Эллен, осмотрев пятнистые яйца, побледнела и сказала:

— …Фой, надо бежать.

— Пошли.

Я не стал тратить время на глупые вопросы «почему?».

Выражение её лица достаточно ясно говорило о серьёзности ситуации, да и у меня самого были кое-какие догадки.

Мы поспешно двинулись обратно тем же путем, каким пришли. Поскольку вода всё равно хлюпала по щиколотку, о скрытности и речи быть не могло — мы просто бежали так быстро, как только могли.

Пробежали мы так около минуты.

Хлюп!

Сзади послышался всплеск воды.

Не очень далеко. По объёму и массе, рассекающим воду, можно было судить о тяжести существа.

— Эллен, быстрее!

— Ха-ук, хак…

Эллен тяжело дышала, но… из-за сильной усталости никак не могла набрать скорость.

Ким Сынсу, ты идиот!

Подумал о пути к отступлению, а о выносливости Эллен не позаботился! Нужно было предвидеть и такую ситуацию!

Я бы с радостью взял у неё хотя бы арбалет, но сам держал в руках круглый щит и фонарь, так что это было неудобно.

Хлюп! Хлюп!

Всплески воды стремительно приближались.

Точно определить, кто это, было нельзя, но… животных, нет, монстров, откладывающих яйца размером с кулак и обитающих там, где есть и вода, и земля, не так уж много.

На самом деле, у меня была одна догадка. Эта тварь появлялась не в подземных ходах, а в норах…

Р-Р-Р-О-О-О-АР!

Рёв монстра ударил мне в затылок, и я поспешно направил свет фонаря назад.

Огромный хвост, рассекающий воду по обе стороны канала, спина, покрытая бугристой чешуёй, и глаза с вертикально-щелевидным зрачком хищника.

На первый взгляд это был гигантский крокодил длиной не менее шести метров.

На Земле его назвали бы животным, но его размеры и опасность вполне соответствовали определению «монстр».

Эллен, услышав рёв твари, всё никак не могла ускориться. Вода, доходившая до щиколоток, бесконечно цеплялась за её ноги.

— …Фу-ух.

Я кое-как швырнул фонарь на пол и выхватил фальшион.

Когда я остановился, Эллен пробежала ещё несколько шагов и тоже остановилась.

— Почему остановился! Быстрее беги!

Тяжело дыша, она закричала на меня в ответ:

— Эй! Ха-ак, что, что ты, ха-ук, делаешь!

— Беги! Я сам как-нибудь выберусь!

— Хы-ып, не хочу!

Чёрт, вот же упрямица!

Но времени на препирательства с ней не было.

Ш-ш-ш-ш…

Словно выплеснутая из ковша, на лицо брызнула вонючая вода.

Крокодил, стремительно плывший по каналу, уже был совсем близко и, разинув пасть, бросился на меня.

Раскрытая пасть была такой огромной, что, казалось, могла проглотить половину моего тела за один укус.

— Кхы-ы!

Не успев даже испугаться, я среагировал рефлекторно.

Стиснув зубы, я вонзил меч в тёмную пасть твари.

Но прямо перед тем, как остриё меча коснулось её нёба…

Вжух.

Вот же чёрт, он увернулся?!

Тварь, даже находясь в прыжке, мгновенно извернулась и уклонилась от моего меча. Невероятная для таких размеров проворность.

Сразу после этого раскрытая по диагонали пасть с яростью захлопнулась.

Хрясь!

— Кхы-ы-ык…

С трудом откинувшись назад и выставив щит, я избежал того, чтобы меня перекусили пополам.

Круглый щит застрял в пасти твари, так что её нёбо остановилось прямо перед моей шеей.

На мгновение мир будто замер.

Ужасный запах изо рта, который, должно быть, ощущали бесчисленные существа перед смертью, зубы, похожие на пилу, нависшие над шеей, как коса смерти, и глаза рептилии, зловеще светящиеся из темноты, — всё это, казалось, приняло форму смерти и улыбалось мне.

— Кхы-ы-ы…

В замедлившемся мире я ударил фальшионом по боковой части головы твари.

Сверхчеловеческая сила, рождённая в смертельной опасности, оставила на ней большую и глубокую рану.

Хрясь!

Я надеялся, что тварь отступит от испуга, но гигантский крокодил лишь яростно сверкнул глазами размером с кулак.

Вихрь ярости выкручивал мне руку. Я стиснул зубы и некоторое время сопротивлялся, но…

Ак!

