— Ын Сон, она ведь и впрямь наглая девчонка!

Был выходной. Полдень субботнего дня. Сегодня по планам проходило групповое занятие у Чон У дома.

Ро Ха проснулась рано утром и первым делом позвонила Юн До.

[Ты не против встретиться пораньше, часа за полтора до начала?] — предложила она.

Юн До, который тоже уже был на ногах, коротко ответил:

[Ок.]

«Странно, что он согласился так легко. Не похоже на него», — подумала Ро Ха, но от этого настроение у неё сразу же поднялось.

И вот, едва встретившись с Юн До у въезда в жилой комплекс Чон У — там, где дорога пролегала вдоль моря — она тут же начала болтать об Ын Сон.

— Представляешь, во время интервью на отбор школьного представителя спросили, кто её лучший друг. И она назвала моё имя! Ты можешь в это поверить? Мы с ней вообще подруги? С каких пор?

Хотя по тону казалось, что Ро Ха злится, уголки её губ то и дело ползли вверх. Видно было, что настроение у неё отличное, и она с трудом сдерживает смех.

— Ну правда, вот смешная. И теперь мне что, притворяться?

— Притворяться? — спокойно уточнил Юн До.

— Да, ну, делать вид, будто мы подруги! — раздражённо сказала Ро Ха и, словно оправдываясь, принялась объяснять: — В конце концов, люди же смотрят! У меня ведь есть свой имидж. Ты же знаешь — мой имидж — это имидж всей компании «RH»!

«Вот же цену набивает» (1), — мелькнуло у Юн До.

— Ын Сон, представляешь, так и сказала: «я думала, что она просто красивая, но оказалось, что и сердце у неё такое же доброе», — Ро Ха фыркнула. — Вот уж не знаю, то ли смеяться, то ли плакать. Хотя… видно, она хорошо разбирается в людях.

«Вот ведь трещотка…» 

— Так что? — перебил её Юн До.

— Что «что»?

— Мы есть идём или нет?

— …А?

— Ты ведь хотела сходить за ттокпокки, да?

Он кивнул в сторону закусочной «После школы – за ттокпокки», видневшейся чуть дальше по улице.

Ро Ха замялась, сделав вид, что не особо ей это и нужно, хотя по лицу было видно — хочет.

— Ну… не то чтобы мне прямо очень хотелось… просто немного проголодалась. А раз уж мы встретились пораньше… Ладно! Погнали!

Не успела она договорить, как Юн До уже направился вперёд. Пришлось ещё и догонять его.

Дзынь! — звякнул колокольчик на двери, когда они вошли.

За стойкой стояла Ын Сон. Услышав звук, она автоматически сказала:

— Добро пожаловать.

А потом, увидев, кто вошёл, едва заметно нахмурилась.

Обеденное время уже прошло, и в кафе сидело лишь несколько человек. Юн До спокойно занял свободный столик.

Ро Ха подошла к стойке и, будто между прочим, заговорила:

— Мы не специально к тебе пришли…

«Да я и не спрашивала», — подумала Ын Сон.

— Мы просто проходили мимо. До начала нашего группового занятия ещё осталось свободное время.

— …

— Чон У живёт неподалёку, в этом районе. Вот мы и решили перекусить где-нибудь перед тем, как к нему идти.

— Что тебе принести? (2) — спокойно спросила Ын Сон.

От того, что она заговорила на панмале, глаза Ро Хи широко распахнулись.

В прошлый раз Ын Сон обращалась к ней как к обычному гостю заведения: вежливо и сдержанно, а сегодня — совсем иначе.

Ро Ха, растерявшись, постучала пальцем по губам и уставилась в меню.

— Хм…

— Возьми сет А, — предложила Ын Сон. — Всё равно ты ведь много не съешь.

«К тому же Ча Юн До наверняка даже не притронется, как и в прошлый раз».

— Этот сет без добавок, но по объёму порции — самый оптимальный вариант, — сказала Ын Сон.

