Вслед за стуком в дверь послышался встревоженный голос дворецкого.

Похоже, звуки всё же просочились наружу, несмотря на мою осторожность.

— Убийственный тайминг.

Мне даже не удалось порадоваться тому, что я обладаю столь невероятной силой очищения.

Я мельком взглянула на свою липкую руку, испачканную чёрной кровью, с которой уже исчез зелёный свет, и тут же присела на корточки перед Эстон.

И стала вытирать грязную руку о её спину.

— Всё равно вещь уже испорчена, послужи заодно.

Конечно, смыть водой было бы гигиеничнее, но времени бежать в ванную не было.

Немного оттерев руку, я наконец поднялась.

Ноги дрожали, будто я вот-вот рухну.

Но, стиснув зубы, я направилась к двери, чтобы разобраться с последствиями.

Тук-тук-тук, тук-тук-тук!

— Госпожа! Госпожа, ответьте же…!

Щёлк!

Когда я открыла дверь, дворецкий, стоявший прямо перед ней, в замешательстве отступил.

— Ах, госпожа! Вы в порядке?

— Всё в порядке, так что впусти Нэнси, дворецкий.

— Извините? Зачем Нэнси…

Услышав мои слова, дворецкий удивлённо замолчал, а затем лицо его стало серьёзным.

— Неужели эта Эстон снова нагрубила вам, госпожа? Так нельзя, госпожа. Во время лечения всё же лучше, чтобы я был рядом…

Я преградила путь дворецкому, пытавшемуся войти в комнату.

— Лечение успешно завершено. Просто у нас с девушками появился… деликатный разговор. Так что хватит болтать и впусти уже Нэнси.

— Но я обязан, по приказу господина Итана, тщательно проверить ваше состояние…!

— Нэнси! Не могла бы ты принести ту гипсовую статую сзади? Если слишком тяжело, можешь уронить по дороге, ничего.

— Ах, нет! Конечно, вам нужно поговорить! Позовите, когда закончите!

К счастью, дворецкий послушно отступил.

Нэнси с крайне покорным видом протиснулась в образовавшийся проход и заспешила внутрь.

Тук.

Дверь закрылась прямо перед носом дворецкого, и на этом переполох временно улёгся.

— Хи-хик! А-ах, госпожа! Да как всё это случилось?

Увидев состояние комнаты, Нэнси, разумеется, была в шоке.

Я, волоча уставшее тело, плюхнулась на кровать и сказала:

— Для начала, я её не била, так что не волнуйся.

— Я даже не думала о таком!

— Тогда о чём?

— Просто… подумала, что ваза всё-таки упала с тумбочки…

Какая же она робкая, но допытывается до конца.

«Да это же то же самое!»

От нелепости даже злость не шла.

Я фыркнула и тут же указала на разгромленный пол.

— Извини, не могла бы ты прибраться?

— Да!

К счастью, Нэнси больше не стала расспрашивать и быстро засуетилась.

Спустя некоторое время.

— Госпожа. Э-э… что насчёт Эстон?

Нэнси, в мгновение ока отмывшая пол от чёрной крови, спросила с неловким видом.

Я, растянувшись на кровати, чтобы отдохнуть, бросила взгляд на пол.

— Оставь. Сама очнётся.

— А если она долго не будет выходиьь, дворецкий не заподозрит ли чего?

— Что поделаешь. У нас же с девушками… деликатный разговор.

Равнодушно ответив, я затем спросила:

— Кстати, у тебя есть какая-нибудь ненужная одежда? Если нет, подойдёт и моя.

— Ненужная одежда? Есть, но… зачем?

— В таком виде её же нельзя выпроваживать.

— Ага! Сейчас принесу!

Будто всё сразу поняв, Нэнси быстро побежала в смежную комнату, примыкающую к моей.

С тех пор как её назначили ухаживать за мной, находившейся в коме, она жила там.

Пока Нэнси искала одежду, я подошла к туалетному столику и стала рыться в ящиках.

Нужное нашлось быстро.

Хотя Эдит и не пробудилась, из-за чего отец отвернулся от неё, но, как и подобает единственной герцогине, её ящики были полны роскошных украшений.

Пока я выбирала подходящее по размеру кольцо с драгоценным камнем, Нэнси вернулась.

Положив одежду, она тут же взяла влажную тряпку и отмыла лицо и руки Эстон, вымазанные чёрной кровью.

«Какая же она добрая».

Наконец, все следы безумия, кроме самой одежды на Эстон, исчезли.

