В тот миг, когда прозвучал голос Кайдена, Беренис закрыла глаза.

Раздался короткий, резкий звук — Фью! — и тяжесть, давившая на её руки, исчезла. Почти одновременно что-то тяжёлое с глухим стуком упало на землю.

— Ч-ч-что?!.

— Ещё рано.

Беренис попыталась открыть глаза, чтобы понять, что происходит, но крупная крепкая ладонь Кайдена мягко надавила на её веки, не позволяя этого сделать. Другой рукой он всё так же крепко удерживал её за талию.

Оказавшись неподвижно прижатой к его груди, Беренис сморщилась от густого запаха крови. Он постоянно преследовал её в бегах, но она так и не смогла к нему привыкнуть.

— Отпустите меня.

— Драгоценной дочери Уилтьеров не стоит видеть такое зрелище, поэтому потерпи.

— Уилтьер не так уж и слаба. И…

— И?

— …Рана может разойтись ещё сильнее.

Причина, по которой она не вырывалась и покорно оставалась в объятиях Кайдена, была проста: она боялась навредить его раненому левому плечу, которое всё ещё кровоточило.

Если она вдруг дёрнется и случайно заденет его…

«Нельзя ещё больше задевать место, где даже невозможно остановить кровотечение».

Сейчас Кайден был в таком состоянии, что мог умереть не от яда, а от потери крови. И если с ним что-то случится именно здесь, ответственность могут возложить на дом Уилтьер.

Беренис, которая всеми силами пыталась доказать невиновность семьи во времена бегства, прекрасно знала, что лучше всего вовсе не надевать на себя ярмо ложного обвинения.

— Просто не двигайся.

— Но…

— Если я попытаюсь освободить юную леди, это только усугубит рану. Так что постарайся держаться так, чтобы не давить на моё плечо.

— …Постараться?

— Да. И зачем так хлопать ресницами? Ты всё равно ничего не увидишь. Может, просто закроешь глаза?

Каждый раз, когда Беренис моргала, её длинные ресницы слегка щекотали его ладонь.

Почувствовав, как большая рука подрагивает при каждом моргании, Беренис на мгновение забыла о ситуации и тихонько рассмеялась.

Выпрямившись, чтобы не касаться плеча Кайдена, она снова прижала к себе меч Блэдина.

— Кстати… почему вы здесь?

— Ты серьёзно хочешь беседовать в таком положении?

— До прибытия рыцарей всё равно делать нечего. А ещё я собиралась спросить, ваше высочество, вы ведь действуете не в одиночку, правда?

— А ты, оказывается, довольно болтлива.

— Вы знаете, что является носителем проклятия?

— И ты совсем не собираешься закрывать свой рот, не так ли?

— Если вы ответите на мой вопрос, я подумаю.

— Носитель проклятия был у того, кого я уже прикончил. А его напарник валяется где-то в снегу.

— Какой… изысканный выбор слов. Хорошо, а причина, по которой вы здесь?

— Услышал, что старший сын Уилтьеров погиб.

— …Что?

Беренис, не сразу поняв сказанное Кайденом, переспросила, но его последующие слова лишили её дара речи.

— Я не смог присутствовать на первых похоронах, так что должен хотя бы показаться на вторых.

— …

— Он был самым преданным мечом моего брата.

На вторую церемонию допускаются только члены семьи. Имперский принц, который должен был знать это лучше всех… Неужели он пошёл на такой риск лишь для того, чтобы присутствовать на похоронах дворцового рыцаря?

В это было трудно поверить.

— …Вы знали… моего брата?

— Мы не были знакомы лично. Просто знал о нём. Брат говорил, что он был самым надёжным человеком. И этот меч… я тоже был рядом, когда он его выбирал.

В понизившемся голосе Кайдена чувствовалась невыразимая боль.

Беренис знала горечь утраты любимого члена семьи. Поэтому вместо вопроса, который вертелся у неё на языке, она спросила другое:

— Похоже, вы справляетесь с ядом?

— Что?

— А ещё совсем недавно вы дышали так, будто вот-вот умрёте.

— И сейчас тебя волнует это?

— Вы заметили, что на мои вопросы вы отвечаете встречными вопросами?

— У меня странное ощущение, что меня втягивают в какую-то игру. Или мне кажется?

— Вам кажется. Так что, пожалуйста, скажите побыстрее. Я бы хотела услышать ответ, пока рыцари не подошли слишком близко.

