— Это все, что вы хотите сказать?

— Прошу прощения?

— По сути, вы говорите, что не хотите выходить замуж за того старика. Тогда неважно, если бы это был кто-то другой, а не я.

Его тон был ровным.

Положив сцепленные руки на колено, Дитрих вел себя совершенно по-другому. Если раньше он хотя бы прислушивался, то теперь в его “фасаде” не было ни единой трещинки*.

Холодные глаза смотрели на Денисию.

— Я понимаю, в каких печальных обстоятельствах оказалась леди, но, похоже, вы пришли не к тому человеку. Возможно, для вас будет лучше поискать кого-то другого, что я и предлагаю сделать.

— Дело не в этом.

Денисия энергично покачала головой.

Как-никак, этот путь не должен быть пройденным зря. Если бы это был не Дитрих, все было бы бессмысленно. Эта жизнь, ее существование – все ради для него.

— Я могу предоставить информацию, которая удовлетворит ваше Превосходительство...

— Информацию? Это всего лишь одно письмо.

Он сложил его обратно.

— Я все еще не вижу причин, почему должен помогать, леди Бланшетт. Что есть у вас еще, кроме этого письма?

Странно. Разве он не отчаянно пытался собрать хоть какую-то информацию о Грейс? Ее разум переполняло беспокойство.

— Нет необходимости обсуждать дальнейшее. Эта встреча состоялась по доброй воле во имя моей жены, но с самого начала у меня не было намерения оказывать какие-либо услуги.

Словно в знак окончания разговора, он резко встал. Прохладный ветерок коснулся ее одежды, заставив невольно подняться.

— Ну что же, пусть остаток вашего дня будет спокойным.

— Постойте!

Это было довольно импульсивно с ее стороны.

И саквояж, с которым она приехала, был пуст. Не было ничего, что могло бы привлечь его внимание или заполучить его благосклонность.

Однако она не могла просто так вернуться. Возможно, это ее последний шанс. Рука, сжимающая манжету на рубашке Дитриха, еще сильнее сжала ее.

— У меня есть еще письма от Грейс.

В этот момент глаза Дитриха расширились, а зрачки наоборот – сузились.

— Так… давайте поговорим еще немного…

Денисия не смогла закончить фразу. Ведь внезапно Дитрих сжал хватку на ее шее.

Как будто он собирался свернуть.

— Угх!

Ее тело сильно задрожало. Прохладный холод, коснувшийся ее горла, с каждой секундой сжимал его все крепче и крепче. Она не могла понять, что происходит.

Кто этот человек, который душит ее? Кто он, смотрящий на нее сузившимися глазами?

Все вокруг было другим. Каждый взгляд, одаренный ее лицу, каждое прикосновение к коже были совершенно иными, чем тогда, когда она была Грейс.

Кончики пальцев Денисии онемели. Мужчина, сжимавший ее тонкую шею так, словно собирался сломать ее, не был тем Дитрихом, которого она знала.

С каждым презрительным взглядом, ползущим по ее коже, с каждым изгибом его рта, полного отвращения, Денисия сталкивалась с правдой, которую пыталась игнорировать.

Для него она была просто незнакомкой.

— Если вы еще хоть раз попытаетесь использовать имя моей жены, я убью вас.

Его угрожающий голос сопровождался более крепкой хваткой на ее шее.

— Мне казалось, я ясно выразился. Не используйте имя моей жены так беспечно.

— Ха-а...

— Как далеко я должен зайти в своей терпимости?

Она задыхалась, а ее руки дрожали. Но больше, чем жгучая боль в горле, Денисию мучили глаза, не узнававшие ее.

Грейс больше не существовала в его представлении. Перед ним стояла только чужая и незнакомая девушка – Денисия.

— Ну же, леди. Продолжайте лепетать, как раньше. Постарайтесь вызвать жалость.

— Б-безумие… — заикаясь, продолжала Денисия. — ...Из-за безумия вы страдаете бессонницей, не так ли? Нет...?

Внезапно действия Дитриха приостановились.

— ...Говорите.

Кх—

Его хватка на шее усилилась.

— Откуда вам это знать, леди?

— Вам нужно просто отпустить мою шею...

Дитрих некоторое время смотрел на Денисию с недоверчивым выражением лица, прежде чем ослабить хватку.

— Кх, кха!

Она задыхалась, ловя ртом воздух, чтобы вновь привести свое дыхание в порядок. Когда сжатые дыхательные пути открылись, скопившиеся слезы потекли по щекам.

— А теперь скажите мне. Откуда вам это известно?

Денисия едва смогла проглотить слова, подступившие к горлу.

— ...Грейс рассказала мне.

— Кажется я говорил тебе прекратить нести эту чушь, — словно зверь грозно воскликнул он.

— Грейс, моя жена, якобы выкладывает секреты кому попало, ха! Коли лжете, то сделайте свою ложь хотя бы чуть-чуть правдоподобнее.

Угрожающий голос Дитриха будто предупреждал о том, что он готов в любой момент снова наброситься на нее. Совсем не как тот Дитрих, который даже не смел повышать тон, когда она была перед ним будучи Грейс.

Денисия вынуждена была это признать. Она отнеслась к их встрече слишком легкомысленно, может быть, даже самодовольно. Думала, что он будет таким же, как она. Таким же, каким был пять лет назад.

‘...Пять лет.’

Годы ее отсутствия наконец-то стали казаться реальными.

К лучшему или худшему, но ее муж изменился. Возможно, то, что сказала Сара, было самой настоящей правдой.

‘Что именно произошло?’

Прим. переводчика:

*Видимо, это какая-то корейская фраза, альтернативу которой я не смогла найти на русском. И так как "фасад", естественно, имеется ввиду в переносном значении, я взяла его в кавычки. Могу предположить, что данная фраза означала, что теперь у него вопросов нет, и его "фасад" является идеальным, "без трещинки".