— Угу. Тогда пусть будет так, — согласилась Ро Ха.

Сделав заказ, Ро Ха вернулась за стол и села.

Ын Сон передала что-то тётушке на кухню, а затем занялась делами.

В последнее время посетителей в заведении было меньше — большую часть составляли заказы на доставку.

Она только передала доставщику еду и приняла новый заказ, как почувствовала чей-то взгляд.

— …

Ча Юн До сидел, небрежно откинувшись на спинку стула, и смотрел на неё.

Таким взглядом, будто рассматривал — нет, словно наблюдал — с чересчур пристальным вниманием.

«Ну, конечно. Он ведь, скорее всего, никогда в жизни не подрабатывал. Для такого принца всё это странно и непривычно, вот и пялится».

После того случая в медпункте они больше не разговаривали.

Иногда Ын Сон чувствовала на себе его взгляд, но прямых столкновений между ними не было.

Зато остальные ученики, наблюдавшие за этими двумя, ломали голову — что между ними происходит.

И неудивительно: поведение Юн До по отношению к Ын Сон было… необычным.

По крайней мере, со стороны именно так и казалось.

Тот контраст, когда он сначала нёс на руках потерявшую сознание Ын Сон в медпункт — а потом будто забыл о её существовании, не обменявшись ни словом, — был слишком разительным, чтобы кто-то смог разобраться, что между ними происходит на самом деле.

Так или иначе, никому из одноклассников дела до Ын Сон не было.

Они считали, что Ча Юн До может поступать как ему вздумается.

И вот именно это — злило её больше всего.

— Ын Сон-а, я ненадолго съезжу в автосервис, — сказал хозяин, снимая фартук.

Недавно у него сломалась машина, и, похоже, её ремонт был закончен.

— Да, хорошо. Езжайте спокойно, — ответила она.

Всё равно время уже было не обеденное, и заказов почти не осталось.

Когда господин Чхве вышел, Ын Сон передала доставщику последние запакованные блюда. Тётушка с кухни тоже сняла фартук и направилась к выходу.

— Вы тоже отдохните, — сказала Ын Сон. — Всё равно сейчас заказов нет.

— Угу. Я тогда в соседний магазинчик быстро сбегаю, — ответила тётушка.

Хотя она говорила, что бросила курить, вид у неё был как у человека, которому срочно нужно купить сигареты.

Ын Сон, сидя за кассой и разбирая чеки, внезапно подняла взгляд — и тут же встретилась глазами с Юн До.

Она злобно прищурилась, будто спрашивая у него: «Чего ты пялишься?»

Юн До еле заметно, почти беззвучно, хмыкнул и с трудом сдержал улыбку.

— Девушка-а-а! — вдруг окликнули Ын Сон посетители, сидящие за столиком в углу.

Это были парни, учащиеся в другой школе, судя по форме.

Она подошла, и один из них заказал газировку.

Когда Ын Сон направилась к холодильнику за напитком, все трое стали переглядываться и что-то шептать друг другу, глядя ей вслед.

Юн До напряжённо прищурился и посмотрел на них исподлобья.

— Ваш напиток, — сказала Ын Сон, поставив на стол две банки спрайта.

Она уже собиралась уйти, как снова услышала крик вслед:

— Эй, девушка-а-а!

Парень вежливо, но с фальшивой улыбкой, сказал:

— Простите, а можно поменять спрайт на колу?

— Конечно, — коротко ответила Ын Сон, взяла банки и пошла обратно к холодильнику.

Мальчишки снова склонили головы друг к другу и тихо засмеялись, провожая её взглядом.

Юн До стало не по себе.

Между его бровей пролегла резкая морщина, и он почувствовал неприятное раздражение.

Проследив за направлением их взглядов, Юн До вновь посмотрел на Ын Сон.

На ней были надеты обычные узкие джинсы, как у всех старшеклассниц, и короткая футболка, едва прикрывающая ягодицы.

Волосы она собрала в высокий хвост, чтобы не мешали работать, и благодаря этому виднелась аккуратная линия её тонкой шеи.

