Римские пехотинцы были сильны.

Все они, отличавшиеся в малозаметных чертах, являлись мобилизационной программой. Как и все программы, она была способна к самостоятельной работе, однако главное ее предназначение заключалось в том, чтобы сокрушить врага. Часть солдат, имевшие отличия, использовали силу самой машины, поэтому их не просто так одолеть.

Когда пехотинцы достали гладиусы, солдаты программы Альянса, трясясь, также обнажили мечи. Новейшие технологии атаки были до ужаса потрясающи. Солдаты-защитники, чьи системы защиты изрядно устарели, пали духом.

Однако, раз за разом, на смену каждому убитому прибывали новые солдаты. С ножиком в руках, они по три, по четыре бросались на одного римского солдата. Один из них попал в бедро; солдат схватился за ногу, а в это время толпа остальных защитников просто задавила его. И так, один за одним.

Остается лишь признать очевидное.

По какой-то причине наши силы все равно уступали противнику. Видимо, несмотря на устаревшую технологию, машинные ресурсы защитной программы превосходили наши.

На поле боя выскочил мужчина. Он взял в руки нечто похожее на горн и ритмично заиграл.

Это был знак отвода войск.

Поскольку у противника больше не осталось лучников, солдаты отступали без боязни удара в спину. С нашей же стороны напротив, лучников было множество. После того, как пехотинцы отошли назад, солдаты из длинных луков осыпали поле боя стрелами, подобно дождю.

Для начала пехотинцы вернулись в замок. Вскоре прибыли и лучники. Был отдан приказ запереть решетчатые ворота.

Не опускаются.

Трое стражников у ворот лежали мертвыми. Эти три солдата, по сути, были обработчиком открытия и закрытия ворот. Рядом с их телами стоял римский солдат, с окровавленным мечом в руках. Как оказалось, этот римский солдат, хотя и был похож, но внутри был солдатом противника. Скопировано все, вплоть до оружия.

А тем временем в ворота замка, которые теперь невозможно запереть, начали пробираться войска противника. Лучники обстреливали врага со своих позиций, поражая стрелами одного за другим. Солдаты же Альянса продолжали прибывать, переступая через трупы своих товарищей.

Но в конечном счете, двор перед замком был захвачен.

Все достаточно, подумал я.

Пора перерубать связь с этим брошенным кораблем.

Из замка выбежала быстрая почтовая лошадь.

В этом виртуальном мире по другую сторону леса есть восемь хижин. В одной из них жил ИИ, но не я. Это был беспилотник - разведчик «Седьмой». Необходимо доставить ему послание, чтобы он выдернул кабель, связывающий брошенный корабль со мной.

Но стрела поразила гонца и он свалился с лошади. Гонец покатился и врезался в ствол дуба; раздался отвратительный звук хрустнувших костей.

Со стороны леса виднелись прибывающие войска противника. Теперь они были одеты в латы римского стиля с гладиусами в руках. Похоже, программа противника полностью скопировала инструменты атаки.

В этот момент раздался невообразимый звук, словно по рельсам тянули массивный булыжник. Вскоре из того таинственного леса показался и сам источник звука – огромный таранный молот. Он был похож на тот, что использовал я, но почти в два раза больше. Конец толстого бревна был обит железом для прочности.

Вражеские солдаты шли в тени этого молота и, прикрываясь щитами, тянули молот вперед. Но усилия лучников были напрасны: стрелы отскакивали от щитов, ведь они были сделаны из железа.

Молот приближался к воротам.

Ворота были тем, что называется точкой доступа.

С седьмой волной атаки решетки против кибератаки не выдержали.

Поскольку ворота были связаны бэкдорами с внутренней частью замка, системы испытывают невероятную нагрузку. Вражеские солдаты начали поиск программы ядра. Я тем временем готовился к обороне тронного зала. Выдержу ли я?

Вдруг в зеркале я увидел собственное отражение.

Старшеклассник Асагая Син. Темноволосый юноша. Из нагрудного кармана ученической формы торчал смартфон. Это было таинственное чувство. Я взирал на весь этот бой с позиции Бога и в то же время я был ограничен величиной человеческого тела.

Интересно, когда ядро будет захвачено, я умру? Но ведь мое тело и так уже умерло десятки тысяч лет назад. Сохайра как-то говорила, что чувствовала во мне наличие квалиа. Значит ли это, что я вновь вернусь в реальный мир? Да и в том, что Вега доверилась мне, как настоящему человеку, то же влияние наличия у меня души? В моей голове возникали множество вопросов, но все они оставались без ответа.

За пределами зала стало шумно. Слышались лязги скрещивающихся мечей, крики, стоны и всхлипы умиравших солдат. Окружавшие меня стражники достали мечи.

Я вынул смартфон из кармана и активировал iTunes; заиграла песенка Сани Рэйда «Латук и хорошая погода». Приятная освежающая мелодия разнеслась по всему полю боя.

Я до боли зажмурился.

Мне страшно? Я в ужасе?

Я хотел открыть глаза, но не стал, – мне все-таки страшно.

Это не реальный мир.

Я кашляю, кажется, мне не остановится.

Этого мира не существует.

Я вновь стану космическим линкором?

Да и кто бы стал слушать популярную среди девчонок песню прямо посреди поля боя?

Этого просто не может быть.

Это все сон.

Когда я открыл глаза… двери были сломаны.

А за ними вражеские солдаты.