Я была очень удивлена этой новостью, но быстро сообразила, в чём дело.

Еженедельные отчёты гильдии «Золото», которые я получала, обычно содержали базовую информацию об инвестициях, управлении землями и доходах с недвижимости. Но иногда среди сухих цифр проскальзывали и важные политические новости. Например, именно из такого отчёта я узнала о фактическом окончании войны — задолго до того, как эта весть дошла до императора. И хотя львиная доля информации поступала от торговцев, иногда сведения приносили агенты, внедрённые во дворец или особняки знати.

«Можно ли назвать это своего рода демобилизацией?»

Детей из сиротских приютов, которые тайно финансировала Евгения через «Золото», иногда отпускали в «свободное плавание», когда они достигали совершеннолетия и хотели жить обычной жизнью. Но большинство из них добровольно становились теневыми агентами «Золота» или ассасинами «Чёрных». Самым смышлёным и преданным удавалось устроиться на работу в ключевые места столицы в качестве шпионов.

«Но я и представить себе не могла, что ребёнок, устроившийся в столичную резиденцию Рудион, окажется младшим братом Энн!»

Ранее Энн вскользь упоминала, что в столичном поместье Рудион царил полный бардак и расхлябанность, из-за чего туда было очень легко попасть, просто дав взятку управляющему. Но она ни разу не обмолвилась, что именно её брат там и работает, так что я ничего не заподозрила.

Конечно, как только я сложила два и два, я тут же решила забрать мальчика оттуда.

«Потому что он ещё слишком мал, чтобы рисковать жизнью в логове императорских шпионов».

Когда я сказала Энн, что Рик может уволиться и переехать к ней на Север, она была шокирована, а потом расплакалась от радости. Она всё твердила, что «не особо-то и хотела его видеть», но было очевидно, что она счастлива воссоединиться с семьёй.

«А через несколько дней я получила отчёт, что Рик завершит свою работу до конца этого месяца».

Так что, даже если бы я ничего не предприняла сегодня, Рик скоро уволился бы сам. Однако, когда Эвклид спросил, есть ли в столице место, которое я хотела бы посетить, я сразу вспомнила о резиденции. Отчасти это было спонтанное, почти импульсивное решение, вызванное желанием насолить императору, но главной причиной было моё желание забрать брата Энн лично и прямо сейчас.

И когда я встретилась с Риком, то окончательно убедилась, что поступила правильно.

— Рик, не мог бы ты показать нам особняк? — спросила я, глядя на юное, открытое лицо, которое так живо напомнило мне о нашей первой встрече с Энн.

Мальчик заморгал большими карими глазами, прямо как щенок, густо покраснел и звонко выкрикнул:

— Так точно! Я покажу вам всё, госпожа!

— Отлично. Веди.

Как и следовало ожидать от способного младшего брата Энн, ему, похоже, доверяли в особняке, считая безобидным мальчиком на побегушках. Дворецкий, который заметно напрягся, когда я выбрала именно Рика из всей толпы слуг, успокоился и расслабил плечи.

— Да, госпожа. Не беспокойтесь! — весело добавил Рик.

Дворецкий Филипп, вновь нацепив маску радушия, подобострастно спросил:

— В таком случае, госпожа, прикажете распорядиться насчёт ужина или лёгких закусок?

— В этом нет никакой необходимости. Отпустите всех слуг. И проследите, чтобы никто не слонялся по коридорам и не мозолил мне глаза, пока я осматриваю свой дом.

— С-слушаюсь!

То ли ему было физически тошно находиться со мной в одной комнате, то ли он спешил отправить гонца во дворец, чтобы доложить о нашем визите настоящему хозяину, но этот приказ он выполнил с невероятным энтузиазмом. Он быстро разогнал персонал по людским, оставил за главного «несмышлёного» Рика, низко поклонился и поспешно ретировался.

— Ха.

Ну и цирк. Я больше не могла сдерживать презрение и покачала головой, а затем посмотрела на мужа. Я вдруг подумала: не поэтому ли он не хотел, чтобы я сюда приезжала? Не хотел, чтобы я видела, в каком унизительном положении находится его особняк в столице?

И действительно, Эвклид слегка покраснел, заметив мой взгляд.

«Если подумать, он не проронил ни слова с тех пор, как мы вышли из кареты».

И это при том, что за время управления бедным Севером Эвклид повидал всякое и привык к трудностям.

Почувствовав укол сочувствия, я подошла к нему:

— Вы в порядке?

— Я в порядке, супруга.

— Правда?

— Да. Филипп… этот дворецкий. Я просто впервые увидел его таким бледным и заикающимся.

И то верно. До встречи со мной этот наглец казался весьма самоуверенным. Осознав, что в прошлом Филипп вёл себя с Эвклидом так же снисходительно и неуважительно, я пожалела, что не была с ним строже.

— Но, супруга...

В этот момент Эвклид перевёл взгляд на Рика, который стоял в сторонке и смотрел на нас сияющими от восторга глазами, и тихо спросил:

— Вы приехали в резиденцию ради него?..

— Да. Рик, поздоровайся с герцогом должным образом.

Услышав мой бодрый тон, мальчик поклонился с радостной, искренней улыбкой:

— Здравствуйте, ваша светлость! Мы уже встречались, когда вы посетили поместье в прошлый раз… Вы помните меня?

