Это лето выдалось особенно жарким. Впрочем, кажется, я повторяю это из года в год.

Может, мне лишь чудилось, что в этот раз печёт сильнее обычного, но проверять совершенно не хотелось. Зной стоял такой, что подобные мысли лезли в голову сами собой.

Несмотря на каникулы, по пути в школу я вымок до нитки. Оттянул воротник рубашки, ловя несуществующий ветерок, — но разве такие мелочи спасут? Иначе не приходилось бы страдать каждое лето. С одуревшей от духоты головой я отпер комнату ночного дежурства.

Изнутри пахнуло удушливым зноем и влажным запахом татами. Задержись я тут подольше — и точно сварюсь заживо, как осьминог. Пришлось бесцельно слоняться по коридору, дожидаясь, пока кондиционер остудит помещение.

А на спортивной площадке, невзирая на невыносимое пекло, с упоением тренировалась бейсбольная команда. Откуда-то доносились раскаты духового оркестра, подбадривая игроков. Глядя на их самоотдачу, я, с моим твёрдым намерением прохлаждаться под кондиционером, невольно устыдился.

И всё же вечно торчать в коридоре не имело смысла. Мысленно пожелав бейсболистам удачи, я шагнул обратно в дежурку.

Стоило приоткрыть дверь, как лицо остудило приятным холодком — разительный контраст с уличным пеклом. Уколы совести перед спортсменами мигом сменились чувством превосходства, отчего щёки снова слегка обожгло стыдом.

И вообще, с чего бы мне, убеждённому члену клуба идущих домой, торчать в школе посреди летних каникул?

Исключительно ради моей девушки, Камисаки Шизуку.

Шизуку — невероятно популярная модель. Из-за съёмок она частенько пропускала уроки и немного отстала от программы. Вот школа и назначила ей дополнительные занятия.

Ужасно жаль, что бедняжке приходится отрываться от дел и тащиться сюда по такому пеклу. Но раз иначе её не переведут в следующий класс — тут уж ничего не попишешь.

Потому я и ждал её в дежурке, чтобы после уроков побаловать чем-нибудь вкусненьким.

Привычно устроившись у простенькой кухонной стойки, я извлёк из сумки высокий серебристый прибор. Кофеварку под названием «маккинетта».

Она предназначалась для варки крепкого кофе — эспрессо. Говорят, на её родине, в Италии, подобная штуковина есть в каждом доме.

Строго говоря, выдаёт она не совсем эспрессо, а скорее то, что называют «мока». Напиток слегка иной, эдакая стилизация под настоящий эспрессо.

Обычно я предпочитал капельное заваривание, но с недавних пор увлёкся и этим направлением. Маккинетту взял ради практики. И чем глубже погружался в тему, тем яснее понимал: здесь требуются совершенно иные навыки, нежели при работе с фильтром. Предо мной открывался поистине захватывающий мир.

В самом же процессе варки ровным счётом ничего сложного не оказалось.

Для начала кофейные зёрна нужно смолоть в пыль. Помол требуется несравнимо более тонкий, чем для фильтра — почти как какао-порошок.

Идеальная степень обжарки зёрен варьируется от средней (City Roast) до средне-тёмной (Italian Roast), но жёстких рамок тут нет. Сорт и прожарку можно смело выбирать на свой вкус.

Затем нужно открутить нижнюю колбу и влить туда строго определённое количество воды.

После этого — засыпать кофе в серединный фильтр.

И, наконец, плотно прикрутить верхнюю часть, после чего отправить маккинетту на плиту.

Огонь нужен слабый — пламя не должно лизать края донышка.

А дальше остаётся только ждать. Если под рукой есть плита — справится любой.

Пока я колдовал над кофеваркой, дверь приоткрылась. Внутрь, едва волоча ноги, ввалилась совершенно измотанная Шизуку.

— Я так устала...

Она тенью скользнула мимо и без сил рухнула прямо на татами.

— Я, конечно, благодарна за спасение моих оценок, но... они впихнули в эти часы слишком много... Мозг просто плавится...

— Т-ты сегодня отлично потрудилась.

Я неуверенно окликнул распластавшуюся по полу девушку. Она перевела на меня сонный, остекленевший взгляд.

— Дзюнтаро... Спасибо, что пришёл...

— Д-да... К тому же я хотел тебя увидеть.

— !

Глаза Шизуку распахнулись, и она резко села.

— Ч-что такое?

— Дзюнтаро, ты и правда умеешь меня порадовать.

— Думаешь?

— Ага. Настроение сразу взлетело до небес, — с широкой улыбкой отозвалась Шизуку.

С трудом верилось, что буквально секунду назад в ней не было ни капли жизни.

— Ой, а чем это ты занят? — она кивнула на плиту.

Я поманил её рукой. Сгорая от любопытства, девушка неуклюже поднялась и подошла поближе.

Как раз в этот миг в маккинетте забурлил кофе. Вода, закипая в нижней колбе, под давлением устремилась вверх, пробилась сквозь кофейные зёрна и ударила тугой струйкой в верхний резервуар.

Глаза Шизуку засияли.

— Ого! Что это?!

— Знал, что ты устанешь, вот и решил приготовить кое-что сладенькое.

Из кофеварки донеслось громкое фырканье — вместо жидкости пошёл горячий пар. Верный знак, что всё готово. Я щёлкнул выключателем конфорки.

— Десерт? Но это же вроде эспрессо?

Довольно усмехнувшись, я распахнул морозилку. Внутри дожидалось своего часа припасённое заранее ванильное мороженое.

Выложил несколько белоснежных шариков в пиалу и щедро полил их обжигающим свежесваренным кофе.

От соприкосновения с кипятком ваниль начала медленно таять. Чёрное и белое сплелись воедино, заполняя дно посуды густой ароматной лужицей.

