— Гав, гав, гав!

Ао Цин лежал в переднем зале. Стоило кому-то незнакомому приблизиться к дверям, как он тут же выгибал спину и яростно оскаливал зубы.

Он уже полностью вжился в эту роль.

Порой он даже забывал о том, что на самом деле является Пожирающим небо волком. Словом, исполнял свой долг верой и правдой.

Поскольку он оставался рядом с И Фэном уже довольно долго, восемнадцать картин в переднем зале больше не проявляли к нему никакой враждебности.

От этого он даже немного гордился собой.

«Это точно знак того, что старший признал меня!» — думал пёс.

В этот момент налетел порыв ураганного ветра. Ао Цин вскинул голову и увидел, что перед дверями школы боевых искусств появился мужчина в плаще.

Зрачки Ао Цина сузились, и он мигом подобрался, подозрительно уставившись на гостя.

От этого человека отчётливо веяло враждебностью и давящей мощью.

Острый взгляд Цзин Уфэна скользнул по сторонам. Он взмахнул рукой, высвободив волну духовной энергии, но тут же озадаченно нахмурился.

— Почему я чувствую здесь ауру младшего брата Учэня, но самого его нигде не видно? К тому же эта школа боевых искусств совсем не уничтожена...

— Похоже, младший брат с высокой вероятностью был именно здесь!

Прищурившись, Цзин Уфэн въедливо уставился на скромное здание школы.

— Прочь, прочь с дороги! Не мешай пройти!

Как раз в это время мимо проезжал торговец с тележкой. Увидев, что Цзин Уфэн перегородил проход, он недовольно крикнул ему.

В глазах Цзин Уфэна вспыхнула свирепая жестокость. Он лишь взмахнул своим плащом — торговец истошно закричал и мгновенно испарился, оставив после себя лишь одинокую перевёрнутую тележку.

— С-с-с!

Ао Цин не на шутку перепугался. Прекрасно понимая, что против такого соперника у него нет ни единого шанса, он поспешно забился в самый тёмный угол.

— Слепой смертный, — презрительно фыркнул Цзин Уфэн.

С этими словами Цзин Уфэн уверенно шагнул к дверям школы боевых искусств, даже не заметив, как наступил на Камень Сотрясения Небес, служащий ступенькой у порога.

— Хм?

— Что-то не так?

Переступив порог, он тут же почувствовал, что атмосфера в переднем зале веет странной опасностью. Однако Цзин Уфэн даже глазом не моргнул — лишь вскинул плащ, прикрываясь им от вероятной угрозы.

— Хм, жалкий иллюзорный трюк, ничего особенного, — с ухмылкой процедил он.

Но не успело эхо его голоса затихнуть, как лицо Цзин Уфэна резко исказилось: восемнадцать картин с изображением оружия вдруг вспыхнули ослепительным золотым светом, обрушив на него сокрушающую небеса и землю мощь.

— Что?!

Ощутив гибельную ауру, он впал в смертельный ужас. Взмахнув плащом, Цзин Уфэн обратился в яркую вспышку и попытался вырваться наружу.

Но как бы быстр он ни был, выскочив за дверь, он всё равно не смог избежать гибели. В долю секунды его тело и душа рассыпались прахом, и от него не осталось ничего, кроме плаща, плавно оседающего в воздухе, да одинокого обломка кости, с глухим стуком упавшего на землю.

Даже эта кость уцелела лишь потому, что Цзин Уфэн практиковал особую, жуткую технику, вызвавшую мутацию его тела — иначе от него не осталось бы вообще ничего.

— Фу-у-х...

Ао Цин, наблюдавший за всем происходящим от начала и до конца, был поражён настолько, что у него едва глаза на лоб не вылезли, а сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

«До чего же устрашающая, невероятная сила!» — содрогнулся пёс.

Тем временем в торговой палате Баофэн И Фэн всё ещё пировал в компании Инь Сюна и остальных.

Настроение у И Фэна было просто прекрасным.

Он и подумать не мог, что торговая палата Баофэн сегодня отвалит ему ещё сто тысяч золотых монет.

Разобравшись с Пэн Ин и Юй Уцзе, Ло Ланьсюэ и Инь Лоли вернулись и всё время прислуживали И Фэну. Видя, что тот нисколько не принял близко к сердцу выходку Юй Уцзе, девушки про себя восхитились величайшим великодушием старшего и с облегчением перевели дух.

Наконец, сполна насладившись изысканными кушаньями и вином, И Фэн вместе со своим юным учеником Чжун Цином отправился домой.

Он не позволил им себя провожать, решив прогуляться с Чжун Цином по шумному рынку — в конце концов, раз уж разбогател, почему бы не позволить себе немного роскоши?

— Племянница, а из-за сегодняшнего происшествия точно не возникнет никаких проблем? — обеспокоенно спросил Инь Сюн у Ло Ланьсюэ, едва И Фэн скрылся из виду.

— Этот старший всегда отличался широтой души, так что не волнуйся, — мягко успокоила его Ло Ланьсюэ. — Даже если что-то и случится, наша секта Циншань сама со всем разберётся.

Лишь тогда Инь Сюн кивнул, но вдруг кое-что вспомнил и уточнил:

— Кстати, племянница, книги господина И в последнее время наделали много шума, и множество людей пытаются разузнать о нём получше. Как нам поступать?

Зрачки Ло Ланьсюэ слегка сузились.

Поразмыслив мгновение, она произнесла:

— Господин пишет книги лишь затем, чтобы прочувствовать мирскую жизнь, а вовсе не ради славы или богатства. К тому же он любит покой. Ни в коем случае не разглашай сведения о господине! Если кто-то осмелится потревожить его покой, нам с тобой вовек не искупить своей вины!

Инь Сюн тяжело вздрогнул от ужаса.

Его охватил запоздалый страх.

И вправду, о господине И спрашивали многие, пусть в основном и из чистого восхищения. Раньше Инь Сюн не придавал этому значения, но, услышав объяснения Ло Ланьсюэ, осознал всю опасность ситуации.

«Какое счастье, что я никому ничего не выболтал!» — подумал он про себя.