Джек вздохнул, прислонившись головой о дверь. Как только она его увидела, то сразу же захлопнула её. Но он всё равно успел разглядеть её слезы, на опухших голубых глазах.

— Хисра, пожалуйста, — выкрикнул он. Его голос звучал невероятно нежно, как для крика.

— Уходи, почему бы тебе не обрюхатить свою почётную охранницу или, что уж там, докторшу? — огрызнулась она.

Что-то сильно ударилось о дверь и с грохотом упало на пол, от неожиданности Джек пошатнулся.

— Хисра, пожалуйста, — нежно сказал он. — Просто открой дверь.

«Я могу придумать 14 способов, как выбить эту дверь, рассказать о них?» — спросила Алми.

Джек вздохнул и снял кольцо, игнорируя звуки протеста.

Раздался щелчок замка. Он медленно открыл дверь и просунул голову, тут же прикрывшись рукой от всех летящих в него предметов. Как только ей стало нечего бросать, он зашёл в комнату, и вступил в кучу всего того, что в него летело.

Хисра была в дальнем углу комнаты, сидела у себя на кровати, её ноги были прижаты к груди, девушка обхватила коленки руками и зарылась в них лицом. Девушка тихонько похныкивала, так что было понятно что она плачет, даже не глядя на её лицо.

Джек подошёл и присел на край кровати. Но Хисра не обратила на него никакого внимания. и всё так же продолжала хныкать.

— Хисра, прости, я должен был сказать тебе, — молвил он, откидываясь на спину и уставившись в потолок комнаты. — Это было несправедливо по отношению к тебе.

— Я все ещё не понимаю как, — нежно пробубнила она. — Я должна была быть единственной, кто подарит тебе детей, я твоя жена, и я гордилась и утешала себя, что , кто может родить от тебя, — она пару раз кочнулась туда-сюда, прежде чем продолжить: — Мина не может, Чу несовместима, и Миян тоже, я так думала. — она подняла голову и парень смог увидеть её слезы. — Но оказалось, что я ошибалась, и не знаю, смогу ли я справиться со всем этим, Джек.

— С чем? — спросил он.

С этим, со всем этим, с войной, угрозой жизни, тобой... — вздохнула она. — Не знаю, понимаешь ли ты, как тяжко я работаю? Сколько усилий прикладываю? Ты понимаешь как сложно делить любимого мужчину с другими женщинами? — слезы полились ручьем. — Это сложно, Джек, очень, и, не знаю, я просто не могу этого принять.

Джек вытер слезы с её щек и обнял, посильнее прижимая рыдающую женщину.

— Прости, мне так жаль, — он ужасно себя чувствовал, словно самый последний подонок. Она прорыдала ещё несколько минут, прежде чем снова смогла говорить, но голову с его груди так и не убрала.

— Что теперь? — нежно спросил он.

— Продолжим жить как раньше, нам нужно подождать пару месяцев, прежде чем у нас появиться ещё несколько голодных ртов, — сказала она со вздохом.

— Пару месяцев? Не девять? — спросил он, с нарастающее чувство беспокойства гложело его.

— Что? Нет, цикл беременности Волширцев, хм, сколько там? От 64 до 68 дней, — сказала она, посмотрев на него.

— Ты шутишь? — сказал он, протянув руку к лицу. — Так быстро...

— Вовсе нет, у них она более краткосрочная, чем у разумных рас, все из-за того, что те появляются из матки, они даже глаза открывают лишь на второй-третьей неделе жизни, — сказала она, прижавшись к нему.

Они просидели в тишине где-то с минуту, прежде чем он заговорил.

— Все ещё зла на меня?

— Да, чёрт возьми.

— Что ты хочешь сделать?

— Задушить тебя... поцеловать... я не знаю, слишком много эмоций, — он встал, ну или по крайней мере попытался, она удержала его на месте. — Я решила, мы останемся здесь пока я кое-то не выясню, — он ничего не сказал, и молча предоставил ей свою грудь в качестве подушки. — Эй, Джек.

— Хм-м?

— Когда у нас будет дитя, ты сосредоточишься на ней?

— Или на нём, — сказал он с улыбкой.

— Ты же знаешь, что со мной, это очень маловероятно, — сказал она.

— А мне казалось, что я преуспел в чрезвычайно маловероятных задачах, — сказал он, вызвав у неё маленький смешок, что сотворил чудо с атмосферой в комнате. — Знаешь, я никогда не буду пренебрегать своими детьми, они – часть меня, и несомненно, я буду любить их.

— А что насчёт детей Миян?

— И с ними так же, ты часть меня, а поскольку они мои, то и твои тоже, — сказал он и посмотрел на девушку, та умастила голову ему на колени, и Джек нашел это подходящим моментом, чтобы пробежаться пальцами по её шелковистым, синим волосам. — Они и твои дети, кроме того, я уверен, что наш сын будет любить своих братьев и сестёр, тебе же такое по нраву, верно?

— Сын? Скажу снова, это крайне маловероятно, — со смехом сказала она.

— Мне снова повторить, то что я сказал? — он пригнулся к ней и улыбнулся.

— Не такая уж и плохая идея, — нежно прошептала она.

Её дети, да? Он улыбнулся, поглаживая её по голове, и вскоре до него донеслось сопение. Хисра сильно вымоталась эмоционально и уснула у него на коленях.

— Два месяца, да? — пробубнил он сам себе.

Значит ему нужно много что сделать за эти два месяца, он собирался сделать всё, чтобы этот мир стал безопасным для его детей. Джек расправится с любым, кто станет у него на пути с угрозами.

Ставки поднимаются всё выше и выше.