— Ах, неужели это...

— Да, аффогато.

Знаменитый десерт: ледяное ванильное мороженое, залитое порцией крепкого эспрессо.

Говорят, название пошло от итальянского слова «утонувший» — потому что белоснежные шарики и впрямь словно тонут в тёмном омуте кофе.

У нас в Японии часто коверкают название, произнося на конце звонкое «аффогардо», но глухой вариант куда ближе к истинному итальянскому.

— Ничего себе! Кажется, я пробую такое впервые! — восторженно выдохнула Шизуку, не сводя заворожённого взгляда с тающего лакомства.

— Ой, нельзя дать ему совсем растаять!

Спохватившись, она подцепила ложечкой пропитанный кофе кусочек и отправила в рот. Девушка тут же зажмурилась от нестерпимого удовольствия, радостно заёрзав и заболтав ногами.

— М-м-м! Как вкусно!

Глядя на её неподдельную радость, я с облегчением выдохнул.

— Холодное, с приятной горчинкой и такое сливочное! Кажется, будто оно впитывается прямо в мой измученный мозг!

— Рад, что тебе по вкусу.

Я заранее приготовил порцию и для себя, поэтому решил составить ей компанию.

Мягкая сладость ванильного мороженого сплеталась с насыщенным ароматом и горечью эспрессо. Они идеально дополняли друг друга, рождая невероятно глубокий вкус. Горечь скрадывала приторность, превращая лакомство в десерт, который хочется есть бесконечно.

— Ух... Спасибо за угощение.

Шизуку в мгновение ока расправилась со своей порцией и теперь с лёгкой грустью разглядывала пустую пиалу.

— Слушай, а можно подавать такое в кафе?

— Хм... Вполне, но...

В конце концов, готовится десерт проще простого. Кофейные зёрна под рукой есть всегда, а ванильное мороженое мы держим для глясе. С маккинеттой можно сообразить аффогато в любой момент.

«Однако...»

— Всё зависит от того, придётся ли это по вкусу Утахаре-сан.

Шла бы речь о неаполитанских спагетти или чизкейке — я бы предложил без раздумий. Хозяйка кафе, Утахара-сан, совершенно не умела готовить, так что вся стряпня обычно ложилась на мои плечи. И она только радовалась моим кулинарным экспериментам.

Но кофейный десерт — совсем иное дело.

Оценит ли такую сладость человек, чей вкус отточен бесчисленными чашками эталонного кофе?

— Да ладно тебе, ты хотя бы попробуй! Не съест же она тебя за отказ! А если не выйдет — просто будем лакомиться им вдвоём, как сегодня!

— ...И то верно.

Шизуку тут же ткнула меня в плечо, словно говоря: «Вот видишь?».

— Я тоже помогу её уговорить. Так у хозяйки сложится куда более благоприятное впечатление, понимаешь?

— Буду признателен. Вся надежда на тебя.

— Ещё бы! — заявила Шизуку, гордо выпятив грудь. Как надёжно.

Рядом с Шизуку мой вечный пессимизм отступал. Что бы ни случилось, эта девушка всегда будет на моей стороне. И от этой мысли хотелось выложиться на все сто.

— И всё же, лето уже в самом разгаре.

Шизуку вымученно усмехнулась, глядя в окно.

— Когда дел невпроворот, дни пролетают незаметно. Оглянуться не успела, как наступила та-а-акая жара. Я уж было решила, что время перескочило вперёд или типа того.

— Прямо завязка для научной фантастики.

— О, а ты в таком разбираешься?

— Нет, совсем нет.

— Оу-у. А я уж хотела попросить у тебя совета, что почитать.

— Интересуешься научной фантастикой?

— Не-а, мне просто интересны твои увлечения, Дзюнтаро.

Шизуку пытливо заглянула мне в глаза, и моё сердце невольно забилось чаще.

Всякий раз, глядя на неё, я поражался, насколько она мила, прекрасна и обворожительна. Одно её присутствие мгновенно озаряло всё вокруг. От Шизуку исходила поистине ошеломляющая аура, проводившая незримую, но чёткую грань между ней и обычными людьми.

Смутившись, я отвёл взгляд — и тут же наткнулся на влажную от пота ложбинку, дразняще выглядывающую из-под распахнутого воротничка рубашки. Я ничего не мог с собой поделать: глаза примагнитило к этому зрелищу.

Заметив мой интерес, Шизуку лукаво усмехнулась и придвинулась вплотную.

— Хе-хе, в тебе тоже играют гормоны, да, Дзюнтаро?

— Н-нет, эм... виноват...

— Можешь не извиняться. От тебя, Дзюнтаро, мне такое даже приятно, знаешь ли.

Шизуку с озорной улыбкой вцепилась мне в руку. Аромат её цитрусового дезодоранта вперемешку с цветочным шампунем ударил в голову, окончательно расплавляя мозг.

— Я знаю, как сильно ты мной дорожишь. Но когда ты смотришь на меня таким вот мальчишеским взглядом... у меня внутри всё сжимается. Ты единственный, кто вызывает у меня такие чувства, понимаешь?

— Слышать от тебя такое, эм... как бы это сказать...

— ...Пфф.

Моя растерянность её явно позабавила, и Шизуку со смехом повалилась на спину, прямо на татами.

— Аха-ха-ха! Боже! Мы уже давненько встречаемся, а ты всё никак не привыкнешь!

— Я-я ничего не могу с собой поделать, ясно?..

Под её «давненько» на самом деле скрывался всего лишь месяц. За столь короткий срок привыкнуть к очарованию Шизуку было физически невозможно. Скорее наоборот: чем сильнее сокращалась дистанция между нами, тем яростнее колотилось моё сердце от новых впечатлений. При таком раскладе я вообще сомневался, что когда-нибудь выработаю иммунитет.

