Я считаю, что за последние три года я прожил поистине образцовую жизнь.

Меня ни разу не вызывали в полицейский участок.

Я даже не помышлял о нарушении закона. Я был самим воплощение законопослушного гражданина.

И все же, для такого, как я.... блять, всё это.

— У-у-угх-блёёёёёгх!

— Ты, тупая сука! За каким чертом ты выпила отбеливатель?!

— Это выглядело так же, как и твой напиток.. Кхе-е-егх!

— Боже, это сводит меня с ума.

Почему, черт возьми, это испытание выпало именно на мою долю?

Она, должно быть, проглотила полбутылки.

Каждый раз, когда эта ебучая идиотка блевала, запах отбеливателя распространялся по всей комнате, и у меня кружилась голова.

Возможно, я и хотел прибить ее раньше, но я не хотел, чтобы она сдохла, размазав по моей комнате блевотину с ароматом отбеливателя.

— Слушай сюда, идиотка. Выпей сначала это.

— Угх... бле-е-егх...

Я поспешно налил ей молока, чтобы она выпила.

Раз отбеливатель кислотный, я решил, что щелочное молоко сможет нейтрализовать его в желудке.

Но она все время отказывалась как следует прикоснуться губами к чашке и не пила.

— Да пей же, черт тебя дери.

— Ургх! Бле-е-егх!

Расстроенный, я схватил ее за волосы, запрокинул ей голову и запихнул ей в рот целый пакет молока.

Горлышко пакета, должно быть, соединилось напрямую с ее пищеводом, потому что она проглотила все без проблем.

Ни малейшего признака рефлюкса.

Возможно, у нее талант глубокого горла...

— Бле-е-егх... Что ты делаешь...

— Заткнись и иди за мной.

Я быстро вытер ей вокруг рта и потащил прочь.

К счастью, рядом была больница. Живи мы в какой-нибудь глухой деревне, было бы куда больше мороки.

После того, как я отвез ее в отделение неотложной помощи, у нее случился еще один припадок, доставивший немало хлопот нескольким медсестрам.

— Больная! Пожалуйста, перестаньте вырываться! Я понимаю, что у вас болит живот, но...

— Сестра, вам, наверное, тяжело. Хотите, я ее успокою?

— О, да. Пожалуйста...

— Эй, ты, мелкая тварь. Лежи смирно,блять. Сколько людей из-за тебя страдает?

— Гак! Блегх!

— П-погодите, сэр!

Я всего лишь пару раз ударил ее в живот, но вдруг врачи и медсестры бросились оттаскивать меня.

Это немного несправедливо. Я избегал всех жизненно важных органов, кроме матки...

И вообще, разве она когда-нибудь забеременеет?

Ей это все равно не понадобится, так что плохого в том, чтобы разорвать ее?

— Эм-м... сэр.

— Да?

— Что это у больной... сзади?

При серьезном вопросе врача мой мозг отключился.

Бляяяяя.

Я забыл про ее щупальце.

— Это косплей-хвост.

— Но... он двигался сам по себе?

— Это запатентованное устройство, которое движется в ответ на эмоции пользователя посредством электростимуляции.

— А, понимаю... да...

К счастью, нам удалось проскочить дальше без лишних проблем.

Хорошо, что это было терапевтическое отделение. Если бы она повредила ногу и нужно было бы подробно осмотреть нижнюю часть тела, у нас были бы серьезные проблемы.

Хотя, нет. В наши дни мир сильно изменился. Люди засовывают в себя самые странные вещи.

Я слышал, что сейчас они даже вживляют телефоны под уши.

Я мог бы просто сказать, что вставил хвост в форме щупальца согласно своим сексуальным предпочтениям.

— Нет, это не то...

Как бы то ни было, у меня нет фетиша на хвосты.

У меня нет такой подозрительно-сомнительной сексуальной ориентации.

— Откройте рот, больная. Скажите «а-а~»

— Блегх! Хью-у-у-у-егх!

— Держите ей руки! Руки!

— А-а-агх! Хвост душит мен... урх!

— Может, просто сделаем её анестезию, сыр? Правда, это будет стоить дороже...

— Да, да. Делайте. Делайте что угодно. Можете даже прикончить ее, мне все равно.

— Прошу прощения?

Как только ей вкололи анестетик, она отключилась.

Затем они провели то, что они назвали промыванием желудка.

Это процедура по удалению всего содержимого желудка, и, наблюдая, как голубая жидкость высасывается через трубку, я вздохнул.

Блин, все эти хлопоты из-за полбутылки отбеливателя...

Ее перевели в палату, пока она все еще была под анестезией.

