На следующий день, как я и ожидал, проснулся я только к полудню. Взглянув на экран смартфона, я совершенно опешил.

«Что за до нелепости детское сообщение? Даже спросонья неужели нельзя было набрать что-нибудь поприличнее?» Меня накрыло таким стыдом, что захотелось закрыть лицо руками.

Спасением оказался ответ Шизуку. Пока я сгорал от стыда, только её слова служили мне хоть какой-то душевной опорой.

Глубоко вздохнув, я начал собираться. Сегодня я планировал заглянуть к Утахаре-сан и сообщить, что вернулся.

А ещё хотел передать сувенир и посоветоваться насчёт эспрессо-машины.

Когда я упомянул об этом в переписке, Шизуку ответила, что забежит, как только закончит с работой.

И хотя мы расстались всего сутки назад, я был счастлив, что снова смогу с ней увидеться.

Под палящим солнцем я направился к станции. Наверное, усталость от поездки ещё давала о себе знать — я чувствовал себя более вялым, чем обычно.

Впрочем, несмотря на это, запираться в четырёх стенах тоже не хотелось. Уж лучше выйти на улицу, чем бездельничать дома.

Приехав в Дзинботё, я зашёл в любимый книжный и купил книгу о кофе. Её написал известный японский бариста, участник чемпионатов мира, и я уже давно к ней присматривался.

Вооружившись ею, я был готов надолго задержаться в кафе уже как обычный посетитель. Стараясь держаться в тени, зашагал к «Меллоу».

Взглянув на фасад, я почувствовал лёгкую ностальгию. Хоть меня и не было всего три дня, казалось, будто прошли месяцы. Наверное, это лишь доказывало, насколько насыщенной выдалась поездка в Осаку.

Стоило открыть дверь, как меня окутал прохладный воздух вперемешку с ароматом кофе.

Губы сами собой расплылись в улыбке. Хоть я и обошёл в Осаке множество заведений, это кафе мне всё равно нравилось больше всего.

— Добро пожаловать! О, Дзюн-кун? — вышедшая поприветствовать гостя Утахара-сан удивлённо на меня посмотрела. — Ах да, с возвращением! С возвращением!

— Я... я вернулся, — засмущавшись, неловко ответил я.

Но Утахара-сан, не придав этому значения, лишь радостно улыбнулась:

— Рада видеть, что ты добрался без происшествий. Так что привело тебя сюда сегодня? У тебя ведь нет смены, верно?

— Я просто зашёл выпить кофе как обычный посетитель, а ещё хотел передать вам вот этот сувенир, — сказал я, показывая бумажный пакет.

Утахара-сан округлила глаза и ахнула:

— Ого-о! Я так рада... Какой же ты хороший мальчик, Дзюн-кун.

— Д-да нет...

— Давай, присаживайся! Сейчас я приготовлю тебе кофе!

Усадив меня за стойку, она принялась за дело. Хоть с её лица обычно не сходила жизнерадостная улыбка, во время варки кофе Утахара-сан становилась настолько серьёзной, что её можно было принять за другого человека.

Но главное — то, как она заваривала пуровер, было по-настоящему завораживающим зрелищем. Тонкая струйка горячей воды идеально, без малейших колебаний, лилась в самый центр дриппера — воистину мастерство высшего класса. Некоторые посетители ходили в кафе только ради того, чтобы посмотреть на этот процесс.

Честно говоря, я и сам чувствовал, что могу наблюдать за её движениями бесконечно, и мне ни капли не надоест.

— Вот, пожалуйста, твой айс-кофе.

— Большое спасибо.

Глубокая насыщенность и бодрящая горечь. Едва уловимая сладость, напоминающая шоколад.

Как и следовало ожидать. Для меня этот кофе — самый вкусный на свете.

— Хе-хе, ты выглядишь таким счастливым.

— Да. Я очень хотел выпить вашего кофе, Мастер.

— Боже! Честное слово, Дзюн-кун, подумать только — у тебя есть такая милая девушка, как Шизуку-тян, а ты ещё и со мной заигрываешь! — Утахара-сан приложила ладони к щекам и смущённо поёжилась.

Я даже немного оторопел от её слов.

— Н-нет, я вовсе не!..

— Хи-хи-хи, знаю, знаю. Но мне правда очень приятно это слышать, Дзюн-кун, — сказала Утахара-сан, погладив меня по голове.

