Глава 8

Ниже плеч Марию бесшумно и легко, словно падающие лепестки, разлетелись красные нити.

— Нерил?

Нет. То, что она приняла за нити, оказалось её собственными отрезанными волосами. Блестящие красные локоны, за которыми Марию ухаживала и берегла как собственную жизнь, теперь неопрятно валялись на полу.

— А-а-а! Что ты наделала?!

— В следующий раз будет твоя голова, — тихо предупредила Нерил с мечом в руках.

— Ты с ума сошла? Ты вообще в своём уме?!

Лезвие, лежавшее горизонтально, вдруг резко поднялось. Холод металла коснулся горла, и кожа слегка порезалась, причиняя жгучую боль. Нерил наклонилась и прошептала прямо в ухо Марию, так, чтобы слышала только она:

— Если ещё раз посмеешь прикоснуться к Её Высочеству, я переломаю тебе все пальцы.

— Ты, ты-ы…

Марию закусила губу. Она и представить не могла, что Нерил, обычно глупая и бесчувственная, может казаться настолько угрожающей. Эти бесстрастные глаза, глаза человека, привыкшего убивать, вызывали жуткую дрожь. Марию вздрогнула и попятилась.

* * *

— Нерил, может, тебе ещё отдохнуть?

— Всё в порядке. Это пустяки.

Нерил держала меч в левой руке, поскольку правая была перевязана, однако её движения не выглядели неуклюжими. Медея внимательно осмотрела её с ног до головы.

«Она сильна».

За время своих походов Медея видела немало сильных воинов. Хоть сама она и не могла стать такой, но, по крайней мере, научилась распознавать силу. В движениях Нерил не было ни единого изъяна, даже сейчас, когда одна рука была практически бесполезной.

«Если она такова сейчас, то какова же она, когда обе руки здоровы?»

Казалось, Нерил могла бы сражаться на равных с 7-звёздными рыцарями Казена.

«Теперь понятно, почему Пелей прислал её ко мне».

Прошептав что-то на ухо Марию, Нерил вернулась к Медее, шагая уверенно и без малейших колебаний.

— Что ты ей сказала, что она так побледнела?

— Просто… сказала ей стараться усерднее.

— Да?

Что бы там ни было, Марию была для Медеи лишь досадной помехой. Она не собиралась держать рядом человека, который воткнул ей нож в спину.

— С сегодняшнего дня ты будешь моей личной служанкой. А ты займёшься моими платьями.

— В-вы серьёзно?

Голоса служанок зазвенели от восторга. Прислуживать принцессе означало много приятных выгод. «Не знаю, почему, но Марию отстранили, и теперь у нас появился шанс занять её место и получить свою долю!» — служанки не могли скрыть радости от внезапных перемен. Они, низко кланяясь, почти до земли, поспешили за Медеей, наперебой льстя ей и одновременно осуждая Марию за её неблагодарность.

— Кстати, Ваше Высочество, сегодня во дворце творится что-то странное, — одна из служанок осторожно начала разговор с обеспокоенным видом. — Я ходила получать припасы, и представляете, рядом лежала целая гора сухих дров, а нам дали совсем другие — влажные, покрытые плесенью!

— Именно так, Ваше Высочество. И нам даже сказали самим их нести.

— Кроме того, обычным горничным запретили приходить в наш дворец.

Если горничные, обычно отвечающие за уборку, не придут, вся грязная работа ляжет на плечи самих служанок.

— Похоже, после вчерашнего выговора старшая горничная решила отомстить, — Медея кивнула, словно поняла ситуацию.

— Боже мой, так значит… это правда? Вы действительно наказали мадам Квиджин розгами?..

За одну ночь вчерашний инцидент разошёлся по всему дворцу, но служанки, служившие во дворце принцессы, не могли в это поверить. Однако, пока они сомневались, сама принцесса подтвердила случившееся. Служанки по очереди поглядывали на Нерил, стоявшую рядом с Медеей. Вспомнили, как вчера принцесса сама поддерживала раненую Нерил и вела её во дворец.

— Значит, и правда, из-за Нерил…

Она нажила себе врага в лице старшей горничной! Служанки поразились и одновременно подумали, что принцесса ужасно глупа. Осознаёт ли она вообще, что настроила против себя кого-то столь влиятельного из-за простой служанки?

Их размышления прервали следующие слова принцессы:

— Это мой дворец и мои люди. И будь на месте Нерил любая из вас, я поступила бы точно так же. Без моего разрешения никто не смеет трогать моих людей.

От решительного тона Медеи служанки растерялись.

— Ваше Высочество… А как вы собираетесь поступить дальше? Нам просто любопытно…

Наблюдая за хитрыми глазами служанок, Медея спокойно подумала: «Не вам любопытно, а вашим хозяевам». Очевидно, их отправили сюда, чтобы разведать обстановку. Служанки с нетерпением ждали её ответа.

