― Госпожа! Госпожа!

Она ещё не успела отойти от шока, как в гостиную ворвалась другая горничная.

― Незнакомый человек пришёл и попросил позвать того, кто был на похоронах великой герцогини!

― Что?

― Госпожа! Что-то случилось, пока вы были там?

Взгляд Мардж устремился на меня, словно она не сомневалась, что со мной что-то произошло.

― Что он сказал?

― А? О, он ищет не госпожу, но попросил позвать того, что был на похоронах, я сказала, что проверю и сразу же пришла к вам!

― Я выйду сама.

― А? Что!.. Вы знаете, кто это? Ты, выясни, кто этот человек, и пусть дворецкий сопроводит его в гостиную на втором этаже…

Я пропустила мимо ушей слова Мардж.

― Нет, думаю, что мне стоит выйти и проверить самой.

Я поспешно привела в порядок свою одежду. Это Ноа. Уверена, что это Ноа.

*****

Винченцо сглотнул, глядя на белые чувственные губы перед собой. Он делал это не потому, что считал эти губы красивыми, а потому что, в отличие от обычного, они были закрытыми и не извергали поток резких слов.

― Ваше Высочество?

― …

Слабый свет скользнул по кончику носа высокомерного человека, который молча смотрел из кареты. Но выражение его лица всё время было мрачным. Этот до неприличия красивый раненый мужчина был не только напряжён, но и смертельно бледный. Это было подозрительно, учитывая, что принц с равнодушием смотрел на горы трупов или монстров.

Винченцо проследил за его взглядом. Там стояла черноволосая женщина редкой красоты. И с ней разговаривал, почёсывая затылок, другой адъютант, Нил. Когда женщина, которая настороженно относилась к Нилу, сказала несколько слов и вернулась в особняк, второй адъютант, как и его господин, сидящий напротив Винченцо, не могли оторвать взгляд от входа.

― …Как её имя?

Спустя долгое время заговорил Роуднес с бледным лицом, проверив лицо женщины. Он был настолько рассеян, что даже не услышал, как Нил постучал в дверь кареты, вернувшись к ним. Винченцо глубоко вздохнул и вместо ответа открыл её. Нил с покрасневшим от волнения лицом сел в карету и начал говорить.

― Это горничная по имени Мардж. Она отправилась на кладбище великого герцога Тровица. Графиня Акация исчезла, не сказав ни слова, поэтому горничная допоздна искала её. Сказала, что не помнит, чтобы видела вас, Ваше Высочество.

― …Ваше Высочество!

Нил и Винченцо отчаянно пытались остановить мужчину, который собирался выйти из кареты. Несмотря на то, что он был серьёзно ранен, Роуднес был настолько силён, что их руки, державшие его огромные плечи и руки, дрожали.

― Что вы собираетесь там делать?!

― Лучше бы вы просто сказали, что влюбились!

Как только Нил с красным лицом сказал это, в карете резко похолодало.

― …С ума сошёл?

«Самый безумный здесь вы, Ваше Высочество!»

Нил с трудом сдержался, чтобы не выпалить эти слова, и произнёс:

― Не думаете, что леди сильно испугается, увидев перед собой человека, обмотанного бинтами, который будет её спрашивать, не она ли тот призрак, которого вы видели на кладбище?

― Леди?

― Да, красивая и пугливая леди. Это не тот призрак, которого ищет Его Высочество, ― ответил Нил на вопрос Винченцо.

А затем увидел лицо Роуднеса и судорожно вздохнул. Не успел он ойкнуть, как его вышвырнули из кареты.

― Ай!

― Как ты посмел сказать, что это был призрак.

― Ваше Высочество! Ваше Высочество!

Он подумал, что его господин всегда был немного безумен. Но сейчас глаза Роуднеса снова стали такими, как сегодня утром, когда он услышал о смерти великой герцогини Тровица. Он едва сдержался, чтобы не сказать, что любой убежал бы, если задавать вопросы с таким лицом, но когда его господин не мог получить то, что хотел, то вёл себя так, словно не слышит голоса разума.

