* * *

※※※※※※※※※※※

* * *

Перевод/редактура: Энди

* * *

1

...В отличие от Королевства Лугуника или Империи Волакия, Города-государства Карараги не славились мягким климатом.

Конечно, он был не так беспощаден, как в скованном вечной мерзлотой Священном Королевстве Густеко, но резкие перепады температур, ежегодные погодные аномалии и другие капризы природы делали жизнь здесь трудной.

Поэтому жителям Карараги приходилось закаляться в постоянной борьбе. Здесь ценились не пассивность, а решимость и активность.

Стойкость этого народа, а конкретно умение несмотря ни на что подниматься вновь и вновь, Рикардо уважал и любил, хотя и осознавал свою возможную предвзятость.

Да, жители Карараги были сильны. Они умели оправляться от любых ударов судьбы.

Именно поэтому...

— ...такими темпами я спать спокойно не смогу.

Пробормотав это, Рикардо с трудом поднялся, опираясь на свой огромный тесак, как на трость.

Город Банан, один из крупнейших в Карараги, был почти стёрт с лица земли невиданным ураганом. На здания, будто сметённые потопом, невозможно было взглянуть без слёз.

Оказавшись в эпицентре бури, он был весь в крови. Довольно подходящий вид для общего пейзажа.

Магические лезвия ветра безжалостно рвали его звериный мех и толстую шкуру. Такая магия… зачастую, это обычные разрезы. Да, они болезненные, но заживают быстро. Однако эти раны были рваными, боль от них была глубже и острее, а кровь упрямо текла, не останавливаясь.

И той, кто нанесла Рикардо эти раны, была...

— Что? Ты ещё стоишь, щенок? Смелости тебе не занимать, за это похвалю. Хотя нет, не похвалю.

— ...Услышав такое, смущение берёт с головы до пят. Спасибо, девчушка.

— Я сказала, не похвалю! Проклятый вор!

Голос женщины пронизала ярость, а сама она топнула ногой.

Белые волосы и одежда, золотые глаза... Короче говоря, просто красавица, возможно, не уступающая в миловидности его Хозяйке. Но его раны и сам факт, что она невредимо стояла в центре бушующего урагана, доказывали, что внешность обманчива.

— Хотя с тех пор, как я с Хозяйкой, побывал я в таких переделках, что даже ручонки лишился.

Глядя на свой крюк, заменивший правую руку от локтя, Рикардо тяжело вздохнул.

Когда-то его можно было называть одиноким волком, но в конце концов, он был «приручён» Анастасией, подобрал Мими и других, и даже возглавил отряд «Железный Клык». Он пережил немало больших и малых сражений, столкнулся с Белым Китом и Архиепископами Греха, но…

— ...Девчушка, ты на голову выше всех, с кем мне доводилось драться.

Похожее зловещее чувство он ощущал от Архиепископа «Чревоугодия».

Впрочем, эта женщина казалась куда опаснее них. Да и одного из парочки убили, а второго пленили в Башне Плеяд. Её же подавляющая мощь заставляла его душу бить в колокола.

Словно перед ним стоял не человек, а исполинский зверь, во много раз превосходящий её видимый облик.

И словно в подтверждение его опасений...

— Капитан!

Сквозь вой ветра до него донёсся знакомый голос Мими.

Как и Рикардо, члены «Железного Клыка» поспешили сюда на борьбу с ураганом. Конечно, среди них были и вице-капитан Мими, и Хетаро с Тиви. Однако сейчас он нигде их не видел. Точнее, он вообще мало что видел.

Ведь Мими, остальные члены «Железного Клыка» и сотни жителей Банана вместе с обломками зданий оказались втянуты в неистовый вихрь, поднявший их высоко в небо.

— Чёрт, щас вообще не смешно!

Тот поглотил и кружил в небе несколько сотен человек.

К счастью, в отличие от Рикардо, попавшего под прямую атаку женщины, Мими и остальных вихрь, похоже, не ранил. Хотя, если она просто развеет его, то все они рухнут вниз и разобьются насмерть.

