Глава 225 (227)

Герцог Запада едва заметно покачал головой с бесстрастным лицом.

— Просто я в долгу перед ней.

На его ответ императрица посмотрела на герцога Запада глубоким, испытующим взглядом.

Не имело значения, правда это или ложь.

Уже завтра наследный принц законно пройдёт церемонию восшествия на престол.

Покойный император уже предан земле, следовательно, и поднимающиеся сомнения следовало погасить.

Ей надлежало ничего не знать и не сметь ничего знать.

Такова жизнь во дворце.

— Обещаю. Ступай.

— Благодарю.

Герцог Запада коротко поклонился и удалился.

А другой человек тоже пришёл к ней буквально перед этим и обратился с просьбой.

— Матушка.

— Ваше величество.

— Поступили результаты вскрытия его величества покойного императора.

— …

Императрица с напряжённым лицом посмотрела на сына, ставшего императором.

— Никаких отклонений. Это действительно был сердечный приступ.

Смотря на его спокойное лицо, она, наконец, выдохнула задержанное дыхание.

— Матушка, отпустите седьмую супругу.

И герцог Запада, и теперь даже Алекпет говорят об этом…

— Да будет так…

Очнувшись от раздумий, императрица спокойно взглянула на Эйру.

— Раз позволение его величества уже получено, уходи немедля. Сэр Димон, сможешь ли ты вывести Эйру из дворца?

Взгляд императрицы коснулся Димона, чьё присутствие было почти невесомо, как воздух.

Молчаливый рыцарь первым нашёл Эйру и до конца оставался рядом, не давая ей умереть.

Вероятно, он больше всех не желал её смерти.

— Слушаюсь.

Димон с бесстрастным лицом склонил голову.

Вскоре императрица так же тихо ушла, как и пришла.

Эйра ещё долго сидела в оцепенении.

Она шла умирать, а все твердят ей — живи.

Она свершила месть и не знала, что делать дальше. Почему же все запрещают ей умирать?

Эйра не могла ни вернуться в родные края, где родилась и выросла, ни на Запад, где жила, мечтая о возмездии.

Опустив взгляд, она увидела на месте, где сидела императрица, незнакомый мешочек.

— Даже дорожные расходы подготовили… какая забота.

Эйра подняла на Димона глаза, в которых плескалась печаль.

— Дядя, её величество императрица ведь похожа на мою сестру, да? Каждый раз, когда я видела слабую здоровьем императрицу, я вспоминала сестру. У неё тоже было очень слабое тело.

— …

Димон молча вгляделся в её лицо.

Знает ли она, что из всех людей больше всего на её сестру похожа именно она сама?

— Пойдём.

— Да. Видимо, так и надо. Её величество дала шанс… Но уйду я одна.

Эйра поднялась и спокойно взглянула на него.

— И у меня больше нет причин оставаться здесь.

Димон медленно впитывал взглядом черты её лица.

Он мечтал о мести императору, ввергшему в смерть его невесту и разорившему её род.

Он трудился до изнеможения и стал дворцовым рыцарем.

И когда высматривал любую возможность, дитя, которое казалось вечным ребёнком, явилось уже женщиной.

Она выросла до возраста, в котором умерла её сестра, и осталась при императоре.

Сначала он был ошарашен.

— Дядя, даже не смей мечтать о мести. Это сделаю я. Это была моя семья. Попробуешь влезть без очереди — я тут же покончу с собой.

Она сказала, что убьёт не его, а себя, поэтому он ничего не мог сделать, кроме как наблюдать.

Это был ад и мучение. Ведь лучше всех он понимал, с какими чувствами она находится рядом с императором.

И, наконец, её месть увенчалась успехом.

Державшаяся лишь на жажде возмездия, добившись его, она утратила волю к жизни.

Найдётся ли кто, кто понимал бы её состояние лучше него?

В пустых глазах не было ни привязанности к жизни, ни сожаления о ней.

Для него всё было точно так же.

Но, как когда-то вытащил ребёнка из огня, он решил вновь вернуть её к жизни.

Пусть месть он не совершил своими руками, зато эту девочку… нет, эту женщину он обязательно спасёт.

Раз сумел спасти её однажды, неужели не спасёт и во второй раз?

Так в его сердце запечатлелась новая цель — не месть, а жизнь.

