На время спасательной операции я усилил оборонительное поле линкора «Гарибальди». Поле преобразовывало энергию столкновения вражеских масс-пуль в световое излучение, отчего в космосе заиграли фейерверки огней. Отклоненные снаряды ударили в плававший в космосе корабль Альянса. Они пробили корпус без всякого шума – ни взрыва, ни утечки воздуха. Похоже, он был пуст.

Заброшенный много столетий назад корабль.

Я мельком взглянул на него.

К моему удивления, часть управления приводами оставалась жива, но от обстрела ИИ был окончательно уничтожен и он вернулся в строй погибших кораблей.

Тем временем в моем животе экипаж продолжал запрыгивать в спасательные капсулы.

Мостик уже опустел.

На всех консолях мигала голографическая надпись: «Эвакуация!»

Капитанское место также было пусто.

– Справимся ли мы? – вновь услышал я тот голос. Из нижних уровней памяти воспоминания, словно пузырь, поднялись на поверхность и окутали мое сознание.

ーーーーーーーーーーー

– Справимся ли мы? – спросила Сохайра.

– Остальное – дело случая, – ответил я. – Главное – добраться до самого флота врага.

Флот Альянса набрал максимальную скорость; Имперский – также шел на полном ходу. Капитаны кораблей действуют умело и храбро, однако число вражеских линкоров вдвое превышает нашу численность.

Я раздал указания сбросить скорость до 0,1 скорости света (~30тыс.м/с).

Сам же я – Асагая, линкор «Козерог», наоборот, поднял скорость до 20 процентов от скорости света (~60тыс.м/с). На таких скоростях люди просто не могли управиться с кораблем, но зато я мог.

Строй кораблей теперь походил на конус во главе со мной. Я послал не шифрованную радиопередачу: «Да здравствует Империя!», записанную голосом Сохайры. Командующий Альянса должен был узнать о том, что принцесса, оскорбившая их Бога, находится на борту именно этого судна.

Вскоре я резко затормозил, отчего весь корабль тряхануло; мостик, машинное отделение, вспомогательные двигатели; экипаж вдавило в сидения, – эту силу устройства подавления инерции были не в силах полностью устранить.

Я направился в верх от флота Альянса.

Остальные – вниз.

Наш флот принял форму развилки.

Движение врага замедлилось.

Часть бросилась вслед за нами, а другая часть флота Альянса – за оставшимися.

Первоначально строй Альянса был плотным, но сейчас расстояние между двумя частями резко увеличилось. Преследуя меня, последовательно вылетали корабли из первого, среднего и задних рядов, тем самым вытягиваясь в линию.

Часть же кораблей – большая часть – последовала вниз, забывая о бреши в середине.

Когда командующий Альянсом начал исправлять ошибку, флот уже был разделен.

Пока что все складывалось по нашей стратегии.

Но в данный момент сенсоры почувствовали некоторое отклонение в поведении одного из наших кораблей. Я включил высокоэффективные линзы и обнаружил, что тяжелый крейсер «Голиаф» стоял прямо перед вражеским флотом.

Неужели он вздумал показать этот хваленый имперский дух?

Совершенно естественно, что часть кораблей противника изменила строй по направлению к «Голиафу». Против него были брошены четыре тяжелых крейсера и три линкора.

«Голиаф» вошел в опасную зону. Как сумасшедший, он начал палить изо всех орудий. Защитные поля вражеских полей засияли. Некоторые ракеты достигли корпуса судна и пара вражеских орудий вышла из строя.

Однако участь «Голиафа» была предрешена.

Крейсерам Альянса удалось обойти его, а, как известно, защитный поля тяжелых крейсеров не так сильны, ведь основной упор делается на вооружение. Под градом ракет и масс-пуль генераторы поля просто не выдержали и взорвались. Перед врагом остался обнаженный корпус.

Масс-пули пронзили броню.

Металл на пути пуль мгновенно испаряется в виде газа.

«Голиаф» покрыли смертельными отверстиями, сквозь которые быстро истекал воздух. Я также заметил, как в некоторые из ран в открытый космос вылетали члены экипажа.

Вскоре «Голиаф» потерял управление и начал беспорядочно колыхаться.

Корабли Альянса продолжали беспощадно бомбардировать крейсер, до тех пор пока реакторы совсем не угасли. И погибший «Голиаф» отправился в свободный дрейф, как и многие заброшенные судна в этой звездной системе.

– Что же это… – пробормотала Сохайра и приложила пальцы к груди: часть ритуала, чтобы души воинов отправились к богам.

Я чувствовал то же самое.

Сколько людей было бессмысленно сгублено по глупому приказу капитана?

– «Стандартный экипаж тяжелого крейсера составляет около 97 человек», – ответил мне другой «я».

Но нет времени плакать.

Флот Альянса разделен на две части, как я и предполагал.

В погоню за мной было брошено семнадцать крейсеров, ориентированных на скорость; остальные – на основной корпус Имперского флота.

Пока что они должны лишь держаться от врага на расстоянии столько, сколько смогут, двигаясь на полной мощности. И хотя линкоры могут достигать скорости истребителя, но их реакторы разогреваются гораздо быстрее.

Но и флоту Альянса нужно сначала поймать корабли в зону попадания орудий, а, значит, у них было время.

Тем временем группа преследователей позади меня уже организовала строй.

Все они следовали на скоростях самого медленного из них, но и не забывали о самых быстрых. Действительно, три линкора и пять легких крейсеров уже были близко, как один из легких крейсеров резко увеличил скорость и обогнул меня. На вряд ли он собирался биться, разве что задержать меня…

Я подготовил артиллерийские орудия.

Ближний бой начинается.