Щёлк

Электронный звук эхом разнёсся по маленькой комнате.

Камера, снимающая дом под дождём, с жужжанием отдалила объектив.

Дом, который только что был в центре кадра, теперь превратился в крошечную точку вдалеке.

— С таким ливнем... интересно, нормально ли вышло.

Он на автомате помахал фотографией, которую выдала камера.

Вглядываясь в неё, он расплылся в улыбке.

Всё получилось идеально.

Сцена, как Юлию Статтерфельт вышвыривают из дома Ким Джин Су.

Похоже, у них был жаркий разговор, после которого Джин Су вытолкал Юлию на улицу и захлопнул дверь.

— Улики ссоры. Этого должно хватить.

Его клиенты просили три основные вещи:

Информация, компрометирующая характер Джин Су.

Информация, намекающая на неподобающие отношения между Джин Су и Касс.

И информация об изменениях в отношениях между Джин Су и Юлией.

Это фото подходило под третий пункт.

— Ухф-ф. Сколько же это может стоить?

Аккуратно укладывая фото в конверт, он не мог унять дрожь в руках.

Каждая из этих фотографий стоила десятки тысяч долларов.

Понятия не имею, что за тип этот Джин Су, но...

— Что ж он такого сделал-то...

Одно было ясно — с такими могущественными врагами Джин Су был как ребенок, которого могут раздавить в любой момент.

Надо было жить осторожнее, приятель.

Цокнув языком, он убрал камеру в кейс и встал.

И только он собрался открыть дверь на себя, с сумкой на плече...

Динь...

Из коридора донёсся тихий звук лифта.

Не желая ни с кем сталкиваться, он затаил дыхание и замер у двери.

Пока не услышит, что двери закрылись.

Или пока шаги не стихнут.

Тук-тук-тук...

«Что это?»

Ритмичный цокот каблуков приближался.

Почуяв неладное, он глянул в глазок в коридор.

— А?

К нему шла женщина.

Она была насквозь мокрая, будто попала под ливень.

Светлые волосы и это одежда показались знакомыми.

— Юлия Статтерфельт?..

Чё за хуйня?

Как человек, чьё фото он только что сделал за километры отсюда, мог уже быть здесь?

Наверное, просто похожая женщина.

Но только он так подумал...

Цок-цок-цок-цок-цок-цок-цок!

Топот ускорился, и женщина бросилась прямо к его двери.

Ему показалось, или её глаза сквозь глазок смотрели прямо на него?

— Твою мать!

БАбАХ!

Он в панике отшатнулся от двери, и в тот же миг она с грохотом разлетелась вдребезги.

Сквозь летящие щепки он увидел Юлию Статтерфельт, стоящую с выставленной ногой и острым взглядом.

— Блять!

Спокойно, без паники, он вытащил из сумки пистолет.

Прицелился в лицо.

Один выстрел — и дело сделано.

В своей меткости он был уверен.

Бах!

Вспышка из ствола.

Юлия стояла абсолютно неподвижно, пока пуля летела прямо ей в лоб.

Свинцовая пуля должна была пробить ей голову насквозь.

Должно было появиться маленькое входное отверстие под носом и огромное выходное в затылке, и она рухнула бы, забрызгав всё кровью.

— Ха... ха-ха...

— ...

Но Юлия осталась стоять прямо.

Её правая рука была выставлена перед лицом.

Пуля застряла в тыльной стороне ладони, оставив глубокую вмятину.

Два её глаза, сверкающие сквозь пальцы, источали такую убийственную решимость, что у него не осталось сомнений.

Он невольно рассмеялся.

— Значит, ты андроид...

Потеряв волю к борьбе, он выронил пистолет.

Какой смысл драться с машиной, у которой пуленепробиваемые материалы?

Разумное решение — минимизировать ущерб и сократить возможные расходы на компенсацию.

— Не знаю, кто ты такой.

Юлия опустила руку и заговорила холодным голосом.