Фигура у неё была худощавая, но пропорциональная, с мягкими линиями. А фартук лишь подчёркивал тонкую талию и изящный изгиб груди.

Юн До, не сводя с лиц парней тяжёлого взгляда, стиснул зубы и прикусил внутреннюю сторону щеки. 

— Ты же не будешь это есть, да? — спросила Ро Ха, подцепив палочками кусочек пунмочжа (1). — А это почему вообще здесь? В сете А ведь не должно быть никаких добавок, — пробормотала она, проверяя чек.

Пока Ро Ха разбиралась, Ын Сон принесла к соседнему столу две колы. В этот момент парни снова окликнули её.

— Нам нужно кое-что ещё заказать, — сказал один из них.

— Хорошо, — ответила Ын Сон.

— Мы слышали, что у вас появилось новое блюдо.

Под разными предлогами трое парней всё время задерживали Ын Сон у своего столика, продолжая болтать с ней о всякой ерунде.

Лица у них отличались, но взгляды были одинаковыми: похотливые, липкие, насквозь пропитанные грязными мыслями.

«Чёрт, вот же стадо ублюдков. Что за мерзкие шавки, пускающие слюни?»

Юн До дождался, пока Ын Сон вернётся за прилавок, а затем с шумом отодвинул стул и встал.

Ро Ха, которая как раз ела ттокпокки, удивлённо округлила глаза и спросила:

— Куда ты?

Юн До, засунув руки в карманы, направился к столу, где сидели те парни. Он остановился рядом и посмотрел на них сверху вниз. Подняв на него глаза, парни растерянно моргнули.

Юн До ухмыльнулся и тихо процедил:

— Если пришли жрать ттокпокки, то жрите свои ттокпокки. А вот глазами по сторонам бегать не надо.

— Чего? Это ещё чё за урод?!

Юн До схватил стоявшую на столе банку колы, встряхнул её и открыл.

Пш-ш-ш-ш!

— А-а-а! — заорали парни, когда кола брызнула им прямо на лица и форму.

— Совсем долбанулся, сукин сын?!

Бах! 

Юн До в ту же секунду врезал кулаком в лицо тому, кто бросился на него.

Грох! 

Внутри кафе воцарился хаос.

Испуганная Ын Сон выбежала из-за стойки, а Ро Ха вскочила с места и закричала:

— Ча Юн До! Ты с ума сошёл?!

Друзья рухнувшего от удара парня испуганно переглянулись, пока поднимали его, и один из них шепнул другому:

— Эй, это же Ча Юн До.

— Кто? Чё за хрен вообще?!

— Тот самый Ча Юн До. Из частной школы «Кымхэ».

Быстро сообразив, с кем они связались, парни засуетились, схватили свои рюкзаки и, почти бегом, выскочили из кафе.

Вернувшаяся из магазина тётушка-повар, увидев разгромленный зал, удивлённо вскрикнула:

— Что тут вообще произошло?!

Ын Сон стояла в оцепенении, Ро Ха прикрывала лицо рукой и не могла произнести ни слова, а тётушка побледнела как статуя.

Один лишь Юн До оставался абсолютно спокойным, как будто ничего и не случилось.

***

— Простите, — тихо произнесла Ро Ха и поклонилась директору Чхве, который только что вернулся из автосервиса.

Директор, почесав затылок, прищурился и сказал с лёгкой улыбкой:

— Да ладно уж. Всё в порядке.

Он добавил, что иногда между парнями из разных школ случаются такие потасовки, поэтому велел не переживать из-за этого.

Но, всё ещё чувствуя неловкость, Ро Ха записала номер телефона и протянула ему бумажку:

— Если вдруг понадобится компенсация, позвоните по этому номеру.

Это был номер телефона Юн До, который в это время стоял снаружи у стены.