Эвклид вежливо кивнул Рику, а затем смущённо повернулся ко мне, всем своим видом спрашивая, откуда я знаю этого мальчишку. Я ответила с неловкой улыбкой:

— Герцог, вы ведь прекрасно знаете мою личную горничную, Энн?

— Конечно.

— Рик — её младший брат.

— А, понятно. …Подождите, что? — Эвклид сначала машинально кивнул, потом удивлённо округлил глаза и снова посмотрел на Рика. — Теперь, когда вы об этом сказали, я действительно вижу сходство… Но мне говорили, что он сирота из приюта и устроился сюда по рекомендации.

Ого, они даже об этом успели поболтать? Это было неожиданно, но ещё больше меня поразило то, что Эвклид вообще запомнил детали разговора с обычным молодым слугой, состоявшегося несколько месяцев назад. Тем не менее я быстро взяла себя в руки и ровным тоном пояснила:

— Это не было ложью.

В конце концов, эту рекомендацию от гильдии написала, скорее всего, лично я.

— Просто так сложились обстоятельства.

Я собиралась рассказать ему обо всех этих обстоятельствах позже, когда мы станем настоящей супружеской парой, у которой нет друг от друга тайн.

Эвклид слегка нахмурился, словно пытаясь собрать пазл в голове, а затем понимающе кивнул:

— Ясно. Значит, вы планируете забрать его с собой в герцогство Рудион?

— Да.

— Думаю, это отличная идея. Он ещё слишком юн для столицы. Ему будет гораздо лучше расти рядом с сестрой.

— Я тоже так думаю, — ответила я с улыбкой, мысленно выдохнув.

Я немного нервничала, гадая, не покажется ли Эвклиду подозрительным весь этот спектакль. Но, к счастью, он, похоже, не счёл чем-то из ряда вон выходящим тот факт, что осиротевшие дети простолюдинов, выросшие в одном приюте, в итоге стали служить разным знатным семьям.

«…Хотя, может быть, он просто делает вид, что ничего не замечает».

— Ну что ж, Рик. Не покажешь нам, как тут у вас всё устроено?

Сейчас у меня не было времени на глубокий самоанализ, поэтому я обратилась к нашему юному экскурсоводу.

Рик, который, судя по всему, немного завис, осознав из нашего разговора, что мы приехали забрать его с собой, быстро отмер:

— Так точно! Просто доверьтесь мне, госпожа!

И вот мы с Эвклидом и молчаливым Гресселем последовали за уверенно шагающим Риком вглубь вражеской территории.

* * *

Прошло ровно пять минут с начала нашей «экскурсии».

— Ух ты, тут и правда всё очень, очень плохо.

Мы прошли всего один парадный коридор и заглянули в одну малую гостиную, но я просто не могла промолчать. Честно говоря, когда мы только приехали, я была в шоке от некомпетентности прислуги, но роскошный фасад здания заставил меня подумать, что императорская семья хотя бы попыталась сохранить лицо и обставила дом по-человечески…

Но стоило мне переступить порог комнат, как стало ясно: этот особняк — дешёвая декорация. Громоздкая старая мебель, которая издалека выглядела внушительно, вблизи оказалась рассохшейся; а картины, портьеры и вазы — всё это было дешёвым ширпотребом, который продаётся на блошиных рынках.

Я брезгливо сморщила нос.

«Неудивительно, что Эвклид умолял меня сюда не приезжать».

Это было место, созданное исключительно для того, чтобы унижать хозяев, показывая, как низко они пали.

Пока я сжимала зубы, едва сдерживая желание разнести тут всё, раздался тихий, деловитый голос Рика:

— Когда я только устроился сюда, здесь было чуть получше. Но потом управляющий и другие слуги начали потихоньку выносить ценные вещи и подменять их дешёвкой…

— Здесь полный бардак.

Насколько же жадным и наглым должен быть этот Филипп, чтобы позволить (или даже возглавить) такое откровенное разграбление герцогской резиденции? Что ж, он, несомненно, был одним из тех, кто клал в карман деньги, выделяемые из имперской казны на содержание дома.

Я не знала точно, какой бюджет император выделял на этот заброшенный клоповник, но...

— О, госпожа, вот ещё одно! — радостно воскликнул Рик, доставая из облезлой вазы на столике крошечное магическое устройство.

— И сколько их уже? — со вздохом спросила я.

Грессель, державший в руках точно такой же артефакт, мрачно доложил из-за моей спины:

— Это уже третье, госпожа.

Три магических подслушивающих устройства. И это мы нашли их всего за пять минут поверхностного осмотра! Даже несмотря на крошечный размер, стоили такие артефакты баснословных денег. Судя по плотности прослушки, львиная доля бюджета резиденции уходила именно на шпионаж.

«Ну, по крайней мере, на безопасности корона не экономила».

Я и так знала, что этот дом — ловушка, но от того, что я увидела это своими глазами, мне стало физически тошно.

— Дальше смотреть нет смысла.

Если гостевые коридоры находятся в таком плачевном состоянии, то страшно представить, что творится в спальнях или кабинете.

— Где комната дворецкого?

— Я провожу, мадам!

Как раз в тот момент, когда я собиралась решительно последовать за Риком, чьи-то пальцы крепко вцепились мне в плечо. Когда я обернулась, Эвклид дрожащим голосом спросил:

— Супруга... Разве вы не говорили, что приехали сюда только за этим мальчиком?..