Похоже, Кайден тоже услышал быстро приближающиеся шаги. Он тихо вздохнул и нехотя произнёс:

— С ядом я справляюсь. А задыхался я, «будто вот-вот умру», чтобы показаться приманкой. Ну что? Устроит?

— Да.

— А ты, драгоценная дочь Уилтьеров… совсем не такая, как говорят слухи.

— Вы из тех наивных людей, что верят слухам?

— Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя талант раздражать собеседника?

— Впервые слышу.

На этом их разговор прервался.

Это произошло благодаря маркизу, который прибежал вместе с рыцарями, получившими сигнал от Беренис.

Даже с расстояния он сразу распознал чёрные волосы и красные глаза Кайдена.

Он быстро оценил ситуацию: тело, похоже, убийцы, истекающий кровью второй принц, и его любимая дочь, прижатая к нему.

— Луис, возможно, здесь есть кто-то ещё.

— Проверю.

Луис, капитан рыцарей дома Уилтьеров, поклонился, после чего приказал нескольким рыцарям обыскать окрестности, а остальных выставил в качестве стражников.

Маркиз слегка кивнул, довольный тем, как надёжно этот человек руководит рыцарями семьи, и направился прямо к Кайдену и Беренис.

— Приветствую, ваше высочество.

— Полагаю, ситуация не слишком подходит для изысканных церемоний, так что на этом можно закончить приветствия.

— Да.

— Ваша дочь в безопасности, так что не о чем беспокоиться.

— …Благодарю вас.

Маркиз искренне склонил голову в знак благодарности, видя, как Кайден, даже истекая кровью, не убирает руку с глаз Беренис.

Если бы она увидела ужасно обезображенное тело убитого, это бы стало для неё огромным потрясением.

Она и так поседела за одну ночь после новости о смерти брата.

К тому же, перед отъездом из столицы в поместье у неё долго не спадала температура, и маркиз не хотел, чтобы дочь пережила ещё одно потрясение.

— Беренис, подожди немного.

Бросив быстрый взгляд на руку Кайдена, обнимающую талию дочери, маркиз достал из-за пазухи платок и накрыл им изуродованное лицо мертвеца.

Это было временной мерой, чтобы уберечь Беренис.

— Ваше высочество, теперь можно...

— Понятно.

Кайден, заметив, что взгляд маркиза Уилтьер вновь упал на его руку, обнимавшую Беренис, усмехнулся и убрал ладонь с её глаз.

Обретя вновь возможность видеть, Беренис открыла глаза и первым, что она увидела, стали полные беспокойства фиолетовые глаза отца.

— Со мной всё в порядке.

— Хорошо.

Взяв руку маркиза, Беренис поднялась с места, встретилась с ним взглядом, чтобы успокоить, а затем перевела взгляд на убитого наёмника, лежавшего прямо перед ней.

Похоже, он умер стоя. Тело, окоченев, просто завалилось назад. Лицо было скрыто платком маркиза.

А в горло мертвеца была вонзена стрела.

Стрела, которая была короче и чуть тоньше обычной, торчала в шее убийцы, указывая на то, что именно оборвало его жизнь.

«Стрела… Неужели у него на запястье было какое-то устройство?»

Беренис хотела повернуться, чтобы посмотреть на правую руку Кайдена, но маркиз, стоявший на одном колене и осматривавший состояние принца, загораживал ей обзор.

— Ваше высочество, я сейчас же пришлю лекаря.

— Нет, сначала нужно обыскать его, — маркиз, осмотрев кровоточащую рану, уже собирался дать знак командиру рыцарей, но Кайден остановил его и указал подбородком на тело.

— Я сделаю это.

— Беренис!

Первой двинулась именно она.

Прежде чем маркиз, поражённый ответом дочери, успел подняться, Беренис уже присела перед телом и начала его обыскивать.

Она быстро нашла кинжал с красным камнем в рукояти.

Судя по форме и длине клинка, было очевидно, что именно это оружие ранило Кайдена в плечо.

Маркиз, казалось, потерял дар речи от смелого поступка дочери, но для Беренис это было пустяком по сравнению с тем, через что ей пришлось пройти во времена бегства.

— Вот, держите.

— Беренис! Что, если бы что-то случилось!..

— Мёртвые не могут навредить живым, отец.

Маркиз замолчал, поражённый спокойным голосом, холодными янтарными глазами и незнакомым выражением лица дочери.

А глаза прислонившегося к дереву Кайдена, наблюдавшего за этой парой, устремились прямо на неё и вспыхнули алым светом.