После первых похорон люди из дома маркиза Уилтьера спешно покинули столицу, направляясь к месту вторых похорон. Они ехали по горной дороге, где снег ещё не растаял.

От столицы до владений маркизата можно было добраться за неделю, если ехать по большой дороге на восток.

Однако, поскольку нужно было перевозить повозку с телом Блэдина, маркиз должен был выбрать самый быстрый путь.

— Мама, вам всё ещё плохо?

В покачивающейся повозке Беренис с тревогой погладила по спине сидевшую рядом маркизу.

До тех пор, пока они ехали по равнине, всё было в порядке, но как только дорога пошла в гору, её лицо резко побледнело.

Маркиз уже подумывал замедлить ход, видя, как жену мучает сильная тошнота, но всего полчаса назад маркиза, взглянув на повозку с гробом сына, покачала головой и остановила его.

— Отец, думаю, нам всё же стоит ненадолго остановиться, — сказал Лоуэлл, сидевший напротив и так же обеспокоенно глядевший на мать.

Оглядев обстановку повозки, маркиз взял жену за руку, мягко похлопал по ней и, открыв окно, приказал сделать привал.

— Прости меня… — прошептала маркиза.

— Всё в порядке. Блэдин тоже хотел бы, чтобы ты берегла себя, — ответил он, помогая жене выйти из повозки и мягко проводя рукой по её спине.

Пока родители, опершись друг на друга, смотрели на повозку с гробом сына, Беренис перевела взгляд на Лоуэлла, который торопливо искал место, где мать могла бы присесть и отдохнуть.

Может, из-за того, что Блэдин отказался от наследства и Лоуэлл с юных лет помогал отцу управлять делами рода, он выглядел совершенно естественно, отдавая распоряжения слугам.

Малолюдная дорога, хоть и шла через горы, всё же была достаточно ухоженной, чтобы по ней могли проехать повозки. Очевидно, именно поэтому маркиз выбрал этот путь.

Вероятно, всё, что могло бы помешать проезду, уже давно убрали, так что вряд ли легко удастся найти пенёк или камень, на которые можно было бы присесть.

«Может, и мне поискать?»

Некоторое время осматриваясь по сторонам и прижимая к себе меч Блэдина, Беренис сошла с ухоженной дороги и направилась вглубь леса.

Солнце всё ещё стояло высоко в зените, и поскольку она не собиралась заходить далеко, опасности не было.

А даже если бы и что-то случилось, стоило только подать сигнал, как рыцари дома Уилтьера прибежали бы её спасать.

«Хотя, конечно, я быстрее убегу сама».

Это было не хвастовство, ведь она на протяжении восьми лет скрывалась от настойчивых имперских преследователей.

У Беренис была уверенность, что в умении распознать опасность и вовремя уйти равных ей в империи не было.

«Хотя… это ведь всё-таки хвастовство?»

Беспечно размышляя о глупостях, она шагнула глубже в заснеженный лес и широко раскрыла глаза от удивления.

Перед ней раскинулся густой хвойный бор, тёмно-зелёные иглы которого создавали впечатляющее зрелище.

Белый снег, покрывавший всё открытое пространство, и острые, как копья, вершины деревьев образовывали живописный, словно сошедший с картины пейзаж.

— Вау… — Беренис невольно выдохнула, и вместе с паром изо рта вырвался тихий вздох восхищения.

По привычке она начала осматривать окрестности, выискивая следы людей.

Это действие укоренилось ещё в те времена, когда, будучи беглянкой, она бесчисленное количество раз спасалась от смертельной опасности.

Тогда любое новое место, куда она попадала, могло таить убийцу в засаде.

Но она всё равно выживала.

Эта осторожность и была доказательством того, что Беренис сумела остаться в живых.

«Мне повезло».

Убедившись, что поблизости нет следов людей, Беренис мысленно наметила пути отступления — ещё одна привычка, выработанная годами погони.

— Туп.

Испугавшись внезапного шума, Беренис резко пригнулась и укрылась за ближайшим тёмным стволом.

