Глава 2-15 (168)

Лицо Дианджеля исказилось от гнева.

Он резким движением откинул ковер. От взмаха тяжелой ткани в воздух взметнулись несколько спрятанных внизу листов бумаги. Их было немного, однако содержание этих записей оказалось поистине пугающим.

— Это маршрут передвижения Агем — от самых равнин до королевского замка.

Воздух в гостевом особняке стал тяжелым и ледяным.

Пути перемещения войск — это строжайшая военная тайна, способная в корне переломить ход любой войны. Осознание того шокирующего факта, что маршрут самого короля Пелея также был раскрыт, заставило жажду крови, исходящую от гвардейцев, стать еще более острой.

Лицо Рахель побелело как мел.

Откуда вообще здесь взялись эти нелепые карты?!

— Я, я ничего об этом не знаю. Я впервые их вижу! Понятия не имею, как они здесь оказались…

Тут Нерил, до этого молча наблюдавшая за происходящим, внезапно произнесла:

— Родина госпожи Рахель — горы Орфио, не так ли?

Только сейчас валдинцы вспомнили. Этот регион располагался на самой границе Валдины и Казена, являясь территорией, когда-то находившейся под властью империи.

Смысл ее слов был предельно ясен.

Сомнительное происхождение Святой, которую нельзя было со стопроцентной уверенностью назвать подданной Валдины. К тому же, Казен — это империя, державшая их королевство под жестким прицелом.

— А-а, теперь картина складывается, — протянул Сисео.

Услышав его насмешливо-восхищенный тон, присутствующие начали складывать два и два: Святая явно действовала по указке Казена, пытаясь изнутри опорочить Валдину.

— Ваше высочество принцесса, вы все это предвидели? — повернувшись к Медее, спросила Нерил, все еще пребывающая в замешательстве.

Этот вопрос заставил остальных вспомнить реакцию принцессы.

Услышав о происхождении Рахель, она стала непривычно холодной и отстраненной.

«Она уже тогда все поняла! Знала, что произойдет нечто подобное».

— Ваше высочество, неужели вы…

Дианджель едва не выкрикнул слова восхищения этой почти пугающей, сродни предвидению проницательностью Медеи, однако вовремя прикусил язык.

В комнате все еще находились жрецы Священного Королевства. Если сейчас привлечь к принцессе лишнее внимание, подчеркнув ее сверхъестественный ум, господин ему этого не простит.

— Н-нет. Я невиновна. Прошу, поверьте мне…

Медея, безмолвно наблюдавшая за разворачивающимся хаосом, перевела взгляд на дрожащую, не знающую куда деться Рахель.

В глазах Святой, всегда излучавших снисходительную уверенность, теперь плескались лишь паника и дикий ужас.

«Рахель, это Валдина. Тебе следовало бы это понимать».

«Сколько бы вражеских фигур ты ни пыталась перехватить, сама шахматная доска с самого начала находилась в моих руках».

В прошлой жизни их противостояние в Казене закончилось для Медеи абсолютным крахом.

Исход борьбы между всесильной императрицей и лишенной титула принцессой побежденной страны был предрешен изначально.

Но в этот раз все будет иначе. Валдина — ее родина. Ее законная территория.

Благодаря заранее расставленным соглядатаям Медея разгадала планы Рахель от начала до конца.

Она знала о том моменте, когда эта девчонка закапывала мертвых крыс. Знала, как через Анжи та выкрала ее кинжал.

— Верховный жрец, все это весьма подозрительно. Уж не этого ли с самого начала добивалось Священное Королевство?

— Что за вздор! Мы ничего подобного не планировали. Мы ведь впервые встретили Святую, как мы могли…

Баоро, покрывшись холодным потом от вскрывшейся абсурдной правды, то краснел, то бледнел, окончательно потеряв самообладание.

Медея с благосклонной полуулыбкой подошла к Рахель. Подол ее платья изящно колыхался в такт размеренным, не слишком быстрым, но и не медленным шагам — точно таким же, как и несколько минут назад, когда ее саму выставляли виновницей проклятия.

— Разумеется, я не считаю, что у вас был злой умысел. Однако, раз уж вы несете на своих плечах бремя имени Святой, впредь вам следует проявлять куда больше осмотрительности как в речах, так и в малейших поступках.

Эти слова, прозвучавшие как великодушное прощение, на деле окончательно превратили Рахель в изгоя, абсолютную чужачку в этих стенах.

— …

Рахель до крови прикусила щеку изнутри. Агемы буравили ее ледяными, колючими взглядами. Все ее отчаянные усилия, ради которых она балансировала на грани жизни и смерти, пошли прахом — теперь гвардейцы видели в ней лишь угрозу.

Стоило доверию рухнуть, как любой, даже самый незначительный ее жест начал вызывать жгучие подозрения.

Медея плавно отвернулась.

— Верховный жрец, я даже не жду извинений за вашу дерзость. Однако Священному Королевству придется дать четкие официальные разъяснения по поводу сегодняшнего инцидента.