Я думал придушить ее до смерти, пока она спит, по меньшей мере сотню раз.

Но смог бы такой тупица, как я, успешно подделать причину смерти в месте, полном врачей?

Я решил сдаться.

— Она выглядит как ангел, когда спит, но...

Наблюдая за тем, как она мирно спит, я почувствовал себя опустошенным.

Снаружи она выглядит такой милой.

Как же получилось, что ее тело захватил кровожадный инопланетный монстр...

Истинную хозяйку этого тела поистине жаль.

С такой внешностью она могла бы быть звездой в любом борделе.

— Угх... Я умерла?

— Умерла, хуй тебе. Поднимайся быстрее. Если задержимся после полуночи, плата за больницу удвоится.

— Угх. Горло будто горит...

— Цыц. Мы уходим через час, чудовище.

— Чудовище? Ты так меня называешь?

— А как еще тебя называть?

— В человеческом обществе индивидуальные обозначения, кажется, весьма важны. Чтобы не быть обнаруженной, разве лучше не подойдет человеческое имя?

Какая заноза.

Все же хорошо, что она, кажется, понимает людей хотя бы настолько, насколько... размер члена у маленького Тома.

И то, как она мгновенно выучила человеческий язык.

Кажется, она довольно разумная высшая форма жизни.

— Ты знаешь имя изначальной хозяйки этого тела?

— Объект 001.

— Что?

— Похоже, это было первоначальное обозначение этого тела.

— ...

Эксперименты на людях, значит.

Неудивительно, что тот космический корабль попахивал чем-то подозрительным.

В любом случае, я не могу называть ее Объект 001.

Слишком длинно и сложно произносить.

— Тогда нужно придумать что-то новое... Что бы это могло быть? Я не хочу давать тебе красивое имя.

— Если это мое имя, разве не мне решать?

— Ты сама себя называешь по имени? Это я буду тебя называть. Тот, кто обращается, тот и должен давать имя, идиотка.

— Э-это разве так работает??

— Да. Твое имя — Касс. Касс.

— Касс?..

Да, Касс. Как проклятие, стерва. (п.с. от беса. Cuss означает проклятие/ругательство, ну и так же на сленге означает челов, которые бесят тебя (вроде как) )

Ты — проклятие моей жизни.

— Хм. Мне нравится.

— ...Давай придумаем что-нибудь другое.

Тот факт, что ей это понравилось, разозлил меня.

Есть ли где-нибудь ещё более дерьмовое имя?

Черт. Мое чутье на имена поистине ужасно, бич моего существования.

— А как мне называть тебя?

— Джинсу. Зови меня Джинсу.

— О. Джуинсу.

— Все вы, крючконосые ублюдки, рождаетесь с кривыми ртами? Не Джуинсу, а Джинсу. Попробуй еще раз. Джин-су.

— Дж-же-ин-су.

— Мать твою. Давай забудем.

После нашего несколько запоздалого знакомства мы вышли из больницы.

Пока я переодевал ее из больничной рубашки обратно в ее собственную одежду, я заметил, какая она ужасно худая.

У неё были видны все рёбра.

Если бы я попытался раздеть ее для секса, я бы мгновенно потерял интерес.

Ей нужно набрать вес.

И эту одежду тоже нужно снять.

Она настолько грязная, что я даже не могу определить, одежда это или тряпки.

— Куда мы идем?

— Сначала купим одежду.

— Люди, кажется, придают одежде большое значение. Всякий раз, когда я пыталась снять ее, потому что было неудобно, окружающие впадали в панику и заставляли меня снова надевать её.

— ...

Да, спасибо, что сама до этого додумалась.

Я чуть не оказался в ситуации, когда пришлось бы останавливать стриптиз.

Бурчание...

— Я голодна.

— Ты только что поела.

— Я снова голодна.

Блять. Ее желудок, должно быть, обнулился после промывания.

— Слушай сюда, ты. Отныне спрашивай мое разрешение, прежде чем что-либо засунуть в рот. Поняла?

— Поняла. Я не знала, что человеческие тела настолько хрупкие...

Для начала я отвел Касс в Макдоналдс.

Раз она, вероятно, не умеет пользоваться вилкой или ножом, дать ей то, что можно есть руками, показалось лучшим вариантом.

Я заказал сет с Биг Маком.

— Дай мне еще.

— Нет. Ты сыта.

— Я все еще голодна.

—Ты говоришь это, имея в виду количество? Это большой набор. Многие взрослые наедаются всего одним. А ты хочешь съесть два?

Касс молча кивнула.

— Тебе лучше доесть все.

Я заказал еще один Биг Мак.