«Это был звук падающего снега?»

Под деревом действительно образовалась свежая кучка снега. Вероятно, тяжесть не выдержала, и ком упал с ветки.

«Пора возвращаться».

Она уже достаточно осмотрелась.

Места, где мать могла бы присесть, так и не нашлось, значит, стоило вернуться. Да и если бы такое место и было, привести туда мать всё равно было бы затруднительно.

Она уже собиралась подняться, как вдруг…

«Запах крови?»

Он был очень слабый, но это был определённо была кровь.

Спрятавшись за деревом, Беренис напряглась. Её янтарные глаза настороженно скользили по лесу.

Ещё мгновение назад вокруг не было ничего необычного, но теперь резкий металлический запах заставил сердце биться быстрее.

Человек? Или зверь?

В любом случае, это было опасно.

Но раз повозка с телом брата находится неподалёку, нельзя просто уйти, не выяснив, откуда идёт запах.

Используя свои обострившиеся после возвращения чувства, Беренис начала определять, откуда именно доносится запах крови.

«Совсем недалеко».

Обычно она позвала бы рыцарей, стоявших на страже у повозок. Но по какой-то причине предчувствие заставило её разобраться самой.

После возвращения она начала верить в божественные знамения, и потому не могла его игнорировать.

«Значит, пора двигаться».

Она достала из-за пазухи крошечную дудочку размером в две фаланги пальца. Эти флейты перед дорогой получили все члены семьи на случай непредвиденных обстоятельств.

Сжав её в одной руке, а в другой — меч, Беренис глубоко вдохнула и, оглянувшись по сторонам, с осторожностью двинулась вперёд.

Прошло немного времени.

Она, едва дыша, пробиралась глубже в лес и наконец заметила человека, полулежащего у большого дерева.

Вокруг следы крови, пропитавшие снег и почву. Очевидно, именно он был источником запаха.

«Мёртв?»

Под большим капюшоном лица не было видно, но по телосложению и одежде Беренис поняла, что это мужчина.

Что же делать?

Беренис заметила, что грудь мужчины едва заметно вздымалась от неглубокого дыхания, и тут же осмотрела местность. Её обострённые чувства не улавливали признаков присутствия других людей.

«Всё равно неизвестно, что может случиться, так что лучше позвать рыцарей».

Присев за деревом, она поднесла флейту к губам и выдохнула.

Это был длинный сигнал, услышать который могли только специально обученные рыцари дома Уилтьера.

Расстояние до повозки было немалое, но звук должен был дойти.

Прикинув на слух, где примерно находится обоз, Беренис поднялась и медленно направилась к лежащему мужчине.

Хотя поблизости не чувствовалось ни погони, ни засады, осторожность не покидала её, ведь неизвестно, что мог сделать раненый.

Наконец, она приблизилась и остановилась у его ног.

Мужчина лежал без малейшего движения, прислонившись к дереву и едва дыша.

Беренис наклонилась, чтобы разглядеть лицо под тенью капюшона, и в тот же миг замерла с резким выдохом.

Смуглая кожа. Волосы чёрные, как ночь. Плотно сомкнутые веки под густыми тёмными бровями. Прямой нос, плотно сжатые губы и мужественный подбородок.

Беренис знала, какого цвета глаза скрывались под этими веками. И помнила, каким был голос, теперь едва слышно срывающийся с посиневших губ.

— ...Ты пришла... не чтобы... убить меня?

Да, этот голос. Низкий, хриплый, но в нём всё ещё звучала сила, которую нельзя было скрыть даже на грани смерти.

И…

— Кто… ты?

Красные глаза, подобные пылающему пламени, способные испепелить любого, на кого он посмотрит, и в конце концов — сжечь и самого себя.

— Ваше высочество Кайден… Почему вы здесь?

Кайден Манус.

Второй принц империи Эгонид, родной брат покойного наследного принца.

И тот самый мужчина, который в прошлой жизни преследовал Беренис до последнего, чтобы задать лишь один вопрос.