Пробуждение так и не наступило даже после начала месячных.

— Единственный ребёнок Главнокомандующего ‒ инвалидка! Какой позор!

Для отца непробуждённая была "инвалидкой".

В том, что я не пробудилась, не было моей вины.

С тех пор отец открыто третировал меня как мусор. И прятал меня от внешнего мира.

По ночам участились ссоры между родителями.

Моя мать, и без того слабохарактерная, не выдержала резкой перемены в отношении отца.

Мне было всё равно.

Пока у меня была мама, я ещё могла терпеть.

— Соль, где бы ты ни была, живи, не вешая носа. В жизни никто не знает, когда и как всё наладится.

— Возьми хотя бы твоего отца. Кто бы мог подумать, что простой офицер, удачно женившись, станет Главнокомандующим?

Она говорила это и светло улыбалась.

А на следующий день я встретила маму холодным трупом, висящим на потолке.

Наверное, с тех пор моя жизнь покатилась в пропасть.

Вопреки маминым словам, ситуация с каждым днём ухудшалась.

— Поздоровайся. Это твоя новая старшая сестра.

— Доуну младше тебя на два года, не ссорьтесь, жите дружно.

Вслед за Ю Чжиханом появились Ю Сехва, Ю Доун…

После смерти мамы, не успела я и глазом моргнуть, как у меня прибавилось братьев и сестёр.

Как ни странно, они четверо хорошо ладили.

Может, потому что удовлетворяли цели друг друга.

Хоть они и не были связаны кровью, но составили дружную, слаженную семью.

За исключением меня.

Сцена сменилась.

Снова кухня.

На этот раз за столом, залитым ярким солнечным светом, сидела и я.

Судя по школьной форме, я уже была старшеклассницей, что выглядело непривычно.

— Сехва, слышал, тебя повысили. Молодец, много трудилась. Я горжусь тобой.

— Доун, говорят, у тебя неплохие результаты на тренировках. Скоро ты ничем не будешь уступать своим брату и сестре, когда пойдёшь во Врата.

Отец по очереди хвалил приёмных детей.

Затем его взгляд упал на меня, тихо сидевшую с краю.

В его глазах, смотревших на меня с распухшей от чьего-то удара щекой и разбитой губой, застыло презрение.

— Тьфу. Ты, в следующем году уже совершеннолетняя, когда ты повзрослеешь? Зная, что твоя сестра в последнее время нервная, зачем ты зашла в её комнату!_

— Ай, не надо так, отец. На этот раз Сехва действительно переборщила.

— Простите, отец. Я только что проснулась и приняла её за вора.

Ю Чжихан, мерзко ухмыляясь, делал вид, что защищает, а Ю Сехва бесстыдно врала.

«Ах. Вспомнила».

Это был день, когда я только вернулась из школы и, столкнувшись с ней, тут же получила пощёчину.

Она сказала, что мой взгляд на неё был неприятен, или что-то в этом роде.

Отец, с недовольным лицом обрушивший на меня поток брани.

Я в прошлом, тупо опустив голову, не могла вымолвить ни слова.

Я, наблюдавшая эту сцену со стороны, горько усмехнулась.

«Ну и… я ничуть не лучше Эдит».

Даже не ничуть.

Моё положение было гораздо более жалким и ничтожным.

Эдит, по крайней мере, хоть отец и отвернулся, не росла, получая побои от сводных братьев.

«Хотя нет. В конце концов, они оба умерли, потому что этим типам было плевать, так что один хрен».

Я горько усмехалась, перебирая эти бессмысленные сравнения.

Тук-тук.

Вдруг откуда-то донёсся стук в дверь.

И одновременно с этим сцена перед глазами с грохотом рухнула.

«Я просыпаюсь».

Как только меня посетило это интуитивное чувство,

Тук-тук.

Стук повторился.

Я медленно открыла глаза.

Сознание было ясным, словно я и не спала.

Зато тело было тяжёлым, будто я простудилась.

Я тихо вздохнула и спросила:

— Кто там?

— Госпожа, это я.

— Входи.

Как только я разрешила, дверь со щелчком открылась, и вошёл дворецкий.

Вставать и встречать его было лень. Поэтому я, лёжа, лишь повела глазами в его сторону.

— Что случилось, дворецкий?

— Герцог велел передать, что, отмечая ваше возвращение, хочет провести семейный ужин.

— Я немного устала. Нельзя ли перенести на завтра?

— Вы же и обед пропустили, госпожа! К тому же герцог специально пригласил повара из императорского дворца…

Дворецкий принялся читать нотации, говоря, что нужно бы и поприветствовать герцога по случаю возвращения.

Может, из-за только что приснившегося сна про прошлое.

Честно говоря, мне не очень хотелось видеть ни герцога, ни Итана.

Но если перенести на завтра, всё равно рано или поздно придётся через это пройти.

— А, ладно! Спущусь, и всё!

— Я передам герцогу, что вы спуститесь после того, как приготовитесь.

Как только я раздражённо ответила, заткнув уши, дворецкий, словно и не читал нотаций, мягко улыбнулся.

— Ах да, пока вы спали, приходил человек из Бюро безопасности.

— Из Бюро безопасности?

