Читосэ частенько заглядывала к Аманэ в гости.

Ясное дело, приходила она ради Махиру, а сам Аманэ шёл лишь приятным дополнением. Но особых дел у него всё равно не находилось, так что он без проблем пускал подругу в квартиру — от него не убудет, если он просто предоставит им место для посиделок.

Сегодня Читосэ заявилась одна. Настроение у неё было парадоксальное: с одной стороны, она лучилась энтузиазмом, а с другой — совершенно не желала ничего делать. Причину угадать нетрудно: она притащила с собой домашку на весенние каникулы. Аманэ лишь мысленно вздохнул — разве не проще было взяться за неё пораньше, чтобы сейчас не страдать?

— М-да... Весенние каникулы — одно из самых счастливых времён в жизни школьника, а я вообще не чувствую, что отдыхаю.

— Ещё бы, ты же по уши в домашке.

Читосэ сидела в гостиной над тетрадями, но дело продвигалось со скрипом. Долгие каникулы — долгожданная пора, вот только с этой весны они официально становятся выпускниками. Посвящать всё свободное время одним лишь развлечениям больше не выйдет.

Впрочем, Читосэ не падала лицом на низкий столик, а просто подпирала щёки руками и без особого энтузиазма крутила в пальцах механический карандаш. Раз уж она сама вызвалась поучиться, какая-никакая мотивация у неё имелась.

— Уа-а-а, ну почему нам задают домашку даже в перерыве между учебными годами?

— Мы становимся выпускниками. Логично, что пора уделять учёбе больше времени.

— Я вообще-то не о том спрашивала. Бред какой-то.

— Возмущайся сколько влезет, но пока ты ноешь, задачи сами себя не решат.

— Злюка ты, Аманэ. И сидишь тут такой расслабленный!

— Я просто разделался со всем заранее. А теперь каждый день понемногу повторяю материал и готовлюсь.

— Гха-а! Проклятый зубрила!

Аманэ сидел напротив Читосэ и тоже открыл тетрадь, но прорешивал задания из дополнительных справочников — школьная домашка давно была сделана и покоилась в сумке. Зная, что из-за подработки времени у него будет в обрез, он мигом раскидал все задания в первый же день каникул. Теперь он тратил свободные минуты на подготовку и повторение. Если это делает человека «зубрилой», то большинство выпускников — сплошь гении.

И родители, и Махиру постоянно твердили, как важно грамотно распределять силы и регулярно повторять пройденное. Так что даже Аманэ научился планировать свой график, успешно совмещая отдых, учёбу и подработку.

— Ты, конечно, жалуешься, Читосэ-сан, но ведь почти всё закончила, — заметила Махиру.

Читосэ ныла, но Махиру была права: судя по исписанным страницам, дома она занималась на совесть.

— ...Ну так! Я же твёрдо решила взяться за ум. Нельзя вечно оставаться безалаберной.

— Ого, Читосэ повзрослела...

— Ты издеваешься?

— А ты вспомни свои прошлые обещания и посмотри, сколько из них ты реально выполнила.

— ...Но сейчас-то я стараюсь!

— И это похвально. ...А Ицуки не придёт?

Они не всегда ходили хвостиком друг за другом, но обычно Читосэ появлялась в компании Ицуки. Сегодня же она пришла одна.

— Иккун сегодня на подготовительных курсах. Сказал, что уговорил маму его туда записать.

— Сдаётся мне, в том, что он просил маму, а не Дайки-сана, кроется некий протест.

Третьегодки часто записывались на дополнительные курсы или в подготовительные школы. Ицуки не стал исключением. Избегать общения с отцом было вполне в его духе, но Аманэ казалось, что Ицуки не повредило бы пойти на небольшой компромисс. Впрочем, со стороны всегда судить легче.

— Ну, он заявил, что втайне от Дайки-сана станет невероятно умным, а потом утрёт ему нос. Мне бы тоже пора на курсы, но у нас сейчас туговато с деньгами — брат учится в университете, я тоже поступаю. Оплатить целый год подготовки сразу сложновато, так что я пойду попозже. А ты что думаешь делать, Аманэ?

— С подработкой свободного времени почти не остаётся, поэтому пока я взял онлайн-курсы с видеоуроками, а в подготовительную школу пойду с лета. Дождусь результатов майских и июльских пробных экзаменов, поговорю с родителями и тогда уже решу окончательно.