По сути, она держала в заложниках сотни людей.

— Ты и без этого достаточно сильна, девчушка! Хватит тебе!

— А? Значит, прикрывая собственную слабость, ты винишь меня в силе? Хотя я делаю это только потому, что вы такие хрупкие. И вообще, не указывай мне!

— Даже так ты всё равно разозлилась?!

Взгляд девы стал ещё пронзительнее. Она крикнула, а лицо её исказилось от гнева.

Как бы то ни было, казалось, она не могла найти верную меру своей силе. Это напомнило ему стычки с Архиепископами Греха, вызывавшие схожее неприятное чувство, но всё же она была другой.

Эта женщина вела себя непредсказуемо, но не казалась совершенно безумной.

— Всё же, в таких делах я пас. Переговоры — для Хозяйки, а моё дело — стоять сзади и сверлить противника взглядом. «Не проси хлеба у продавца аблок», слышала?

Каждый должен заниматься своим делом — таков смысл этой хосинской пословицы, но Рикардо сейчас явно оказался в положении продавца аблок, которого попросили испечь хлеб.

Ни вести переговоры об освобождении заложников, ни плюнуть на них и попытаться силой одолеть женщину он не мог — это противоречило его принципам.

Тогда, может, он смог бы сделать чуть больше, если бы понял желание женщины, но...

— Сфера Света, да?

— Да, да, она! Верни её! Если бы ты просто её вернул…!

— Я бы с радостью, но у нас проблемка. Объясни хотя бы, что это вообще такое…

— ...Наглец! Не заставляй повторять! А если защищаешь вора, значит, ты тоже вор!

— Да у тебя с головой проблемы! Я тут при чём!?

Поправка: он решил, что женщина не была безумной, но пока получалось всё как раз наоборот.

Винить ли её вспыльчивую натуру, или же того, кто украл её «Сферу Света», или, может, проклинать себя, за неумелый подбор слов?

Тщательно всё обдумав, он почесал крюком голову и воскликнул «А!».

— Сдаюсь. Поиграем в перетягивание каната.

Сказав это, только что поднявшийся Рикардо снова плюхнулся на землю и сел в позу лотоса.

От настолько немыслимого решения женщина изумилась. Однако, возможно, приняв это за оскорбление, её лицо снова омрачилось.

— Я не поняла, ты что, смотришь на меня свысока?

— Может, и похоже, но я не настолько дурак, чтобы вести себя так, когда ты вытворяешь такое. Ни драка, ни разговор с тобой ни к чему не привели, так что, звиняй, мне только это и остаётся.

— И ты решил просто сесть? Не лучше ли было поджать хвост и убежать, щенок... нет, не щенок… волчонок? Хотя нет, звучит гадко. Щенок подойдёт.

— Убежать? Пока моя семья там наверху висит? Ни за что, даже если умру... К тому же, то, что я не щенок — это вроде как секрет. Не болтай об этом так громко, хорошо, солнышко?

Сразу после этой просьбы, внезапный порыв ветра пронёсся прямо рядом с ним, полоснув по правой стороне тела.

— ...

От виска до плеча и руки его сильно задело, раны снова открылись, брызнула кровь.

Несмотря на это, Рикардо не дрогнул и просто сидел. При виде его упрямства красивое личико его противницы снова омрачилось.

— Ладно. Раз так хочешь, я преподам тебе урок. Даже если потом будешь плакаться, слушать я не стану.

Говоря это, женщина подняла ладонь, видимо, желая привлечь его внимание, и на ней начал образовываться крошечный торнадо.

Его размер был ничтожен по сравнению с вихрем, державшим Мими и остальных над головой, но Рикардо понимал, что внутри скрыта сила того же масштаба.

То есть, в ладони была сконцентрирована мощь, достаточная чтобы сравнять город с землёй, и направлена она была прямо на него…

— Раскайся в том, что связался со мной.

* * *

2

— Беспокоитесь о Рикардо и остальных?