― И всё-таки, кого вы ищете?

― …Это не твое дело.

― Ваше Высочество! Мне очень жаль, но… ― заговорил Винченцо, загораживая всем телом выход от Роуднеса. ― Если она сейчас увидит Ваше Высочество…

И дело было даже не в его ранении в живот. Проблема была в том, как выглядел Роуднес: наспех наложенная шина на одну руку, грубо обмотанный повязкой Нилом живот и куртка на голое тело.

― Она испугается и очень сильно. Вас же так сложно встретить. Кроме того, она простолюдинка, поэтому ей будет ещё сложнее это понять.

― Да, она так удивилась, увидев меня! А когда она увидит ваши красные глаза, то мгновенно окаменеет…

― Нил!

Услышав тихий крик Винченцо, Нил отдал честь и скрючился, схватившись за голень, по которой его пнули. Роуднес же, который, как он думал, будет ругаться и бить его, как обычно, был напротив спокоен. Нил вылез из кареты и посмотрел на своего господина, который взирал на него сверху вниз.

«А…»

Красивые сверкающие красные глаза были направлены не на него. Он смотрел на особняк графа Акации взглядом, наполненный сожалением. Роуднес был таким бледным, что никто бы не удивился, если бы он вскоре умер.

― Давайте уедем, Ваше Высочество.

― Прошу прощения. Я совершил ошибку…

― …Ты прав.

Горячие эмоции, отразившиеся в глазах Роуднеса, не были гневом, направленным на Нила. Нил постучал себя по голове, увидев, как его господин молча садится в карету. Второй принц Роуднес, у которого были одновременно сияющие светлые волосы и зловещие красные глаза. Хотя он был известен своей красотой и силой, обычные люди боялись его. Нил поднял руку Винченцо и в этот раз ударил себя по губам, потому что, похоже, он сказал слишком, стараясь защитить леди из чувства долга.

Скрип.

Затем открылось окно кареты. Нил подошел туда, чтобы должным образом извиниться, и отдал честь.

― Разузнай всё подробно о той женщине, которая сейчас вошла внутрь.

«Чёрт, он не может просто забыть об этом?»

Винченцо покачал головой, увидев замершего Нила, и открыл дверцу кареты, чтобы осмотреть Роуднеса, которому оказали лишь первую помощь. И…

― Ваше Высочество!

Они увидели, как их прекрасный господин, который стискивал зубы, терпя боль, в конце концов потерял сознание.

― Ваше Высочество!

― Нил! Выполняй приказ Его Высочества. Я отвезу его во дворец.

Винченцо яростно захлопнул дверцу кареты и подозвал кучера. Нил был настолько удивлён, что лишь растерянно смотрел вслед экипажу, который исчез, подняв облако пыли. И он вспомнил о том, как его господин поднял шум с самого утра.

*****

Роуднес Козма де Ронта всегда был красивым и сумасшедшим. Он сражался как человек, которого не интересовало ничего кроме как, колоть, резать и убивать людей, и требовал большего от своих подчинённых, хотя и знал, что не все могут быть наравне с его силой. В то же время не будет преувеличением сказать, что тонкие, но мужественные черты лица, красота, словно высеченные из камня, были лучшими в империи.

Но бог не мог дать человеку всё одновременно, поэтому вопреки своему прекрасному лицу, он был безжалостен и не умел говорить приятные вещи. Роуднес был достаточно ужасен, чтобы за спиной его называли «принц-подонок». Когда красавицы задирали перед ним юбки, он с равнодушным лицом говорил: «Попробуй ещё».

Из-за его прекрасной внешности знаменитые красавицы пытались очаровать его, несмотря на его безразличие и ужасный характер. К тому же, Роуднес был неженатым принцем, которому позже могли присвоить высокий титул.

Так было и сегодня.