— Ну и ладно, ведь в этом тоже есть своё очарование, Дзюнтаро. Это лишь доказывает, что ты считаешь меня милой.

— Это... правда. Сама виновата, Шизуку, нечего быть такой милой.

— Ах, взял и перевёл стрелки! ...Но мне всё равно безумно нравится, когда ты так честно делаешь комплименты.

Шизуку счастливо зажмурилась и устроила голову у меня на коленях.

— Ой, точно. Я ведь уже спала у тебя на коленях.

— Ага, когда совсем выбилась из сил, помнишь?

Я тогда позволил ей использовать мои ноги как подушку — она жутко вымоталась после съёмок в дораме. Вроде бы это случилось совсем недавно, но вспоминалось с невероятной ностальгией.

— Точно не хочешь вздремнуть?

— Хе-хе... С тех пор я стала гораздо выносливее, знаешь ли. Теперь я в полном порядке!

Словно в подтверждение своих слов, она вскинула руку, показав знак «V».

— Впрочем, у тебя такие удобные колени, что я могу отрубиться в любую секунду, только скажи.

— Неужели из них получается настолько хорошая подушка?..

— Идеальная высота. А твой запах — это вообще нечто, — промурлыкала Шизуку, ласково потираясь макушкой.

Я млел от этого щекотного, приятного чувства, как вдруг с улицы донеслись басистые выкрики бейсболистов.

Похоже, началась тренировка в поле. Громкие команды тренера и голоса игроков долетали даже до нашей дежурки.

— Ничего себе... Тяжко им приходится в такое пекло.

Наша школа вроде бы числилась среди фаворитов. К сожалению, сам я со спортом не дружил, поэтому в подробности не вдавался.

Слушая эхо их тренировки, я физически ощущал колоссальное напряжение парней. И мне стало невыносимо стыдно за ту мимолётную вспышку превосходства, которую я позволил себе, прячась под кондиционером.

Найти в жизни дело, о котором я смогу с гордостью заявить: «Я довёл это до конца», — вот к чему я стремился всем сердцем. Тренируются ли они ради такой же цели? От этой мысли я проникся к бейсболистам невольным уважением.

— Знаешь, раз они не смогли пробиться на Косиэн в этом году, на следующий сезон у них планы ещё более грандиозные...

— Кто тебе это сказал?

— Одна девочка из нашего класса. Она менеджер бейсбольного клуба.

«Плохо дело».

Я, разумеется, помнил лица и имена одноклассников, но обо всём остальном понятия не имел. Даже услышав про клуб, я не смог привязать эту должность ни к одному знакомому лицу.

— Только не говори, что ты её вообще не знаешь?

— ...Виноват.

— Аха-ха! Честный, как всегда. Ну, парни и девчонки вряд ли часто пересекаются, обсуждая клубы, так что ничего страшного.

Вернее сказать, я настолько далёк от коллектива, что вообще ничем не интересуюсь.

Однако признаться в этом вслух было бы слишком жалко, поэтому я тактично промолчал.

— ...Но на самом деле мне даже немного полегчало.

— А?

— Выходит, девчонки из класса тебя совершенно не интересуют, Дзюнтаро, — произнесла Шизуку с застенчивой улыбкой. — А ведь мне кажется, подвернись подходящий случай — и ты бы стал невероятно популярен.

— ...Думаешь?

— А ты разве не замечал? Вообще-то ты очень даже симпатичный, — Шизуку слегка надула губки и принялась легонько скрести ноготком мою рубашку на груди.

Даже после таких признаний я в упор не видел собственной привлекательности. Оставалось лишь верить в того парня, который, по словам Шизуку, сумел покорить её сердце.

— Вполне могло статься так, что ты менял бы девчонок как перчатки. Разве парни не о таком мечтают? Собрал бы себе гарем.

— Нет, гарем — это перебор... Мне за глаза хватает того, что у меня есть ты, Шизуку.

Гарем я бы просто не потянул, да и вообще.

— Хе-хе, я так и знала~

Промурлыкав это ласковым кошачьим голоском, Шизуку плотнее прижалась к моей руке. То, как она тёрлась об меня макушкой, делало её стопроцентной кошкой.

— Ведь не может же быть, чтобы кто-то другой понравился тебе сильнее, чем я?

— Разумеется, не может.

— Эхе-хе~

Шизуку развеселилась ещё больше и принялась неистово тереться об меня головой. Такими темпами от моей руки скоро останется одно воспоминание.

— И знаешь, думаю, совершенно исключено, чтобы мне когда-нибудь понравился кто-то другой больше тебя, Дзюнтаро.

— Это...

«А вот это не факт», — чуть было не ляпнул я, но вовремя прикусил язык.

Раз уж Шизуку открыла мне душу, отрицать её чувства было бы непростительным свинством.

— Ага, ты сейчас подумал о чём-то плохом, да?

— ...Но я сдержался.

— О-о, какой честный~ Молодец, хороший мальчик.

Шизуку лукаво ухмыльнулась и потрепала меня по волосам. Ощущение было непривычным и невероятно щекотным.

— Ой, уже почти пора на следующий урок, — с явным разочарованием протянула Шизуку, бросив взгляд на экран смартфона.

— Ого, у тебя есть ещё занятия?

— Ага. По правде говоря, это только начало самого сложного...

Не успела она с тревогой на лице договорить, как дверь в дежурку со скрипом отворилась.

На пороге стояла Мамия Акира-сэнсэй, всё с тем же привычным апатичным выражением лица.

— Мамия-сэнсэй?

— Нет. Акира-тян.

В своём репертуаре. Эта неисправимая чудачка упорно заставляла учеников обращаться к ней с фамильярным «-тян».

