье по-своему.

Он решил, что обязательно спросит её, каким запомнился ей этот день. А пока, заметив, как глаза Оохаси поблёскивают, он мягко улыбнулся:

— Ладно, я пошёл. Хорошо поработали.

— …Да, — тихо ответила она.

В этот момент зазвонил дверной колокольчик. Оохаси направилась к столику, чтобы помочь клиенту. Аманэ окликнул её на прощание. Её ответ был всё ещё немного подавленным, но в голосе появилась твёрдость.

Он посмотрел, как она ответила ему с улыбкой. Затем перевёл взгляд на Миямото, который вернулся с подносом, на котором были тарелки и чашки.

Миямото, заметив, что Аманэ выглядит спокойно, будто ничего не произошло, с облегчением вздохнул.

— С твоей девушкой всё в порядке?

— Да, всё хорошо. А хозяйка разрешила уйти чуть пораньше. Ты справишься без меня?

— По сравнению с тем, что было днём, это ерунда. Да и хозяйка скоро придёт на помощь — на кухню или в зал. После всего случившегося неудивительно, что она хочет отпустить тебя пораньше.

— Тогда полагаюсь на тебя. И, пожалуйста, присмотри за Оохаси-сан. Только без грубостей. Она и так на пределе.

— Знаю. Я и сам уже жалею, что наговорил ей раньше.

Миямото со смущением кивнул на его последнюю просьбу.

Он был душой компании. Спокойным и прямолинейным, чем-то похож на старшего брата для всех. Но с Оохаси почему-то часто был эмоционален. Даже с посторонними он был мягче, чем с ней.

Аманэ понимал: всё это — результат их запутанных чувств. Но всё же он думал, что, если бы Миямото вёл себя чуть мягче, может, Оохаси было бы легче быть с ним откровенной.

— Поддерживать кого-то — это хорошо. Но не перестарайся, хорошо? Оохаси-сан куда ранимее, чем кажется.

— ...Знаю я. Но кто тебя назначил знатоком?

— Я просто человек, который слушает вас обоих. Поверь, есть вещи, с которыми она борется, и ты о них даже не догадываешься.

Миямото иногда жаловался Аманэ, потому что знал — тот выслушает и не станет осуждать. Оохаси делала то же самое. Разумеется, он хранил их тайны. Но чаще всего они жаловались друг на друга.

С точки зрения Аманэ, единственный совет, который он мог им дать: «Просто начните говорить друг с другом честно».

Упоминание о том, что даже он не всё знает, заставило Миямото похолодеть. Аманэ почувствовал, как по спине пробежал холодок, но виду не подал. Он изобразил наивную улыбку — «Я ничего не знаю».

— Прежде чем сверлить меня взглядом, лучше сосредоточься на поддержке. Стань тем, кому она сможет открыться. Ах, и к нам пришли клиенты.

Прозвучал звон колокольчика, и Аманэ кивнул в сторону входа. Миямото быстро переключился и с приветливой улыбкой направился встречать гостей.

Аманэ снова отметил про себя, насколько он быстро умеет адаптироваться. И тихо пожелал ему, чтобы его чувства всё-таки дошли до адресата.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

— Прости, что заставил тебя ждать.

Когда Аманэ вернулся в комнату отдыха, переодевшись в повседневную одежду, его встретила уже переодетая Махиру. Фумики в комнате не было — видимо, она ушла на ресепшен или в офисную зону.

— Да всё в порядке. Я не так уж долго ждала. К тому же, иногда ожидание — это тоже часть удовольствия.

— Значит, всё-таки я действительно заставил тебя немного подождать…

— Я не настолько нетерпеливая, чтобы встать ждать уже через пять-десять минут, понимаешь? Кроме того, я провела время в раздумьях, гадая, в чём ты сегодня появишься. Кстати, тебе очень идёт.

— Да ничего особенного. Вряд ли мой наряд оправдает твои ожидания.

Он постарался подобрать одежду с умом, но в итоге выбрал довольно скромный комплект: тёмно-серый свитер поверх белой рубашки, синие брюки и пиджак. Если в его образе и было что-то, что могло порадовать Махиру, то это, вероятно, шарф — тот самый, который она подарила ему на прошлое Рождество.

Носить что-то из подарков всегда немного неловко, но по выражению её лица было видно, что она этому рада.

— Ты и сама сегодня выглядишь очень мило. Это Кидо подобрала тебе одежду?