Её рука была слегка прохладной и очень приятной.

— Ах да! Что за сувенир, ну-ка? — Утахара-сан вышла из-за стойки и уселась рядом со мной.

Сейчас я был единственным посетителем. Похоже, если мы немного поболтаем, ничего страшного не случится.

— Это кофейные зёрна из Китая. Я пробовал их на мероприятии, и они оказались просто потрясающими.

— Ого! Мы такие ещё ни разу не заказывали. Спасибо! Позже обязательно попробую их заварить! — разглядывая упаковку, Утахара-сан радостно сверкала глазами.

Я был рад, что угодил. У неё как у ценителя кофе наверняка имелись свои предпочтения, поэтому я немного нервничал, пока не вручил подарок.

— Кстати об этом... И как тебе заведение Ай?

— Это весьма своеобразное место...

Видя, как отчаянно я подбираю слова, Утахара-сан весело рассмеялась:

— Сюрприз удался, да? Кафе «Торамару» — интересное место, скажи? Горничные там милые, а кофе и пудинг — просто объдение.

— Я удивился, но было весело. Шизуку тоже обрадовалась, что ей довелось примерить наряд горничной.

— Хм-м, я бы тоже не отказалась посмотреть на Шизуку-тян в костюме горничной... — сказав это, Утахара-сан мечтательно подняла взгляд.

И правда, Шизуку в костюме горничной была настолько милой, что это зрелище смело можно назвать обязательным к просмотру. От одного лишь воспоминания я едва сдерживал глупую улыбку.

— А что насчёт тебя, Дзюн-кун?

— А что я?

— Ты его не примерял? Костюм горничной.

— Д-да ни за что на свете!

— Оу-у, какая жалость, — глядя на мою панику, снова рассмеялась Утахара-сан. Она смеялась часто, в этом она не менялась. Возможно, в этом они с Торамацу-сан были немного похожи.

— А я-то думала, тебе бы очень пошло. Всё-таки Ай слишком мягкая и недостаточно настойчивая.

— Вообще-то она наседала довольно агрессивно...

— Ну и ладно! В следующий раз я сама заставлю тебя его надеть, Дзюн-кун.

— Я ни за что его не надену!.. — выпалил я, вспомнив, что в точности такой же разговор у меня уже состоялся с Торамацу-сан.

Боже правый, с этими людьми нельзя расслабляться ни на секунду. Хотя на них определённо можно было положиться.

— Ах да. Мастер, можно с вами посоветоваться насчёт эспрессо-машины?

— Конечно!

Я чуть было не забыл о самом главном. Достав из сумки несколько рекламных буклетов, разложил их на стойке.

— Ух ты, сколько же ты всего посмотрел. Наверное, пришлось нелегко?

— Да нет, у каждой машины свои особенности, так что изучать их было интересно. Вот, например, эта...

Утахара-сан серьёзно слушала мои неуклюжие объяснения.

К тому времени, как я закончил рассказывать, в горле совсем пересохло. Я залпом допил остатки айс-кофе.

— Спасибо, Дзюн-кун. Ты мне очень помог, — проговорила Утахара-сан, листая буклеты. — Так какую из них ты сам хотел бы выбрать, Дзюн-кун?

— Э-э, ну... — не ожидая, что меня спросят вот так, прямо в лоб, я на мгновение оцепенел.

Пока я соображал, что ответить, Утахара-сан бросила спасательный круг:

— Судя по твоим словам, характеристик любой из них нам будет вполне достаточно. Дальше нужно выбирать лишь по цене и дизайну, я полагаю. Поэтому мне и захотелось услышать твоё мнение, Дзюн-кун. — Она встретилась со мной взглядом и мягко улыбнулась.

Я для себя уже всё решил. Это, без сомнения, была та самая машина, кофе из которой я попробовал первым. Сколько бы я ни представлял её себе, казалось, что именно эта модель лучше всего впишется в атмосферу «Меллоу».

Но ведь кафе принадлежало Утахаре-сан, и...

— Рассказывай, Дзюн-кун. — Утахара-сан, наверное, готова была ждать ответа целую вечность.

Она заметила, что я уже сделал выбор. Как я и думал, с ней мне не тягаться. Я робко указал на ту самую машину в каталоге:

— Вот эту... У неё самый лучший дизайн, а вкус кофе... оказался просто невероятным.

