В тишине кабинета виконт Вайнс осторожно поставил свою чашку на стол, не издав ни звука. 

От этого плечи Марин, которая всё это время рассеянно смотрела на свой чай, слегка вздрогнули. 

Вопреки герцогу Вайнсу, девушка подняла свою чашку с неловкой улыбкой на губах. 

Едва уловимый аромат чайных листьев коснулся кончика носа.

Это было её первое чаепитие с хозяином её начальника, герцогом Вайнсом, поэтому она чувствовала себя напряжённо и неловко. Даже сейчас девушка не имела представления, зачем он назначил эту встречу.

— Как живётся в герцогстве?

— Благодаря заботе Вашей Светлости моя жизнь здесь очень спокойна и комфортна. Я вам очень признательна, — искренне призналась Марин. 

— Тебе нравится жить здесь? — поинтересовался герцог, словно желая подтверждения.

— Да, очень нравится, — энергично закивала Марин, хотя герцог и не мог видеть её.

Тёплая постель, обилие еды и щедрое жалованье. 

Особняк герцога — лучшее место на свете!

— Тогда давай обручимся. 

— Ч-что? Простите, я не ослышалась? — от сильного удивления её голос сорвался. 

— У тебя проблемы со слухом? — сухо спросил герцог Вайнс, глаза которого были скрыты за чёрным шёлком.

—Нет, это не так... Но… — Марин запнулась, её глаза расширились в недоумении. 

Я правильно расслышала?

— Давай обручимся. 

— Д-да, вы сказали... Ик?

Марин поспешно прикрыла рот рукой и посмотрела на герцога Вайнса. 

Герцог сохранял бесстрастное выражение лица, не знаю, притворялся ли он, что не слышит, или действительно не слышал. 

Какое отношение помолвка имеет к тому, что мне нравится жить в особняке? 

Неужели он пытается надавить на меня?

Марин быстро покачала головой, отгоняя ненужные мысли.

Опасно. 

Инстинкты предупреждали её. 

Осторожно отодвинув стул, она поднялась, чтобы как можно скорее покинуть это место.

— Ваша Светлость, кажется, у меня и правда могут быть проблемы со слухом. Возможно, мне следует посетить лекаря, так что позвольте откланяться…

— Сядь. 

— Да. 

По приказу герцога она послушно села на место, словно собака по команде хозяина. 

Герцог Вайнс, потерявший зрение в результате нападения демона, был очень чувствителен к звукам. 

Даже малейший шум мог вызвать у него острую реакцию, поэтому Марин старалась издавать как можно меньше звука в его присутствии. Даже при разговоре ей приходилось сильно понижать голос.

Говорят, что до потери зрения он был другим человеком, но она не может знать наверняка, потому что не встречалась с герцогом Вайнсом в то время.

— Может, вернёмся к сути?

— Да, — смело ответила Марин, словно готовый к битве новобранец.

— Твои ответы очень кратки. Ты понимаешь, что я имею в виду?

Герцог неторопливо провёл своими длинными пальцами по уголкам рта.

— Да. 

Разумеется, будучи сообразительной девушкой, она сразу поняла, что он имел в виду.

 — Лучше коротко. И как можно более естественно.

Прикрывающая рот рука герцога, казалось, скрывала улыбку, но Марин была слишком взволнована, чтобы что-либо заметить.

— Да. 

Что ж, будь что будет. 

Марин старалась отвечать как можно более спокойно, перебирая пальцами. 

В комнате вновь воцарилась тишина.

Марин не могла даже предположить намерений герцога Вайнса, поэтому с охотно приняла его молчание.

— Что тебе нужно? — он неожиданно нарушил тишину. 

— Что вы имеете в виду?.. 

 — Леди Марин Швенц.

В этот момент лицо девушки побледнело, а дыхание перехватило в горле. Даже её дрожащие пальцы замерли. 

— Разве ты не преследовала какую-то цель, когда шла работать в особняк герцога, скрывая своё дворянское происхождение?

— Ч-что… Как вы?.. Ик, — её голос на мгновение дрогнул. 

Марин, не в силах остановить икоту, прикрыла рот рукой. Она почувствовала, как её сердце ушло в пятки. 

