Испуганный художник, опустив плечи, поспешно покинул гостиную. Чарльз, наблюдая, как тот уходит вместе с слугой, тяжело вздохнул.

Кажется, что все художники, которые общались с Демусом, уходили так же — подавленные и растерянные.

— Приведите следующего.

"Это был последний."

— Последний?

Демус поднял бровь. Художники обычно бормотали что-то вроде ответов предыдущих, прежде чем их отпускали. Эти беседы были настолько короткими, что Демус не мог понять, сколько их вообще прошло через его руки.

Неужели это все?

Демус щелкнул языком и взглянул на отброшенный список. Он стремился быстро освоить технику, но не мог тратить время на тех, кто не мог чётко объяснить свой метод. Надеяться найти кого-то настолько же проницательного и умелого, как Лив, не приходилось.

— Принеси мне другой список. На этот раз убедись, что они более компетентны.

"Э-э, хорошо, понял."

Чарльз открыл рот, кажется, хотел что-то возразить, но только пожал плечами.

Еще один день прошёл без заметного прогресса. Когда сумерки опустились на поместье Ланкесс, благоухающие розы приветствовали Демуса при возвращении.

Неужели ему это лишь показалось? Казалось, на земле лежало гораздо больше опавших лепестков, чем утром. Возникло чувство, будто скоро они совсем завянут и останутся одни голые ветви.

С напряженным лицом Демус отвернулся от сада.

Лив сегодня тоже не было.

***

С огромным трудом Демус наконец-то нанял учителя рисования. Тот сразу понял, что Демусу нужен не просто общий художественный навык, а умение создавать конкретный вид работ.

Студия была обустроена в одной из небольших вилл на частной территории поместья, месте, которое ранее почти не использовали. С идеально оборудованным пространством, материалами и наставником Демус приступил к занятиям.

Но даже в таких условиях успех не был гарантирован.

"Да, форма у вас довольно неплохая."

— Для существа, возможно.

"Ну… даже при создании мифических образов полезно брать за основу человеческие формы…"

— Это не мифическое существо, это настоящий человек.

"О…"

Учитель часто молчал, пытаясь найти в ситуации какой-то позитив.

К сожалению, Демус был не простаком. Он быстро понял: умение ценить искусство — это не то же самое, что художественный талант, и это было невероятно болезненно. Через несколько дней стало ясно, что, несмотря на все усилия, его работы и работы учителя сильно различаются.

Хотя он не хотел это признавать, они смотрели на одно и то же, но результаты оказывались кардинально разными.

В конце концов, Демус проронил раздраженное:

— Я просто не понимаю.

С тех пор как он был солдатом, Демус отлично обращался с оружием и преуспевал в учёбе. Он обладал крепкими руками и острым умом — почему же тогда ему не удавалось добиться успеха?

Нахмурившись, он уставился на холст. Если бы взгляд был ножом, полотно давно было бы разрезано на куски.

Учитель, наблюдавший за ним с видимой досадой, сглотнул и тяжело вздохнул.

Обращаясь с ним как с ребенком, который учится ходить, учитель выдавил улыбку и терпеливо снова объяснил основы.

К тому времени, как они вернулись к материалу первого дня, урок закончился.

Учитель рисования покинул виллу с выражением лица, которое граничило с облегчением – как у узника, вырвавшегося на свободу. Демус на мгновение задумался об увольнении художника, лишь потому, что его вид показался ему неприятным. Но пока он решил отложить это решение. Он тщательно перебрал множество кандидатов, чтобы найти именно этого, и если он уволит его сейчас, ему придется снова пройти через этот изнурительный процесс.

Его собственное настроение в последнее время и так было неважным; он не хотел добавлять себе еще больше неприятных хлопот.

Но больше всего его беспокоил вопрос: что не так с его руками?

Даже после ухода учителя Демус остался сидеть перед холстом. Он намеревался запечатлеть Лив по памяти, но, к сожалению, результат даже отдаленно не напоминал человека – это были лишь геометрические формы. И даже назвать их геометрическими было бы преувеличением. Скорее, это напоминало хаотичное сплетение линий.

Его память не была проблемой. Неужели его руки подводили его? Было абсурдно, что он не мог должным образом управлять ими.