В точности как и советовала Шизуку, я выложил всё прямо и без утайки. Точнее сказать, только такие слова и пришли на ум.

Утахара-сан нежно улыбнулась и внимательно посмотрела на выбранную мной машину:

— Да, кажется, она и правда отлично подойдёт нашему кафе. Думаю, мне она тоже нравится больше остальных.

— Н-но, Мастер, вам бы лучше полагаться на собственный вкус...

— Всё в порядке, всё в порядке. Эспрессо и латте я планирую полностью доверить тебе, Дзюн-кун.

«То есть как?» — у меня возникло чувство, будто мне только что сообщили нечто немыслимое.

Прежде чем я успел собраться с мыслями, Утахара-сан заговорила снова:

— Сейчас я расскажу тебе одну очень постыдную вещь... Обещаешь, что не будешь смеяться?

— Д... да, — от шока после услышанного мозг отказывался нормально работать, но я кое-как заставил себя кивнуть.

— На самом деле я настолько ужасно готовлю эспрессо, что это даже смешно. — Лицо Утахары-сан неожиданно погрустнело, плечи поникли. Я впервые видел её такой подавленной. — Один знакомый как-то разрешил попользоваться машиной, но эта... «темперовка»? У меня вообще ничего не выходило...

— А... Если нажать слишком слабо, получится водянистая жижа...

Темперовка — это процесс прессования и утрамбовки молотого кофе, чтобы вода проходила под равномерным давлением. Если утрамбовать слабо, горячая вода пройдёт слишком быстро, и из-за сильного напора кофе разбрызгается во все стороны. Я видел подобное на видео, и от одной мысли о том, как потом отмывать всё вокруг от угольно-чёрных пятен, по спине пробегали мурашки.

— А-а, эм... Нет...

— А?

— Я-я спрессовала кофе слишком сильно... и горячая вода вообще не смогла через него пройти... — голос Утахары-сан становился всё тише и тише.

Если темперовка окажется слишком плотной, зазоры для прохождения воды исчезнут, и эспрессо может вообще не политься. Более того, при нагнетании давления возрастёт нагрузка на внутренние детали машины, что в конечном итоге грозит поломкой — такое вполне возможно.

— А когда пытаюсь давить слабее, получается водянистая жижа... В-в общем, я просто не могу приноровиться... — Утахара-сан выглядела так, словно вот-вот расплачется.

Хотя ей совсем не стоило так этого стыдиться. Зато я наконец-то понял, почему в «Меллоу» до сих пор нет эспрессо-машины.

— И даже зная это, вы всё равно предложили её купить?

— Ага. Подумала, что уж ты-то, Дзюн-кун, наверняка сможешь с ней совладать.

— Но я ведь ни разу этого не делал...

— Ты ведь любишь кофе, верно, Дзюн-кун?

— Да, конечно.

— А я люблю пуровер, — ласково прищурилась Утахара-сан.

Увидев выражение её лица, я вдруг всё понял. Верно, я любил кофе. Пуровер, колд брю, сифон, эспрессо, латте, американо, любые другие методы заваривания и даже кофейные десерты вроде тирамису — я любил всё без исключения.

— Я обожала дедушкин кофе, поэтому поначалу изо всех сил старалась воссоздать именно его вкус. Но знаешь? Поскольку я практиковалась только с пуровером, то до сих пор ничего не смыслю в других видах кофе. Я хотела выглядеть крутой в твоих глазах, Дзюн-кун, поэтому старалась особо об этом не распространяться.

«А я и не замечал».

Я-то думал, что Утахара-сан любит кофе точно так же, как и я.

— Наверное, в будущем ты повстречаешь самых разных людей, столкнёшься с самыми разными видами кофе и техниками... и однажды, скорее всего, пойдёшь иным путём, нежели я. И я хочу тебе в этом помочь. Поэтому хочу, чтобы эспрессо-машиной пользовался именно ты, Дзюн-кун.

— Вы правда этого хотите?

— Ага! Но тебе придётся как следу-у-ует попрактиковаться, хорошо? И решать, можно ли подавать твой кофе посетителям, буду я. — Утахара-сан выпрямила сгорбленную спину и гордо выпятила грудь.

Низко поклонившись, я ещё раз обвёл взглядом кафе.

Благодаря её словам мне показалось, что я наконец смутно разглядел свой собственный путь.

Собравшись с духом, я признался:

— Мастер.

