Тирия пришла в себя примерно через десять минут.

Перед глазами предстала довольно нелепая картина: Игретт суетилась вокруг неё, Эдвард выглядел так, словно его изнутри разъедала тревога, а рыцари лишь переглядывались, не зная, куда деть руки.

— …Ах!

Тирия резко села.

Она вспомнила последние слова, услышанные перед обмороком.

«Назак…!»

Как можно по собственной воле отправиться именно туда? Она уже не знала, есть ли у Элика хоть капля здравого смысла.

Конечно, теперь Тирия знала, что он и есть Каша. Осознание, что её муж — силач, которого почти невозможно ранить, одновременно смущало и успокаивало.

Но даже для него это было слишком.

Назак — земля ходячих трупов, призраков и всякой зловещей стужи. Его дурная слава докатилась до самого дальнего края Востока — разве этого недостаточно?

Тирия совершенно не понимала, зачем Элик отправился туда добровольно.

Как бы хорошо человек ни владел мечом, бесплотного призрака не разрубишь.

— Г-госпожа? Вы пришли в себя?

— Нужно немедленно вытащить хозяина оттуда.

Несмотря на смертельную бледность, Тирия говорила решительно.

— А если местный дух захватит его тело? Мы должны выдвигаться как можно скорее. Герцог Уайт, вам тоже придётся мне помочь.

Тирия верила во многие слухи о мертвецах.

На этой земле действительно существовал человек, которого называли Королём демонов, а рассказы о прошлом Назака лишь укрепляли подобные убеждения.

Поэтому она не понимала одного.

— Нужно скорее спасать хозяина…!

— Хм.

Она не представляла, насколько по-деревенски её страх перед одержимостью выглядел для жителей Запада, которые знали Назак не по сказкам.

— …Госпожа, сначала выслушайте меня, пожалуйста.

Даналь выбрал самый осторожный голос, какой только смог.

Он вовсе не думал: «Вот потому-то восточные деревенщины…»

И уж тем более не думал, что она поверила всем этим слухам только потому, что всю жизнь просидела в глухой провинции.

Ни в коем случае.

…Правда.

***

Когда недоразумение разрешилось, Тирии осталось лишь покраснеть до ушей и отчаянно изображать невозмутимость.

Впрочем, после того как все уже увидели её реакцию, бесстрастное лицо выглядело скорее жалобно.

Карета быстро неслась вперёд.

Добраться до Элика прямо сейчас было невозможно, но и возвращаться домой Тирия не собиралась.

Она решила направиться в тыловой штаб зоны боевых действий.

Если остаться там, рано или поздно появится возможность встретить Элика.

Поездка в карете давалась легче, чем железная дорога.

Если не считать хихиканья Игретт, осторожного поведения Эдварда и рыцарей, которые испытывали стыд и за себя, и за госпожу, никаких проблем не было.

Тирия пыталась не думать о произошедшем.

К несчастью, это оказалось довольно просто.

— Отсюда начинается зона войны.

Открывшийся вид был слишком страшным.

— Подайте хоть монетку!!!

Вдоль дороги, по которой ехали повозки, исхудавшие нищие выкрикивали просьбы осипшими голосами.

Отовсюду тянуло затхлостью, а неподалёку то и дело поднимались столбы чёрного дыма.

Даже люди в приличной одежде выглядели мрачно.

Солдаты двигались строем, напряжённые до предела. Оборванные наёмники брели, шаркая ногами и сверкая беспокойными глазами.

Именно они особенно привлекли внимание Тирии.

Элик прожил десять лет наёмником под именем Демона Меча Каши.

— С дороги!

— Ох!

Группа наёмников пнула нищего.

Тирия вздрогнула.

Зрелище было отвратительным, но она не смогла ощутить лишь неприязнь.

Вместе с ней пришла тревога: неужели и Элик когда-нибудь вёл себя так же?

Эдвард неожиданно сказал:

— Старший никогда не был похож на эту шваль.

— Что…?

— Он почти не бывал в тылу. Все десять лет держался на передовой. Человеку, который и без того едва успевал махать мечом, было некогда шататься по улицам и задирать прохожих.

То ли Эдвард оказался настолько проницательным, то ли мысли отразились на лице Тирии.

Но его слова точно поймали возникшее сомнение и развеяли его.

— Вообще-то тех, кто развлекается в тылу, и наёмниками называть трудно. Обычно это просто крепкие бандиты, которые гордо заявляют: «Я наёмник», — и важничают.

— …Понятно.

— Так что можете не беспокоиться.

Эдвард улыбнулся.

Игретт кивнула, соглашаясь с ним.

— Ка… Элик с самого начала терпеть не мог привлекать внимание. За все десять лет не оставил ни одной фотографии — настолько тщательно избегал журналистов.

Можно ли было считать это хорошей новостью?

…Нет. Конечно, нет.

Тирия знала Элика таким, каким он был дома.

Он любил людей, прогулки и разговоры.

Мысль о том, что такой человек десять лет занимался делом, совершенно не подходившим его натуре, причиняла боль.

Она нахмурилась.

В карете стало ещё тише.

Прошло немало времени, прежде чем кучер объявил:

— Прибыли. Здесь находится главный штаб.

Перед ними стояло здание, похожее на огромный особняк, переделанный под военные нужды.

Рядом развевались флаги четырёх королевств, а между ними красовалась эмблема Кредона Махира.

— Для начала… да, идите сюда. Лучше позвать кого-нибудь знакомого.