Смотревшая в окно Анастасия обернулась на раздавшийся сбоку голос. Рядом сидел Юлиус, и в его взгляде сквозила тревога.

Удивительно, но его неумение скрывать свои чувства было по-своему милым. Как бы то ни было, чтобы успокоить его, она выдавила улыбку.

— Я заставила тебя волноваться? Если так, мне ещё учиться и учиться владеть собой.

— Нет, вполне естественно переживать за своих. Госпожа Анастасия, даже вам не нужно этого стыдиться.

— М-м-м~, вот это твоё «даже вам»... считаешь меня бессердечной?

— Госпожа Анастасия...

— Ладно-ладно, прости. Просто моя дурная привычка вечно язвить.

Услышав его тихий укор, она извинилась, слегка пожав плечами.

Стоило задеть её слабое место, как Анастасия тут же пряталась за колкостями, чтобы не показать слабину. Несомненно, это был отпечаток жизни в трущобах Карараги. Те, кто показывал там слабость, становились добычей, а то и лишались жизни.

Всегда сохранять непроницаемое лицо, делать вид, будто у тебя припрятан туз в рукаве… — это был главный урок, вынесенный ею за всю свою жизнь, а также её философия, превратившая Компанию Хосин в торгового гиганта.

— Если будешь так себя вести даже с понимающими тебя семьёй и рыцарем, то в конце концов не сможешь искренне улыбнуться никому, Ана.

— Ох, ты, кажется, никогда не упустишь случая поучить. Слушай, не такая уж ты и милая.

— Я и сама это знаю и даже немного сожалею. Боюсь, эта моя черта передалась и тебе.

— ...Вот ведь, никогда за словом в карман не лезешь.

Тихо пробормотав это, Анастасия погладила голову Ехидны, обвившейся вокруг её шеи, как шарф.

Затем она снова задумалась, как лучше ответить своему серьёзному рыцарю.

Сейчас они ехали в драконьей повозке, спеша во второй город Карараги, Банан, на который, по сообщениям, обрушился ураган. Завершив посольскую миссию в Империи, Анастасия планировала отчитаться в третьем городе, Иваде, и сразу после этого вернуться в Лугунику.

Несмотря на это, узнав, что на Банан обрушился невиданный ураган и что туда отправились её лучшие бойцы, она не могла остаться в стороне. Беспокойство Юлиуса было вызвано как раз тем, что связи с Рикардо и остальными, оказавшимися в зоне бедствия, не было.

Конечно, она переживала за них, но…

— …Это было, когда я была совсем крохой, ещё до Мими и остальных.

— ...

— Меня подобрал Рикардо, и мы жили вместе. Правда, он постоянно брался за наёмничью работу, так что дома бывал редко, а я тоже была занята, помогала в лавке. Поэтому место, куда я возвращалась, не всегда ощущалось настоящим домом...

Анастасия заговорила внезапно, но Юлиус не перебивал. Благодарная его чувству такта, она продолжила.

— Каждый раз, когда он уходил на работу, я понимала, что связи с ним не будет несколько дней. Но однажды он прислал мне письмо с задания. Просто написал что-то вроде: «В этот раз задержусь~».

— Значит, он думал о вас.

— Мм, верно... но в тот раз Рикардо сильно оплошал, получил тяжёлую рану и остался при смерти там, где работал.

— При смерти...

— Даже попав в такую передрягу, он прислал это дурацкое письмо, лишь бы я не волновалась. Но я и маленькая была сообразительной, так что сразу поняла, что что-то не так. Помчалась туда, нашла целителей и лекарства, чтобы его выходить... его спасли. Тогда мы и пообещали друг другу.

Анастасия отчётливо помнила тот момент: она, вся в слезах, тычет пальцем в Рикардо, оправившегося после ранения, а он отвечает ей, сидя на кровати.

У неё была феноменальная память. Важные обещания, собственные ошибки — она помнила всё. Прошлое никогда не будет стёрто, и это абсолют. Эту пословицу придумал не Хосин, а она сама.

