— Хм-м… — я задумчиво постучала пальцами по одеялу, а потом решительно сжала кулак. Ободряюще улыбнувшись, я сказала: — Думаю, первосвященник не станет делать вид, что что-то знает.

В конце концов, он уже пообещал мне свою помощь. Ему не было смысла устраивать допросы и пытаться сорвать капюшон со своей тайной благодетельницы, если она сама того не желает.

— Но даже если он что-то заподозрит или намекнёт, просто сделай вид, что ничего не понимаешь.

— Д-да…

— И послушай, это вообще не твоя вина, так что перестань себя грызть, — мягко добавила я, глядя на поникшую Энн.

Она в замешательстве склонила голову набок:

— Простите?

Похоже, она даже не подозревала, что верховный жрец мог узнать меня вовсе не из-за её оплошности. Что же мне делать? Сказать, что я сама, скорее всего, спалилась?

Прежде чем я успела честно признаться, Энн, видимо, решила, что я просто пытаюсь её утешить, и посмотрела на меня с таким умилением, что я сдалась. Решив пока не разубеждать её, я сменила тему на более насущную.

— Нужно сделать ещё кое-что.

— Слушаю, госпожа.

— Свяжись с гильдией «Золото» и прикажи распустить слухи о том, что произошло вчера на банкете. Сделайте акцент на императоре.

Учитывая, что кронпринц обнажил меч прямо в бальном зале и устроил кровавую сцену, а дворяне были в ужасе, полностью перекрыть эти сплетни будет невозможно. Общественное мнение всё равно будет бурлить.

«И всё же я должна попытаться сместить фокус».

— Пусть все таверны и салоны гудят о словах главы Башни. О Золотом Яйце, которое привезла леди Димондра. О том, что император начал кровопролитную войну исключительно из корыстных побуждений и мании коллекционирования. Да, и было бы нелишним напомнить всем, как именно первосвященник благословил принца на церемонии.

— Будет сделано, госпожа!

Ситуация была немного напряжённой, но далеко не критической. Благодаря вчерашнему фиаско монарха даже его самые преданные сторонники могли пересмотреть свою политическую позицию.

«Особенно мой отец. Будучи ключевой фигурой императорской фракции, герцог Базилиан теперь сто раз подумает, стоит ли поддерживать такого правителя».

— Госпожа, вам ещё что-нибудь нужно? — с готовностью спросила Энн, словно горя желанием загладить свою мнимую вину со жрецом.

В голове промелькнуло одно слово, но я покачала головой. Был кое-кто, кого мне нужно было увидеть в первую очередь.

* * *

Отправив Энн с поручениями, я быстро умылась, переоделась и направилась прямиком в гостевое крыло, где поселили Марианну и Диора. Поскольку Диору вчера стало плохо и он уехал раньше времени, я даже не видела его лица с тех пор, и это не давало мне покоя. Эвклид наверняка уже проведал племянника, но мне нужно было своими глазами убедиться, что малыш в порядке.

Однако, придя в их комнаты, я обнаружила, что они пусты.

«Они, наверное, ещё даже не завтракали... Куда они подевались?»

Неужели вышли поиграть в такую рань? Мне было приятно думать, что дети наконец-то расслабились и чувствуют себя в поместье Базилианов как дома (в отличие от их зажатости вначале). И, судя по их активности, Диору явно стало лучше.

Свернув к внутреннему саду, я ещё издалека услышала заливистый, счастливый смех Диора.

— Ха-ха-ха! Выше!

— Ещё выше?

— Да!

И этот второй, низкий голос… Я давно его не слышала.

Неужели?.. Подойдя ближе, я замерла. Это был Алексис. Его широкая спина и высокий рост едва скрывались за аккуратно подстриженными кустами роз. Он обеими руками подбрасывал Диора высоко в воздух, ловил и подбрасывал снова. И каждый раз по саду разносился восторженный визг мальчишки.

Марианна стояла рядом, наблюдая за ними со смесью лёгкой тревоги и явной зависти. Заметив её взгляд, Алексис аккуратно поставил Диора на газон и скомандовал:

— Ладно, теперь очередь Марианны!

— Моя? Ой, нет, мне и так нормально…

— Ага, вижу я, как тебе нормально! — Алексис по-доброму фыркнул и легко подхватил девочку под мышки.

— Ой!

Я уже дёрнулась вперёд, чтобы остановить его — всё-таки Марианна уже не младенец, и с ней нельзя обращаться так же бесцеремонно, как с братом! Но в следующее мгновение девочка залилась таким же чистым, беззаботным смехом, как и Диор.

— А-ха-ха-ха!

— Видишь? Я же говорил, что это весело!

— Сестрёнка! Круто же, да?!

Алексис и Диор выпалили это одновременно, словно два сговорившихся сорванца. И Марианна, смеясь так сильно, что у неё перехватило дыхание, счастливо закивала.

Вместо того чтобы разрушать эту идиллию своим внезапным появлением, я решила постоять в тени и понаблюдать за ними. Алексис, к моему удивлению, был очень осторожен: он кружил Марианну на безопасной высоте и не отпускал её в свободный полёт, как Диора. Дети буквально светились от счастья. И всё же, несмотря на то что эта картина согревала мне сердце, я была в лёгком шоке.

«Алексис… Когда этот суровый медведь успел так сблизиться с детьми? Ещё вчера он в панике сбежал с банкета, едва завидев меня!»