Аманэ трезво оценивал свои способности. Он прекрасно понимал, что одной школьной программы не хватит, чтобы гарантированно поступить в желаемый университет. И хотя он не собирался фанатично зубрить дни и ночи напролёт, как некоторые третьегодки, учиться планировал на совесть, чтобы с гордостью носить звание абитуриента.

Родители всецело одобряли его тягу к знаниям. Они пообещали во всём его поддерживать и велели не беспокоиться о деньгах, за что Аманэ был им безмерно благодарен.

— Вы оба умеете держать себя в ежовых рукавицах, потому у вас всё и получается.

— А когда ещё брать себя в руки, если не перед экзаменами?

— Прямо на самих экзаменах?

— Это называется «сдаться» или «пустить всё на самотёк»...

Спохватиться только в день экзамена — значит откровенно забить на поступление.

— А ты что скажешь, Махирун?

— У меня примерно как у Аманэ-куна. К счастью — или, точнее, по удачному стечению обстоятельств — я уже освоила нужную для экзаменов программу. Теперь просто подстрою учёбу под требования конкретного вуза. Факультеты у нас с Аманэ-куном разные, но университет мы выбрали один, так что было бы здорово готовиться вместе.

— ...На фоне вашей серьёзности моя безалаберность слишком бросается в глаза. Аж тошно.

— Мне кажется, ты тоже очень стараешься, Читосэ-сан. По крайней мере, твой прогресс по сравнению с прошлым разом просто поразителен.

Махиру была права: Читосэ меркла лишь на их фоне, но старалась она на совесть. Пусть не все её усилия сразу приносили плоды, прогресс был налицо. Если сейчас её «урожай» казался скромным, то лишь потому, что ей не хватало прочного фундамента знаний, который давно заложили Махиру и Аманэ — ей банально недоставало «удобрений». Хотелось верить: если Читосэ продолжит упорно заниматься, почва быстро впитает влагу и питательные вещества, и к сезону экзаменов принесёт богатые плоды.

— Нет, Махирун, не балуй меня!..

— Значит, торт на полдник отменяется?

— А вот это уже совсем другое дело!

Как Аманэ и ожидал, после мозгового штурма Читосэ отчаянно нуждалась в глюкозе, поэтому на тортик клюнула мгновенно. Аманэ и Махиру с улыбкой переглянулись и пошли на кухню.

Аманэ раскладывал угощение по тарелкам, Махиру заваривала чёрный чай — совершенно обыденная картина. Вдруг из гостиной донёсся дразнящий свист: «Фью-фью!». «Опять за своё», — мысленно вздохнул Аманэ. Он проигнорировал провокацию, понимая, что любая реакция лишь раззадорит Читосэ. Махиру, похоже, тоже привыкла к её выходкам и пропускала подколки мимо ушей. В итоге Читосэ шумела в гостиной в гордом одиночестве.

— Махиру, я буду с молоком.

— Тогда налью побольше в молочник. А, Аманэ-кун, вон та тарелка подойдёт к торту лучше. К тому же она из одного сервиза с чашками.

— Понял, беру. Хорошо, что мы собрали весь сервиз.

— Эй, вы двое! Вы вообще помните, что я здесь?

— В поле зрения тебя нет.

— Но, судя по голосу, ты в добром здравии, — добавила Махиру.

— ...Всё-таки вы флиртуете-е-е!

— Да-да.

Горько усмехнувшись — Читосэ всегда сводила всё к одному, — Аманэ поставил тарелки с тортом и заваренный Махиру чай на поднос и понёс в гостиную.

Одуревшая от учёбы Читосэ вскинула руки, горячо приветствуя долгожданный перерыв. При виде сезонного торта из любимой кондитерской её глаза радостно заблестели.

— Знаете, что бесит больше всего? На третьем году все начинают психовать и срываться друг на друга.

Читосэ быстро сменила тему. Она с аппетитом уплетала торт, но говорила при этом о вещах отнюдь не сладких. Переход в выпускной класс неизбежно менял атмосферу. Предстоящий год решал многое, и беззаботной школьной жизни подходил конец.

— Лёгкое напряжение — это нормально. Но скорее всего, обстановочка накалится так, что чужие оценки лучше будет вообще не обсуждать от греха подальше. Хотя я и так не собирался.

Аманэ вообще не страдал бестактностью. Он считал, что куда полезнее сравнивать себя с собой же в прошлом и оценивать собственный рост, а не оглядываться на других.

— Но все же сравнивают!

— Людям тревожно, если они не могут определить своё место в рейтинге. Им нужна относительная оценка.

— М-да, сплошная депрессия.