В ее ровном голосе не скользнуло ни капли гнева на Баоро, еще минуту назад поливавшего ее грязью.

Оттого эти слова звучали еще более пугающе. Заявление принцессы означало одно: сегодняшний позорный спектакль, устроенный им и Святой, будет занесен в официальные дипломатические протоколы.

Насколько же рухнет его авторитет внутри Священного Королевства? А что будет со Святой, чьим величием, как наместницы Богини, они должны были восхищаться?!

Сердце Баоро болезненно сжалось от паники, грудь словно опалило огнем.

— В-ваше высочество принцесса, этот старик допустил непростительную оплошность…

— Не переживайте. Полагаю, его святейшество предоставит нам исчерпывающие объяснения вместо вас.

От этой завуалированной угрозы у Баоро потемнело в глазах.

В итоге Святой и рыцарям ордена храмовников пришлось в спешке бежать из Валдины.

Ни единая душа не вышла их проводить.

Баоро, раздавленный накатившим стыдом и животным страхом за свое будущее, даже не нашел в себе сил возмутиться столь откровенным изгнанием.

— Святая, как вы могли действовать столь опрометчиво? Если уж задумали нечто подобное, следовало дождаться нашего прибытии.

От этого снисходительно-поучительного тона, словно отчитывали нашкодившего ребенка, Рахель едва не взорвалась от ярости.

Разве могла она предвидеть, что все обернется против нее, а под градом обвинений окажется она сама?

«Фальшивый кинжал, эта карта… Неужели все это подстроила та девчонка, Медея?!»

Однако Рахель не смела даже взглянуть в сторону принцессы, чтобы подтвердить свои догадки.

Рыцари Агемы теперь свирепо пялились на нее, словно перед ними стоял кровожадный гуль с равнин.

Пелей же и вовсе развернулся спиной, полностью загородив сестру. Словно не желал, чтобы даже крохотная толика взгляда Рахель коснулась Медеи.

Все усилия, которые Рахель полгода кропотливо вкладывала в этих людей, обратились в прах.

Вместо того чтобы отнять у Медеи семью и положение, она умудрилась настроить против себя весь королевский двор. От нахлынувшей ярости девушке хотелось закричать в голос.

Стиснув зубы, изо всех сил подавляя гнев, она выдавила из себя слезы.

Рахель прекрасно помнила: сейчас единственный, кто способен вытащить ее из этой пропасти — стоящий перед ней старый верховный жрец.

— Простите меня. Я была так глупа.

Глядя на эту хрупкую, дрожащую фигуру, Баоро вспомнил: до пробуждения божественной силы Святая была всего лишь юной дикаркой, скитавшейся по равнинам.

«И правда. Она слишком молода, слишком неопытна, чтобы разбираться в тонкостях политических интриг между державами континента. Отныне мы должны взять Святую под свою опеку».

Она невинна и прекрасна, однако, похоже, чересчур доверчива, отчего легко поддается на уговоры нечестивцев.

— Мы ценой собственных жизней в целости и сохранности доставим Святую в храм.

Командир ордена храмовников также опустился на колени, почтительно целуя носок ее туфли.

Вообще-то, этот обряд приветствия следовало провести сразу же при первой встрече. Из-за череды непредвиденных событий ритуал немного отложился, однако благоговейное отношение рыцарей внешне осталось неизменным.

Вот только то безграничное уважение и трепет, что переполняли их сердца при пересечении границ Валдины, давно угасли.

По дороге из замка, сквозь тонкие стенки кареты, до беглецов доносился озлобленный гомон горожан.

— Подумаешь, Святая! Всю жизнь в грязи ковырялась, а теперь вскарабкалась людям на головы, вот и берегов не видит?!

— Как она только посмела клеветать на нашу принцессу! Да и эти, из Священного Королевства, ничем не лучше! Тоже мне, жрецы называются, а сами правду от лжи отличить не в состоянии!

Слухи о произошедшем в гостевом особняке уже успели разлететься по всей столице.

Валдинцы, узнав новости, сдерживать гнев не собирались.

— Слушай, э-это все-таки рыцари ордена храмовников…

— Потому я их только словами крою! Пусть еще спасибо скажут, что мы не закидали их карету дерьмом, как всех Клаудио!

Когда это рыцарей Священного Королевства столь открыто смешивали с грязью? А ведь они всего-навсего приехали забрать Святую.

Разве могли они предвидеть, что за столь короткий срок Святая попадется на удочку казенских прихвостней, устроив этот жалкий фарс?

Командир ордена храмовников подавил тяжелый вздох, бросив мрачный взгляд на девушку внутри экипажа.

— Святая, прошу, запомните. С того самого мгновения, как эта карета тронется с места, вы больше не уроженка Казена. Не простая жительница континента. Отныне вы — исключительно слуга Богини. Вам придется отречься от всего: от прошлого подданства, от воспоминаний, от мирских привязанностей.

— …

— Святая.