Вернулся ли он вчера в главный зал после моего ухода? Поприветствовал ли он Эвклида по всем правилам этикета? У меня накопилась уйма вопросов. Но интуиция подсказывала: если я сейчас выйду из укрытия и заговорю с братом, он снова попытается дать дёру.

«Ладно, в любом случае мы скоро увидимся за завтраком».

Не желая портить им веселье, я начала разворачиваться, чтобы пойти искать мужа... и неожиданно споткнулась, врезавшись в кого-то, кто бесшумно стоял прямо за моей спиной.

— Ах!

Чьи-то сильные руки мгновенно перехватили меня за талию, не дав упасть. Кто мог так тихо подкрасться?..

— С вами всё в порядке, супруга?

…Ну конечно. Это был Эвклид!

Я тут же расслабилась в его объятиях и широко улыбнулась, задрав голову.

— Да, всё отлично.

Даже лучше, чем отлично. Стоило мне подумать о том, как сильно я хочу его увидеть, и — бац! — он материализовался прямо за моей спиной. Мне казалось, что моё сердце сейчас проломит рёбра. Конечно, моё превосходное физическое самочувствие было заслугой святой силы Дамиана, но эта тахикардия была вызвана исключительно близостью мужа.

— Прошу прощения, я напугал вас. Я не знал, что вы уже очнулись...

В этом была логика. Едва открыв глаза, я тут же загрузила Энн работой и сбежала из спальни на поиски детей.

— Когда я увидел вас в саду, я решил, что мне это мерещится от недосыпа. Я не ожидал, что вы уже на ногах...

Эвклид запнулся на полуслове, видимо, испугавшись, что его внезапное появление могло меня напугать или, того хуже, спровоцировать боль в ране.

Я пару раз моргнула, глядя на его виноватое лицо, а затем лукаво улыбнулась:

— Вы так сильно по мне скучали?

Было же очевидно: он просто не поверил своим глазам, увидев меня здоровой, и бесшумно подошёл поближе, чтобы убедиться, что это не мираж. Но я не удержалась от желания немного его поддразнить.

— Ответьте же, герцог.

Эвклид не нашёлся что сказать и слегка отвернулся, пряча глаза. Кончики его ушей предательски покраснели. Затем он снова посмотрел на меня, чуть нахмурившись:

— Но почему вы снова называете меня по титулу?..

— Хм?

— Нет, забудьте, — он быстро стушевался и перевёл тему, бережно осматривая мои руки. — Что гораздо важнее: вы точно в порядке? Голова не кружится? Ничего не болит?..

— Всё правда хорошо. Я слышала, вчера отец притащил в поместье самого первосвященника. Вы же знаете, насколько абсолютна его лечебная магия, — легкомысленно ответила я, покрутив перед его лицом абсолютно целыми ладонями без единого шрама. А затем сменила тон на более серьёзный: — Но что значит ваше «мерещится от недосыпа»? Вы вообще спали этой ночью? Вы всё ещё в шоке от того, что произошло вчера во дворце?..

Ну конечно. На него наставил меч обезумевший кронпринц, а потом его жена голыми руками схватилась за лезвие и залила кровью весь пол. Такое не забывается за одну ночь.

«Если бы я не вырубилась как слабачка, я бы заварила ему успокаивающий чай и просидела бы с ним до утра!»

Я уже начала мысленно ругать себя за упущенную возможность побыть идеальной женой, когда Эвклид, всё это время не сводивший с меня тяжёлого взгляда, наконец глухо ответил:

— Я не спал не из-за принца. Я не спал из-за того, что случилось с вами. И я уверен, что не только я — в этом доме многие не сомкнули глаз этой ночью. Потому что мы все были в ужасе... И потому что мне так много хотелось у вас спросить.

От этих тихих, полных сдерживаемой боли слов моё сердце ухнуло куда-то в желудок. И в этот момент до меня дошло: за своим эгоистичным облегчением от того, что Эвклид не пострадал физически, я совершенно забыла о том, что именно он пережил морально, глядя, как я калечу себя ради него.

Я застыла, не в силах подобрать слова оправдания.

Внезапно я поняла, что в саду стало слишком тихо. Детский смех оборвался. Обернувшись, я увидела, что Алексис уже опустил Марианну на землю и теперь смотрит на нас с Эвклидом с крайне неловким выражением лица. Нас застукали.

— Тётя!

— Тебе уже лучше, Диор?

— Ага, я в полном порядке!

— Какое счастье. Марианна, спасибо, что так хорошо присматривала за братом.

Малыши подбежали ко мне, чтобы обняться. Я уже собиралась поприветствовать Алексиса, который всё это время как-то затравленно косился то на меня, то на детей, но стоило мне открыть рот, как брат пулей вскочил и побежал.

— …А? Старший братик! Вы куда? — расстроенно пискнул Диор.

— …Завтракать.

— О! Я с вами! Я тоже хочу!

В итоге Алексис поспешно ретировался, утягивая за собой детей…

Глядя на его напряжённую, быстро удаляющуюся спину, я окончательно убедилась: Алексис действительно избегает меня. Ещё со вчерашнего банкета. Но почему? Он что-то натворил? Или... он злится на меня из-за скандала с принцем?

Пока я задумчиво щурилась, глядя брату вслед, Эвклид тихо произнёс, словно пытаясь оправдать шурина:

— Думаю, это из-за того, что он узнал, что произошло вчера после его ухода.