— …Что ты пишешь?

После ужина Аманэ взялся за мытьё посуды, а когда закончил, увидел, что Махиру сидит на диване и что-то записывает.

Сначала он подумал, что это может быть домашнее задание, но похоже, дело было в чём-то другом. Читать записи в открытую было бы бестактно, поэтому рассмотреть, как следует он не мог.

Мельком заглянув через плечо, когда проходил мимо, он заметил — на бумаге был аккуратно составленный список блюд.

Махиру уже привыкла, что Аманэ садится рядом, и не отреагировала, когда он устроился рядом с ней, и молча продолжала водить ручкой по страницам.

— Это меню со вчерашнего ужина. Удобно записывать, что я готовила, — без лишних эмоций пояснила она. — Раз я готовлю, то решила вести учёт.

— Ты прямо педант.

— Я просто записываю, что приготовила — это нетрудно. Я вообще из тех, кто может есть одно и то же каждый день, но это не очень хорошо с точки зрения баланса питательных веществ.

Аманэ и сам был не против есть одно и то же хоть всю неделю. Но, конечно, гораздо приятнее, когда на столе появляется разнообразие.

У Махиру было много рецептов в запасе, и она старалась не повторяться. В крайнем случае она использовала остатки, вроде карри или мясного соуса, чтобы придумать новое блюдо.

Даже не вспоминая деталей, Аманэ знал — Махиру умело сочетала в меню овощи, мясо, рыбу, яйца, сою и молочные продукты.

Он был ей за это по-настоящему благодарен. Хотя, с другой стороны, ему даже становилось неловко от того, сколько сил она вкладывает в такие мелочи.

— Даже не знаю, как сказать… Спасибо тебе за всё. Я тобой восхищаюсь.

— Перестань. Я это делаю для собственного удобства. Так проще отслеживать, сбалансировано ли питание. А если вдруг что случится — можно будет проверить, не было ли чего-то подозрительного в еде.

— Ну, может, и так. Но это всё равно очень продуманно. Достойно восхищения.

— Я ведь не ради похвалы это делаю. Просто так удобнее. Вот и всё.

— Всё равно… по-моему, это круто.

— …Ну, спасибо.

Он действительно считал её удивительной. Без преувеличений — искренней, доброй, настоящей.

— А я ведь только ем… Ещё и названия блюд с трудом запоминаю. А ты додумалась до такого.

— …Кстати, как для человека, который «только ест», ты довольно хорошо разбираешься в блюдах, когда они стоят перед тобой. И вкус у тебя тонкий — особенно учитывая, что до того, как я начала готовить, ты ел одну лапшу быстрого приготовления да полуфабрикаты.

— До́ма, родители… ну, если уж говорить, то, скорее, отец — он заставлял меня пробовать всё подряд. Благодаря ему я и распробовал кучу всего вкусного.

Аманэ знал: то, что он не готовит, не значит, что у него нет вкуса.

Точно так же, как критики не всегда умеют сами готовить, человек может развить тонкое восприятие вкуса, даже не стоя у плиты.

Его родители хорошо готовили — особенно отец. Аманэ часто водили в разные рестораны, так что у него с детства была возможность пробовать и сравнить самые разные блюда.

Благодаря им, у Аманэ выработался довольно требовательный вкус… что не всегда было плюсом.

— …Понятно. У меня был похожий опыт.

Махиру поняла без лишних слов и эти воспоминания не вызвали у нее никакого дискомфорта, но и не сияла от счастья, судя по выражению лица.

Аманэ мог только предполагать, но он подумал, что дело, наверное, в её семейной ситуации.

Он не знал всех подробностей о семье Махиру, и как посторонний не мог соваться в эту тему, поэтому больше ничего не сказал — только перевёл взгляд на тетрадь, по которой ещё недавно скользила её ручка.

— Можно взглянуть?

— На это? Не возражаю, но она у меня не очень-то упорядочена.

— Сомневаюсь. И даже если так — всё равно интересно.

Без колебаний, Махиру протянула ему тетрадь.

Он поблагодарил и открыл первую страницу. Внутри были подробные меню — за последние три месяца, по датам. Почерк аккуратный, разборчивый — что и ожидалось от Махиру.

Записи начинались с самого первого дня, когда они ели вместе.

Ностальгическое меню, состоящее из мисо-супа, тушёной в соевом соусе рыбы, тушеной зелени и тамагояки. Он невольно улыбнулся — настолько ярко вспомнился ему тот вечер.

