Мягкий зимний солнечный свет проникал в комнату сквозь тонкие занавески. Хотя Чинацу и не была особенно чувствительна к холоду, из-за утренней прохлады ей было трудно выбраться из-под теплого одеяла. Наконец, преодолев искушение, она смогла встать, потянуться и поприветствовать владелицу фотографии, стоя посреди комнаты: «Доброе утро, Михо-тян».

Обычно она сразу направлялась в ванную, но в последние несколько дней Чинацу взяла за правило сначала привести себя в порядок перед зеркалом. Была пятница, шестое утро после того воскресенья. К настоящему времени у нее больше не было проблем со сном.

Поскольку Чинацу только что проснулась, она еще не прихорашивалась. Однако она чувствовала себя неуютно, когда Хадзиме видел ее с не расчёсанными волосами. Несмотря на то, что идея жить вместе была ей по душе, из-за слов матери она чувствовала себя немного скованно, однако некая частичка счастья все равно переполняла ее. С другой стороны, совместная жизнь означала, что они видели как хорошие, так и плохие стороны друг друга, но Хадзиме и Чинацу все еще пытались сохранить правильную дистанцию. Иногда она чувствовала себя любимой из-за того, что Хадзиме сохранял дистанцию, а иногда ей становилось не по себе при мысли о том, как они пытались приспособиться друг к другу.

Как бы то ни было, серьезных проблем не возникало. Чинацу и Хадзиме привыкли быть вместе больше, чем они ожидали. Чинацу думала, что хорошо знает Хадзиме, но она все еще многого о нем не знала. Более того, она стала остро осознавать свою женственность так, как раньше и представить себе не могла. Она подумала про себя: «Любовь, несомненно, удивительна».

Она размышляла об их совместной жизни с понедельника.

◇◆

Жить вместе означало знать, где находится дом, и заранее предупреждать друг друга, если кто-то из них захочет воспользоваться ванной. Это означает, что не возникнет неловких ситуаций, когда, зайдя в ванную, вы обнаруживаете другого обнаженным.

Возможно, понадобился бы ливень, чтобы создать сценарии, которые часто можно увидеть в романах. Чинацу поняла, что такие события не происходят естественным образом в повседневной жизни, если только кто-то из них намеренно не попытался бы их спровоцировать.

— По крайней мере, согласно моим исследованиям, нет никаких признаков того, что между нами что-то такое произойдет!

Сначала Чинацу думала о том, чтобы готовить завтрак по очереди, но вскоре признала превосходные кулинарные способности Хадзиме и решила вместо этого стать экспертом по мытью посуды. Ее гордость была небольшой платой за вкусные блюда. Хотя Хадзиме превосходно готовил, он не был так хорош в уборке, как Чинацу. Это заставляло Чинацу чувствовать, что они дополняют друг друга, что делало ее очень счастливой.

Они вместе завтракали, но в школу ходили порознь. Чтобы развеять слухи, Чинацу позаботилась о том, чтобы у нее было наготове объяснение, которое она могла бы рассказать кому-нибудь из своего окружения. Например, если утром ее не было на вокзале или в поезде, это объяснялось тем, что ее мать попала в больницу и ей нужно было позаботиться о домашних делах, или она гостила у родственников.

Обычно люди не задают вопросов, когда у них есть ответ. До тех пор, пока Чинацу не злоупотребляла своим влиянием, она полагала, что сможет использовать его, чтобы плавно управлять ситуацией.

Обычно Чинацу уходила первой, а Хадзиме оставался дома и читал книгу до последней минуты. Они уже поняли, что поблизости не живет никто из учеников их школы, и, учитывая, что Хадзиме не слишком общителен, маршрут, которым он ходит, позволял ему добираться до школы, не встречая никого из одноклассников.

Всякий раз, когда Чинацу собиралась уходить, она часто поправляла перед Хадзиме прическу или форму и спрашивала: «Как я выгляжу?» просто чтобы услышать, как он называет ее милой. Она спрашивала об этом каждый раз, зная, как Хадзиме отреагирует.

— Я такая хитрая.… правда, очень хитрая.

Если бы она увидела, как это делает подруга, она бы сразу отвела взгляд и мысленно закричала: «Какая хитрая!» И все же она делала это сама. Она всегда слышала, что любовь слепа и что любовь меняет людей. Она всегда думала про себя: «Неужели это так?» - но она не ожидала, что это применимо к ней.

— Нет, к сожалению, у меня все по-другому.

Она не была слепо влюблена, она осознавала свои чувства. Более того, она все еще стремилась к этим чувствам. Вероятно, именно из-за этого выбора любовь изменила ее как личность.