В её взгляде не было ничего человеческого.

Только презрение, словно она смотрела на мусор.

Со звоном она вытащила из порванной юбки пару серебристых наручников.

— Задерживаю тебя за нападение при отягчающих, с поличным.

— Ха...

Издав недоверчивый смешок, он запустил руку в сумку и нажал кнопку автоматической отправки.

Отправлять фото клиентам онлайн было не его любимым методом, но сейчас выбора не было.

Возможно, он больше не сможет заниматься этой работой.

— Упс.

— ...Угрх.

С тихим хлопком его сумка вспыхнула.

Юлия глубоко вздохнула.

Она подумала, что, возможно, в процессе этого задержания может произойти какое-то «неизбежное» насилие.

***

Я уже не впервые испытывал это неприятное чувство.

Даже в полудреме, стоило его ощутить, я тут же просыпался.

В такие дни говноебы обязательно целились в мою сексуальную попку.

Это было не какое-то сверхъестественное шестое чувство, а скорее бессознательная сигнализация опасности, отточенная опытом.

Так что я был довольно напряжён, но...

БА-БАХ!

Когда я чуть приоткрыл глаза и увидел Касс, я наконец расслабился.

Блин, ну и напугала же ты меня.

Но погоди, я же только что видел, как она спит... чего это она вдруг встала и пришла сюда?

Она же не привыкла спать в моих объятиях?

Ещё вчера ночью нормально спала одна.

— М-м-м...

Я услышал шуршание одеяла.

Что-то возилось у меня за спиной, а потом я почувствовал, как к спине прижалось что-то тёплое.

— вдох... выдох...

Я чувствовал дыхание Касс прямо у себя на затылке.

Подумав, почему она сегодня такая странная...

Я пришёл к одному выводу.

— Ты чего пришла?

— О, ты не спишь, Джин Су.

Я повернулся и встретился с Касс глазами.

Она, кажется, удивилась, что я не сплю.

Я убрал волосы, закрывающие половину её лица, и заправил их за ухо.

Касс слегка вздрогнула от моего прикосновения.

Я чё похож на отца-садиста, который её всё время бьёт?

— Боишься?

— А? Тебя? Не-а, ни капельки, даже самую малость не боюсь.

— Да не меня. Звук снаружи.

— Какой звук...

БУХ!

Звук, будто земля разверзлась, донесся из-за окна.

И одновременно я почувствовал, как Касс дрожит под моей рукой на ее щеке.

Так я и думал.

— Вот это. Гром.

— Нет? Вовсе нет. Я ни капельки не боюсь. Меня, высшего хищника вселенной, ничто не может напугать...

— Ага, ага. Конечно.

— Уф-ф.

Я обхватил Касс рукой и притянул её голову ближе.

Короче, она боялась грома и нуждалась в том, чтобы кто-то её успокоил.

Это раздражало, но... я был не против.

Мне и самому было немного одиноко.

Чего это она сегодня такая милая?

Так, боюсь завтрашнего дня.

Вдруг сегодняшняя норма раздражения перенесётся, и завтра она будет бесить в два раза сильнее?

БУ-БУХ!

— И-ик?

Касс вздрогнула и зарылась поглубже в мои объятия.

Её дыхание у моей груди немного щекотало.

Мои бёдра ощущали тепло, когда Касс накрыла их своими ногами и крепко обвила меня щупальцем.

Всё равно немного неудобно.

Как уснёт, надо будет отсоединить её и спать спокойно.

— М-м-м...

Когда гром грянул снова, я закрыл её уши ладонями, чтобы она не вибрировала, как звонок.

Тогда руки Касс поднялись и крепко схватили мои.

Словно прося не убирать их.

Когда прогремел следующий гром, то ли метод сработал, то ли Касс уснула, но она больше не вздрагивала.

Вскоре её хватка ослабла, когда она окончательно заснула, и её тонкие руки соскользнули на кровать.