Тем временем она отказалась есть картошку фри, так что, пока Касс пожирала свой новый Биг Мак, мне пришлось перейти в режим утилизатора объедков.

Зато колу она высосала с энтузиазмом, заявив, что ей нравится.

Честно говоря, я думал, что она не сможет все доесть, но, несмотря на свой маленький размер, у нее был отвратительно большой рот, и она съела всё.

— У-у-у-блёёёёёгх...

— Можно я сейчас тебя по-настоящему убью?

Как только мы вышли, её снова начало тошнить.

Ебучая идиотка. Надо переставать есть, когда наедаешься.

Ты просто продолжаешь пихать в себя и создавать проблемы.

Ты что, австралийский питекус, который ест один день, а на следующий голодает? (п.с. он имел ввиду австралопитек, но чуток ошибся со словом)

Запах отбеливателя, смешанный с вонью рвоты, был неописуемо отвратительным.

Далее — одежда.

Если я оставлю ее в этих лохмотьях, соседи могут донести на меня за жестокое обращение с детьми.

В стране, где система защиты детей практически не существует, а наказания за жестокое обращение с детьми многочисленны, нужно быть особенно осторожным.

Хотя я даже не уверен, будет ли Касс классифицироваться как ребенок.

— Боже мой! Вы здесь, чтобы купить одежду для своей дочки?

— Я похож на ее отца?

— Ах... Тогда она ваша младшая сестра?

— Как вы думаете?

— С-судя по всему, она больше похожа на вашу дочь...

— Тогда пусть будет дочь.

— Прошу прощения?

Я получил вдохновение для нашей легенды от владелицы магазина.

Я скажу, что нашел Касс сиротой, бродящей по трущобам, и взял ее к себе.

Поскольку со щупальцами в брюках будут проблемы, я купил около пяти свободных платьев.

А также два комплекта нижнего белья.

Продавщица зашла с касс в примерочную, чтобы помочь ей одеться, и, кроме периодических раздраженных звуков от Касс, особого переполоха не было.

Должно быть, у продавщицы впечатляющие навыки одевания детей.

Вскоре она вышла в небесно-голубом платье, пыхтя от досады.

Одетой так, она выглядела в точности как ребенок.

Ну, не совсем, если посмотреть на ее грудь.

— О боже. Сэр, вы еще не надели на нее бюстгальтер?

— Простите?

— Дети в наши дни развиваются так быстро. Вам стоит купить его поскорее, чтобы предотвратить обвисание.

Бюстгальтер, значит.

Я об этом не подумал.

Чтобы оценить необходимость, я пощупал грудь Касс поверх одежды.

О, какая восхитительная текстура.

Но она не показала ни малейших признаков покраснения или дискомфорта, что делало это менее возбуждающим.

У неё определённо большая грудь, но действительно ли мне нужно покупать ей бюстгальтер?

Я ненавижу тратить деньги впустую.

— Хм. Это действительно необходимо?

— Да, сэр. Пожалуйста, купите. И в ее возрасте вам, вероятно, стоит перестать трогать ее вот так.

Продавщица посмотрела на меня с осуждением.

Какого черта? Я не могу даже потрогать грудь собственной дочери?

Я думал, что стал настоящим американцем после стольких лет жизни в США, но это было неким культурным шоком.

Что ж, думаю, выбора нет.

Буду трогать ее, когда никто не видит.

После того как примерили еще несколько нарядов, я купил четыре свободных платья.

А также два комплекта пижамы.

К тому времени продавщица продолжала бросать на меня красноречивые взгляды, так что мне не оставалось ничего, кроме как отправиться в соседний магазин нижнего белья.

— Угх! Это неудобно!

— Пожалуйста, не двигайтесь, мэм.

— Научись правильно его надевать. Тебе придется делать это самой отныне.

— Угххх!

Я купил четыре комплекта бюстгальтеров и трусиков.

Неожиданные расходы сегодня растут как снежный ком...

Неужели мне действительно нужно брать эту выскочку после всего этого?

Мне просто хочется вышвырнуть ее обратно в трущобы.

— Эй. Ты же изменился, не так ли...

Я потер заржавевшее кольцо на левой руке.

С тех пор как встретил того владельца заправки, я определенно изменился.

Я не могу снова стать тем преступником, которым был когда-то.

Верно. Неужели так сложно превратить одного монстра в человека?

В лучшем случае, это все равно что воспитывать ребенка.

— Ладно, теперь давай сменим и трусики... А-А-АХ! Ч-что это такое! Щупальце???

— Мать твою...

Позвольте мне поправиться.

У меня нет уверенности, что я смогу превратить этого монстра в человека.