◇◆

В течение всей недели, проведенной в школе, Хадзиме избегал смотреть на Чинацу или разговаривать с ней. Несмотря на то, что Чинацу время от времени смотрела на него, их взгляды никогда не встречались. Она заметила, что он иногда разговаривал с другими девочками, но только о школьных делах, а с ней - никогда.

Чинацу начала потихоньку подкалывать Хадзиме по этому поводу в среду.

— Эй, хоть мы и скрываем это, не слишком ли странно, что ты никогда на меня не смотришь? Такое чувство, что ты меня игнорируешь, и мне от этого немного одиноко.

— Но мы переписываемся в школе, разве нет?

— Верно... но я все равно иногда смотрю на тебя, особенно когда ты прогуливаешь физкультуру или обедаешь. Ты даже не смотришь в мою сторону.

— ...Если бы я это сделал...… Боюсь, мои чувства могли бы заметить.

Хадзиме был из тех парней, которые, несмотря на то что были невероятно надежны в сложных ситуациях, например, когда помогал Чинацу убежать от ее отца, или защищал ее собой, сильно краснел и очень волновался из-за таких вещей.

Чинацу приходилось сдерживаться, чтобы не сердиться на него всякий раз, когда она видела его в таком состоянии.

— Боже, просто веди себя более естественно. Если будет казаться, что ты намеренно избегаешь меня, будет еще более странно. Знаешь, просто время от времени оглядывайся по сторонам… и улыбайся, если наши взгляды встретятся.

— Хм... да… правда. Хорошо, я приложу максимум усилий… Я имею в виду, я сделаю все, что в моих силах.

— Боже... тебе действительно нужно прилагать столько усилий, чтобы просто не дать волю своим чувствам?

...Это нехорошо. Чинацу подумала, что Хадзиме милый сам по себе. Она подумала так, услышав его приятный и ласковый голос.

В прошлом Минамино Чинацу называла парней милыми просто потому, что ей нравилось говорить это слово. Однако она ошибалась.

Без сомнения, сейчас это слово имеет другое значение по сравнению с тем, что было год назад.

◇◆

После школы, в обмен на то, что я не тусовалась с ними, я провела немного времени со своими подругами из класса. Круг моих подруг состоит не из выделяющихся ярких девушек, а из симпатичных тихих девушек.

Саки - член женской баскетбольной команды. Она высокая, стройная и красивая, и больше нравится девушкам, чем парням. Несмотря на свою красивую внешность, у нее вспыльчивый характер, и она по уши влюблена в Сато-куна из мужской баскетбольной команды с самого поступления в старшую школу. Честно говоря, она может быть довольно пугающей, особенно когда видит, что кто-то приближается к нему. Но теперь я начала немного понимать ее собственнические чувства. Совсем немного.

Всегда находились те, кто безответственно заявлял, что Сато-кун и я были бы хорошей парой, поэтому я полностью поддерживала Саки, чтобы избежать любых недопониманий. Я также старалась показать поддержку своими действиями и словами. Хотя, возможно, и стоило бы рассказать ей о моих отношениях с Хадзиме, просто чтобы успокоить ее и обеспечить молчание, но у меня была слишком взбалмошная школьная жизнь, чтобы доверять разговорам типа «только между нами, девочками».

Юко - миниатюрная, спокойная девушка, которая любит вкусно поесть. Ее натуральные каштановые волосы придают ей сходство с белкой. Она специально носит низкую челку, чтобы не выделяться. Если бы она показала свое милое личико и впечатляющую грудь, держу пари, она бы пользовалась гораздо большей популярностью у парней. Интересно, что думает Хадзиме... мои тоже не такие уж маленькие…

Она умна и поддерживает равновесие в нашей группе. Она спокойно выслушивает все жалобы и на удивление спокойно относится к пикантным сплетням. Судя по тому, как хорошо она общается с парнями, я думаю, что у нее либо был парень в средней школе, либо она тайно встречается с кем-то сейчас. Однако я не собираюсь совать нос в чужие дела. Она настолько милая девушка, что, если бы не то, что случилось со мной в средней школе, она могла бы стать моей лучшей подругой. У меня даже возникали мысли, что она, возможно, уже увидела меня сквозь маску, но предпочла ничего не говорить об этом.