За всё это время Нэнси не задала мне ни одного вопроса.

Сообразительная и тактичная девочка.

В современном мире из неё вышла бы отличная помощница.

Но времени, чтобы построить с ней доверительные отношения, было слишком мало.

— Нэнси, подойди-ка сюда на минутку.

— Да!

Нэнси, вытерла руки и послушно подбежала ко мне.

— Что случилось, госпожа?

— На, возьми.

Я протянула ей заранее выбранное кольцо.

— З-зачем вы мне это…

— Нужно же как следует вознаградить за сегодняшние труды.

— Н-но… это же моя прямая обязанность как служанки госпожи?

— В эту сумму входит и плата за молчание.

Мой голос, холодно проводивший момент с неприятной откровенностью, заставил Нэнси вздрогнуть и пожать хрупкими плечами.

«Прости, Нэнси».

Ничего не поделаешь.

Сомнительная на вид чёрная кровь.

И лежащая без сознания пробудившаяся, из которой она сочилась.

Даже если Нэнси плохо разбирается в безумии пробудившихся, если эта ситуация просочится наружу, будет беда.

«Моё пробуждение нужно скрыть любой ценой».

Честно говоря, это ещё плохо укладывается в голове.

То, что Эдит – пробудившаяся, и то, что я могу использовать в этом теле свою изначальную силу – очищение.

«Да ещё и в куда более мощном виде…»

Точный уровень можно узнать только после измерений, но это определённо не D-ранг.

Скорее, с такой скоростью я очищала даже быстрее, чем героиня очищала главных героев в романе.

«Конечно, в романе не указывался уровень угрозы, так что нельзя быть уверенной…»

Я отчётливо помнила описание, что Лейлин обычно тратит на очищение от половины до целого дня, а в сложных случаях – до недели.

Более того, пробуждение пробуждением, но самое главное, что нужно скрывать, это…

«Двойной пробудившийся».

Верно.

Если разобраться, сейчас у меня целых две силы.

Способность видеть уровень угрозы и способность очищать Мглу.

Двойные пробудившиеся были настолько редки даже в моём прежнем мире, что их можно было пересчитать по пальцам, и о них почти ничего не было известно.

А уж в этом чёртовом романе, где все превозносят героиню, о таком и речи быть не может!

«Неизвестно, как могут использовать меня, если узнают, что я двойной пробудившийся».

Так что заплатить Нэнси за молчание было не выбором, а необходимостью.

И тут…

— …Госпожа.

Как раз в этот момент она, смотревшая на меня дрожащим взглядом, вдруг посмотрела на меня с решительным выражением лица.

«Как я и думала».

Мне это показалось довольно предсказуемым.

В романе героиня выстраивает прочные отношения даже с окружающими.

— Искренность рано или поздно будет услышана, великий герцог Вельнак!

— Почему ты говоришь только плохое, Эдит? Я думал, мы можем стать близкими друзьями…

— У каждого человека есть своя боль. Я хочу стать Очистительницей, способной очистить даже это, Винсент.

Вспомнив несколько характерных фраз героини, я горько усмехнулась.

Искренность? Дружба? Любовь?

Я, заслуженная работница в лаборатории, не верила в такие фантастические слова.

Мир – цветущий сад только для главных героев.

«Мне же, вселившейся даже не в главную героиню, а в злодейку, которую мир терпеть не может…!»

Для вселившейся всё было суровой реальностью.

Не зря же с самого начала мне пришлось пережить выход пробудившейся из-под контроля, чёрт возьми!

Поэтому было совершенно естественно, что Нэнси взяла кольцо.

Однако…

— А вы знаете?

Внезапно Нэнси протянула обе руки и крепко сжала мою руку, в которой лежало кольцо.

И сказала:

— Пять лет назад, когда меня только перевели в герцогский дом из Эзении, меня однажды обвинили в краже вашего кольца.

— …Что?

От неожиданных слов я округлила глаза.

Нэнси горьковато улыбнулась.

— Потому что все думали, что вы выделяете меня и специально забрали из загородного дома.

— Такое было?

— Да…

Кивнув, она продолжила:

— Когда кольцо нашли у меня в комнате, все обрадовались и побежали к вам. А знаете, что вы тогда сказали?

— …

— "И из-за такой ерунды вы подняли такой шум с самого утра? Что, вам тоже захотелось? Тогда берите в руки хотя бы сухую тряпку, как она".

— …

— Я тогда одна убиралась в вашей комнате.