Пройдя в комнату, сэнсэй по-хозяйски устроилась у окна и закурила. Зрелище донельзя привычное, но...

— Акира-тян, а вы что здесь делаете? Вы стали куратором какого-то клуба?

— Да нет, просто подменяю коллегу.

Стряхнув пепел, Мамия-сэнсэй перевела ленивый взгляд на Шизуку.

— Меня назначили вести твоё следующее дополнительное занятие.

— Э-э?! Неужели...

И чего она так запаниковала?

Пока я непонимающе склонял голову набок, Мамия-сэнсэй выдохнула густой клуб дыма в форточку и небрежно ткнула в меня пальцем.

— Раз уж ты здесь, пойдёшь с нами. Будешь ассистентом на уроке.

«Что, простите?!»

На крыше нас встретило сущее раскалённое пекло. Солнце палило прямо над головой, безжалостно обжигая кожу.

Впрочем, изредка налетал освежающий ветерок, даря краткую передышку. Ощущение безграничного простора, присущее только школьным крышам, хоть как-то сглаживало удушающий зной.

И как меня угораздило?

Облачившись в школьные плавки, я сидел на бортике и ломал голову: как я вообще докатился до жизни такой?

Поверхность воды ослепительно сияла, отражая солнечные лучи. Всё верно — в нашей школе бассейн располагался прямо на крыше.

Хотите верьте, хотите нет, но темой дополнительного занятия Шизуку оказалось плавание.

А это вообще законно? Я ведь сейчас собственными глазами увижу её в купальнике. Вспомнив, как Шизуку недавно дразнила меня на эту тему, я почувствовал, что моё лицо вот-вот задымится.

Спокойно. Мы в школе. Она ни за что не наденет сюда такой купальник. Это просто жара и нервы. Да, точно, из-за них все мысли в кучу.

— П-прости, что заставила ждать.

Услышав голос, я робко обернулся. Передо мной стояла Шизуку в школьном купальнике.

Взгляд невольно притянуло к её длинным, стройным, безупречно гладким ногам. Я поспешно вскинул голову — и тут же наткнулся на её пышную грудь.

Совершенная физическая красота. Казалось немыслимой дерзостью даже просто смотреть на неё.

— Э-это немного смущает...

Слегка покраснев, Шизуку замялась и потёрлась одной ногой о другую.

От этого она казалась младше, чем обычно.

— ...Не смотри так пристально.

— Неожиданно... Зная тебя, Шизуку, я думал, ты будешь вовсю красоваться.

— В-выставляешь меня какой-то извращенкой..! В смысле, я же сейчас вообще без макияжа! Так что не пялься!

Шизуку замахала руками, словно защищаясь. Возможно, она и казалась младше именно из-за отсутствия косметики. Но с макияжем или без, она оставалась всё такой же обворожительной.

Стушевавшись, Шизуку бросала на меня мимолётные взгляды, пытаясь угадать мою реакцию.

— Просто всё вышло слишком неожиданно, знаешь ли... Если бы я собиралась показаться тебе, Дзюнтаро, то подготовилась бы получше...

— Какая ещё подготовка тебе нужна?

— Н-ну, например... привести фигуру в тонус?

— По-моему, ты и так в отличной форме...

— Боже! У девушек полно своих забот!

Смущённо защищаясь, Шизуку взъерошила мне волосы.

Пока я приглаживал их ладонью, Шизуку тихонько ахнула.

С той стороны, куда она смотрела, к нам приближалась поразительно красивая женщина. Облачённая в купальник, который идеально подчёркивал изгибы её тела, ничуть не уступающие формам Шизуку, она склонила голову набок, заметив, как мы тупо на неё уставились.

— Чего застыли?

— Не может быть... Акира-тян?!

— Очевидно, что я, с какой стороны ни посмотри.

Мамия-сэнсэй одарила нас подозрительным взглядом. И правда, если присмотреться, сомнений не оставалось — это она. Но почему сэнсэй выглядела совсем иначе?

— Ой, может, это потому, что круги под глазами светлее обычного?

— ...Точно.

Я осознал это лишь после подсказки Шизуку. В ярком солнечном свете цвет лица Мамии-сэнсэй казался свежее обычного. Её тяжёлая, мрачная аура испарилась, уступив место образу прекрасной женщины.

— Ребятки... а не грубовато ли это с вашей стороны?

— Вовсе нет, — хором ответили мы.

Мы в унисон покачали головами, и Мамия-сэнсэй вяло вздохнула.

— Тогда живо в воду.

— ...Каким стилем?

— Да каким угодно. Как проплывёшь четыре бассейна по пятьдесят метров, можешь закругляться, — отозвалась Мамия-сэнсэй, поспешно прячась в тень.

Какое-то несерьёзное дополнительное занятие. Впрочем, она же говорила, что лишь подменяет коллегу. Стоит просто радоваться, что за нами вообще есть кому присмотреть на случай, если что-нибудь произойдёт.

«Стоп, погодите-ка».

— Эм, а мне-то что делать?

— ...Ах да.

Когда я окликнул её, Мамия-сэнсэй тихонько буркнула «чёрт» и почесала щёку.

— Только не говорите, что притащили меня сюда просто за компанию?

— ...Я подумала, ты тоже захочешь освежиться. Глянь, какая жарища. Ладно, можешь плавать, как вздумается, — бросила она, на этот раз окончательно скрываясь в тени.

Я перевёл взгляд на Шизуку.

— Эх... Давай пока просто поплаваем.

— Угу, давай.

Раз уж мы оказались здесь, ничего не попишешь. К тому же, как верно подметила Мамия-сэнсэй, в такую жару окунуться в прохладную воду — сплошное удовольствие.

Тщательно размявшись, мы прыгнули в бассейн.

Стоило оказаться в воде, как саднящую от палящего солнца кожу окутала приятная прохлада, принося долгожданное облегчение.

