Мужчина, входивший с таким видом, будто это его собственная комната, замер, увидев меня.

— О… Я, конечно, слышал, что это полезно, и поймал, но не думал, что эффект будет настолько быстрым?

— Я только что это выпила!

— Голос, однако, звонкий. Хорошо.

То ли он слушает меня, то ли нет!

Он довольно улыбался, словно моё пробуждение было исключительно его заслугой.

— Это…! У-у-у!

Я уже открыла рот, чтобы от возмущения что-то сказать, как вдруг.

Шмыг.

Нэнси быстро сунула мне в рот что-то.

Одновременно на языке растаял сладковатый и освежающий вкус.

Мятная конфета.

Благодаря ей горький и противный привкус, круживший во рту, исчез как по волшебству.

— Хе-хе… Вкусно, правда, госпожа?

Хрум.

Я с хрустом раздавила конфету зубами и, сверкнув глазами, покосилась на Нэнси, а она, слегка смутившись, робко улыбнулась.

«Ах, ты. Ну ты и хитрюга. Ладно, прощаю».

Хотя обида на то, что они с Эстон сговорились и втайне скормили мне эту гадость, ещё не полностью прошла, сейчас это было не главное.

Беззвучно вздохнув, я взглянула на них обеих.

— …Нэнси, Эстон. Не могли бы вы выйти?

Они, словно только и ждали этого, поспешно покинули комнату.

И в этот момент.

— Эй, целительница. Забери-ка это.

Тип протянул Эстон, которая, низко поклонившись, спешила к двери, то, что держал в руках.

Это был жёлтый мешок, туго завязанный сверху.

При виде его лицо девушки почему-то побледнело.

— С утра поймал ещё одну. Ещё живая, так что осторожнее.

— Ы-ых. Да…

Она бережно, двумя руками, приняла его.

И уже собралась уходить, как вдруг.

— Ш-ш-ш-ш-ш-и-и-и-и-и!

Вместе со звуком, от которого волосы встали дыбом, мешок бешено заходил ходуном.

— Ы-ы-ы…!

Эстон, содрогнувшись, перехватила мешок поудобнее.

— Тьфу, я же сказал ‒ осторожнее. Упустишь такую ценность ‒ и толку?

Увидев это, Сержио цокнул языком и сделал замечание.

По спине пробежал ледяной холодок, предвещая недоброе.

— Н-неужели… это тоже змея?!

— Повезло.

Он, ухмыльнувшись, подошёл к кровати.

— Как раз собирался на рыбалку и обнаружил её, загорающую на пляже.

— Эстон, немедленно выкинь это в мо… Мф!

— Ай-яй. Поздоровались ‒ и хватит. Сиди, герцогиня. Ты же ещё нездорова.

— М-м-м-м-ф!

— Съешь-ка лучше ещё.

В тот миг, когда я хотела закричать, чтобы он немедленно её выпустил, тип молниеносным движением зажал мне рот.

И при этом, взяв три-четыре конфеты, оставленные Нэнси, запихнул их мне в рот вместе с рукой!

— М-м-ф, м-м-ф! М-м-м-м-м-ф!

С ума сошёл, ублюдок! Я задыхаюсь!

Я отчаянно мотала головой и вырывалась, а он преспокойно себе вещал:

— У меня руки чистые. Ради пациента на совесть вымыл, так что не волнуйся.

— Я-я пойду!

Тем временем Эстон пулей вылетела из комнаты.

Только тогда рука, зажимавшая мне рот, убралась.

— Пф-ф-ф!

Я рефлекторно выдохнула.

Тра-та-та!

Конфеты, которые он запихнул мне в рот, вылетели, словно пушечные ядра.

Естественно, человек, сидевший напротив меня, принял их на себя.

Щёлк! Щёлк!

Даже первые две выпущенные пули угодили ему прямо в лоб, как щелбаны, и отскочили.

Он прикрыл глаза.

— …Могла бы и словами сказать. Зачем вдруг нападать, герцогиня?

— …

Я, готовая взорваться от гнева, на мгновение потеряла дар речи.

Потому что на его чёрном пиджаке вязко прилипло несколько разноцветных конфет.

К тому же, глядя на его медленно краснеющий лоб, я невольно фыркнула.

— Смешно?

— Кхм.

Я быстро прокашлялась и приняла серьёзный вид.

Честно говоря, мне было скорее приятно, чем стыдно. Поделом.

— …Вот именно, зачем вы пихаете конфеты людям в рот без спросу?

— Фу-у-у….

Сержио, дёрнув бровью, глубоко вздохнул.

На мгновение мне стало немного страшно. Но, к счастью, он ничего не сказал, а просто выпрямился, перестав зажимать мне рот.

Хвать—!

Затем телекинезом ловко стряхнул с себя конфеты.

— …Как ни посмотрю, с тобой, герцогиня, вечно какие-то истории приключаются.

Пробормотал он себе под нос.

Я опешила.

«Кому бы говорить…!»

Гнев, на мгновение забытый из-за конфетной атаки, снова вскипел.

Я уставилась на него и резко бросила:

— Вы же знаете, что это нарушение условий сделки?

— Какое ещё нарушение?

— Я сейчас чувствую огромную угрозу для своей жизни от Вашей Светлости.

— Ха?

Сержио недоверчиво фыркнул.

— Какую ещё угрозу для жизни ты почувствовала?

— Вы пытались меня убить с помощью змей и конфет!