Если она захочет снова жить, он готов был сделать что угодно.

— Нельзя упустить последнюю милость её величества. Пойдём.

Димон крепко сжал её руку. Словно веля ей жить, хотя бы держась за его руку.

Эйра дрожащим взглядом посмотрела на эту руку и прижала к груди мешочек.

— Хорошо. Пойдёмте. Но взамен мы покинем империю.

— Да. Уедем туда, где нас никто не знает.

— Туда, где нас никто не знает.

Они исчезли из дворца, и никто этого не заметил.

А на следующий день было объявлено о кончине 7 супруги.

* * *

Гостиная резиденции герцога Запада.

Марин с удовлетворённой улыбкой переводила взгляд с Фрианы на сидевшего рядом с ней Смита.

Разве они не пара, у которой было столько же трудностей, сколько и у них самих?

— Как же приятно видеть вас вместе.

— Слишком много дел навалилось, не смог явиться раньше. Леди Шувенц, огромная благодарность за то, что спасли Фриану.

Смит с благодарным видом склонил голову, и Марин ответила тем же.

Император скончался, а наследный принц тотчас унаследовал трон.

Столько всего случилось так быстро, что было вполне понятно, почему герцог Юга не смог навестить их раньше.

— В сущности, я ничего не сделала.

— Марин, как это — ничего? Если бы не вы, со мной случилась бы беда.

Фриана с видом «что за глупости» возразила.

— Даже без меня его светлость герцог Юга вас бы спас. Верно, ваша светлость?

— Разумеется.

Смит, украдкой заглядывая на невесту, поспешно согласился, а Фриана фыркнула и резко отвернулась.

Марин склонила голову набок, и Джеральд, вальяжно сидевший рядом с ней, заметил:

— Поссорились.

Смит бессильно опустил плечи, не в силах отрицать.

Фриана замахала веером, охлаждая вспыхнувшее лицо.

— Вы и впрямь поссорились? — Марин удивлённо уставилась на них.

— Мы не то чтобы поссорились, скорее я сейчас прошу прощения, — Смит, всё так же косясь на невесту, излил душу.

— Впрочем, после такой долгой лжи сложно простить сразу. Я, наверное, сама склонна прощать слишком скоро. — Марин встретилась с Фрианой взглядом, показывая, что понимает её.

— У вас тоже было за что прощать его светлость герцога Запада? — удивилась Фриана.

— Ещё бы. Помните, Джеральд какое-то время не видел? А потом зрение полностью вернулось, но он от меня это скрывал!

— Кхм, — негромко откашлялся Джеральд.

Он не хотел ни на миг расставаться с Марин и держался при ней, но в итоге попал под горячую руку.

— Ох уж эти мужчины… — Фриана неодобрительно оглядела обоих.

— Фриана, пойдёмте смотреть свадебное платье Дайи?

— Давайте.

Две дамы, взявшись под руки, дружно ушли, а Джеральд и Смит молча принялись за чай.

— По крайней мере, герцог Запада прощён.

— Раз вы пришли вместе, вам, вероятно, тоже недолго ждать.

— Только бы так. Нужно поскорее получить прощение, чтобы можно было сыграть свадьбу, — Смит, ставя чашку, посетовал, и тут глаза Джеральда, кое-что осознавшего, вдруг широко распахнулись.

* * *

Рабочий кабинет императора.

— Его светлость герцог Запада, — слуга распахнул дверь кабинета.

— Вайнс приветствует его величество императора.

— Прошу, герцог.

Алекпет, отложив бумаги, приветливо поднялся, но герцог Запада с порога объявил войну:

— Я сделаю это первым.

Увидев его суровое лицо, Алекпет удивился.

— Что именно?

— Женитьба.

— А, вот оно что.

Алекпет едва сдержал смех.

Теперь он понял, отчего тот так торжественно настроен.

Ведь из-за внезапного настояния покойного императора на его собственной свадьбе с Дайей свадьбу герцога Запада пришлось отложить.

В настоящее время из-за государственных похорон покойного императора его собственная свадьба также была отложена.

— Дайте, — герцог Запада протянул руку, требуя с достоинством.

— Что?

— Ваше собственноручное дозвление, позволяющее нам вступить в брак. На этот раз я увезу её с собой.