Особой нужды куда-то плыть не предвиделось, но, желая насладиться ощущением скользящей по телу воды, я двинулся кролем по соседней с Шизуку дорожке.

Одолев пятьдесят метров, я на мгновение вылез из бассейна. Край бортика, до этого раскалённый так, что обжигал пятки, теперь мягко согревал моё остывшее тело.

Шизуку, высунув из воды лишь голову, пристально наблюдала за мной.

— Что такое?

— ...Дзюнтаро, ты так хорошо плаваешь?

— Не настолько, чтобы этим хвастаться... Но в детстве я ходил в секцию по плаванию.

Если точнее — целых шесть лет, с первого по шестой класс.

Перейдя в среднюю школу, я забросил тренировки, но все базовые стили освоить успел.

— Хм-м... Понятно.

— А ты, часом, плохо плаваешь?

— В-вовсе нет! ...Просто я умею плавать только брассом.

Шизуку смущённо опустила глаза.

— Тогда просто проплыви свою норму брассом.

— Как-то обидно, понимаешь? Раз уж я здесь, то хочу освоить и другие стили тоже..!

Оперевшись на бортик, Шизуку устремила на меня умоляющий взгляд.

— Дзюнтаро! Научи меня плавать кролем!

— Ну, если тебя устроит такой учитель.

— Кроме тебя тут никого нет! То есть, сам посмотри, — Шизуку кивнула в сторону дальнего края бассейна.

Там, усевшись по-турецки в тени и смачно зевая, расположилась Мамия-сэнсэй. Похоже, лезть в воду она не собиралась изначально. Судя по всему, переодеваться в купальник ей вообще не имело смысла.

— Да... Твоя правда.

— Вот видишь? Ну давай, пожа-а-алуйста!

— Ладно-ладно. Тогда начнём с азов.

— Вверяю себя в ваши руки! Сэнсэй!

«Хм, а звучит не так уж плохо».

Освежая в памяти старые уроки, я снова спустился в воду. Раз уж это ради моей милой девушки, самое время блеснуть мастерством.

— У меня беда с дыханием...

— Понятно. В таком случае плыви медленно и старайся вдыхать под мой счёт. Я буду считать: раз, два, три, — а на «три» ты делаешь вдох.

— Поняла! Ладно, я поплыла..!

Взяв Шизуку за руки, чтобы она могла сосредоточиться на работе ног и дыхании, я медленно повёл её за собой. 

— Раз, два, три. Раз, два, три.

— Вдох... Выдох...

Именно по такой методике нас гонял тренер в секции.

Поначалу у меня тоже никак не выходило правильно дышать, так что я прекрасно понимал, что сейчас чувствует Шизуку.

— Вдох... Выдох.

Постепенно ритм Шизуку начал сбиваться. Дыхание сделалось прерывистым, ей хотелось вдохнуть пораньше, и от этого подступала паника.

— Притормози на секунду.

Шизуку послушно остановилась и перевела дух.

— Н-ну как?

— Техника хорошая, но ты не успеваешь вовремя делать вдох. Теперь давай попробуем дышать на счёт «раз-два».

— В смысле, дышать чаще!

— Именно.

От этого скорость немного упадёт, но если цель — просто одолеть дистанцию, так будет надёжнее.

— Отлично, давай сразу попробуем.

— А-а-а-а! Я так устала!

Шизуку распласталась на бортике бассейна, тяжело дыша.

— Ты молодец. В конце смогла проплыть кролем почти всю дистанцию.

— Наверное, это всё благодаря Дзюнтаро-сэнсэю. Спасибо.

Всё так же лёжа плашмя, Шизуку расплылась в счастливой улыбке победительницы.

— ...Одерживать верх над собственными слабостями довольно приятно, не так ли? Такое чувство, типа: «Я сделала это!», понимаешь?

— Ты ведь у нас терпеть не можешь проигрывать.

— Ага! Ведь обидно бросать всё как есть, просто потому что не умеешь, правда?

— Впрочем, с некоторыми вещами я совершенно не могу справиться...

— И с чем же ты абсолютно не справляешься?

— Удержаться от порции мороженого после ванны! Особенно летом — вечно срываюсь и съедаю... Знаю, что это плохо, понимаешь? Ведь так и растолстеть недолго.

Шизуку надула губки.

Проблема казалась донельзя милой, но, учитывая её работу моделью, возможно, всё и впрямь было так серьёзно?

И впрямь досадно, когда приходится ограничивать себя в любимых вещах.

— А у тебя, Дзюнтаро? Есть что-то, с чем ты абсолютно не справляешься?

— ...Общаться со сверстниками, наверное.

— Серьёзно? Но мы же с тобой нормально разговариваем?

— Один на один — без проблем... Но стоит собраться компании, как я тут же выпадаю. Просто не поспеваю за скоростью беседы.

Пока я подбираю слова, остальные уже успевают перескочить на другие темы, уходя всё дальше и дальше.

В средней школе я из-за этого несколько раз невольно сбивал ритм общего разговора. Нутром чуя, что меня считают занудой, я сам начал сторониться шумных компаний.

— Понятно. Но разве это не твоё преимущество?

— Э-э, в каком смысле?

— Значит, ты стараешься быть искренним с каждым человеком в отдельности. Знаешь, Дзюнтаро, когда я говорю с тобой, мне так спокойно. Потому что я чувствую: ты по-настоящему меня видишь.

Я слегка опешил.

И то правда: в шумной компании я вечно терялся, не понимая, к кому именно обращаться. Наедине же таких проблем не возникало. Видимо, поэтому общаться тет-а-тет мне давалось куда легче.

— К тому же, может, для работы в кафе это даже плюс? Разве не самое главное — искренне уделять внимание каждому посетителю по отдельности?