Потребовалось немало усилий, чтобы успокоить продавщицу, которая выбежала из примерочной с криком.

Мне удалось предотвратить ее вызов полиции, заявив, что это косплей-хвост, прикрепленный к анальной пробке.

Когда взгляд продавщицы стал особенно враждебным, я поспешно объяснил, что Касс моя секс-партнерша.

— О~ Простите. Я думала, она ваша дочь.

— Ха-ха. Мне часто это говорят.

Непосредственная угроза была устранена.

Проблемы начнутся, когда продавщицы из двух магазинов поговорят друг с другом.

Прежде чем разразился ад, мы быстро покинули торговый центр.

По пути домой мы также закупились продуктами, и к тому времени на улице уже полностью стемнело.

Мне пришлось пережить еще одно испытание, когда эта ебучая идиотка попыталась съесть фрукты, не заплатив, и была поймана роботом охраны.

Касс испортила три яблока.

Цены на фрукты в последнее время зашкаливают, черт возьми.

Мне пришлось сопротивляться желанию продать ее порностудии в качестве трудной девочки, которую «наказывают» за кражу в магазине.

— Угхх... Я умираю.

Как только мы вернулись, я рухнул на диван.

Мое тело не было особо уставшим, но психическая энергия была полностью истощена.

Только после того как я твердо проинструктировал Касс ничего не трогать и сидеть смирно, я наконец смог закрыть глаза.

Мне приснился сон.

Сон о моих старых товарищах.

Однажды мы все донесли сержанту Джеку начальнику тюрьмы за то, что он копил алюминиевые прутья.

Благодаря этому мы получили возможность наблюдать, как Джек получает по удару за каждый припрятанный прут.

В тот момент Джек поклялся убить нас всех.

Этот ублюдок. Половину из нас он таки прикончил.

И Энн...

Черт, мысли о ней до сих пор заводят меня.

Когда нас назначили в одну команду, мы задерживались в шлюзе перед выходом на работу, утверждая, что ее скафандр плохо сидит, и занимались сексом как сумасшедшие.

После того как нас поймали, когда кто-то открыл люк с вопросом, почему мы так долго, нам больше не разрешали работать вместе.

Но мы все равно находили способы.

Например...

Хм. Я внезапно проснулся от слишком сильного возбуждения.

Может быть, потому что я не дрочил весь день.

Мысль о том, что Касс могла устроить очередную аварию, заставила мои глаза резко открыться.

— Ах.

— Эй. Что ты делаешь?

Касс оседлала меня.

Неудивительно, что я чувствовал, как что-то давит на мой член.

Щеки Касс были раскрасневшимися, как у шаловливого ребенка, пойманного на месте преступления.

Ах. Теперь я понял ситуацию.

Особенно увидев кухонный нож, который Касс держала в правой руке.

Черт!

— Ты, ебучая сука.

— А-агх!

Как только нож был готов обрушиться вниз, я схватил ее за запястье и остановил его.

Затем я выкрутил её руку, заставив Касс вскрикнуть и свалиться с дивана.

Разница в силе была настолько подавляющей, что это едва ли можно было назвать борьбой.

Когда я пришёл в себя, я схватил нож и прижал Касс к земле, держа ее за запястье и прижимая к спине.

— Безумная тварь. Как ты думаешь, кто ради тебя проходил через ад? А? Ты пытаешься пырнуть своего благодетеля?

— Ахх... Больно...

— Ты была неправа или нет?

— Я не уверена...

— Ты, тупая сука. Я спросил, была ли ты неправа или нет.

— Хо-у-у-уик!

Я применил рычаг локтя, выгибая ее руку назад.

Испытав это бесчисленное количество раз от сержанта Джека, я преуспел с первой попытки.

Учитывая тонкие руки Касс, простое вытягивание, вероятно, было бы достаточно болезненно...

В любом случае, важно было причинить максимальную боль.

Когда слова не работают, избиение — единственный вариант.

— Больно! Бо-о-ольно!

— Так и должно быть, идиотка. Теперь ты думаешь, что поступила неправильно? А?

— А-а-а-агх! Я была неправа! Я была непра-а-ава!

— Рычи громче, сука.

— Ху-а-а-а-агх! Я была непра-а-а-ава!

Скрип...

Пока я применял это оправданное наказание, я услышал звук движущихся дверных петель.

Неужели я забыл закрыть дверь, потому что устал?

Что, если это грабитель?

— Джинсу?

— Ах.

Такие опасения были излишни.

Тот, кто открыл дверь, был мне знаком.

Юлия Статтерфельт.

Богатая дочка, с которой у меня сегодня должно было быть свидание дома.