— Думаю, для выпускников это типично. Нам тоже нужно быть осторожными, чтобы не угодить в этот порочный круг постоянных сравнений, — мягко произнесла Махиру.

Она изящно пила чай, чуть улыбаясь. Спокойная, невозмутимая — Махиру ничуть не боялась выпускного класса. Её уверенность внушала невероятное чувство надёжности.

— Так, давайте закроем эту мрачную тему.

— Сама же начала...

— Ну ладно-ладно! Только позитив! Весенние каникулы скоро закончатся. Вы вообще планируете чем-то заняться?

— И с каких пор конец каникул — это светлая тема?

— Цыц! Ну так что, Аманэ, есть планы?

— Чем заняться... Хм.

С ходу в голову ничего не приходило. Обязанностей хватало с избытком, но стоило заикнуться о желаниях, как мысли улетучивались.

— Домашку сделал, новые справочники купил. Генеральную уборку провёл, футон и школьную форму сдал в химчистку, обувь перемыл, подписку на доставку продуктов проверил...

— Ты перечисляешь дела, а не то, чего тебе хочется! Под конец ты вообще зазвучал как заправская домохозяйка.

— Я, вообще-то, живу один.

А что поделать? Живёшь один — сам тянешь весь быт. Аманэ не собирался сваливать свои обязанности на Махиру, поэтому старался управляться со всем самостоятельно. Дома он о подобных мелочах даже не задумывался — за него всё делали другие. Лишь начав самостоятельную жизнь, Аманэ осознал, какой это труд, и проникся к родителям огромной благодарностью.

— Один, значит... Хм-м.

— Чего ухмыляешься?

— Ничего-ничего.

Читосэ явно хотела что-то ляпнуть, но намеренно помалкивала. Её поведение слегка раздражало. Рассудив, что это очередная глупость или издёвка, Аманэ не стал допытываться и отправил в рот кусок торта.

— Ну ладно, оставим нашего скучного Аманэ в покое. А ты что скажешь, Махирун?

— ...Даже не знаю, чем бы я хотела заняться.

Махиру на этих каникулах тоже почти не выходила на улицу. У Аманэ сложилось впечатление, что она просто отлёживается, приходя в себя после событий начала весны. Если бы Махиру захотела куда-то сходить, Аманэ бы с радостью составил ей компанию. Но, судя по реакции, она, как и он, ни к чему особо не стремилась.

— Ну, всегда можно выбрать вариант «пофлиртовать с Аманэ».

— Ну, в этом нет ничего особенного, чего бы мне хотелось именно сейчас...

— А?

— Махирун, как ты могла...

— Вы всё не так поняли! Я имела в виду, что не считаю это чем-то особенным, привязанным исключительно к каникулам... Если можно, я бы хотела, чтобы это стало нашей повседневностью!.. Конечно, я хочу проводить время вместе! Я всегда этого хочу!

Услышав нарочито изумлённый возглас Аманэ, Махиру в панике замотала головой и принялась мило оправдываться. Аманэ тихо рассмеялся, показывая, что просто дразнит её.

— Понимаю-понимаю. Значит, проводить время со мной стало для тебя, Махиру, обыденностью.

— У-у-у...

— Воркуете как голубки. Норму по флирту на сегодня выполнили?

— Мы и без всяких норм поворкуем, когда ты уйдёшь.

— Меня бросили-и-и!

— А у вас-то хватит смелости флиртовать на людях?.. А, стоп, у вас хватит.

Читосэ обожала над ними подшучивать, но сама с Ицуки вела себя ничуть не лучше. Скорее наоборот: это Читосэ с Ицуки постоянно миловались у всех на виду, тогда как Аманэ и Махиру позволяли себе подобное лишь в компании самых близких. По крайней мере, он так считал.

— А мы флиртуем и без тебя, и даже когда ты рядом!

— Не зря вас называют эталонной парочкой дураков.

— Это только ты нас так называешь. Впрочем, отрицать не буду.

— Даже отрицать не станешь?

— Это лишь доказывает, как сильно мы любим друг друга!

Читосэ с довольным смешком гордо выпятила грудь. Аманэ вспомнил, как недавно она ходила мрачнее тучи. Теперь же Читосэ так радостно хвасталась своими гармоничными отношениями с Ицуки, что на душе становилось легче — значит, у них всё в полном порядке. После крупной ссоры в конце прошлого года они жили душа в душу, так что беспокоиться за них не приходилось.