— ...Да, ты права.

Внимание каждому посетителю. Если подумать, Утахара-сан постоянно именно так и поступала.

— Спасибо, Шизуку. У меня даже уверенности прибавилось.

— Не за что! Впрочем, ты ведь всегда делаешь для меня то же самое.

Шизуку лучезарно улыбнулась, и в уголках её глаз собрались милые морщинки.

— Чего это вы, уже закончили?

Появившаяся словно из ниоткуда Мамия-сэнсэй лениво оглядела Шизуку.

От неё слабо тянуло сигаретами.

— ...Вы часом не курить ходили?

— Решила, раз уж этот парень здесь, то всё будет в порядке, — отозвалась Мамия-сэнсэй, энергично потрепав меня по волосам.

Что-то слишком часто мне сегодня треплют волосы.

— Акира-тян, вообще-то это называется «отлынивать от работы».

— Заткнись. И вообще, если уж говорить об отлынивании, предъявляй претензии Наоко, которая сюда даже не явилась.

Скорее всего, под «Наоко» подразумевалась учительница физкультуры, Ямадзаки Наоко-сэнсэй. Я частенько видел, как они с Мамией-сэнсэй болтали в коридорах.

— Эта идиотка спихнула на меня твоё дополнительное занятие только потому, что у неё свидание, представляешь?

— Э-э, какой кошмар! Погодите, а почему вы не отказались?

— ...Она застукала меня за курением.

— Сами виноваты! — звонко рассмеялась Шизуку, тыча пальцем в смущённую Мамию-сэнсэй.

И впрямь, Мамия-сэнсэй сама навлекла на себя беду. К счастью, Ямадзаки-сэнсэй в следующем году переводилась в другую школу. Если ради сохранения тайны требовалось просто повкалывать за неё ещё полгодика — разве это не мизерная плата?

— Короче, если закончили, дуйте по домам. Я тут приберусь и тоже пойду.

— Ла-а-адно. Тогда пошли.

С этими словами мы покинули бассейн.

Быстро переодевшись, мы вышли на станции Дзинботё, унося с собой лёгкий запах хлорки.

Разумеется, прямиком со станции мы направились в кафе «Меллоу».

— Добро пожа... Ах, Дзюн-кун! И Шизуку-тян тоже!

Хозяйка, Утахара-сан, помахала нам с радостной улыбкой.

— Здравствуйте! Я сегодня тоже пришла выпить кофе!

— Хорошо! Устраивайся вон за тем столиком.

Проводив Шизуку взглядом, я встал за стойку.

— Дзюн-кун, как подготовишься, не мог бы ты прибрать вон тот столик?

— Да.

— А потом я доверю кофе для Шизуку-тян тебе, хорошо?

— Есть..!

В ответ на мой энергичный кивок Утахара-сан мило подмигнула.

Мне всё ещё не доверяли варить кофе для посетителей. Однако напиток для Шизуку готовил исключительно я. Утахара-сан рассудила, что у меня получится сварить кофе, который лучше подойдёт Шизуку.

И сегодня я тоже колдовал над кофеваркой, думая только о ней.

Сперва нужно вставить бумажный фильтр в дриппер. Затем полить его горячей водой так, чтобы бумага полностью промокла. Это называется «ополаскиванием». Процесс согревает воронку и устраняет специфический бумажный привкус.

Впрочем, строгой необходимости в этом не было. Большинство людей вообще не замечают, как ополаскивание влияет на вкус. Для меня это стало скорее неким ритуалом, рутиной, подводящей к следующему шагу. Я верил, что крошечное дополнительное усилие сделает кофе вкуснее.

Поставить на весы сервер, доверху наполненный льдом. Сверху установить дриппер с молотым кофе. Готово.

При первом вливании предсмачивание длится сорок секунд. После этого нужно аккуратно добавлять кипяток с тридцатисекундными интервалами.

Когда в течение трёх минут вся горячая вода просочится через дриппер — экстракция считается завершённой.

Выбросить оставшийся в сервере лёд, чтобы напиток не стал водянистым. Перелить свежесваренный кофе в ледяной стакан с новыми кубиками льда.

Таков мой личный метод заваривания айс-кофе для Шизуку. И в приготовлении этой чашки, я был уверен, мне нет равных.

— Прости, что заставил ждать. Вот твой айс-кофе.

— Я так этого ждала..!

Расцветившись улыбкой, словно бутон, Шизуку тут же припала губами к трубочке.

Глядя, как кофе стремительно убывает глоток за глотком, я невольно улыбнулся.

— М-м-м! Вкуснотища, как всегда! Я теперь и правда без него никуда!

Содержимое стакана уполовинилось в мгновение ока. Такими темпами ей наверняка скоро понадобится добавка.

— Сегодня можешь сидеть здесь до самого закрытия, если хочешь.

— Правда? Тогда, может, уроки поделаю...

С этими словами Шизуку с обречённым видом вытащила тетрадь. Криво усмехнувшись её реакции, я вернулся за стойку.

В будние дни в кафе «Меллоу» было не особо людно.

Поток посетителей не иссякал полностью, однако передышек хватало, да и свободные столики находились всегда.

На первый взгляд могло показаться, что бизнес не процветает, но для заведения формата «Меллоу» в этом не было ничего плохого.

Многие постоянные клиенты любили не только кофе Утахары-сан, но и саму умиротворяющую атмосферу, ради которой раз за разом возвращались сюда. Стань здесь слишком шумно, завсегдатаям стало бы некомфортно.

В любое время суток тут можно было присесть и спокойно отдохнуть. Утахара-сан говорила: поддерживать такой уют — и есть главная задача её заведения.

И я обожал эту атмосферу.