— М-м?

— Я... хочу стать бариста.

На мгновение Утахара-сан удивлённо распахнула глаза, а затем мягко кивнула, прошептав:

— Угу.

◇ ◆ ◇

Закончив смену, Шизуку приехала в кафе «Меллоу».

— Ты хочешь стать бариста?!

Услышав о моей мечте, Шизуку округлила глаза и подалась вперёд.

— Да. Решил попробовать.

Вообще, бариста — это человек, который тонко разбирается в кофе и мастерски его готовит. Обычно так называют тех, кто подаёт эспрессо и латте, но строгих правил нет, будь то пуровер или что-то ещё.

Начнём с того, что государственной сертификации для бариста не существует, поэтому при желании так назовётся кто угодно. Впрочем, есть частные сертификаты, так что моей первой целью станет именно он.

— Значит, после школы пойдёшь в профильный колледж?

— Нет, думаю набрать побольше смен. Например, останусь здесь, в «Меллоу», а в свободное время устроюсь в ещё одно кафе.

Насколько я успел выяснить, чтобы получить частный сертификат бариста, нужен опыт работы в кофейне. И хотя «Меллоу» для этого вполне годится, я решил набраться как можно больше опыта.

— А ещё я хочу жить отдельно. Хочу не просто учиться, но и зарабатывать.

— Понятно... Значит, мы с тобой в одной лодке, — Шизуку радостно улыбнулась.

— Ты тоже не пойдёшь в университет, Шизуку?

— Ага, не собираюсь. Хочу сосредоточиться на работе, — ответила Шизуку, залпом выпив половину своего айс-кофе. — Что ни говори, а я и правда обожаю работать моделью.

— ...Ясно.

— Хотя, конечно, немного волнуюсь из-за этого! — криво улыбнулась она.

Даже Шизуку, чьи дни расписаны по минутам, тревожится о будущем. А меня, у которого сейчас за душой нет ничего, наверняка ждёт куда более суровая реальность.

И всё же отступать из страха я не собирался.

— Но мне кажется, уж мы-то с тобой как-нибудь прорвёмся.

— О, я как раз хотела сказать то же самое.

Мы переглянулись.

Только благодаря Шизуку я с оптимизмом смотрю в будущее.

Она — моя спасительница. И я хочу всегда быть для неё опорой.

— Слушай, раз уж мы оба собираемся работать и жить отдельно, почему бы нам не съехаться? — спросила Шизуку, снова подавшись вперёд и бросив на меня провокационный взгляд.

Я уставился прямо на неё.

— ...Э-эм... Хоть бы сказал что-нибудь, — Шизуку поспешно отстранилась, забегав глазами.

— А, я просто подумал, что это хорошая мысль.

— Хорошая мысль... А?! Ты и правда не против?! — заметно смутившись, отшатнулась она. — Я-я знаю, что сама это предложила, но... Мне кажется, к таким вещам надо подходить со всей серьёзностью, понимаешь... Просто, если я даю себе слабину, то становлюсь жуткой неряхой... да и по дому почти ничего не умею, так что в итоге просто сяду тебе на шею...

Сжавшись в комочек, Шизуку принялась ковырять пальцем обёртку от трубочки, украдкой поглядывая на меня. В её глазах читались тревога и робкая искра надежды.

— Но если доверишься мне, я возьму всю работу по дому на себя.

— Э?! — Шизуку вздрогнула от неожиданности.

— Всё-таки с хозяйством я справляюсь неплохо. Буду готовить всё, что захочешь, Шизуку.

— Угх... Звучит слишком заманчиво!.. — скрестив руки на груди, Шизуку уставилась в потолок.

Наблюдать за тем, как стремительно меняется её реакция, в последнее время было жутко интересно.

— Выходит... я смогу пить твой кофе каждое утро, Дзюнтаро?

— Да, конечно.

И не только по утрам, а каждый раз, когда выдастся свободная минута.

Услышав это, Шизуку залилась румянцем и наконец потупила взгляд.

— ...Так нечестно. Выходит, отдавать будешь только ты.

— Мне достаточно того, что ты просто будешь рядом, Шизуку...

— Нет-нет! Так не пойдёт! Раз уж мы будем жить вместе, мы просто обязаны быть на равных! — Шизуку достала свой рабочий блокнот и распахнула его. — Объявляю собрание по вопросам совместного проживания открытым! И с этого момента отговорки в духе «я просто пошутила» не принимаются!

