— Хоть вы и заняты, пожалуйста, проводите как можно больше времени с принцессой Стеллой. Время, проведённое с семьёй, — самое ценное.

— …

На лице Игниса отразилась буря смешанных чувств. Карентина едва удержалась от улыбки, наблюдая за этой немой борьбой в его душе.

— Тогда я пойду.

Строго следуя этикету, Карентина вместе с Лией покинула уютную оранжерею. Едва они переступили порог и распахнули дверь, резкий порыв ледяного северного ветра обрушился на неё, словно живой поток реальности. Головокружение, мучившее её последние минуты, отступило.

[Юная леди Карентина…]

Лия подняла на неё взгляд своих больших круглых глаз, и Карентина почувствовала: добросердечная Лия искренне переживает за неё.

«Я в порядке».

Она нежно погладила Лию, которая, видимо, была удивлена нахлынувшим потоком чувств. Но едва Карентина вдохнула свежий воздух, ощутив мгновенное облегчение, как чья-то фигура резко возникла перед ней, перекрыв путь.

— Госпожа, вы уже вышли? Я забеспокоился, почувствовав, как вы вдруг испугались.

— Ай!

Сердце будто сорвалось с места и рухнуло куда-то в пятки от внезапного появления Сиона.

— Можешь хоть немного шуметь, когда подкрадываешься? Ты меня напугал.

Сион слегка наклонил голову, словно не понимая, в чём дело, а затем его взгляд скользнул к оранжерее. Уловив присутствие Игниса, он тихо вздохнул:

— Похоже, я не успел.

Карентина мягко покачала головой и легонько потянула его за рукав.

— Нет, ты как раз вовремя.

— Почему ты вышла в такой лёгкой одежде? На улице холодно.

Без лишних слов он принялся застёгивать её пальто, пока оно не закрыло горло полностью.

— Спасибо, Сион.

— Пустяки.

Увидев, как Сион смущённо прокашлялся и гордо выпятил грудь, Карентина не смогла сдержать улыбки — его действия показались ей трогательными.

— Ладно, пора возвращаться.

Словно нарочно демонстрируя это Игнису, он протянул руку и жестом пригласил её поскорее взяться за неё.

«Игнис всё равно внутри, он не увидит».

Похоже, Сионвсё ещё не мог забыть недавнюю напряжённость с Игнисом — обида всё ещё в нём явно чувствовалось. Чтобы смягчить его настроение, Карентина бережно взяла его за руку, и они медленно двинулись вперёд. Коридор, озаряемый мягким светом магических камней, окутал их тихим сиянием. И вдруг Зион произнёс с непривычно задумчивым выражением:

— Тот, кто выглядит точно как я.

«Игнис? С чего он вдруг?»

Его грубоватый тон, когда он завёл речь об Игнисе, заставил Карентину невольно распахнуть глаза от изумления.

— Признаться, я поражён, что он умеет накладывать магические печати.

Она кивнула:

— Да… я и сама не ожидала. Если бы знала, чем всё обернётся, ни за что не стала бы скрывать. Все мои попытки свести Игниса и Серию… оказались пустой тратой времени…

Её голос затих, звуча уныло. Но тут Лия, чутко уловив её настроение, приподняла свои милые розовые ушки и мягко произнесла:

[ Всё будет в порядке — он пока не знает, что это ты. Когда гнев его высочества уляжется, возможно, если вы спокойно с ним поговорите, он вас простит. Он не кажется таким уж плохим человеком.]

— Спасибо тебе, Лия, за твою заботу.

Глядя на то, как Лия ласково моргает своими карими глазами, Карентина почувствовала, как тревога в её душе немного утихла.

— Нам нужно будет за ним присматривать, но… этот парень… Среди всех трансцендентных, с кем я сталкивался, он — самый могущественный.

Карентина обернулась на едва видневшуюся вдали оранжерею и удивлённо переспросила:

— Правда?