— Да, обычно я такое не ношу, так что для меня это в новинку.

— Такая оверсайз-одежда тебе идёт. Надо потом поблагодарить Кидо.

На Махиру был джинсовый комбинезон и худи, на груди которого красовались милые кот и кролик. Это был весёлый, игривый стиль, а забавные реплики в облачках на худи придавали образу ещё больше очарования.

Он быстро взглянул вниз и заметил, что она подвернула брюки. Видимо, они оказались длинноваты, что напоминало о разнице в росте между ней и Аякой. Аманэ, конечно, воздержался от комментариев. Если бы он заметил это, она могла начать дуться.

Хотя Махиру и пробовала разные стили, ничего столь «мальчишеского» он не помнил. Именно поэтому её нынешний образ казался таким свежим.

— Интересно, где продают такие забавные худи? — поинтересовалась Махиру. — Если найду что-то похожее, куплю один — и тогда мы будем в одинаковых.

— Ты хочешь, чтобы и я такое носил?

— Разве не было бы здорово, если бы мы были в парных костюмах? Это ведь весело.

Махиру весело рассмеялась и подмигнула. Ей явно понравился дизайн худи. Аманэ недоверчиво вздохнул, но в глубине души уже решил написать Аяке и узнать, где та раздобыла этот бренд.

Кажется, Махиру и вправду полюбила эту одежду. Она выглядела такой довольной, будто открыла для себя новый стиль. Аманэ невольно улыбнулся. Он аккуратно взял пакет с её одеждой.

— Ну что, пойдём домой?

— Да.

Когда он протянул руку, она без колебаний вложила в неё свою.

Пальцы Махиру были чуть теплее обычного — возможно, из-за обогрева в помещении. Но стоило переплести пальцы и выйти на улицу, как прохладный ветер мягко коснулся его щеки.

Хотя уже наступила весна, в воздухе всё ещё ощущался зимний холод. Когда солнце заходило, становилось особенно зябко. Даже в пальто Махиру слегка поёжилась, а потом, немного потоптавшись на месте, незаметно прижалась к руке Аманэ, стараясь согреться.

Аманэ не особо любил холод, но в этот момент почти благодарил его — он позволил увидеть такую милую сторону Махиру.

— Ты в порядке, Махиру?

— Ты про холод?

— Ну… и про это тоже. Но ещё и про то, что произошло с твоей одеждой.

Он ждал, пока они останутся наедине, ведь раньше она не казалась особо расстроенной. Но теперь, когда он заговорил об этом, Махиру посмотрела на него, будто спрашивая: «Ты всё ещё переживаешь?»

— Ах, это… Да ничего страшного. Если бы я была в чём-то праздничном, например, в кимоно или дорогом платье, тогда бы, возможно, расстроилась. А это была обычная повседневная одежда. Да и пятен не осталось. Мне больше всего жаль Оохаси-сан — она выглядела такой расстроенной.

— Да, она была подавлена… Но, думаю, пока она сама не справится с этим, мы вряд ли сможем что-то сделать. Тем более сразу после этого начали приходить клиенты — она даже не успела извиниться.

— Это только усилит её чувство вины. Передай ей, пожалуйста, что не стоит переживать. Ты всё прекрасно отмыл, Аманэ-кун, так что проблем нет.

Когда он в последний раз видел Оохаси, она уже немного пришла в себя, но чувство вины не проходит так быстро. Он был уверен, что она захочет извиниться позже. Аманэ решил, что обсудит это с Махиру позже, когда придёт время. Отбросив эти мысли, он посмотрел на Махиру. Она по-прежнему была в приподнятом настроении.

— Кстати, как тебе комната персонала? Я немного прибрался в ней.

— Было интересно заглянуть туда, куда обычные посетители обычно не попадают.

— Ну да, посетителей туда не пускают.

— Я удивилась, как там просторно. А запах кофе… он напомнил мне о тебе. Ты ведь тоже так пахнешь, когда возвращаешься с работы, Аманэ-кун.

— Подожди… Я, что, пахну кофе?

Поскольку он работал в кафе, то всегда старался следить за запахом. В комнате отдыха у него даже был дезодорант, которым он регулярно пользовался перед возвращением домой. Но, похоже, это не особо помогало. И каждый раз, возвращаясь домой, он приносил с собой лёгкий кофейный аромат. Он даже не подозревал об этом.