Неспешная фоновая музыка, расслабленные посетители, благоухающий аромат свежемолотых зёрен. Время здесь текло неторопливо. Периодически кто-нибудь из гостей, случайно засидевшись, вскакивал и торопливо выбегал на улицу. Посреди суматошных будней наше кафе, возможно, оставалось единственным местом, где люди могли напрочь забыть о часах. Мне было немного жаль таких торопыг, но вместе с тем их забывчивость грела мне душу.

Оглянуться не успел, как рабочий день подошёл к концу.

Последний клиент ушёл. В зале остались лишь мы с Утахарой-сан да Шизуку, молча корпевшая над летней домашкой за угловым столиком.

— Отличная работа. Я начинаю закрываться, так что можешь идти.

— Большое спасибо.

— Ой, или хочешь немного перевести дух перед уходом? Я сварю кофе. Шизуку-тян тоже выглядит уставшей.

— Да, пожалуйста..!

Стоило мне выпалить это без раздумий, как Утахара-сан радостно улыбнулась и велела присаживаться.

Послушавшись, я опустился на стул напротив Шизуку.

— Отлично потрудился, Дзюнтаро.

— Ты тоже, Шизуку. Хорошо продвинулась с домашкой?

— Ага! Поняла, что здесь мне удаётся как следует сосредоточиться! — заявила Шизуку, подняв открытую тетрадь на уровень груди. Несмотря на усталость, на её лице читалось глубокое чувство выполненного долга.

— Рад слышать. Утахара-сан сейчас сварит нам кофе.

— Э-э! За счёт заведения?..

— Конечно.

— Ура!

Видя, как Шизуку вскинула сжатый кулачок, я невольно улыбнулся. Она радовалась точь-в-точь как младшеклассница, обнаружившая в столовой своё любимое блюдо.

— ...Кстати, я каждый раз так надолго тут засиживаюсь. Это и правда никому не мешает?

Понизив голос, Шизуку искоса глянула на Утахару-сан, хлопотавшую за стойкой.

— Вовсе нет. Наоборот, когда ты не приходишь, хозяйке будто чего-то не хватает.

— Правда..!?

Я закивал.

На самом деле, стоило Шизуку пропасть на пару дней из-за съёмок, как Утахара-сан и впрямь заметно грустнела.

Хозяйка всегда старалась чем-то её побаловать, так что совершенно точно успела привязаться к девушке.

— Слава богу. Здесь так уютно, что я вечно теряю счёт времени, представляешь?

Шизуку счастливо оглядела кафе. Заразившись её настроением, я и сам не заметил, как расплылся в улыбке.

Девушка, которая мне нравилась, полюбила то же, что и я. О большем счастье не приходилось и мечтать.

— Ой, кстати, ты уже поговорил с ней о новом десерте для меню?

— ...Ах.

«А я ведь совершенно забыл».

— Э-э, новом десерте?! — Утахара-сан, как раз принёсшая нам кофе, взволнованно подалась вперёд.

— Э-эм, я тут думал кое-что предложить... — замялся я, выставляя перед собой ладонь, чтобы хоть немного остудить пыл хозяйки.

Достав из сумки маккинетту, я показал её Утахаре-сан.

— О, маккинетта! Какая прелесть, правда?

— Сегодня в школе я пробовал готовить аффогато.

— Э-э-э?! Звучит аппетитно! А мне можно попробовать?!

Поразившись тому, с каким восторгом откликнулась Утахара-сан, я кивнул. И правда, проще один раз угостить, чем долго объяснять.

Я приготовил аффогато в точности так же, как недавно для Шизуку. Отведав ложечку, Утахара-сан прижала ладони к щекам и поёжилась от нестерпимого удовольствия.

— М-м-м~! Какая вкуснятина~!

— Рад, что вам понравилось... Что скажете насчёт того, чтобы добавить десерт в меню?

— По-моему, отличная мысль! Одобряю! — Утахара-сан показала большой палец.

Разумеется, я обрадовался, что мой десерт пришёлся ко двору. Но откуда взялось это лёгкое разочарование от столь предсказуемой развязки?

— Себестоимость копеечная, а главное — десерт просто создан для лета. Уверена, его будут расхватывать. О, кстати...

При этом «кстати» моё сердце невольно ёкнуло.

— Раз уж мы взялись за такое, может, купим настоящую эспрессо-машину?

— Э-э?! — На сей раз уже я подался к Утахаре-сан.

Даже самый дешёвый аппарат обошёлся бы в десятки тысяч иен. Честно говоря, на скромный заработок старшеклассника позволить себе подобное было тяжеловато.

— Вообще-то даже странно, что у нас её до сих пор нет. Раз уж выпала такая возможность, может, поручим Дзюн-куну выбрать для нас аппарат~

— В-вы уверены, что я справлюсь? Это ведь огромная ответственность, да и вообще...

— Хе-хе, ну, ты только не грузись, ладно? Я просто подумала, что нынешний Дзюн-кун наверняка найдёт для нас отличную машину. Хотя перед самой покупкой мы, конечно, всё обсудим.

— Ещё бы! Иначе мне несдобровать..!

Выпалил я в лёгкой панике, отчего Утахара-сан весело рассмеялась.

Её доверие льстило, но столь внезапный поворот застал меня врасплох — морально к такому я ещё не созрел. Всё-таки эспрессо-машины стоили безумных денег. Тем более профессиональные аппараты, под стать кафе «Меллоу».

— Э-эм... Можно вопрос? — Шизуку робко подняла руку. — Мне вот интересно, а что вообще такое этот эспрессо... Знаю только, что он супергорький...

— А-а, логично. Откуда тебе знать такие тонкости, верно? ...Кхм! Что ж, Дзюн-кун, прошу, просвети нашу гостью.

Я коротко кивнул.

Строго говоря, эспрессо — это кофе, приготовленный методом экстракции под высоким давлением.

Считается, что название произошло от итальянского слова «быстрый». Напиток заваривается всего за двадцать-тридцать секунд именно за счёт прогонки горячей воды под мощным напором.

И всё дело как раз в этом давлении. Интенсивная экстракция при малом объёме воды позволяет сполна вытянуть из кофейных зёрен всё: глубокую насыщенность, бархатистую горечь, лёгкую кислинку, сладость и уникальный вкусовой профиль самого сорта.

Говорят, истинные итальянцы пьют эспрессо, щедро высыпая в крошечную чашечку сразу два пакетика сахара. Многим кажется, что это перебор, но такова уж классика.

Однако для правильной экстракции требуется специальный аппарат. Та самая эспрессо-машина.

— Кстати, если добавить в эспрессо молоко — получится латте. А если влить молоко в обычный кофе, выйдет просто кофе с молоком~

— О-о..!

Глаза Шизуку загорелись неподдельным интересом — настолько её увлекло то, о чём мы с Утахарой-сан рассказывали. Перед столь благодарной слушательницей мы с хозяйкой невольно разговорились.

— Есть и другие варианты подачи... Про аффогато ты уже знаешь, а если разбавить эспрессо горячей или ледяной водой, выйдет американо.

— Разбавить водой?.. Разве тогда он не превратится в обычный кофе...

— По крепости они и впрямь почти не отличаются. Но у американо вкус кажется более чистым, прозрачным. Даже при использовании одних и тех же зёрен напиток раскрывается совершенно иначе. Кофе — поистине удивительная штука, скажи?

— Угу, угу... Выходит, появись у вас эта эспрессо-машина, и меню пополнится кучей новых кофейных напитков?

Мы с Утахарой-сан дружно закивали.

— Ой, точно!

Утахара-сан юркнула в подсобку и вскоре вернулась, сжимая что-то в руках.

— Разговор об аппаратах напомнил мне... Вы в курсе, что в Осаке намечается масштабная кофейная выставка?

— Кофейная выставка? — хором переспросили мы.

— Огромное мероприятие! Там выставляют всё на свете: авторские купажи от именитых обжарщиков, новейшее оборудование и, разумеется, свежие модели эспрессо-машин~!

С этими словами Утахара-сан протянула нам пухлый конверт. Внутри обнаружились план павильонов и два билета.

— Моя подруга из Осаки участвует в этой выставке, вот и прислала приглашение. Но не могу же я бросить кафе, верно? Так что... если хотите, не съездить ли вам вдвоём вместо меня?

— Э-э?! А так можно?!

Шизуку ухватилась за предложение быстрее меня. Не желая отставать, я тоже подался вперёд.

— Разумеется! А как же твоя работа, Шизуку-тян?

— Хотите верьте, хотите нет, но у меня как раз выходной в день выставки!

Шизуку счастливо вскинула пальцы в знаке «V».

— Я с самого начала решила провести это время с Дзюнтаро, но мы ещё не придумали, чем именно займёмся. Раз уж выпал такой шанс, может, махнём в Осаку?! Поездка на три дня и две ночи!

— Звучит заманчиво. Так и сделаем.

— Вот именно! Нужно прямо сейчас всё распланировать!

Шизуку взбудораженно перегнулась через столик. Выходит, у неё выдалось целых три выходных. И она всерьёз намерена провести их все со мной в Осаке? Поразительно смелое распоряжение собственным временем.

Для меня эта поездка станет первой со времён школьной экскурсии в средних классах. Если, конечно, не считать давних путешествий с семьёй, когда я был ещё совсем ребёнком.

— Выставка, значит, на третий день... А чем займёмся в первые два? Есть места, куда тебе хочется сходить, Дзюнтаро?

— Дай-ка подумать... Пожалуй, я бы не отказался взглянуть на Накадзакитё.

Я слышал, что в этом районе уцелело множество традиционных домов и атмосферных ретро-кафе, разместившихся в старых добрых зданиях. Всегда мечтал забрести туда хотя бы на часок, подвернись случай побывать в Осаке.

— Звучит здорово! Идём, обязательно идём!

— А ты, Шизуку? Куда бы хотела заглянуть?

— А я бы прошвырнулась по Америкамуре. Мечтаю порыться в тамошних залежах винтажной одежды!

— ...Везёт же вам~. Я тоже хочу поехать.

Пока мы без умолку перебирали варианты, Утахара-сан обиженно надула губки.

— Ой, простите... И это при том, что мы едем только благодаря вам, хозяйка.

— Хе-хе, расслабьтесь, я просто шучу. Не переживайте за меня и оторвитесь там на полную. Ой, но... могу я попросить вас о паре одолжений?

— Конечно, всё что угодно.

— Ну, во-первых, присмотритесь на выставке ко всяким разным эспрессо-машинам. Раз уж мы надумали брать её в кафе, нужно выбрать что-то стоящее. А во-вторых, я бы очень хотела, чтобы вы отработали короткую смену в кофейне у той самой подруги, что прислала билеты...

— Отработали смену, значит.

— Ага! Вам неплохо заплатят, да и местечко там довольно экзотическое, так что, уверена, будет весело... Что скажете? — лукаво улыбнулась Утахара-сан.

Определение «довольно экзотическое местечко» меня слегка насторожило, но в глубине души чертовски хотелось попробовать свои силы где-то ещё, помимо кафе «Меллоу».

Похоже, Шизуку чувствовала то же самое — она резко вскинула руку и звонко воскликнула:

— Да-а-а! Мы с радостью вам поможем! Заодно и дорожные расходы отобьём. Ты ведь тоже не против, Дзюнтаро?

— Да, само собой.

— Правда? Прямо гора с плеч. Что ж, тогда вся надежда на вас двоих, — просияла Утахара-сан, и её озорная улыбка стала ещё шире.