«...»

‘Ты всё говорил о ней, продолжая рассказывать все те детали, о которых обычно не заботился. Что у нее склонность стричь свои ногти слишком коротко и это выглядит болезненно, что между указательным и большим пальцами, у нее маленькая родинка... Эй, ты правда извращенец? Кто ещё подмечает и помнит подобные детали. Я думал ты в конец спятил.’

Будь это он, то сразу бы заметил, что очарован ею, но поскольку она была дочерью герцога Эверетта, он возможно пытался держаться подальше от нее, и отрицать всё это. Тем не менее, Теодор думал, что прошло не так много времени, прежде чем он сдался.

В итоге, герцог Валентино должен был признать свои свои чувства к ней и думать о том, как полностью отделить ее от семьи Эвереттов.

Но на удивление, всё что он сделал - это жестоко вел себя и полностью отвернулся от неё.

Что-то должно было произойти. Кто-то вмешался в их отношения. Из-за недоразумения, или же чего-то ещё...

- ...

Теодор остановился. Не успел он опомниться, как уже стоял перед комнатой Лили. Погрузившись в размышления, он проделал весь этот путь, сам не осознавая этого.

Долго колебался, но в конце концов, развернулся, так и не постучав в дверь. Было множество вещей, которые он хотел спросить. Хотел побольше поговорить с ней и лучше узнать.

Однако не легко было приблизиться к ней. Тео вдруг испугался того, как она посмотрит на него.

И в итоге, ушел, не увидев Лили. Но, в другом конце коридора, он заметил знакомый силуэт. Лишь подойдя на достаточное расстояние, Теодор понял, что это его тетя, миссис Сеймур.

‘Почему она здесь...’

После минутного размышления, он сдержал свой порыв и с улыбкой подошел к ней для приветствия. Миссис Сеймур, как обычно, одарила его теплым взглядом.

- Тётушка, что привело Вас сюда?

- Я пришла проверить состояние Лили, так как слышала, что она упала в обморок. Разве не естественно для старшего члена семьи заниматься таким?

Она не ошибалась, но по непонятной причине Теодор ощущал беспокойство. Разве не от Кельвина он услышал, что миссис Сеймур не видела Лили в благоприятном свете.

Почему-то, у него было предчувствие, что не следует позволять миссис Сеймур встречаться с Лилии сейчас.

Поколебавшись мгновение, Теодор улыбнулся тëте и сказал:

- Я приходил навестить ее раньше, но видимо Лили рано заснула. Думаю Вам будет лучше навестить её в следующий раз.

- Неужели? Тогда я зря пришла. Как ты и сказал, будет лучше, если я навещу ее позже.

- Да. Мне тоже нужно вернуться в свой кабинет и заняться работой.

Тео и миссис Сеймур покинули коридор и спустились по лестнице. К тому времени, как добрались до второго этажа, где расположен кабинет герцога, женщина спросила:

- Тео, твои воспоминания ещё..?

- Да, но я в порядке. Тебе не о чем беспокоиться.

- Хорошо... Эти воспоминания даже не важны. Не дави на себя.

При этих словах, Валентино сам не осознавал того, как его лицо окаменело. Неважные воспоминания?

- Но... Это всё ещё беспокоит меня. Просто проведи время как ты делал до того, как потерял воспоминания о Лили. Она в любом случае ненадолго здесь, ведь твоя жена из тех, кто вскоре покинет дом.

- Спасибо за совет, тётушка...

Теодор ответил рефлекторно, и на это миссис Сеймур по доброму улыбнулась. Она слегка поклонилась, перед тем как уйти.

Тео оставался на месте, всё ещё погруженный в размышления.

‘Неважные воспоминания... Из тех, кто вскоре покинет дом...’

Эти слова были неприятны ему. И чем больше герцог размышлял, тем больше паршивое чувство охватывало его. Это правда, что тëтя заботилась о нем долгое время, но... Он знал, что это было лишь из-за того, что она защищала его.

Хотя предыдущая герцогиня и просила позаботиться о нём, это было не только из-за этого, она хотела думать о себе как о его «матери».

‘Возможно..’

Семена сомнения, что были посажены, медленно распускались. Он ещё не был точно уверен, но было сильное предчувствие - здесь что-то не так.

**

Если хоть один винтик в механизме перекоситься, то все начнет рушиться. Впервые он почувствовал что-то неладное всего через день после того, как Лили Эверетт вышла замуж и уехала.

С кислым видом, Гессен сидел на диване. Вытащив сигарету, Оуэн присел на диван напротив Гессена и спросил:

- Хочешь покурить?

- Я в порядке.

Когда Гессен отказался, Оуэн слегка кивнул. Он поднес сигарету ко рту и зажег её. Затянулся и вскоре выдохнул. Резкий перегар пропитал воздух.

- Я слышал ты пересекался с Лили и Теодором Валентино.

- Бл*дь, всё доходит до твоих ушей?

- Будь вежливым и зови меня братом.

- Братом, над моим мертвым, холодным...

Пока Гессен ворчал себе под нос, Оуэн сделал ещё одну затяжку. Закинув ногу на ногу, он откинулся на диван и долго выдыхал. Он был подобно воплощению картины скуки и неги.

- Так, так...

Стряхнув кончик сигареты на пепельницу, Оуэн снова откинулся назад, после чего спросил:

- Скажи мне, что случилось.

- Что ещё. Так же, как и раньше...

Нет. Было не так. С того времени, как он увидел Теодора Валентино, тот казался каким-то странным, однако, с другой стороны, Лили Эверетт была всё той же.

‘Хоть у нее и странное хобби, гулять, притворяясь прислугой.’

Немного подумав, Гессен сгреб портсигар Оуэна со стола и заговорил:

- Он немного странный...

При этих словах, его глаза заблестели. Гессен не заметил, потому что покуривал сигарету. Глубоко втянул, как это сделал Оуэн, но тот час разразился кашлем.

- Кха..! Кха, кха!

- Что за дурень, ты что, курил, думая что это вкусно?!

В любом случае, Гессен отбросил сигарету после того, как высказал парочку лестных слов. Мутный дым поднимался аккурат над хрустальной пепельницей.

- Он не показался совершенно другим человеком?

- О чем ты говоришь?

Когда Оуэн так спрашивал, Гессен хмурился и отвечал на это другим вопросом. Ему было интересно какую глупость скажет его старший брат. Вместо этого, Гессен искал воду, дабы сполоснуть рот, но Оуэн только сузил глаза. Тогда, он заговорил вкрадчевым тоном, словно шепча секрет:

- Видимо, он потерял память...