— Да. Он либо равен по силе первому императору, либо превосходит его. Даже Элоиза не сравнится с ним. Именно поэтому ситуация столь опасна… Может ли быть, что он действительно потомок Баделстана?

«Как и положено, главный герой остаётся главным героем».

Мысли перенесли её к сцене из романа — к той самой встрече Игниса и Серии.

Игнис не испытывал чувств к Серии с самого начала.

Серия… она была исключением. Женщиной-помощницей в мире, где подобное считалось немыслимым. Талантливая, яркая, вышедшая из низших слоёв общества, она сумела пробиться в Имперскую академию — ту самую, которую посещал Игнис. И когда он выбрал её в качестве своей помощницы, это вызвало бурю негодования среди аристократов.

«Когда Дэмиан и рыцари вернутся, мы, вероятно, узнаем, что на самом деле чувствует Серия».

Что она думает об Игнисе?

Если у Серии есть чувства к Игнису, то Карентина совершила огромную ошибку. Осознание того, что она, возможно, нарушила ход судьбы любимых героев, давило на неё невыносимой тяжестью — словно тысячи фунтов легли на её плечи, лишая дыхания.

✧✧✧

На следующее утро в роскошной столовой царила почти гробовая тишина — лишь изредка нарушаемая сдержанным постукиванием ножей.

— Готово. Попробуй

— Унг…

Стелла откусила кусочек нежного мяса, которое протянул ей Игнис.

Стол ломился от лакомств, которые она обожала: аппетитные круглые фрикадельки, источающие аромат расплавленного сыра гратен, и соблазнительно румяные куриные ножки, покрытые блестящей глазурью сладко-пряного соуса. Хотя блюда, приготовленные шеф-поваром Вельдой в замке герцога, всегда были превосходны, сегодня Стелла находила их немного безвкусными.

—У меня срочная работа, так что, пожалуй, я поем в кабинете. Пожалуйста, наслаждайтесь трапезой с его высочеством.

Вспоминая Карентину, которая с улыбкой просматривала документы, девочка уныло опустила плечи.

«…Было бы здорово поесть вместе».

Пока Игнис ещё не вернулся, Карентина каждый день — несмотря на горы дел и неотложные заботы — обязательно находила время, чтобы разделить трапезу со Стеллой. Для девочки эти мгновения становились настоящим праздником: она буквально светилась от радости, едва завидев Карентину за столом.

Стелла держала на руках Лию и взглянула на брата. Их взгляды встретились — и в глазах Игниса тут же расцвела тёплая, почти ласковая улыбка, словно солнечный луч, пробившийся сквозь тучи.

— Его Высочество наследный принц принёс извинения.

Стелла погрузилась в раздумья, вспоминая слова Карентины.

Что-то было не так.

«Нет, брат точно не извинился как следует».

Было очевидно: между Игнисом и Карентиной в саду что-то произошло.

«А почему Джемма вдруг разрыдалась?... Карентина совсем не похожа на тех дам, которые плохо ко мне относились… Может, брат неправильно понял Карен?»

Стелла не сомневалась, что самый любящий её человек в мире — Игнис, хотя прекрасно знала: его доброта распространяется лишь на младшую сестру.

Тяжёлый вздох вырвался из её груди. Ей страшно было думать, что её брат — тот самый, кто всегда держится холодно и отчуждённо с остальными, — мог так же обойтись и с Карентиной. Если бы это было не так, Карентина не придумывала бы оправдания вроде «нужно закончить просроченную работу» или «я нехорошо себя чувствую», чтобы несколько раз отложить совместные обеды.

От этой мысли аппетит словно испарился.

— Я больше не хочу есть.

Стелла отложила вилку, а брови Игниса сошлись к переносице.

— Ты должна поесть. Ты слишком мало ешь.

— Я наелась — брат положил мне столько всего на тарелку.

Пальцы сами собой начали теребить край скатерти. Игнис замер на миг, словно взвешивая её слова, а потом его лицо озарилось мягкой улыбкой:

— Хорошо. Может, позже сходим в стеклянную оранжерею?

