— Что за захудалая школа боевых искусств! У неё даже названия нормального нет. Наверняка очередной мусор, — бормотал себе под нос Учэнь, оглядывая здание на ходу.

Вдруг он резко остановился.

Его взгляд упал на единственный иероглиф на вывеске.

— «Боевой»?

Учэнь нахмурился: ему показалось, будто в этой вывеске таится нечто скрытое, но, простояв и пронаблюдав с полминуты, он так ничего и не заметил.

На его губах вспыхнула презрительная ухмылка.

Небрежным взмахом руки он выпустил сгусток мощной энергии ци, устремившийся прямо к вывеске с иероглифом «Боевой».

Опустив руку, Учэнь даже не оглянулся и шагнул внутрь школы. В конце концов, под его ударом какую-то трухлявую доску не ждала иная судьба, кроме как разлететься в щепки.

Вот только он и понятия не имел, что выпущенная им энергия не просто не повредила вывеску, а не оставила на ней даже малейшей царапины.

Войдя в передний зал, Учэнь с ходу занёс ладонь для удара, намереваясь первым делом разрушить это помещение.

Однако, когда его ладонь, наполненная могучей духовной ци, обрушилась вперёд, это не вызвало даже легкого дуновения. Напротив, восемнадцать картин, висевших по обеим сторонам стен, неожиданно вспыхнули ослепительным светом.

В то же мгновение над его головой без малейшей задержки материализовались силуэты восемнадцати видов оружия — мечи, копья, сабли, алебарды... Смертоносная, сокрушительная аура мгновенно накрыла всё пространство.

И без того болезненно-бледное лицо Учэня исказилось от ужаса, а под давящей мощью этой ауры оно и вовсе стало белым как полотно.

Он мгновенно осознал, что столкнулся со смертельной угрозой.

От прежнего высокомерия не осталось и следа. Не смея проявлять ни малейшей беспечности, он в ту же секунду выхватил Камень Сотрясения Небес, подарок предка Сюаньу.

Появившись на свет, Камень Сотрясения Небес вспыхнул ярко-слепящим сиянием.

Однако уже через мгновение под давящей мощью восемнадцати видов оружия он померк и полностью утратил свой блеск.

— Что?!

Учэнь ужаснулся до глубины души. Не имея больше никаких средств защиты, он мог лишь беспомощно смотреть, как восемнадцать видов оружия сгущаются над его головой, опускаясь всё ниже и ниже.

В мгновение ока материализованное оружие скрестилось над ним. Учэнь не успел даже вскрикнуть, как его тело и душа мгновенно обратились в прах, и лишь Камень Сотрясения Небес с громким стуком упал на деревянный пол.

— Что за шум?

Дремавший И Фэн уже готов был погрузиться в сон, но от этого звука его словно током ударило, и он подскочил на месте.

Вместе с Чжун Цином он поспешил в передний зал, но там, кроме камня размером чуть больше кирпича, никого и ничего не оказалось.

— Чёрт возьми!

— Какой невоспитанный ублюдок швыряет камни в мой дом?!

И Фэн громко выругался. Подойдя ближе, он увидел, что одна из половых досок даже прогнулась от удара, отчего ему стало неимоверно жаль свой дом. Он выбежал на улицу, но вокруг не было ни души.

— Бессовестная тварь! Чтоб у тебя сын без задницы родился!

Не найдя виновника, И Фэн мог лишь выплеснуть досаду в бранных словах. Выругавшись от души, он повернулся к Чжун Цину и распорядился:

— Ученик, выкинь этот проклятый камень отсюда.

— Слушаюсь, учитель.

Чжун Цин с трудом поднял тяжеленный камень и направился к выходу. Сделав пару шагов, он вдруг замер, словно о чём-то вспомнив, и произнёс:

— Учитель, а ведь этот камень как раз подходящего размера. Может, я положу его у порога, чтобы закрыть ту ямку на ступеньке?

Услышав это предложение Чжун Цина, глаза И Фэна радостно вспыхнули.

А ведь и вправду!

Подумав об этом, И Фэн кивнул и одобрительно сказал:

— Что ж, отличная идея! Положи у входа. Выходит, этот бессовестный ублюдок сам того не ведая сделал нам доброе дело.

И всё же эта история оставила осадок в душе И Фэна.

Он всегда относился к людям с добротой и ни с кем не враждовал. С какой стати кому-то швырять в его школу боевых искусств такой булыжник?

Непонятно, хоть умом тронься!

Поскольку Чжун Цин полностью оправился от болезни, следующие несколько дней И Фэн учил его новой технике кулачного боя и почти не выходил из дома.

Тем временем в секте Сюаньу.

Яо Линъэр вошла в главный зал и почтительно склонилась перед Нин Сюаньу.

— Учитель, старший брат Учэнь ушёл уже много дней назад, и от него нет никаких вестей. Что-то здесь не так! — не удержалась от беспокойства Яо Линъэр.

Услышав её слова, Нин Сюаньу тоже слегка нахмурился.

По идее, за столько дней от Учэня в любом случае должны были прийти вести, но то, что он до сих пор молчит, действительно было весьма подозрительно.

— Уфэн, отправляйся вниз и всё разузнай. Найди Учэня, объединитесь с ним и возвращайтесь с докладом ко мне, — глубоким тоном приказал предок Сюаньу, поглядев на мужчину в плаще, стоявшего неподалёку.

— Слушаюсь, учитель.

Цзин Уфэн почтительно кивнул. Развеяв полы своего плаща, он в тот же миг растворился в воздухе и исчез из зала...