Кто же такая Анабелла Сеймур?

Не такой уж и сложный вопрос, чтобы на него не ответить.

Она была второй дочерью виконта Сеймура и вместе со своей старшей сестрой Рене вошла в резиденцию Валентино.

В течение следующих 20 лет, она полностью посвятила себя дому Валентино.

Говорят, ее преданность была обусловлена любовью к прежней герцогине и матери Теодора – Рене.

Да настолько, что холила и лелеяла герцога, как своего родного сына.

Но неужели это было все, на что она была способна?

Люди многогранны. Не так-то легко кого-то просто любить или возненавидеть. Бывали случаи, когда в одном человеке проявлялась двойственность.

Анабелла Сеймур явно заботилась и любила свою сестру Рене, но в то же время ее переполняла сильнейшая ревность.

Тогда, если это действительно так, почему же она продолжала беспокоиться о Теодоре, как о своем собственном ребенке?

– Когда человек не может чем-то обладать, у него есть два варианта, как справиться с осознанием этого факта. Во-первых, он может пытаться объяснить себе, что в этом нет необходимости. Во-вторых, он может удовлетворять свои желания извращенным образом.

Кармен понятия не имела, о чем говорил её господин.

Очевидно, что разговор шел все еще о миссис Сеймур, но почему он вдруг коснулся темы человеческих желаний?

Впрочем, пожалуй, Теодор Валентино всегда был таким.

Девушка служила у него уже более семи лет, но все еще не могла понять, что у него на уме.

Помощник герцога, Кельвин, был другом детства Теодора и человеком, которого можно было считать самым приближенным к герцогу. Однако Кельвин тоже иногда ворчал и говорил: «Понятия не имею, о чем думает Его Светлость».

В таком случае, что Кармен могла еще добавить?

– Подумай, если бы ты грезила стать герцогиней, но этот титул уже принадлежал кому-то другому, как бы ты поступила?

– Ничего не могу сказать, мне не хочется быть герцогиней.

– Разумеется. Это гипотетический вопрос, попробуй просто представить. Что бы ты сделала на ее месте?

– …

Представить… Как ей было понять жизнь, которую она совсем не знала? Кармен нервно перебирала пальцами.

Увидев ее реакцию, Теодор рассмеялся и махнул заместителю командира.

– Хорошо, вы свободны. Уже поздно, так что возвращайтесь и отдохните.

– Да, Ваша Светлость…

После разрешения уйти, Кармен молча поклонилась ему. Но она осознала это с запозданием, поскольку размышляла над историей господина.

Из того, что он только что рассказал, кто была та женщина, хотевшая стать герцогиней?

* * *

Я и не подозревала, что на следующий день после дождя мне будет так плохо. Даже после всего этого на дворе еще лето, так почему же...

Из-за моего состояния Шарлотта и мой личный доктор Джейн Торп то и дело ворчали на меня. И все же, кажется, через какое-то время мне будет трудно выходить на улицу.

Как только жар спадет, я, возможно, смогу выходить и делать все, что захочу, но…

– Мадам, вам следует начать быть более осторожной, потому что даже самая простая простуда может перерасти в пневмонию, если ваше состояние ухудшится. Тем более, что вы очень слабы...

Я подняла голову и бросила свой затуманенный взгляд на Джейн, которая уже 10 раз сказала мне одно и то же.

Хорошо, конечно, что она так бдительно заботится о своем пациенте, но у меня складывается впечатление, что она уже перегибает палку.

Ее постоянных тревог и опасений хватило настолько, что разболелась голова.

– И ваша еда...

– …

Джейн искоса взглянула на уже полупустую супницу.

А мне очень даже хотелось съесть еще, но я ничего не могла с собой поделать. Если я съедала хотя бы на ложку больше, казалось, что меня вот-вот вывернет наизнанку.

– Мадам в последнее время нездоровилось, так что неудивительно, что она ела совсем понемногу.

После этого Шарлотта обратилась к Джейн. При этих словах доктор бросила взгляд на служанку, но в итоге вздохнула и утвердительно кивнула.

– Тогда мы ничего не можем сделать… Но я постараюсь подобрать другой рецепт, который насытит вас больше, поэтому, пожалуйста, попробуйте что-нибудь из этого… И, если бы вы могли принять лекарство для улучшения пищеварения вместе с едой, вам могло бы стать лучше, Мадам.

В ответ я спокойно согласилась с ней. После чего Джейн дала мне еще пару рекомендаций, а затем вышла из комнаты.

И вот мы с Шарлоттой остались в комнате одни.

Девушка проследила за тем, чтобы дверь была как следует заперта, после чего вернулась к кровати и сказала:

– Мадам, пожалуйста, прилягте. Я сменю влажное полотенце.

– Хорошо, спасибо.

Я подумала, что мне очень повезло, что кто-то был со мной, пока я болела. Не скрывая искренней признательности, я проговорила:

– Шарлотта, я так рада, что ты здесь.

Она как раз переставляла таз, но, услышав, что я сказала, Шарлотта остановилась.

Она выглядела немного подавленной. Затем, улыбнувшись, ответила:

– Почему вы так говорите, Мадам? Разумеется, я всегда буду рядом с вами.

Неподдельная доброта в ее словах почему-то заставила меня прослезиться.

Я – Лили Эверетт, и я всегда была одинока, но все же теперь есть кто-то, кто находится рядом, пока я лежу прикованная к постели. Казалось, что все это сон.