— Да. Спросили, когда вы планируете посетить их, я сказал, что сначала доложу вам, и отправил их обратно.

Не прошло и дня с моего возвращения, а они уже торопят ‒ я только языком поцокала.

Видимо, прежняя Очистительница, которая долго отсутствовала и вызывала беспокойство, наконец умерла, так что у них там, наверное, подгорает.

— Ладно, понял.

— Хорошо, тогда до встречи.

Боясь, как бы я не передумала, дворецкий пулей вылетел из комнаты.

Словно по смене, вошла Нэнси.

— Госпожа, вы проснулись?

— Ага. Нэнси, помоги мне с одеждой.

С её помощью я переоделась в небесно-голубое домашнее платье и вскоре спустилась на первый этаж.

Когда я вошла в столовую, герцог и Итан уже сидели за столом.

— Как вы поживали, отец?

— Хорошо. У тебя тоже всё нормально?

Обменявшись подобающими приветствиями, я села на место, и тут же начали подавать еду.

— Да.

Я равнодушно кивнула, а герцог, потягивавший аперитив, нахмурился.

— Какое там нормально! Почему сразу не прислала мне письмо, чем занималась?!

Недовольно покосившись на меня, он тут же расплылся в улыбке и вкрадчиво спросил:

— Говорят, ты пробудилась как Очистительница?

— Ну да… так получилось.

— Во дворце только и разговоров, что о тебе! Говорят, ты очистила Мглу в один миг! Говорят, у покойной Очистительницы и то таких подвигов не было?

Герцог, возбуждённо тараторя, выпалил это.

Я уже догадывалась по плакату "Наша дочь нормально пробудилась", но он, похоже, был счастлив даже больше, чем я думала.

Глядя на его сияющее лицо, я чувствовала себя странно.

С одной стороны, думала, неужели ему так радостно, а с другой ‒ было горько осознавать, что здесь, за этим столом, сижу не его настоящая дочь.

— Видно, правду говорят: век живи ‒ век учись. Кто бы мог подумать, что я доживу до того, как ты пробудишься… Теперь у меня будет, что сказать твоей матери на том свете.

Пока я молча слушала бормотание герцога, меня вдруг посетил вопрос.

«Кстати… допустим, пробуждённых очищала Эдит, но как очищали Мглу? А обезумивших?»

Как бы ни манипулировали сознанием, нельзя же было вызывать герцогиню на каждое место открытия Врат.

Я нахмурилась, погрузившись в размышления, а герцог продолжал говорить.

— Когда пойдёшь измерять ранг?

— Да, тут из Бюро безопасности человека присылали. Наверное, завтра и схожу.

— Мне пойти с тобой?

— Нет.

От моего отказа герцог сделал унылое лицо.

Но это длилось недолго ‒ он тут же, как ни в чём не бывало, продолжил игриво:

— Нутром чую, что S-ранг, ни больше ни меньше. Уже то, что ты сделала то, что не удавалось покойной Очистительнице. И после твоего отъезда мне приснился сон, будто дракон появился!

— …

— Только дождись результатов измерения. На этот раз прикажу расклеить объявления даже в Акарне. А нет, лучше вообще листовки напечатать и разбросать?

Акарна ‒ это герцогские земли на юге.

Видя, как он, разгорячившись, что-то там себе придумывает, я скривилась.

— Это уже слишком…! И снимите уже то, что снаружи.

— Почему? Что в этом плохого?

— Мне стыдно.

— Чего стыдно-то? Надо же дать знать этим болтунам! Что дочь Дариуса Блейка пробудилась как S-ранговый Очиститель!

— Отец.

Я не собиралась говорить об этом за столом, но дальше терпеть было нельзя.

Я сразу выпалила то, что обдумывала всю дорогу обратно.

— Этого, конечно, не случится, но даже если я и S-ранг, пользы семье от меня не будет.

— …Что?

— У меня нет особого желания выходить замуж. Я уже взрослая, так что, наверное, когда-нибудь, накопив денег, съеду и буду жить самостоятельно.

От моих внезапных слов глаза герцога расширились.

Итан, молча ев, тоже удивлённо посмотрел на меня.

— Что за чушь? Какая самостоятельность?

Сочтя мои слова смешными, герцог недоверчиво расхохотался.

— Куда ты пойдёшь из нормального-то дома? Эх, видно, надо тебе пойти да натерпеться, чтобы ума набраться, тьфу.

— Да и нет у меня причин оставаться.

Спокойно проговорила я, несмотря на то, что герцог отмахивался от моих слов, как от ерунды.

— Даже если я уйду, ничего не изменится, правда? У вас, отец, уже есть приёмный ребёнок, которого вы сделали наследником вместо меня.

— …

— Я не шучу. Я думала об этом всё время после того, как очнулась от комы.

— …Ты.

Улыбка на лице герцога постепенно угасла.

Похоже, он наконец понял, что я говорю серьёзно.

Тяжёлым, низким голосом он спросил:

— Жила себе спокойно, и вдруг с чего такие мысли?

— Потому что не хочу больше оставаться в этом доме.

— Почему?

— Неуютно.

— Что именно?

— Мне надоело быть обузой, надоело, что контролируют каждое движение. Да и странно теперь, когда я пробудилась, строить из себя дружную семью, вам не кажется?