Обычно Стелла бы запрыгала от радости, но сейчас почему-то не почувствовала воодушевления и покачала головой.

— Ты занят, брат. Я в порядке. Пойду к себе.

Она вскочила, почти выбежала из столовой. Джозеф, склонив голову перед Игнисом, последовал за девочкой. Игнис, глядя на плюшевую зайчиху, которую Стелла крепко сжимала в руках, понимающе улыбнулся.

✧✧✧

Полдень в северных землях, в конце зимы, оказался теплее, чем ожидалось, — солнце щедро дарило своё тепло. Стелла, бросив взгляд назад, увидела Джозефа, шагавшего за ней по пятам, и тихо вздохнула. Он неотступно охранял её — по приказу Игниса.

«Я даже не могу поиграть с Карен. Никакого веселья».

Лия в её руках подняла головку, словно почувствовав печаль, и Стелла, не сдержавшись, уткнулась лицом в мягкую ткань куклы.

Может, всё потому, что это кукла Карентины? Она была такой мягкой, с едва уловимым ароматом, и от этого на душе становилось чуть легче.

Вернуться в комнату сейчас означало одно — уроки с Джеммой. Скучные, утомительные, с бесконечными правилами и поправками. Поэтому Стелла решила ещё немного побродить по замку.

«Как же сделать так, чтобы брат и Карен подружились?»

Хоть Стелла и считала себя умнее сверстников, в вопросах человеческих отношений она терялась и быстро впадала в уныние.

— Джозеф.

— Да, Ваше Высочество.

Стелла моргнула, глядя на него своими огромными глазами:

— А у тебя… много друзей?

— Друзей?

Несмотря на внушительные, медвежьи габариты, Джозеф неловко почесал затылок, улыбнувшись по-детски простодушно.

— Ну… Я человек резкий, не самый приятный в общении, так что друзей у меня немного.

Слегка смутившись, Джозеф улыбнулся с виноватым видом.

«Значит, у Джозефа тоже мало друзей».

Стелла посмотрела на него с такой искренней жалостью в глазах, что Джозеф смутился и поспешил перевести разговор:

— Зато у меня есть семья, которую я люблю.

— Семья? 

Стелла широко распахнула глаза.

— Друзья — это прекрасно, но семья — это те драгоценные люди, которые будут рядом до конца жизни. Для меня Джемма важнее собственной жизни.

— А если семья… страшная?

Стелла понурила голову. Перед глазами встала холодная, властная фигура имперского консорта Кристины.

Джозеф, осознав свою оплошность, торопливо добавил:

— Но всё изменится! Как только Его Высочество завершит миссию и вернётся… Никто больше не посмеет его игнорировать — ни консорт, ни знать. Потом он найдёт достойную кронпринцессу и укрепит императорскую власть, тогда у Вашего Высочества появится новая семья. Так что, пожалуйста, не переживайте слишком.

— Кронпринцесса? 

Стелла нахмурилась. Что-то в его словах казалось ей неправильным.

Все эти дамы, что крутились вокруг Игниса, смотрели на него лишь как на трофей. Их интересовали его титул, его красота, его положение. Они пытались использовать её, Стеллу, в своих играх. И не важно, кто их подослал — сама консорт или кто-то ещё. Все они имели скрытые мотивы. 

Девочка вздохнула, крепче прижимая к себе Лию. Плечи её поникли.

«Я просто хочу, чтобы рядом был кто-то вроде Карен. Такая же прекрасная, такая же добрая, такая же умная…».

Её глаза вдруг расширились — в голове сама собой возникла мысль:

«Семья — это те драгоценные люди, которые будут рядом до конца жизни… Кронпринцесса…»

В памяти всплыли слова Джеммы, сказанные Карентине:

— Ей нужно отправиться в столицу и устроить великолепный бал дебютантки. А ещё — выбрать превосходного жениха.

Жених. Кронпринцесса.

«…Погодите-ка. Разве это не значит, что они могут пожениться?!»