За последние два года их сумасшедший господин стал ещё безумнее, но он был серьёзно ранен, убивая монстра, размером с дом, который внезапно появился на рассвете. Принц жил так, словно завтрашнего дня не существует, поэтому он беспокоился о наспех оказанной первой помощи. Когда они вошли в спальню, то увидели дрожащую и почти голую женщину. Присмотревшись повнимательнее, они поняли, что это дочь лорда, которая недавно их приветствовала.

― В-Ваше В-Высочество!..

Женщина дрожала, но не могла скрыть покрасневшего лица, она взглянула на принца. Но Роуднес приставил к её носу меч, с которого ещё не вытер кровь.

― Проваливай, ― равнодушно произнёс он, сквозь зубы.

«Любой бы сказал, что дочь лорда прекрасна!»

Нил сглотнув, увидев, что женщина стоит и никуда не уходит.

― У тебя что, уши заложены?

― Я-я просто…хотела отдать вам газету…

Роуднес не стал повторять это дважды. Атмосфера накалилась, а затем женщина вскрикнула и убежала, когда он отрезал часть её волос.

― …Принести газеты ― это не преступление, Ваше Высочество.

Нил взял газету «Имперские ежедневные новости», которую принесла с собой дочь лорда в качестве предлога, и протянул ему, думая, не попадёт ли он под горячую руку. Роуднес, который обычно бы разрезал её своим острым мечом и сказал ему исчезнуть, застыл.

― Ваше Высочество?

В одно мгновение газета была вырвана у него из рук. Лицо принца, от которого исходил лёгкий холодок, словно он мылся в ледяной воде, вдруг исказилось.

― …Что это за чушь?

― Вы о чем?

Роуднес тихо выругался и выскочил из комнаты, подхватив мундир, но толком его не одев, Нил, который не сумел его остановить, быстро взглянул на скомканную газету.

― !

「Шок! Великая герцогиня Тровица умерла от хронической болезни на рассвете!」

«Разве Его Высочество был близок с великой герцогиней?»

Пока он думал об этом, до него донёсся яростный стук лошадиных копыт, рассекающих воздух, и Нил в замешательстве открыл окно.

― Боже, это безумие… Ваше Высочество! Ваше Высочество?!

Ранним утром, едва забрезжил рассвет, Нил смотрел на развевающийся плащ за спиной безумного принца, который уносился вдаль на коне.

*****

Когда карета, увозившая Роуднеса, скрылась из виду, Нил наконец-то расслабился и закрыл рот. Возможно, это была иллюзия, но ему показалось, что он видел слёзы на щеках принца, потерявшего сознание.

«Видимо, мне показалось. Чтобы принц-подонок и плакал?»

Нил взобрался на коня, думая о том, что его сумасшедший господин не может плакать из-за того, что кто-то умер, но он чувствовал, что ему нужно разузнать всё о женщине по имени Мардж.

*****

Это был не Ноа. Ноа не пришёл ко мне. Это был даже не его помощник Джимскер.

― Госпожа, возможно ли, что Его Высочество великий герцог?..

― Нет.

Я отвернулась от разочарованного лица Мардж. Я была разочарована больше, чем она. Но я не винила её.

«― Меня зовут Мардж, я работаю горничной в этом доме».

― Прости, Мардж.

― А?.. Что?

Мардж уставилась на меня округлившимися глазами, когда я извинилась.

― Просто.

Мардж окаменела, словно увидела привидение. Искренне сказав это, я бросила взгляд в окно. Рыцарь «Нил», который посетил меня, уже исчез. Мои руки слегка дрожали.

«У меня не было другого выбора, кроме как солгать. Я не должна бояться».

Я не хотела ни с кем связываться, пока не встречусь с Ноэвианом.

― Йона, принеси мне лекарство!

― Зачем? Какое лекарство, Мардж?

― …Уверена, что с госпожой что-то не так.

Мардж с ошарашенным взглядом отправилась на поиски лекарства, чтобы напоить меня им.