— Сейчас я не могу уступить старшей горничной, — произнесла Медея и открыла ящик, доставая оттуда горсть украшений. — Старшая горничная затаила на меня злобу, так что вам в ближайшее время придётся тяжело. Простите меня.

Она дала пару сверкающих рубиновых серёжек той, что отвечала за её наряды, а золотой браслет — служанке, ухаживающей за платьями. Остальным также раздала по одному крупному украшению из ящика. Служанки округлили глаза от удивления. Принцесса отдала им свои драгоценности, чтобы утешить их.

Как же она далека от реальной жизни! Или же… она настолько дорожит нами? Тяжесть драгоценностей в руках и ласковые слова заставили их поколебаться.

— Если мы сейчас не выстоим, старшая горничная решит, что может распоряжаться вашими жизнями по своему желанию, — продолжила принцесса.

Служанки не заметили, насколько холодным стал взгляд Медеи.

— Пусть я и слабая госпожа, но видеть, как вас унижают, я не желаю.

Её белая рука легла поверх рук служанок, сжимавших драгоценности. Она была прохладной, маленькой и мягкой.

— Я постараюсь выбрать подходящее время и попрошу дядю уладить это дело. Ради меня, никчёмной госпожи, потерпите до тех пор.

Спокойный голос и опущенные ресницы выдавали её отчаяние.

— Что вы, Ваше Высочество! Мы знаем, что вы стараетесь защитить нас, как мы можем винить вас?

— Как бы старшая горничная ни пыталась нас мучить, мы будем верно служить вам. Положитесь на нас!

Служанки, едва не плача, одна за другой заверили её в преданности. Весомые украшения, зажатые в ладонях, только укрепили их верность.

* * *

— Они все до единой — двуличные люди, словно летучие мыши. Вы дали им слишком щедрую награду, — недовольно высказалась Нерил после того, как служанки, ставшие теперь гораздо почтительнее, удалились.

Здесь полно шпионов, следящих за каждым шагом принцессы. Никто из них не заслуживал её искренности.

— Они постоянно выносят наружу информацию о вас, а вы ещё и награждаете их.

— Верно. Единственный человек среди моих служанок, кому я могу доверять, — это ты, Нерил. — Несмотря на то, что ящик с драгоценностями полностью опустел, Медея была совершенно спокойна. — Поэтому от них нужно избавиться.

— Что?

Нерил удивлённо посмотрела на принцессу, а та лишь слегка улыбнулась уголками губ. Большинство украшений, которые Медея раздала служанкам, были подарками от герцога и герцогини Клаудио. Подаренные дядей и тётей драгоценности выглядели дорого и имели крупные камни, вызывавшие восхищение на первый взгляд. Со стороны казалось, будто герцогская чета очень любит свою племянницу.

Однако при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что работа была грубой, а чрезмерно крупные камни выдавали дурной вкус и желание похвастаться богатством. Любой, кто разбирался в украшениях, счёл бы их безвкусными и вульгарными, заставляющими усомниться в утончённости владелицы.

«Я появлялась в этих украшениях на официальных приёмах, словно хвастливая выскочка…»

Именно поэтому дворяне и иностранные послы относились к Медее с пренебрежением.

— Как только они выйдут из дворца, то сразу же попытаются продать эти украшения.

— А, именно этого я и хочу.

Украшения, которые Медея раздала служанкам, были своего рода громкоговорителями, обращёнными к внешнему миру. Люди наверняка помнили, как герцогская чета с помпой дарила их принцессе. Когда эти драгоценности появятся на рынке, все начнут задаваться вопросом, почему принцесса целой страны была вынуждена отдавать собственные ценности, чтобы успокоить своих служанок. Как долго дядя сможет молчать?

— Это небольшая цена за помощь со стороны, — бесстрастно произнесла Медея, похлопав Нерил по плечу.

* * *

— Вы ещё пожалеете об этом.

Старшая горничная не бросала слов на ветер. Она подсыпала песок в еду, пропитывала постельные принадлежности ароматами, привлекающими насекомых, и делала всё возможное, чтобы превратить жизнь юной благородной девушки в кошмар.

Все визиты во дворец принцессы также блокировались старшей горничной. И без того редкие гости перестали приходить совсем, и вскоре дворец принцессы стал похож на заброшенный дом. Старшая горничная решила полностью изолировать Медею в огромном дворце.

«Я уже предупредила Катрин, чтобы она пока не искала встречи с принцессой».

Пусть хорошенько подумает о последствиях своей дерзости.

«Медея, ты потревожила спящего льва».

Старшая горничная была довольна, считая, что её месть удалась. Однако она даже представить себе не могла, что…

— Боже, сколько можно? Эй, выбрось это немедленно, оно пришло извне.

— Какая старомодная вещь! Булавки для платья, да в каком веке она живёт?

…большая часть её злонамеренных даров до Медеи так и не дошла.