Сама того не осознавая, я попыталась убрать руку, но он схватил ее посильнее и крепко прижал к своей груди. Это напоминало полное игнорирование неопровержимых доказательств.

Дыхание слегка сбивалось. Все было таким ясным. Его голубые глаза, смотрящие на меня. Его сердце, колотящееся под моей ладонью. Его неизменно теплая температура тела.

Эти яркие ощущения нахлынули одновременно, полностью овладев моими мыслями.

Его глаза смотрели на меня так, словно требовали ответа – ответа на привязанность, которая читалась в этом взгляде.

Но я боялась. Боялась признать это. По какой-то причине мне казалось, что это будет безвозвратно.

Я не хотела позволить себе увидеть даже самый маленький лучик надежды.

Моему сердцу почти удалось сдаться.

Поэтому вместо того, чтобы дать ответ, я спросила:

– Почему… Почему ты меня не понял?

– …

Это был вопрос, на который нынешний он не смог бы ответить, и все же я все равно задала его. Я задала этот вопрос, хотя и знала, что это было трусостью с моей стороны.

Нет. Я еще не готова ничего принимать, вообще ничего.

Потому что все-таки моя обида на него… Не хочу, чтобы он поднимал голову.

В течение всего этого времени мои чувства так переплелись, что я начала путать свою обиду и чувство вины.

Но сейчас обида дает о себе знать все больше.

Ненавижу тебя. Я ненавижу тебя за то, что ты меня неправильно понимаешь. Ненавижу за то, что ненавидишь меня. Ненавижу за то, что ты причислил меня к демонам Эверетта. Ненавижу тебя за то, что ты никогда не пытался увидеть меня такой, какая я есть.

Так что нет. Я не могу это принять.

Мое сердце так болит, оно наполнено обидой. Вся эта теплота, эта нежность, эта привязанность – уже слишком поздно.

Все это просто продолжает причинять боль.

Каждый раз, когда ты так добр ко мне, вместо того чтобы чувствовать утешение, мне больно. Это, как если бы ты сыпал соль на открытые раны. Как если бы сильнее давил на занозу, которая и так меня пронзает.

К тому же от этого мне становится невыносимо грустно. Несмотря на то, что я получаю то тепло, которого всегда хотела, я не нахожу в себе сил быть счастливой. Я ощущаю такое отчаяние. Прежде чем я смогу почувствовать воодушевление или радость, меня посетит страх.

Почему я продолжаю во всем сомневаться, хотя все ясно как божий день?

Почему я продолжаю бояться, что мне сделают больно?

– Я тоже…

Хотелось бы мне, чтобы мы встретили друг друга нормально.

Отношения, которые сложились у вас с Аделиной Альвенит… Я бы хотела, чтобы у нас было также.

Однако слова исчезли прежде, чем мои губы успели их произнести.

Моросящий дождь, который до этого медленно капал на землю, начал лить как из ведра. Мы стояли там, вдвоем, под ливнем. Капли проникали нам в самое сердце, но ни один из нас даже не пошевелился, чтобы защитить его.

– Простите меня, Ваша Светлость…

Затем Шарлотта замешкалась и шагнула вперед. Она что-то передала Теодору, и это оказалось белое одеяло, которое я должна была использовать.

Теодор взял его и быстро развернул над моей головой.

И в мгновении ока мир сузился. Белая ткань в два счета стала просвечивать из-за дождя.

Очнувшись от своих раздумий, я оглянулась на служанку. Меня беспокоило, что на нее может попасть дождь.

К счастью, она сняла передник и накрылась им.

Без моего ведома на лице появилась легкая улыбка.

– Лили…

Затем голос Теодора прозвучал снова. Я рефлекторно вздрогнула.

Я стояла неподвижно, не оглядываясь на него.

В глубине души у меня было предчувствие, что снова могу вздрогнуть, если взгляну на него.

Не могу контролировать свои чувства… Мне становится так страшно, но в то же время я ненавижу себя за то, что боюсь.

– Прямо сейчас, нынешний я, не могу извиниться перед тобой. Я понимаю это.

– …

- Я не могу вспомнить прошлое, которое ты все еще помнишь… Поэтому я осознаю, что любое усилие, которое я сейчас предприму, будет бессмысленным.

– …

– И все же я постараюсь. Я уверен, что вспомню. Я попытаюсь вспомнить что это за недоразумение и выясню причину, почему я…

– …

– Причина, по которой я просто отвернулся от своих чувств и оттолкнул тебя.

У меня заныло в груди. Все, связанное с этим, вызывало дискомфорт. Было бы проще, если бы он оставил меня в покое, но он не сделал этого. Он продолжал искать меня. Когда дело доходит до отношений между двумя людьми, невозможно вести одностороннюю игру. Когда два человека оказываются рядом не имея иного выбора, реакция неизбежна.

Я знала, что пока он так щедро окружает меня своей добротой и сердечностью, я не могу не поддаваться его влиянию. Я знала, что со временем изменюсь.

Но мне целиком и полностью хочется дистанцироваться от такой возможности.

– А что, если это не было недоразумением? - все еще не глядя на него, спросила я.

Он был так уверен, что единственное, что нас разделяло – просто недопонимание. Возможно дело не в этом.

Правда может быть до смешного простой.

– Подумай об этом… Мы были вместе полтора года, и ты до сих пор ненавидел меня. Как думаешь, почему так?

В тот день, почти вечность назад, в саду резиденции Эвереттов, возможно, я была не единственной, в кого попала невидимая стрела.

Так же, как и в меня, она могла попасть и в него.

Однако я была дочерью герцога Эверетта.

И после того, как он все это время наблюдал за моими действиями, его первое впечатление обо мне могло измениться.

Может поэтому он разочаровался во мне. И, может, поэтому он меня ненавидит.

Вместо того, чтобы предполагать, что между нами возникло недопонимание, это было гораздо более вероятно.

– Это невозможно, - с запозданием ответил Теодор. Его голос дрожал.

И хотя я не стояла к нему лицом, ясно могла представить выражение его лица и какой взгляд у него был.