P.O.V. Синдзи

— Ты... догадывалась? Нет, ты знала?

Почувствовав, что разговор подходит к концу, я бесшумно вышел наружу, взял напиток, притворившись, что просто вышел попить, и теперь расспрашивал Рену о только что услышанном.

— Да... Я узнала об этом во время всей этой истории с помолвкой...

— Понятно, вот как... Честно, мне полегчало. Хорошо, что ты меня остановила, я бы мог ворваться в середине разговора.

— Понимаю твои чувства... К тому же, я не сама догадалась, мне рассказал дедушка. Во время обсуждения помолвки, в качестве жеста доброй воли, семья Айзава сообщила нам.

Услышав это, я стиснул кулаки.

Не чтобы что-то схватить, а просто чтобы сдержать охватившее меня чувство бессилия.

— Как же жалко, - прошептал я.

То, что мне не сказали.

То, что я не смог заметить.

(Черт, так вот в чем было дело).

И тогда я понял истинную причину, по которой выбрали именно меня.

То, что у Синитиро и у меня разные матери.

Талант Синитиро к искусству и моё соответствие.

Конечно, можно было найти множество оправданий, но в давно существующих семьях, без веской причины главным наследником обычно становится старший сын.

Кто-то может сказать, что это устаревший подход, но у него есть свои причины.

Одна из них в том, что даже если старший сын не обязательно самый подходящий, система должна быть организована так, чтобы окружающие могли его поддерживать.

Такая меритократия* применяется теми, кто находится наверху, а затем распространяется и на организации низшего уровня, но требуемые способности сильно различаются в зависимости от времени и являются произвольными, что может легко привести к разногласиям.

*п.п: Меритократия (дословно — «власть достойных») — принцип управления, согласно которому высшие руководящие должности должны занимать наиболее способные люди, независимо от их социального происхождения и финансового достатка.

Другими словами, важнее создать организацию, способную справляться с разнообразием, чем менять людей.

Я знал это. Я осознавал, что закрывал глаза на это несоответствие. Я должен был заметить.

— Можно высказать ещё одно мнение, пока ты в смятении?

— ...Что?

— Я беспокоюсь, что Кане может быть сейчас нелегко. Из разговоров я услышала, что завтра будет летний фестиваль с фейерверками в городе... Может, вам стоит где-нибудь поговорить?

Только теперь я осознал, что не подумал об этом.

Конечно, нам лучше поговорить наедине. Синитиро, вероятно, был бы благодарен, если бы это сохранили в секрете, но я не хотел заставлять Кану лгать без необходимости.

«Нужно... остыть», - подумал я, но тут увидел, как Кана выходит из здания.

Сейчас мне просто до безумия хотелось, чтобы кто-то выслушал мои чувства.

Такое чувство, что меня избаловали.

Раньше я нечасто сталкивался с подобным.

◇◆

P.O.V. Рена

Синдзи поблагодарил меня и направился к Кане. Люди меняются.

За этот год я с интересом наблюдала, как менялись Хадзиме и Чинацу, и как под их влиянием менялись окружающие.

Я была уверена, что уловила все эти перемены.

Под влиянием Хадзиме и Чинацу изменился Синдзи, изменились Иккун и Юко.

Но самые яркие изменения произошли с Саки и Казуки.

Являются ли позитивные изменения гарантией хорошего влияния? Наверное, не всегда. Но, по крайней мере, я считала, что стремление к лучшему и наличие перед глазами хорошего примера ведут к лучшему будущему.

И, глядя на своих друзей, я иногда задумывалась.

«Могу ли и я измениться? Нет, должна ли я измениться?»

У меня самой не было столь сильного желания. Лишь немного. Совсем чуть-чуть. Я чувствовала что-то похожее на нетерпение и зависть.

Каково это — желать измениться и прилагать усилия, которые принесут плоды?

Подтрунивать, но при этом помогать, и думать о том, какими им следует быть. Вопросы без ответа.

Услышав о Синдзи и Кане, я почувствовала облегчение, ведь в будущем, я, вероятно, снова буду помолвлена с Синитиро.

Увидев перемены в Синдзи и узнав характер Каны, я искренне посчитала, что так будет лучше.

«Не стоит слишком зацикливаться на семье. Подумай сама и реши, мы уважаем твой выбор», - сказали мои родители.

Родители, конечно, были против неизвестного будущего и того, что их дочь не сможет иметь детей.

И изменившиеся условия, и забота семьи обо мне — я всё это понимала.

(Но тогда почему я...)

Я сказала семье: «Дайте мне немного подумать».

Чувство беспокойства, несомненно, было.

Синитиро, конечно, знал то, что знала я. И я была немного недовольна, что он ничего не говорил.

Но больше всего, услышав эту историю, я подумала...

Я не хотела, чтобы моя связь с Синитиро угасла, как будто ничего не произошло.

Я всё ещё сама до конца не понимала.

Но, видя, как Синдзи, выслушав меня, сразу же пошёл к Кане, подумала, что стоит как следует поговорить с Синитиро.

Если так, то завтра на летнем фестивале нам нужно будет остаться наедине.

(Может, посоветоваться со всеми? Возможно, это неплохая идея).

Решив посоветоваться с подругами, не раскрывая обстоятельств, я подумала, что было бы неплохо, если бы я заодно немного побеспокоила своих друзей.