Герцог Вайнс небрежно откинулся на спинку кресла и разомкнул свои алые губы:

— Неужели ты настолько наивна, раз полагаешь, будто можешь так легко одурачить семью Вайнс?

Марин резко покачала головой, глаза девушки трепетали.  

Её ложь была разоблачена.

Герцог Вайнс принадлежал к самому влиятельному дворянскому роду в Империи. 

А она посмела обмануть его. 

В её голове уже вырисовывались картины ужасного будущего: тюрьма, пытки и смертная казнь.

Как мне пережить это? 

Дрожа, как котёнок, попавший под дождь, Марин взглянула на виконта Вайнса, безуспешно пытаясь прочитать его мысли по его непроницаемому лицу.

— Извините. Я была неправа. Мне нужны были деньги… 

Прежде всего, она должна была принести извинения за свою ложь. 

Сегодня обычно невозмутимое выражение лица герцога казалось ещё более холодным.

— Ты проникла в дом герцога только ради денег?

Он слегка наклонил голову в сторону Марин, словно пытаясь прочитать её реакцию. 

— Это было не вторжение, а работа. — робко, но решительно отрицала Марин дрожащими губами.

Даже если его губы кривились, она должна была говорить правду. 

Её жизнь и смерть зависели от одного слова герцога Вайнса. Поэтому ей нельзя было ничего утаивать. 

— Ты оставалась рядом со мной из-за денег?

— ...Я не была с вами. Я помогала вам, – Марин снова поправила его голосом полным обиды.

— Причина, по которой ты шепталась рядом со мной, тоже заключалась в деньгах?

— Я говорю тихо, потому что вы не любите громких звуков.

Это было действительно нелепым оправданием, что её голос едва слышно повысился. 

Уголки рта герцога Вайнса на мгновение слегка приподнялись. 

Однако Марин была слишком занята, пытаясь исправить возникшее недоразумение, чтобы заметить это.

— Значит, всё это было ради денег?

— Да. 

— Тогда сколько тебе нужно? 

— Что вы имеете в виду?

Марин уставилась на виконта Вайнса своими изумрудными глазами, полными слёз и разочарования из-за этого продолжающегося недопонимания.

— Я уже говорил ранее, давай обручимся. Сколько будет стоить разрешение на помолвку? 

— Что-о-о? — её голос непроизвольно повысился. Даже слёзы, что были в глазах, исчезли.

— Короче. 

Увидев, как герцог резко нахмурился, Марин быстро понизила голос.

— Простите, но, боюсь, я не совсем понимаю, что ваше превосходительство имеет в виду. 

Марин посмотрела на него в недоумении. В голове у неё царил хаос, её мысли метались туда-сюда между пониманием и непонимание происходящего.

Ей казалось, герцог зол из-за того, что она скрыла свой статус и устроилась на работу в его дом, а он вдруг снова заговорил о помолвке?

— Разве ты не говорила, что тебе по душе этот особняк? Прими мои поздравления. Теперь можешь и дальше жить в месте, которое тебе нравится. 

— На самом деле я уже не уверена, что это такая уж хорошая идея… — Марин замолчала, бросив взгляд на непроницаемое лицо герцога Вайнса.

— Неужели? Хм, если обмануть герцога, то куда... 

Едва уловив его медленное бормотание, Марин впервые прервала его.

— Но! Лучшее место – особняк герцога, ваша светлость! Разве я не говорила вам раньше? Что желаю упокоиться в этих благородных герцогских землях?

Несмотря на то что он не мог её видеть, Марин сверкнула своей самой лучезарной улыбкой. 

Нельзя плевать в улыбающееся лицо. 

— Нет, я этого не слышал.

На этот раз уголки губ виконта Вайнса явно приподнялись. 

Его улыбка, которую Марин редко доводилось видеть, показалась ей ещё более жуткой.

Девушка поспешно облизнула губы и покачала головой:

— Ох, думала, что уже говорила это. Я буду служить Вашей Светлости всем сердцем, пока не похороню здесь свои кости…

— Не надо костей, мне нужна невеста, — твёрдо заявил герцог Вайнс. 

— Простите, а у меня случайно есть право отказаться? — с осторожностью поинтересовалась девушка, чьи глаза дрожали.

Надеюсь, что да. Пожалуйста.