— Убить? Ты так говоришь ‒ мне обидно, герцогиня.

Он, отвратительно, сделал обиженное лицо.

— Разве не слишком жестоко с человеком, который, отказавшись от охоты, старательно ловил их для тебя? И знаешь, как быстро плавают эти морские змеи? Рыбачить под палящим солнцем ‒ тоже удовольствие ниже среднего.

— Никто не просил Вашу Светлость это делать.

— Вот именно, кто же просил тебя так часто падать в обморок?

— То есть это всё моя вина?

— Ага. Твоя, потому что слабая.

Ха…

Чем больше я с ним разговаривала, тем больше, казалось, из головы шёл пар.

Я, сжав кулаки, мелко дрожала, как вдруг он мельком глянул на миску, стоявшую на столе.

— Однако, молодец, всё выпила.

Неужели он так гордится тем, что я выпила этот змеиный суп?

Увидев пустую миску, он снова осклабился.

Меня внезапно охватило беспокойство, и я, уставившись на него, спросила:

— А если бы там был змеиный яд? Предупреждаю сразу, одна я не умру.

— Не волнуйся, я сразу после поимки вырвал ядовитые зубы. И вообще, если сварить, всё можно есть.

Изрёк он эту чушь и недовольно покосился на меня.

— Однако, выросла в тепле, вот и капризная такая.

— Лучше бы вы, Ваша Светлость, который вырос на всём готовеньком, ели вместо меня побольше.

— Я уже наелся этой дряни до того, что, кажется, у меня во рту чешуя прорезалась. Благодаря этому и приобрёл такое крепкое тело.

Он указал на свою огромную тушу и добавил:

— Нет лучше средства для восстановления сил, говорю тебе. Я живое доказательство, герцогиня.

— …

— Так что не капризничай и ешь с благодарностью. Всё же лучше, чем сырым грызть, правда?

— Фу!

Я скривилась и содрогнулась.

«Какая ещё чешуя! Сначала слюной смочи, а потом ври».

В романе не было такого, чтобы герой №4 любил змеиный суп.

И шутки шутками, но он всё же императорская кровь, как бы плохо к нему ни относились.

Не мог же он есть каких-то змей.

Неужели он понял, что я ему не верю?

— Ты разве не слышала слухов обо мне? Что меня сразу после пробуждения бросили во Врата.

Он пожал плечами и сказал это так обыденно, словно речь шла не о нём.

— Кто же даст тебе с собой ланч, когда выталкивают подыхать в гиблое место? А монстров жрать сырыми не будешь.

— …

— Знаешь, какой человек становится, когда поголодает дня три? Глаза перестают видеть что-либо, кроме еды. Начинаешь жрать всё, что попадётся: змей, червей, траву ‒ без разбора.

Я слышала это впервые.

Естественно, в оригинале, который ведётся от лица героини, прошлое главных героев не описывается так подробно.

Вспоминая ли то время, Сержио на мгновение устремил взгляд в пустоту.

«Неужели он так настрадался?»

Судя по его реакции, похоже, это не ложь, и мне стало немного не по себе.

Но это длилось недолго.

Он вдруг, как безумный, захихикал.

— Не умел разводить огонь, так поначалу жрал сырым. Из-за этого столько проблем было, намучился.

— …

— А ты когда-нибудь пробовала сырую змею, герцогиня?

Разумеется, нет.

Я молча покачала головой, и он, перестав смеяться, тихо произнёс:

— Вкус у неё, скажу я тебе…

— …

— Хреновый.

В некотором смысле, это было печальное прошлое главного героя.

Но, простите меня, я больше не могла терпеть.

— Уф!

Я непроизвольно подавилась рвотным позывом, и он сделал удивлённое лицо.

— …Кхм. Извините, уф!

— Ха.

Когда я снова не сдержалась, он горько усмехнулся.

— Ну надо же… Её тошнит от рассказа о чужом голодном детстве. Может, похвалить тебя как величайшую злодейку Империи?

Мне стало немного обидно, ведь я не специально.

Честно говоря, я и не хотела знать о несчастном прошлом героя №4.

Если уж соревноваться, у кого детство было несчастнее, я тоже не промах.

«Я несчастнее! Из-за этого проклятого типа я тоже страдаю…»

Кое-как подавив рвотные позывы, я максимально вежливо попросила:

— Ваша Светлость, простите, но меня сейчас действительно… вывернет, можно я на минутку…

— Только попробуй вырвать.

Он оскалился и улыбнулся мне, а затем внезапно, как демон, выпучил глаза.

— Я и в столице буду регулярно ловить и присылать тебе.

— …

Я молча взяла одну из лежавших рядом мятных конфет и съела.

И в этот момент.

Тук-тук.

Внезапно раздавшийся стук в дверь заставил нас с Сержио одновременно замереть.

«Кто бы это? Нэнси?»

Но я же только что попросила их выйти, и чтобы они вдруг вернулись ‒ странно.

К тому же, если бы это была Нэнси, она бы уже назвалась.

— …Пока… присядьте, пожалуйста.

Всё-таки нельзя же вечно держать гостя стоящим у кровати, поэтому я указала Сержио на обеденный стол.

И, собравшись, направилась к двери.

— Кто там?

Спросила я настороженно, и из-за двери донёсся незнакомый голос:

— …А, здравствуйте, герцогиня! Я ‒ помощник графа Фредерика, меня зовут Уильям Браун. Меня послал граф, чтобы я разыскал вас!