Вскоре раздался стук в дверь, это вернулась Оксана.

[«Я хотела бы сопроводить вас в другую гостиную. Вы не против?»

Похоже, герцогиня Ильина всё-таки преодолела смущение и поднялась с постели.]

Моё лечение как раз было завершено, и Иван с Валентином одновременно поднялись на ноги.

«Ваше Высочество.» - обратился Валентин.

«Хм?»

«Заживление идёт медленнее, чем я ожидал. Вам нужно быть осторожнее с движениями. Только не говорите, что снова решите лезть на стены замка от скуки?»

«Вообще-то это вполне в её стиле.» - хмыкнул Иван.

Я одарила его мрачным взглядом за сарказм, но в этот момент Валентин вдруг шагнул вперёд, заслонив его из виду. И, словно это было самым естественным делом в мире, без тени колебаний, он взял мою руку и легко коснулся губами центра ладони.

«Берегите себя. Хоть бы ради меня.»

«Ох, ну перестань…это звучит приторно.» - буркнул Иван, цокнув языком.

[Но мне и без того было неловко: ладонь горела так, словно по коже бежали крошечные пушистые гусеницы. Да, да, именно так! Это и правда было чересчур. Не я ли одна это понимаю? Очевидно, у Валентина свои мотивы, и они отнюдь не безобидные.]

Эта мысль не отпускала меня следующие два часа.

[Разум человека удивителен: стоит лишь мысленно перебрать цепочку двусмысленных поступков Валентина, и надежда оборачивается уверенностью.]

[Несомненно, пусть это и не великая любовь, но романтический интерес и любопытство ко мне он испытывает.]

Я вспомнила его слова:

[Интересно, почему я сделал предложение Оксане Ильиной?]

[Я собирался посвятить жизнь вам, Ваше Высочество.]

[Запомните, что бы ни случилось…если вы ещё раз извинитесь передо мной, я стану подлецом, который украдёт у вас поцелуй.]

[Если он говорил всё это без всякого смысла, он ничтожество. Но Валентин не такой. Значит, он действительно испытывает ко мне чувства.]

От этого осознания сердце забилось чаще. Мне хотелось схватить его за руку и прямо сейчас потребовать: [Ты! Ты же любишь меня, верно? Признайся!]

[…Успокойся, Лариса. Вспомни, кто ты. Принцесса Охалы, в разгар подавления мятежа. Ты не имеешь права вести себя, как глупая влюблённая девчонка.]

[Но всё-таки…может, хотя бы поговорить с ним, хоть на минуту?]

[Он уезжает на рассвете. Если не сомкнуть глаз до этого, я смогу его увидеть.]

Как оказалось, я была не единственной, кого мучила эта мысль.

«К-к-как думаете, встреча продлится долго?» - Оксана смущённо замялась. «Его Высочество Иван сказал, что уезжает в Махачкалу на заре, и…и я надеялась, что успею поговорить с ним до отъезда…»

[Хорошо иметь союзника: от этого чувствуешь себя менее нелепо. Плохо лишь то, что союзник этот - невеста Валентина. К тому же она питала чувства к человеку, которых я никак не могла разделить.]

«Если не будете спать, шанс появится.» - ответила я.

[И ради меня ты должна воспользоваться этим шансом.]

«Но это будет слишком заметно…Он добрый, конечно, виду не подаст, но вдруг я покажусь ему навязчивой?»

«Навязчивой? Да ни за что.»

[Если уж на, то пошло, он заботится о тебе куда больше, чем ты думаешь.]

«Но…я ведь не такая, как вы, Ваше Высочество. Ни высокого положения, ни стройностью не отличаюсь. Не сильная, не грациозная…еле-еле владею тремя языками…Боже, как жалко я звучу, унижая саму себя.»

[Что эта девица несёт?] Я с удивлением уставилась на Оксану. Она смутилась и съёжилась под моим взглядом.

«Моя помолвка разрушилась тоже из-за характера. Жених на пиру напился и заявил, что я совсем не женственна, что я слишком тихая и робкая, и что он сомневается, смогу ли я вообще родить детей…Мама в ярости расторгла помолвку. Но с Терезой у неё и так забот невпроворот…Я боюсь, что это повторится снова…»

[Повторится снова? Вот откуда её привычка первой унижать себя, чтобы не дали унизить другие.]

[Я бы на её месте заставила этого подонка рыдать и умолять о прощении.]

[Но я не умела утешать людей.]

[Однажды Иван сказал мне: «Ты выросла как принцесса - упрямая, эгоистичная, но в этом нет твоей вины. Просто такова жизнь во дворце. Но запомни: не все мыслят, как ты. Мы не сможем защищать тебя всегда. Ищи тех, кто будет рядом по своей воле.]

[Тогда я не придала его словам значения. Теперь же начинала понимать.]

[А, что он советовал, если всё-таки нужно кого-то поддержать? Ах да…]

«Я чувствую то же самое.» - тихо произнесла я.

Оксана удивлённо моргнула, потом выдавила дрожащую улыбку.

«С-спасибо, Ваше Высочество…Одни ваши слова уже много значат…»

[Она не поверила ни на миг.] Между нами витало недоразумение.

«Нет, я серьёзно…Я тоже теряю уверенность рядом с тем, кто мне нравится.»

Это зацепило её. Лицо Оксаны просияло от искреннего любопытства.

«О! В-вы имеете в виду…графа Валентина?»

Я и не пыталась больше изображать удивление, чувств было и так слишком заметно.

«Но что значит «теряете уверенность»? Вы ведь смотритесь вместе идеально! Уверена, вы станете самой красивой парой во всей Охале.»

[Парой?]

[Подождите…выходит, Валентин ещё не делал предложение Оксане?]

[Тогда многое становилось понятным: её холодность к нему, смелость говорить о чувствах к Ивану прямо при мне…]

Я облегчённо выдохнула.

[Раз уж разговор зашёл так далеко, я решилась на маленький шаг вперёд.]

«Оксана, мы знаем друг друга недолго, но скажи честно: как, по-твоему, Валентин относится ко мне?»

«Он без ума от вас.»

«Влюблён? Не как в родственницу, а как в женщину?»

Она замерла, лицо стало серьёзным. Прищурившись, задумчиво потеребила подбородок, потом вдруг ахнула.

«Принцесса Лариса!»

«Да?»

«Хотите сказать, что после всего, что он делает, он так и не дал вам ни малейшей уверенности?!»

«Уверенности? О чём ты?»

Оксана схватилась за сердце, словно в ужасе.

«Ах, Боже мой! Граф Валентин может казаться утончённым, но в душе он коварный злодей! Так нельзя, Ваше Высочество! Я не позволю вам страдать из-за его неопределённости! Слушайте внимательно и делайте всё точно так, как я скажу. Обещаю, мы немедленно это исправим!»