Мир мгновенно перевернулся. Издав лишь короткий вскрик, я рухнул в канал.

Крокодил, используя свой вес в более чем тонну, начал смертельное вращение.

Вжух, хлюп!

— Кх, кхрх…

Вращение продолжалось. Крокодил, вцепившись в мой щит, провернулся дважды, трижды… бешено извиваясь, он швырнул меня на дно.

Шмяк!

Ух, даже не понял, обо что ударился. Плечо обожгло огнём.

Если бы только щит не выдержал его хватки и разлетелся на куски.

Или если бы ремень щита, крепившийся к плечу, был чуть слабее и порвался.

Я мог бы бросить щит и выбраться.

— Гхрх, хы-ык…

Но щит оказался на удивление прочным и вместе с моим телом бесконечно вращался, увлекаемый крокодилом.

От беспорядочных ударов гудела голова и ломило плечо, а грязная вода, попадавшая в нос и рот, мешала дыханию.

Несмотря на это, я кое-как взмахнул фальшионом. Но, не имея опоры и лишь размахивая рукой, я не мог нанести гигантскому крокодилу значительного урона.

Ба-ах!

Ух, на мгновение перед глазами всё поплыло.

Сквозь затуманенное зрение я смутно увидел дрожащую Эллен.

Эта дура, я же сказал ей бежать, почему она там стоит…

Пока я об этом думал, Эллен что-то яростно закричала:

— Фой, закрой глаза!

— Хы-ы… что?

Прежде чем я успел ответить на смутно донёсшийся крик, знакомый звук ударил мне по ушам.

Тунг!

Едва я инстинктивно зажмурился, как у меня за затылком раздался звон разбитого стекла!

Ки-и-и-и-и!

Что… что это?

Гигантский крокодил, извернувшись, отшвырнул меня в сторону и принялся бешено метаться по каналу.

Пока я, весь избитый, тупо валялся на дне, Эллен закричала, словно в предсмертной агонии:

— Вставай! Сейчас нужно его убить!

Вместе с этим острый запах ударил мне в нос.

Красный перец или что-то похожее, издающее сильный, почти болезненный запах.

Ах, чёрт, сейчас не время нюхать!

Одним рывком сбросив щит, я быстро поднялся, превозмогая боль во всём теле.

И сосредоточился…

Естественно, моё тело было покрыто ссадинами и ранами, из которых сочилась кровь. Кровь, смешивавшаяся с грязной водой, по моему зову собралась на фальшионе, и я тут же оттолкнулся от земли.

Ки-и-и.

Гигантский крокодил, издавая не соответствующий его размерам визг, извивался всем телом. При каждом его движении грязные брызги летели во все стороны.

Я бросился на него, словно вратарь, бросающийся на мяч.

Так, воспользовавшись мгновенно возникшей брешью, я вонзил фальшион ему в живот.

Хрясь.

Брюхо твари было невероятно толстым и прочным.

Но фальшион, испускающий зловещий кровавый свет, был направлен сверхчеловеческой силой, и…

Тр-р-реск.

...Распорол это брюхо, как кусок ткани.

Лежа в канале, я изо всех сил извернулся и нанёс удар фальшионом.

По белому брюху протянулась длинная красная полоса, которая тут же лопнула, извергая наружу внутренности.

Хлюп-хлюп!

Оставив за спиной этот жуткий звук, я быстро выбрался из канала.

— Фой!

— Ак! Больно, чёрт возьми!

Внезапно подбежавшая Эллен схватила меня за плечо и повисла на нём.

Ух, веса почти не чувствовалось, но из-за боли во всём теле было трудно устоять.

Но размышления были недолгими, гигантский крокодил всё ещё барахтался за спиной.

— Ух, Эллен, сначала нужно уйти…

Я извалялся в грязном канале, так что от меня наверняка сильно воняло, но она, похоже, не собиралась отпускать.

Мне ничего не оставалось, как обхватить Эллен за талию и отнести её метров на двадцать от крокодила, прежде чем опустить на землю.

Ки-и-и-э-э…

Там, вдали, гигантский крокодил, придавивший собственные внутренности, испустил дух.

Только тогда я прислонился к стене и сполз на пол. Задница промокла, но… ха, какая разница. Всё равно из-за этого проклятого крокодила я весь вымок в грязной воде.

— Ха-ак, хы-ы… Вау, реально… реально чуть не сдох.

— Эй, что это было? Красный перец?

Спросил я, переводя дух, но Эллен молча стояла, не отвечая.