Правильная техника – основа любого мастерства. Могло ли быть так, что учитель с самого начала обучал его неправильно?

Поглощенный глубокими размышлениями, Демус не заметил приближения кого-то сзади, пока не услышал шаги. Кто-то пришел к нему на виллу после того, как ушел учитель рисования.

— Ждите снаружи.

Не оборачиваясь, Демус отдал короткое распоряжение, осторожно манипулируя кистью. Он хотел провести прямую линию, но получилось нечто слегка кривоватое, диагональное.

...Возможно, дело было в инструментах.

— Придется заменить материалы.

Даже если можно было использовать любое оружие, всегда находилось то, которое подходило лучше всего. То же самое, должно быть, верно и для художественных принадлежностей.

Итак, он заменит кисть, а если это не поможет, то и холст, а если и это не сработает...

— Разве не будет то же самое, что бы ты ни менял?

Вдруг раздался голос, и рука мягко коснулась плеча Демуса, вытягивая кисть из его пальцев. Мокрый кончик каснулся холста и оставил ровную, чистую линию.

— Не особо понимаю в художественных принадлежностях, но все они кажутся довольно дорогими.

Демус поднял глаза на знакомый голос. Человек с легкой улыбкой глядел на холст, затем перевёл взгляд на него — глаза цвета яркой зелени, будто щедрая летняя листва, губы растянулись в мягкой улыбке.

— Никогда бы не поверила, пока не увидела бы собственными глазами.

— ...Лив.

— Кто бы мог подумать, что ты займёшься таким хобби.

Улыбка Лив расширилась, и она была настолько ослепительна, что Демусу показалось: неужели она настоящая, или это какая-то иллюзия? Ведь всего несколько мгновений назад он всё время думал именно о ней — неудивительно, если это просто галлюцинация.

Видя, что Демус стоит неподвижно и даже не моргает, улыбка Лив начала понемногу исчезать.

Наблюдая за его лицом, она тихо и спокойно произнесла:

— Розы в особняке Ланкесс ещё не завяли, так что сказать, что я опоздала, не выйдет.

— ...Половина из них уже опала.

— О, ты преувеличиваешь. Я только что видела их.

Значит, она была в поместье Ланкесс перед тем, как прийти сюда. Это было не совсем разумно, учитывая, что вскоре Демус вернётся туда; ей было бы намного удобнее остаться там и ждать.

Увидев лёгкое замешательство в его глазах, Лив неловко улыбнулась.

— Я думала подождать в поместье, но...

Сделав паузу, она отводила взгляд и выглядела немного смущённой.

— Дорога сюда заняла у меня больше времени, чем я ожидала.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что добиралась сюда дольше, чем рассчитывала.

— Будь конкретнее.

Ошеломлённый, но быстро взяв себя в руки, Демус внимательно посмотрел на Лив и настаивал на ответе.

— Лив.

Медленно колеблясь, она робко приоткрыла губы.

— Я хотела увидеть тебя раньше.

Сначала слова давались ей с трудом, но после первых она заговорила увереннее. Лицо её покраснело, а голос звучал чисто.

— Я скучала по тебе, Демус.

Этого было достаточно.

Демус обнял Лив за талию, притянув к себе.

Хотя студия всегда поддерживалась в чистоте, запах свежей краски всё равно витал в воздухе.

Возможно, именно поэтому бледная кожа Лив напоминала ему холст. Её покрасневшая от волнения кожа казалась впитавшей краску — словно мокрая краска, смешанная с тёплым дыханием и слюной.

Картина, которую он пытался создать, выглядела хаотично, но тело под ним было безупречно прекрасным.

Не могло быть ничего более идеального. Чем бы ни объяснялась её бледность или румянец от волнения, всё в ней казалось совершенным. Слегка вздохнув, Демус сжал её щиколотку.

Когда он медленно провёл большим пальцем по её лодыжке, бёдра Лив задрожали, а тело приготовилось, становясь влажным в ожидании того, что будет дальше. Просто наблюдая её возбуждение, Демус ощущал, как его собственное желание лишь усиливается.

___________________________________

до конца основной истории осталось всего 3 главы, немного грустно даже 🥹