[П/П: Тамагояки - японский омлет, который готовится слоями и сворачивается в рулет]

Листая страницы, Аманэ отметил, как с тех пор Махиру стала мягче по отношению к нему и предавался воспоминаниям, перелистывая страницу за страницей.

Блюда там были самые разные, но японская кухня как будто появлялась чаще всего.

Махиру прекрасно знала, что Аманэ обожает яйца — не удивительно, что они часто присутствовали в меню. Он ясно чувствовал, как Махиру старается учитывать его вкусы во всём.

— А вот это было о-о-очень вкусно…

Он наткнулся на запись про яйца в мешочках — его второе любимое блюдо с яйцами после тамагояки.

Махиру, кажется, слегка обрадовалась его реакции, но не особо удивилась.

Это блюдо делалось просто: яйца заворачивались в обжаренные тофу-мешочки и тушились в сладко-солёном бульоне — ничего сложного для Махиру.

— Делать их несложно… Но да, они вкусные, — тихо отозвалась она.

Аманэ понимал: любому приятно слышать, как его еду нахваливают. Но Махиру готовила всегда вкусно — так что дело тут скорее в личных предпочтениях.

— …Ты правда обожаешь яйца, да?

— Яйцо — это совершенство. Хочешь — вари, хочешь — запекай, жарь, туши, копти, парь. Вкусно в любом виде, и ещё и белка полно. Я бы их каждый день ел.

— Ну, да, в них много пользы. Я вот стараюсь есть по одному в день. Но до такой любви, как у тебя, мне далеко, Аманэ.

— Да? А я их просто обожаю.

— …Хочешь, приготовлю яйца в мешочках?

— А?

Аманэ от неожиданности застыл, но Махиру сохранила свое обычное спокойное выражение лица. Он не собирался ничего просить, но, очевидно, его страстное признание в любви к яйцам натолкнуло ее на новые идеи.

— Мне даже неловко.

— Ну что ты. Яйца как раз заканчиваются, так что я как раз думала, что пора бы прикупить новую упаковку. Так… Завтра у нас уже всё запланировано, но меню на послезавтра можно и подкорректировать. По питательности всё будет в порядке, если добавить пару гарниров. Так что — мне не сложно.

— Правда?

Он посмотрел на неё с искренней радостью.

Махиру, заметив его взгляд, кашлянула и чуть отвернулась.

А потом негромко добавила:

— …Я не против.

Он всё прекрасно расслышал — и, не сдержавшись, тихо сказал:

— Ура!

А на лице сам собой заиграл тёплый, счастливый румянец.

— Ладно. Тогда жду с нетерпением послезавтра.

***

Он всегда с нетерпением ждал, когда Махиру готовит, но мысль о том, что она собирается приготовить одно из его любимых блюд, лишь усиливала предвкушение.

В тот день на физ-ре их ждал адский марафон — зачем, он не понимал — но Аманэ чувствовал, что сможет пробежать хоть до изнеможения, если в конце его будет ждать ужин от Махиру.

— …Если это тебя порадует, то стоит и приготовить. Хотя ты ведь из тех, кто говорит, что всё вкусно, Аманэ.

— Я говорю, что вкусно, потому что так и есть. Всё, что ты готовишь, — потрясающе, Махиру.

— …Спасибо большое.

— Мне правда в радость есть всё, что ты готовишь. Ты так много для меня делаешь… Спасибо тебе.

Он говорил от чистого сердца, но был немного ошеломлён, когда Махиру явно отвела взгляд.

Неловко поёрзав, она тяжело вздохнула — как будто устала.

— Комплиментами ты ничего не добьёшься.

— Зато ужин вкусный получу, держу пари.

— …Вот это в тебе мне и нравится, знаешь ли.

— Что именно?

— Всё.

И только тогда Махиру отвернулась окончательно. Аманэ забеспокоился — вдруг он случайно задел её чем-то. Может, именно потому, что он так взволнован, она долго не смотрела ему в глаза.

* * *

Переводил: EternalLoren

П/П: Ребята, я только что осознал, что это до того как они начали встречаться, если повествование продолжится в том же духе, то я боюсь, что мы не получим свою дозу сахара… АВТОР ИСПРАВЛЯЙСЯ, ИНАЧЕ Я БУДУ СТРЕЛЯТЬ