— Кого именно?

— А кого ещё?

Эдвард пожал плечами.

Тирия не сразу поняла, о ком он говорил.

***

Гостевая комната штаба.

— Не ожидал увидеть вас именно здесь.

Тирия склонила голову перед мужчиной.

— …Давно не виделись.

— Не сказал бы, что прошло так много времени. Хотя… пожалуй, мы впервые представляемся друг другу как следует. Позвольте начать заново.

Ослепительно белые волосы. Живой, проницательный взгляд.

И кресло на колёсах.

— Элбус Грэм. Ближайший друг Каши.

Он приложил руку к груди и коротко поклонился.

Как и во время прежних встреч, на его лице лежала спокойная, уверенная улыбка.

— Итак, вы приехали ради Каши?

— …Да.

— Хм. Это не совпадает с тем, чего ожидал мой друг.

Пальцы Тирии слегка дрогнули.

Улыбка Элбуса стала тише.

— Он сказал, что оставил в Уибине всё, что имел, и больше ему не о чем беспокоиться.

Сказать, что Тирия не разозлилась, значило бы солгать.

Он сбежал, ничего не решив, и при этом посмел говорить так, будто всё уже уладил. Насколько же бесстыдным нужно быть?

Стоило заговорить сразу, и в голосе наверняка прозвучало бы возмущение.

Тирия коротко перевела дыхание и лишь потом ответила:

— Хозяину многого недостаёт. Особенно умения доводить дела до конца.

— Это верно. С давних времён он почти ничего не умел, кроме как махать мечом. Даже с женщинами…

Глаза Тирии широко раскрылись.

Такие слова невозможно было пропустить мимо ушей.

Элбус весело рассмеялся.

— Ой. Чуть не принялся болтать лишнее.

Судя по всему, вовсе не лишнее.

— Вот как?

— Именно. Между мужчинами бывают тайны, которые следует хранить.

— Я верю, что супругам не следует ничего друг от друга скрывать.

— По-моему, это довольно смешная ложь. Люди, искренне считающие, что у них нет друг от друга секретов, делятся на два вида.

Элбус поднял два пальца.

— Либо оба скрывают всё безупречно, либо их общая история настолько коротка, что скрывать пока нечего.

— А к какому виду, по вашему мнению, относимся мы?

— Трудно сказать. Мы с госпожой впервые разговариваем наедине.

Тирия сжала кулак.

Она пыталась понять, зачем он говорит подобное именно сейчас.

Рассудок Тирии был достаточно зрелым, чтобы не поддаться одной лишь ревности к прошлому Элика.

Конечно, если у него действительно была другая женщина, внутри всё бы перевернулось. Но поведение Элбуса выглядело слишком подозрительно, чтобы списать его на простую попытку поссорить супругов.

Тирия молча смотрела на него с застывшим лицом.

Элбус усмехнулся и помахал рукой.

— Не смотрите на меня так.

— Вы хотите разочаровать меня и заставить вернуться?

— Раз у вас сложилось такое впечатление, значит, пожалуй, именно этого я и добивался.

Его рука остановилась.

— Хм?

В глазах появился интерес.

Тирия сказала:

— С кем бы хозяин ни состоял в отношениях, это дело между мной и хозяином. Даже если у него где-то есть скрытая семья, это тоже наше дело. Но независимо от подобных обстоятельств он остаётся моим мужем. Он по собственной воле отправился на войну, поэтому я обязана встретиться с ним и услышать его объяснение. Так я должна поступить как его жена.

Элбус перестал улыбаться.

— Из чувства долга?

Тирия ответила теми словами, которые научилась произносить лишь недавно.

— Не из долга и не из ответственности. Я сама этого хочу. Иной причины нет.

На несколько секунд повисла тишина.

А затем:

— Пф-ф!

Элбус расхохотался.

— Ха-ха-ха! Забавный ответ!

Он захлопал в ладоши.

— Похоже, моему другу действительно везёт на людей. У него есть такой друг, как я, и такая жена, как вы. Не хмурьтесь. Я лишь беспокоился. У Каши немало достоинств, и время от времени к нему липли женщины, желавшие ими воспользоваться.

— …

— Простите. В знак извинения открою вам правду.

Элбус заговорщически улыбнулся.

— Он девственник. Даже за руку женщину ни разу не держал.

Тирия не стала размышлять, почему её тут же охватило облегчение.

От этого становилось только стыднее.

Она сказала:

— Для меня это не имеет значения.

— По вашему лицу не скажешь.

— Жаль, что вам так показалось.

Элбус улыбался, как ребёнок, нашедший новую игрушку.

Улыбка отнимала силы у всякого, кто пытался её прочитать.

Тирии стало не по себе.

И одновременно она кое-что поняла.

— Теперь я понимаю, почему хозяин стал вашим другом.

— И почему же?

— Он не пытается непременно выведать, что скрывается в другом человеке. Просто принимает его таким, какой он есть.

Именно поэтому Элик не терялся рядом с Элбусом.

Для самого Элбуса подобные равные отношения наверняка были редкими и драгоценными.

Его взгляд подтвердил, что Тирия угадала.

— Кажется, мы с вами тоже могли бы стать довольно близки.

Какая нелепость.

Тирия инстинктивно поняла, что никогда с ним не подружится.

— Благодарю за расположение.

— Ну что вы, незачем сразу возводить такую стену.

Тирия не собиралась сближаться с человеком, способным одним разговором истощить собеседника.