Я попробовал убрать руки с её ушей в качестве теста.

Даже во время следующего раската грома, и того, что за ним, Касс не реагировала и не просыпалась.

Теперь она спала по-настоящему крепко.

Щупальце, обвивавшее мои бёдра, тоже ослабло.

...А?

Когда я попытался отодвинуться, что-то меня удержало.

Посмотрев вниз, я увидел, что руки Касс крепко вцепились в мою рубашку.

Её лицо всё так же было уткнуто мне в грудь.

Казалось невозможным разжать её пальцы, не разбудив её.

Чёрт. Теперь всё помнётся.

Она хоть представляет, сколько это стоит?

— Потом сочтёмся, мелочь пузатая.

— М-м-м...

— Ты мне сейчас ответила.

— М-м-м...

Когда заработаешь, всё вернёшь.

С тебя двойная цена.

Это будет моя прибыль, тупая ты инопланетянка.

***

Сегодня снова выходной.

Ура. Как захватывающе.

Захватывающий выходной, когда я должен весь день присматривать за этой чёртовой девчонкой.

— Ага, спи.

Бодрое утро.

Веки совсем не тяжёлые.

Руки Касс, которые прошлой ночью так крепко вцепились в мою одежду, теперь расслабились.

Боясь разбудить её, я просто осторожно убрал волосы, закрывающие её лицо, и встал с кровати.

— Шесть утра...

В выходной проснуться в такую рань.

Обычно я бы залез обратно под одеяло, но сейчас хотелось не спать.

Утро было относительно не утомительным, и, что важнее, моё личное время всё равно через пару часов закончится.

Я уже собрался сварить растворимый кофе, как вдруг...

— Вот ублюдок.

Я открыл коробку, а оттуда вывалился журнал для взрослых.

Я чётко просил Боба привезти мне кофе Maxwell, но...

Вместо кофя он всучил мне стопку журналов.

И три коробки, между прочим...

Кипя от злости, я сразу набрал его номер.

Дзынь-дзынь-дзынь...

— Дрыхнет, уёбок.

Он не брал трубку, так что я сбросил.

Ну посуди сам: если тебя просят привезти три коробки журналов, разве не переспросишь на всякий случай, правильно ли расслышал?

Я же не собираюсь журналами торговать.

Господи.

Глядя на то, как работает Боб, будь он в Корее, точно разорил бы всю семью.

— С ума сойти.

Я кое-как заклеил коробку скотчем и запихнул её в кладовку, потом вернулся.

Может, лучше молока выпью.

Налил стакан молока, взял кусок хлеба и сел за стол.

Лёгкий завтрак.

После ночного дождя небо было ярко-голубым, а воздух казался чище.

Когда открыл окно, даже услышал, редкое щебетание птиц.

— Спокойной-то как.

Давно у меня не было такого спокойного утра.

Отщипывать кусочки хлеба и запивать молоком — что может быть вкуснее?

Казалось даже вкуснее, чем в том ресторане, куда я ходил с Юлией.

Стоп, а какой там вообще была еда на вкус?

Что-то не припомню.

— Вот бы так и осталось.

Я надеялся, что Касс никогда не проснётся.

Эта мысль прочно засела у меня в голове, как вдруг...

Из спальни донеслись шорохи.

А, проснулась.

Я в отчаянии зажмурился.

— Джин Су...

Касс позвала меня слабым голосом, словно только что очнулась ото сна.

Мне не хотелось открывать глаза.

— Джин Суууууу... что-то не так...

Но сегодня голос Касс был не просто слабым... он был...

Да. Похоже, ей было больно.

Когда я в замешательстве открыл глаза, то в шоке вскочил.

— Моё тело... странное...

— Эй?! Что случилось?!

Юбка Касс была насквозь пропитана ярко-алой кровью.

Господи. А можно вернуть желание обратно?

Я хотел, чтобы она никогда не просыпалась, а не чтобы она истекла кровью и сдохла!