Теперь у Ицуки тоже появились подготовительные курсы и подработка. Аманэ искренне надеялся, что нехватка времени не станет причиной новых ссор, но, осознав, что это касается и его самого, благоразумно промолчал.

— Жаль, что Ицуки сегодня нет.

— И не говори. Раз уж так вышло, буду флиртовать с Махирун!

— Делай что хочешь.

— Махирун, тебя только что предали!

— Не бросайся такими обвинениями. Я не настолько бесчувственный чурбан, чтобы мешать вашей дружбе. К тому же, в конце концов она всё равно вернётся ко мне.

Аманэ прекрасно понимал: Читосэ просто дурачится, а их отношения с Махиру не выходят за рамки обычной девичьей привязанности. Махиру явно веселилась, так что Аманэ и не думал ей мешать. Он твёрдо знал: как бы она ни миловалась с Читосэ, в итоге Махиру всё равно выберет его. Пусть Читосэ заигрывает сколько влезет, его это не тревожило. Да и Читосэ рано или поздно побежит обратно к Ицуки.

Поэтому Аманэ махнул на них рукой, сделал глоток молочного чая и принялся со стороны наблюдать за девушками. Те переглянулись, хитро улыбаясь.

— Ого, ничего себе...

— Чего уставились?

— Просто подумала: вот он какой, обретший уверенность в себе Аманэ.

— Вы издеваетесь?

— Нисколечко.

Словам Читосэ противоречила её довольная моська. Хуже того — Махиру всем своим видом показывала, что полностью с ней согласна!

— Какое счастье, Махирун! Прежнего неуверенного Аманэ больше нет.

— ...Правда, теперь из-за этого возникают свои трудности.

— Ой, какие? Расскажи!

— Эй, прекращай. Махиру, тебе тоже запрещено об этом болтать.

— Э-э-э...

— Жмо-о-от...

— Спелись-то как...

— Конечно, мы же лучшие подруги.

— Понятно.

Девушки в один голос выражали своё недовольство. Они действовали настолько синхронно, что Аманэ, сидя в собственной гостиной, остро почувствовал себя на вражеской территории.

— Мог бы для приличия поревновать.

— К кому мне ревновать?.. А ты бы ревновала, начни я миловаться с Ицуки?

— А? Так вы с Иккуном...

— С чего такие выводы?!

Он просто привёл ответный пример, но Читосэ уставилась на него со столь странной ухмылкой, что Аманэ пришлось жёстко обрубить все её фантазии.

— Завёлся-то как...

— Кончай навлекать на своего парня беспочвенные подозрения. Он там, небось, уже в гробу переворачивается.

— Попрошу не хоронить его раньше времени! Хотя, зная его усердие, он там сейчас реально убивается за учебниками...

Ицуки наверняка сидел в аудитории плечом к плечу с товарищами по несчастью и до скрипа сжимал ручку. При всех своих недостатках Ицуки оставался парнем серьёзным. Такое усердие было в его духе — особенно теперь, когда он решил открыто противостоять отцу. В лицо Аманэ ему бы этого, конечно, не сказал, но поступок Ицуки вызывал у него искреннее уважение.

— Он тоже по уши в делах.

— Ага.

Разговор немного отдал меланхолией. Но, с другой стороны, Ицуки же не собирался сидеть за книгами круглосуточно, вообще не выходя на связь. К тому же скоро начнётся школа, а там при желании всегда можно выкроить минутку для встречи.

— Мне тоже надо пахать, так что и вы, Аманэ, не отставайте! Впрочем, вам-то пока лучше расправить крылышки и как следует отдохнуть, пока есть возможность.

— А ты свои крылышки чересчур широко расправила.

Читосэ потянулась так сладко, вытянув ноги и широко раскинув руки, будто разминала не воображаемые крылья, а всё тело. На раздражённый упрёк Аманэ она лишь со смехом отмахнулась: «Это для баланса!».

Аманэ очень хотелось, чтобы она и в учёбе соблюдала этот баланс. Но он знал, что Читосэ умеет брать себя в руки и не станет валять дурака вечно. Поэтому он лишь бросил на неё предостерегающий взгляд и, чтобы не сболтнуть лишнего, заткнул себя остывшим чаем.

— То, что нужно сделать на весенних каникулах... То, что можно сделать только сейчас... То, чем хочется заняться именно сейчас... Да?

— Махиру?

— Нет-нет, ничего.

Махиру пробормотала что-то себе под нос. Аманэ недоуменно переспросил, но девушка лишь покачала головой и тихо, загадочно улыбнулась.

* * *

Поддержать переводчика:

• Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN