Мои тесты прошли довольно успешно, спасибо, что поинтересовались. Правда, я подхватила легкую простуду из-за слишком усердной учебы. Эта глава должна была выйти раньше, но оказалось, что написанное мною во время болезни было не слишком связным. В голове до сих пор немного туманно, так что, если что-то будет непонятно, пожалуйста, дайте мне знать. Мне нужно отдохнуть и восстановиться, но я постараюсь выпустить следующую главу к вечеру воскресенья.

В чертеже, который Вира передала Балигу, не было никаких численных измерений. Городские районы и важные здания были подписаны, но на этом всё. Дварф заметил на земле линии, которые, казалось, соответствовали контурам в проекте. Это помогло ему получить хоть какое-то представление о масштабе.

Здания отображали лишь горизонтальную площадь, которую они будут занимать; никакой дополнительной информации о высоте или интерьерах не прилагалось. Улицы были довольно широкими – он счел это пустой тратой места, если только они не планировали позволить разгуливать здесь еще более диковинным монстрам. Кроме того, улица без видимых причин была разделена на широкие и узкие секции.

Не хватало нескольких привычных объектов, таких как курьерская служба, церковь или приют. Напротив, место занимали какие-то ненужные постройки, например та, название которой перевели ему как «Зал Медицины». Неужели вождь намерена запихнуть всех своих аптекарей и целителей в одно здание? Соперничество между людьми одной профессии наверняка приведет к различным конфликтам. И каков был ход мыслей того, кто решил оставить библиотеку в месте, куда может зайти любой прохожий с улицы?

Неудивительно, что она хотела, чтобы потомок взглянул на это. Вероятно, она никогда раньше не видела настоящего города и проектирует его, основываясь на слухах.

Это напоминало попытку умного, но при этом прискорбно неопытного ребенка.

Что ж, на поле боя эта особа – сущий кошмар. Если бы она смогла развить город до того же уровня, как бы жили все остальные? С учетом сказанного… стоит ли мне саботировать этот проект?

Лорд Орков может быть умна, но без возможности сравнения она не поймет, если он даст плохой совет. Возможно, он найдет способ заложить изъян в ключевой области. Пусть его изгнали из земель дварфов, но это было результатом усилий лишь небольшой группы. Он по-прежнему питал добрые чувства к своим соотечественникам. Если между орками и дварфами вспыхнет война, он будет склонен встать на сторону своего народа. Так что знание о слабости в инфраструктуре придало бы уверенности.

Балиг начал записывать свои более конструктивные замечания к проекту на гномском. Затем он внимательно изучил Северный район.

Подземная река здесь течет на запад, и воду будут забирать из колодцев в разных местах по ходу ее течения. Если я смогу убедить ее, что поля будут получать больше солнца вдоль северной стены, и перенесу промышленные объекты на восток, вода будет отравлена.

Дварф скорчил недовольную гримасу, заколебался, но затем снова взял перо.

***

— Вождя в последнее время так часто не бывает на месте.

— И не говори. Мне так скучно. Когда уже возобновятся уроки?

— К тому же табличек не хватает, Фиара все забирает себе, — орк дернул ушами, болтая с двумя высшими орками.

— Но было бы трудно победить столько фоморов, если бы она не ходила с нами, верно? — Вмешался третий высший орк, заметивший разговор.

Мимо их группы пробегал орк, который остановился и крикнул:

— Эй, лорд Ригдам и маленькая госпожа снова затеяли что-то веселое.

Чуть поодаль собралась толпа, поэтому болтающие орки направились в ту сторону.

— А, ну конечно, это очередная игра, в которой победит только маленькая госпожа, — пробормотал один из орков.

Двум оркам, судя по всему, поручили держать копье лорда Ригдама, в то время как третий пытался пройти под ним. Если коснуться копья – ты проиграл. Если коснуться земли руками или коленями – ты проиграл. Было очевидно, что у тех, кто пониже, есть преимущество, поэтому высшие орки соревновались между собой за второе место, а обычные орки – за третье.

Где-то позади лорд Ригдам присматривал за порядком, попутно улаживая какой-то спор.

— Послушай, та шкура черного медведя была моей. Она была моей любимой. Я никак не мог ошибиться.

— Тогда почему она оказалась на моей стороне повозки, а? Ты идиот?

— Что, теперь тебе принадлежит половина повозки? И вообще, разумеется, я положил ее к своим вещам. Должно быть, она сползла во время пути.

— При таком трении ты всерьез думаешь, что она сама поползла вверх на мою кучу?

— Прошу прощения, — мягко вмешался лорд Ригдам. — Позвольте мне убедиться, правильно ли я понял суть проблемы. Итак, вы оба везли с собой по шкуре черного медведя, но нашлась только одна, так? Или спор идет о том, кому принадлежит именно эта конкретная шкура?

— Ну, меня больше волнует первое, — задумался обвиняющий орк. — Пока я не получу взамен пропавшей другую шкуру черного медведя, я буду доволен.

— Понимаю. Почему бы не решить это поединком? Каждый из вас выставит шкуру похожего размера, и победитель заберет обе.

— В твоей куче есть отличная кабанья шкура, на которую я заглядывался, — ухмыльнулся обвиняемый орк. — Я бы не прочь просто обменяться с тобой.

— Правда? — Подпрыгнул обвинитель. — По рукам! Мне всё равно не нравится запах кабана.

— Значит, вы договорились? — Спокойно спросил Ригдам.

— Ага, спасибо, лорд Ригдам.

Оба орка убежали завершать сделку, а Ригдам остался наблюдать за соплеменниками, играющими с его копьем.