— Д-да.

Разговор как-то незаметно принял серьёзный оборот. Что ж, я тоже шутить не собирался и лишь искренне приветствовал столь конструктивный настрой.

— Первым делом мы поделим обязанности по дому.

— Э-э...

— И чего ты вдруг сделал такое обеспокоенное лицо?! — Шизуку ткнула меня в щёку, словно в кнопку домофона. Сдаваясь перед её напором, я поднял обе руки в знак капитуляции.

— Прости... Просто ты сама сказала, что почти этим не занималась.

— Начну прямо с этого дня! И до окончания школы я как следует прокачаю свою «девичью силу»! — она продолжала раз за разом тыкать пальцем мне в щёку. Если так пойдёт и дальше, в конце концов там останется вмятина.

— Даже если готовку я полностью оставлю на тебя, то стирать и делать уборку точно буду сама.

— Но разве для тебя это не слишком тяжело?

Начнём с того, что у нас совершенно разные графики. Шизуку работает почти каждый день. Выходных у неё мало, а иногда она занята с утра до самой ночи. Если ко всему этому прибавится работа по дому, она вообще останется без отдыха.

— Угх... Тогда вместо этого я буду платить бóльшую часть аренды или вроде того.

— Но в таком случае меня замучит совесть...

— Нет-нет! Ты должен позволить мне хотя бы это!

После мы обсудили ещё кучу всяких деталей совместной жизни и в конце концов пришли к соглашению.

— Итак, я зачитаю, хорошо? Я оплачиваю семьдесят процентов аренды, Дзюнтаро — тридцать! Дзюнтаро берёт на себя всю работу по дому! Повседневные расходы на мне! Коммуналка — пополам! Годится?!

— Да, по-моему, отлично.

Преисполненные чувством выполненного долга, мы пожали друг другу руки.

— Эх... Было весело, — звонко рассмеявшись, Шизуку допила свой второй бокал айс-кофе, а затем, чуть посерьёзнев, добавила: — Надеюсь, однажды мы и правда сможем жить вместе.

— ...Ага.

На самом деле перед нами стояло ещё много преград.

Неизвестно, удастся ли нам снять идеальное жильё, да и для начала придётся преодолеть глухую стену в виде знакомства с её родителями. Если горячо любимая дочь вдруг заявит, что съезжается с парнем, они запросто могут упасть в обморок.

И мой долг — подойти к делу со всей искренностью и серьёзностью.

— Ну, если исходить из того, что мы абсолютно точно когда-нибудь съедемся... сперва нам надо как следует насладиться школьной жизнью, — широко улыбнувшись, Шизуку достала из сумки флаер.

— Фестиваль фейерверков?

— Ага. В этот день я как раз заканчиваю работу пораньше, к вечеру. Пойдём вместе?

— Да, звучит здорово.

— Ура! Договорились!

Кажется, в последний раз я ходил на фестиваль фейерверков ещё малышом. В памяти сохранились лишь смутные воспоминания о том, как папа сажал меня на плечи.

— Раз уж мы туда идём, может, мне надеть юкату?

— Ты в юкате, Шизуку...

Я мысленно представил её в юкате. Да, ей бы определённо пошло. Мне было нетрудно вообразить, как безупречно смотрелся бы на ней любой цвет.

— Вот только у меня осталась лишь та, которую я носила в детстве. А в прокате, наверное, будет не протолкнуться... — Шизуку протяжно застонала, раздумывая, что делать.

— О, вы собираетесь на фестиваль фейерверков? — заглянув во флаер, поинтересовалась проходившая мимо нашего столика Утахара-сан.

— Да! Планируем пойти вместе с Дзюнтаро.

— Понятно, понятно. Кстати, если тебе нужен кто-то, кто поможет надеть юкату, у меня есть на примете такой человек.

— Э-э, правда?! — Шизуку порывисто вскочила с места.

— Спросить? — продолжила Утахара-сан, копаясь в телефоне. — Думаю, нам без проблем помогут. Кажется, там даже саму юкату смогут одолжить.

— Ура-а! Да, пожалуйста!

— Хорошо-о, — Утахара-сан радостно помахала нам рукой и вернулась за стойку.

Возможно, я и правда увижу Шизуку в юкате. От одной только мысли об этом я невольно расплылся в улыбке.