— Раз ты пишешь письма, только чтобы меня обманывать, больше не смей. В конце концов, я всегда буду верить, что с дядюшкой... с Рикардо всё в порядке, даже если от него нет вестей.

— ...Значит, и сейчас вы…

— Ага. Обычно отсутствие связи — это повод для беспокойства, но у нас с Рикардо всё наоборот. Если бы он был в настоящей опасности, Мими или кто-то ещё дали бы знать. Оттого я и спокойна.

Улыбнувшись, Анастасия посмотрела на своего встревоженного рыцаря.

Она прекрасно понимала, что это не логика и не факты, а слепая вера, чувства.

Ей было жаль Юлиуса, но Рикардо был для Анастасии тем единственным человеком, в которого она могла верить вот так — слепо, вопреки всему, безо всяких оснований и доводов.

Их связывали узы, совсем иные, чем то доверие, что было между ней и её рыцарем.

Поэтому...

— Я не беспокоюсь о нём. Раз он молчит, значит, не случилось ничего такого, от чего мне нужно было волноваться. Нужно просто в это верить.

* * *

3

— Бесишь.

Прямо перед его лицом женщина резко сжала кулак, и крошечный торнадо в её ладони мгновенно исчез. Рикардо облегчённо выдохнул.

Небольшой шторм, которого хватило бы, чтобы превратить его в кровавый туман, аккуратно исчез в её кулачке... но это было ещё не всё.

— Прошу тебя, опусти их медленно. Пойди что не так, и я этого зрелища не вынесу.

— Шумный. Учить меня обращаться с ветром тебе ещё лет четыреста рановато. И не указывай мне. Не заставляй повторять. Бесишь.

Раздражённо буркнув это, женщина повела своей поднятой рукой. В ответ мощь гигантского вихря... начала медленно ослабевать.

Обломки разрушенных зданий, кричащие мирные жители и Мими, которая, похоже, наслаждалась полётом, тихо опустились на землю.

Скорость всё равно была приличной, но после всех её громких речей, это, вероятно, было единственным способом аккуратно всех приземлить.

Надеясь на это, Рикардо выпрямился и...

— Ах, и всё же было чертовски больно! Хоть я и обменял правую руку на крюк, я думал, что в этот раз я лишусь руки по плечо!

— Шумный! Сам виноват, нечего было упрямиться. Лучше бы не цеплялся за землю, а полетел в небо с остальными. Сделал бы так, и этих бессмысленных ран...

— А? Что такое? Жалеешь о чём-то?

— Ещё чего! Так тебе и надо! Хотя и не сказала бы, что прям так тебе и надо!

Топнув ногой, женщина взвизгнула от досады, демонстрируя свой трудный характер. Однако чувство гнёта, вызывавшее у Рикардо звон колоколов ещё мгновение назад, полностью исчезло.

Учитывая её характер, дева, сама того не ведая, изрядно переусердствовала.

— Похоже, украденная у тебя Сфера Света довольно важна.

— Я же говорю! Я всё время это твержу! Быстрее верни её!

— А я говорю, что понятия не имею, о чём ты… Меня звать Рикардо.

Добавив своё имя в конце фразы, он устремил взгляд на лицо женщины. На мгновение она выглядела озадаченной его словами, но...

— Я... ах, Тия. Пока пусть будет Тия.

— Вот как, красивое имя, юная леди Тия. В таком случае...

— Капитан! Невероятно, это было что-то с чем-то! Вы живы?! Вы мертвы?!

И вот так, разговор с женщиной, назвавшейся — точнее, решившей пока зваться Тия — был прерван энергичным голосом.

Проще говоря, Мими, приземлившаяся где-то вдалеке, во весь опор неслась к ним. За ней виднелись фигуры Хетаро и Тиви, и Рикардо от души рассмеялся.

Закончив хохотать, он вытер кровь с лица и, обернувшись к Тие, сказал:

— В таком случае, может, немного поговорим? Незачем пугать нас ветром. Улыбнись, и разговор пойдёт куда лучше… Кстати, это не хосинская пословица, а одна из пословиц Хозяйки, понимаешь ли.