«Лорд Ригдам», значит? Не припомню, чтобы я сделал что-то такое, что заслуживало бы подобного титула.

Они были на войне, однако внутри городских стен обстановка не могла быть более мирной. Уроков не было, о земледелии и охоте уже позаботились. Оставалось только разделывать любое принесенное мясо и играть в игры, чтобы не слишком скучать. Даже строительством города должна была заниматься вождь. В тихие дни мелкие споры становились заметнее, поэтому Ригдам взял на себя роль посредника, пока его дочь отсутствовала.

Им нужно какое-то дело, кроме игр. Чувство единства племени будет утрачено, когда это поверхностное удовольствие угаснет. Какую работу могут выполнять эти люди, чтобы чувствовать себя полезными?

Ригдам не спеша обдумывал это, пока определялись чемпионы игры. В конце, прежде чем было принято решение начинать новый раунд или нет, он окликнул их ровным голосом.

— Итак, если кто-то устал играть, у нас начинают заканчиваться дрова.

Людей, пожелавших участвовать, разделили на группы. Были те, кто валил деревья; была длинная цепочка людей, передававших стволы в город; в самом городе люди обрезали ветки, распиливали бревна на части и кололи их на дрова; и были те, кто переносил дрова к существующей поленнице. Возможно, существовал более совершенный или эффективный способ выполнить эту задачу, но Ригдама больше заботило вовлечение как можно большего числа людей.

Потому что бывший староста деревни всем сердцем верил: когда немногие точно знают, кто их родня, всё племя должно вести себя как одна семья.

***

Сегодня с лица земли были стерты еще две деревни фоморов. Осталась лишь одна, которую всё еще можно считать близкой к территории орков-экспансионистов. После этого нам придется забираться немного дальше, чтобы достичь наших целей.

Теперь, когда я вернулась, мне бы хотелось возобновить работу над городом, так что, думаю, первым делом я наведаюсь к Балигу.

— Вы ознакомились с проектом?

— Да, — ответил он, выглядя при этом слегка виноватым. Может, он нашел какие-то проблемы в моем дизайне? Нет, если есть недостатки, значит, они есть. Мне не стоит принимать это на свой счет.

— И что вы думаете?

— Я обнаружил некоторые проблемы. — Всё-таки обнаружил. Хорошо, я готова. — Во-первых, излишне широкие улицы кажутся пустой тратой места. Людям и повозкам не нужно столько пространства. Я также не понимаю, зачем вы разделили улицы на широкие и узкие участки. Вы забыли включить курьерскую службу, церковь и приют. Библиотека находится в слишком доступном месте, и я не понимаю, почему вы хотите впихнуть всех своих аптекарей и целителей в этот «Зал Медицины».

Зал Медицины? Он имел в виду госпиталь? В этом вопросе, как и с библиотекой, я не уступлю. Широкие улицы хороши для организации и переброски войск, и они будут необходимы, когда появятся автоматизированные транспортные средства. В них я не вижу проблемы.

Курьерская служба и приют – это важно. Мне стыдно, что я о них забыла. Что касается церкви… кому бы я вообще ее посвятила? У меня есть атрибут «Святость», так что потребовалась бы церковь одному или нескольким богам, которым поклоняются потомки. Монстры поклоняются духам, в широком смысле. Поскольку фоморы ведут свой род от истинных демонов, я почти уверена, что они будут поклоняться лордам тьмы или, по крайней мере, своему создателю, Бейтсу. Скорее всего, мне понадобится отдельное здание для каждого из них.

… Я оставлю подходящее место и решу это позже.

— Что-нибудь еще вы заметили? — Спросила я на всякий случай.

Дварф взял небольшую стопку табличек, взглянул на них и вздохнул. — Больше ничего. Здесь я записал для вас большую часть того, что знаю о магии земли.

Фантастика. Я многого жду от магии земли в исполнении дварфа. Также я с нетерпением жду возможности изучить его письменность. — Благодарю. Я дам вам новое задание после того, как изучу это. А пока свободны.

Минутку. Разве я только что не добавила еще дел в свой список, не закончив ни одного из предыдущих? Думаю, не повредит попрактиковаться в полетах несколько минут, прежде чем приниматься за остальное.

Поскольку мои крылья такие широкие и расположены посередине тела, я начала задаваться вопросом, не предназначены ли они больше для планирования, чем для полноценного полета. Поэтому, чтобы облегчить практику, я с помощью магии земли построила лестницу на вершину стены. Оттуда я смогу просто спрыгнуть.

На вершине шестиметровой стены дует ветерок, которого не было внизу. Отсюда видно гораздо дальше, и всё внизу кажется крошечным. Мне не стоит слишком беспокоиться, даже если я упаду. У меня есть «Бессмертное Телосложение», так что мне не должно быть даже больно, не говоря уже о том, чтобы это меня убило. Зная это, остается только широко расправить крылья и прыгнуть.

…

…

Я чувствую, как мои расправленные перья слегка шуршат на ветру, а ноги всё еще крепко стоят на каменной стене.

Воздух такой чистый и расслабляющий. Хороший день для прыжка, не так ли?

…

…

Невозможно.

Я падаю на колени в тот самый момент, когда в груди поднимается жар. Спина взмокла от холодного пота, я не могу контролировать дыхание, а руки сводит судорогой. Опустив голову, я закрываю лицо ладонями, чтобы обрести хоть какое-то чувство безопасности. Но даже если паника утихнет, ярость никуда не денется; ярость на собственную никчемность.

Я боюсь высоты.