Директор Чхве замахал руками:

— Нет-нет, всё нормально! Правда! Ничего ведь не сломано, только прибраться надо. И потом, вы же друзья Ын Сон, да? Просто пришли поесть ттокпокки, и вот что вышло. Всё в порядке, честное слово. Лучше ещё в следующий раз приходите и покупайте здесь ттокпокки. 

Он добродушно улыбнулся, и Ро Ха вновь поклонилась ему.

Когда они вышли из кафе, она злобно зыркнула на Юн До, расслабленно прислонившегося к стене здания.

— Скучно жить стало, да? Надо же хоть раз в день что-то устроить, иначе это будешь не ты?

То, что всё обошлось без последствий, было лишь благодаря директору Чхве. На самом деле ни Ын Сон, ни сама Ро Ха не могли понять, зачем Юн До накинулся на тех парней.

Дзынь! — зазвенел колокольчик над дверью, когда Ын Сон вышла из кафе.

Ро Ха тяжело вздохнула:

— Извини за сегодня. Я уже пойду. А ты, Ча Юн До, хочешь — приходи, не хочешь — не приходи. Мне плевать!

После этих слов она резко развернулась и ушла.

Ын Сон, скрестив руки на груди, буравила Юн До пронзительным взглядом.

— Ты не собираешься извиняться?

Сам виновник происходящего стоял с бесстрастным лицом, даже не думая склонять голову.

Холодный взгляд Юн До упал на Ын Сон.

— Увольняйся.

— Чего? — ошарашенно переспросила Ын Сон.

— Ты хоть понимаешь, какими похотливыми взглядами на тебя пялились эти уроды?

Честно говоря, даже сам хозяин заведения ему не нравился.

— Они сначала хорошенько облизали тебя взглядами с головы до пят, а потом закусили талией и грудью. 

— И что? — раздражённо бросила Ын Сон. — У тебя, что, мания преследования? Даже если так, тебе-то какое, к чёрту, дело?

Юн До нахмурился.

— Ну и что, а? Я и без тебя это прекрасно знаю. Что я могу сделать? Одних догадок маловато — доказательств всё равно нет, вреда мне тоже никто не причинил. Если обращать внимание на каждый такой взгляд, я вообще не смогу работать.

— Вот поэтому я и говорю, — сухо отрезал он. — Увольняйся.

— Ха! — Ын Сон усмехнулась, не веря своим ушам.

Фраза «Да кто ты вообще такой?» подступила к горлу, но казалась ей слишком абсурдной, чтобы действительно произнести это вслух.

Разумеется, она сейчас злилась. И Юн До прекрасно понимал её чувства.

Потому что сам испытывал то же самое.

В последние дни он не мог разобраться в себе. После того, что произошло в медпункте, Юн До пытался намеренно отстраниться от Ын Сон, но взгляд всё равно снова и снова возвращался к ней.

А когда сегодня ему позвонила Ро Ха, он подумал, что это хороший предлог, чтобы увидеть Ын Сон.

«Вашу мать, да если честно, я бы наверняка припёрся сюда и без всякого повода».

В тот миг, когда они встретились взглядами, он понял это наверняка.

Юн До не знал, что это за чувство. Но одно было совершенно ясно:

сейчас ему действительно нечего возразить на слова Ын Сон — и именно это взбесило его ещё больше.

Юн До понял, что он ненавидел смотреть на то, как Ын Сон работала. Особенно теперь, когда знал, как на неё смотрят посетители. 

А потому произнёс холодным, равнодушным тоном, как ни в чём не бывало:

— Ты — будь моей. Я тебе заплачу.

* * *

[Пояснялки от переводчицы:

1. «꼴값» — пренебрежительное выражение, буквально «смешная цена», можно перевести как — «набивать себе цену». 

2. Здесь Ын Сон опускает все вежливые суффиксы и впервые обращается к Ро Хе на панмале (неофициальный стиль речи в корейском языке. Используется между близкими людьми или для выражения неуважения).

3. Пунмочжа — популярная в Корее закуска, сделанная из картофельного крахмала. Это крупные, полупрозрачные трубочки, которые часто добавляют в ттокпокки.]