Рена - воплощение чистой и невинной красоты. У нее черные волосы, удлиненные глаза и светлая кожа. Несмотря на то, что она никогда не одевается вызывающе, один лишь вид ее обнаженной кожи заставляет краснеть даже меня, девушку. Она - член клуба стрельбы из лука. В отличие от Саки, Рена такая же чистая и невинная, какой выглядит, и к тому же происходит из богатой семьи. У нее даже был жених из такой же семьи. Это был факт, который она не потрудилась скрыть, и, по-видимому, это было подстроено ее родителями.

Она как будто из другого мира. Тем не менее, она никогда не выставляет напоказ свое происхождение и всегда сохраняет элегантность. Я постоянно удивляюсь, как кто-то может излучать такую грацию. Кстати, у ее жениха, по-видимому, есть другая девушка, но это не то, о чем мне следует беспокоиться. Когда другие девушки спрашивали ее об этом, она умело останавливала разговор или даже меняла тему.

Пусть я и ношу перед ними маску, это не меняет того факта, что эта группа состоит из милых девушек. Может показаться, что мы все очень близки к тому моменту, когда вокруг нас начнут ходить странные слухи, но мы все равно сохраняем комфортную дистанцию друг с другом.

Мне нравится проводить время вместе с ними, но теперь в моей жизни появился другой человек. Это не изменило того факта, что они по-прежнему были важны для меня.

Обычно мы расходились, когда Саки и Рена отправлялись на свои клубные мероприятия. Однако перед тем, как мы расходились, пока я была занят разговором с ними, почти сразу после звонка, Хадзиме всегда тихо ускользал. Его способность исчезать, в некотором смысле, была действительно впечатляющей.

Некоторые парни, которые плохо знали Хадзиме, смотрели на него свысока, думая, что он рано уходит из школы, потому что у него нет друзей. Я слышала подобные разговоры и раньше. Но во втором семестре никто больше не говорил такое вслух.

Однако я знала, что он пошел на работу, а если у него не было смены в этот день, то для того, чтобы успеть на распродажу в супермаркет в 4 часа дня.

И только я знаю, что он хороший повар, искусный баскетболист, добрый человек... и что в последнее время… он стал убирать со лба челку и лучше целовать меня.

◇◆

Вечером мы вместе ужинали, делали уроки, а после того, как по очереди принимали ванну, проводили время за играми или просмотром фильмов.

Если говорить о вещах, известных только мне, то у Хадзиме было много интересных игр.

Первая игра, которую я прошла самостоятельно, была той, в которую я играла, когда Широ-тян еще был с нами. Это было грандиозное приключение, в котором корабль, на котором плыл некий рыжеволосый искатель приключений, потерпел крушение, и он оказался на таинственном острове, а вам предстояло разгадать тайны острова. Тогда я впервые осознала, что сюжет игры может заставить меня плакать. [Игра под названием «Ys VIII: Lacrimosa of Dana»]

Я также играла в игру, в которой главный герой чувствовал себя чунибьё*, а сюжет вращался вокруг использования электронных писем и изменения строк в тексте или что-то в этом роде.

*п.п.: человек с синдромом восьмиклассника.

Честно говоря, сначала я подумала, что это полная ерунда, но присмотревшись я увидела невероятно трогательную визуальную новеллу. В данный момент я играю в спин-офф этой игры под названием Hiyoku Renri. [Объятия моей любимой/Hiyoku Renri no Darling.]

Раньше я избегала игр, но желание попробовать что-то, что нравилось моему парню, превратилось для меня в настоящее удовольствие.

Конечно, как пара, мы иногда целовались и обнимались. Но, хотя иногда нам хотелось большего, у нас, как бы это сказать, было негласное соглашение остановиться на поцелуях и объятиях.

Без каких-либо реальных ограничений, которые нас останавливали, мы сами контролировали себя. Отчасти потому, что были немного напуганы, но, вероятно, еще и потому, что хотели не торопиться.

Говорят, что мужчины - волки, но Хадзиме был джентльменом в этом отношении. Когда я дразнила его, называя трусом, он краснел и предпочитал, чтобы к нему обращались как к джентльмену, что, честно говоря, казалось мне милым.

Каждый раз, когда я заканчивала принимать ванну, я чувствовала, что его взгляд задерживается на мне, поэтому я знала, что он считает меня привлекательной. Я чувствую, что он по-настоящему любит меня.

Мы оба знали, что, как только мы переступим эту черту, пути назад уже не будет.

Я так сильно люблю Хадзиме, и я уверена, что он чувствует то же самое по отношению ко мне.

◇◆

— Чинацу, завтрак почти готов, просыпайся!

Я услышала, как Хадзиме зовет меня.

— Иду! - ответила я, заканчивая марафет, прежде чем спуститься вниз.