— Это не плохой запах. Он тёплый… с лёгкой сладостью.

— Похоже, мне стоит использовать дезодорант побольше.

— Эй, но мне нравится этот запах…

— Так что тебе больше по вкусу? Мой обычный запах или кофейный?

У Махиру явно была слабость к его аромату. Иногда, находя его футболку, оставленную для стирки, она не сразу относила её в корзину. Какое-то время она наслаждалась запахом.

Конечно, отчасти это была его вина. Он сам не бросил её в корзину. Честно говоря, Аманэ был в шоке, когда впервые застал её за этим. Он был смущён этим и тут же попросил её перестать… но потом она посмотрела на него умоляющими глазами и тихо попросила: «Ну хоть чуть-чуть?» Он не смог устоять — с условием, что одежда будет не вспотевшей. С тех пор Махиру позволялось «тайно» наслаждаться его вещами, а Аманэ делал вид, что ничего не замечает.

— Всё равно ты чаще всего тянешься к этой, — заметил он.

Лицо Махиру тут же вспыхнуло. Она заметно смутилась и отвела взгляд.

— Н-нечестно. Просто… я как бы… меняю свои вкусы время от времени.

— Мне уже становится страшно, какие у тебя там вкусы формируются.

— В смысле?

— Ну, знаешь — запахи, мускулы, голос… всякие фетиши.

Честно говоря, казалось, что у неё они уже есть. И как только он озвучил примеры, её движения тут же стали скованными.

Она всё поняла.

— Э-это… я в порядке. Правда.

— Ага, конечно.

— Скажем так, я люблю всё в тебе, Аманэ-кун.

— То есть ты даже не пытаешься отрицать фетиш, да?

— Тебе показалось… А у тебя что, совсем нет таких слабостей?

— Ага, ты сама только что призналась том, что они у тебя всё-таки есть?

Махиру тут же стукнула его руку лбом, уткнувшись щекой в рукав.

Это была одна из её милых привычек, когда она пыталась уйти от темы. Аманэ знал, что если скажет об этом, она лишь смущённо пробормочет «У-у-у…» и начнёт дуться, так что позволил ей продолжать.

Пока Махиру «атаковала» его с силой котёнка, он взглянул на часы. Они немного опережали график, но на улице уже стемнело.

— Ну что, заглянем в тот магазин, как планировали?

Он ещё был открыт, и было не так поздно, чтобы их кто-то остановил. Но после всего, что произошло за день, Аманэ сомневался, осталась ли у Махиру энергия или силы на это.

Всё зависело от неё. Если она не захочет — он с радостью выслушает её предложение. Если же всё ещё была в настроении — он с удовольствием составит ей компанию.

Махиру моргнула, задумалась и слегка прижалась к нему.

— Хм… — она подняла свои глаза на его — …Давай оставим это для следующего свидания. Я хочу неторопливо выбрать вещи, которыми будем пользоваться каждый день. А сегодня…

— Сегодня?

— Пекарня, которая нам нравится, ещё открыта, да? Давай возьмём там что-нибудь на ужин. Один раз можно и магазинной едой обойтись, да?

Та пекарня действительно стала для них любимой. Она открывалась рано утром и работала до семи вечера. Ассортимент был широким, но магазин пользовался популярностью, так что не факт, что их любимая выпечка ещё осталась.

С другой стороны, именно в такой поздний час можно было найти что-то неожиданное. В этом тоже был свой азарт, который Махиру явно нравился.

— Ага… Надеюсь, нам повезёт.

— Если будут багет или хлеб для сэндвичей, давай завтра на завтрак сделаем французские тосты.

— Отлично. Сегодня просто замечательный день.

Мысль о том, что они вместе ищут что-то интересное, казалась началом милого свидания. Аманэ улыбнулся, и Махиру, не менее довольная, засияла в ответ.

— Хе-хе, ты заглядываешь вперёд. Но да… Сегодня был чудесный день.

Хотя было рановато подводить итоги, Махиру обхватила его руку обеими руками и прижалась к ней, а затем, с необычайной лёгкостью, направилась к станции.

Аманэ пошёл рядом, подстроившись под её шаг. Его пальцы мягко обвились вокруг её пальцев, тёплых и нежных.

* * *

Мой ТГК, где есть перевод всей Новеллы: https://t.me/AngelNextDoor_LN

Поддержать меня:

Тинькофф: https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти: https://boosty.to/godnessteam/donate