Ух, я же бросил фонарь, ничего не видно. Но мне показалось, что её кулаки мелко дрожат.

— Эй, ты, дебил, блядь.

— …А, а?

— Ты, ты реально…

Эллен заговорила дрожащим, почти плачущим голосом, полным ярости:

— Реально, ты реально сдохнуть хочешь?

— Что такое, вдруг что…

Не успел я договорить, как она с силой пнула меня носком ботинка по голени!

— А-а-ак! Эй!

Чёрт, попала по больному месту, адски больно!

Я собирался наорать на нее, но тут…

— Ты, я тебя предупреждаю, — проговорила Эллен срывающимся от слёз голосом. Произношение было настолько смазанным, что трудно было понять смысл. — Ещё раз, только… скажешь, чтобы я, шла первой, или, бежала, или, ещё какую-нибудь, херню…

Она громко шмыгнула носом, помолчала немного, а затем, глубоко вздохнув, продолжила:

— Реально, убью нахуй. Понял?

— Да блин, эй. Когда это я ещё такое говорил…

— В прошлый раз, говорил, идиот!

Бац!

Твою мать, опять по тому же месту.

Надо было купить поножи!

Некоторое время спустя на площадке лестницы, ведущей на второй подземный уровень.

Я сидел на каменных ступенях и прижимал бинт к кровоточащему затылку. Благодаря пассивному навыку «Текущая Кровь» кровотечение должно остановиться, если просто хорошо прижать.

В этот момент Эллен, расстёгивая мой помятый наплечник, коснулась моего распухшего плеча.

— А-а-ук! Эй, осторожнее! Кажется, там трещина!

На мои слова Эллен нахмурилась и упрекнула:

— Немного задела, а ты уже ноешь. Такой здоровый лоб.

Хотелось возразить, но я сдержался.

Её веки распухли, как гусеницы, — жалко было смотреть.

— Эх-х.

Я вздохнул, а она, схватившись за воротник моей кожаной туники и немного помедлив, вдруг раздражённо сказала:

— Айщ-щ… э-это, пуговицы расстегни.

— А, сама расстегни. Не видишь, у меня руки заняты?

— …Айщ-щ, бесит…

Тихо ворча, она осторожными движениями расстегнула пуговицы, распахнула воротник и принялась промывать рану водой.

— Ух, холодно.

Пока Эллен перевязывала меня, я поднял руку и вдруг спросил:

— Эй, а та стеклянная банка, которую ты бросила…

— …А, что?

Перевязывая, она, похоже, о чём-то задумалась и, услышав мой голос, вздрогнула и, заикаясь, ответила:

— Что такое, почему?

— А? Нет, ничего.

— Ты в порядке?

— Да, в поряд… ух, не поворачивай голову. Э-э… бинт спутается.

Хотя она и отрицала, я чувствовал сильную дрожь в её руках, касавшихся моей ключицы.

Мельком взглянув, я увидел, что её шея покраснела, словно от жара.

Сильно устала? Может, заболела?

Ну да, мы уже десять часов в канализации, как тут не устать. Да и в такой грязи любой здоровый человек может заболеть.

Нужно быстрее заканчивать и выбираться наверх.

— Так вот, то, что ты бросила.

То, что Эллен метнула из арбалета, было своего рода… слезоточивым средством? Стеклянная банка с чем-то таким.

— Сказала, что-то вроде слезоточивого, да? Из чего сделала?

— …Фу-ух, кхм. За таверной я набрала немного мяты болотной. Её и купленный на рынке тараджин растёрла и смешала. Поскольку было мало, добавила ещё немного мелкого песка.

А, «тараджин» я знаю. Это что-то вроде пряности — если сравнивать с земными, то похоже на перец чили.

— Ого, и когда ты это всё успела сделать?

— …Пока ты там с той старой девой кувыркался, я от скуки всякое мастерила. А что?

— А-а, эй! Больно же. Полегче…

— Нужно же нормально завязать. Посиди спокойно.

Но погоди-ка. Что она сказала? Я кувыркался со старой девой? …Не помню, чтобы телу Феникса так везло.

— Погоди. Ты случайно не о Грании говоришь?

— Ага. О ней.

То, как невозмутимо она унижает других… это так в её стиле.

Ха, Грании от силы лет двадцать пять, какая она старая дева? Тогда кем же буду я, тридцатилетний холостяк? Что-то взбесило.

Но это ладно, я с некоторым удивлением сказал Эллен:

— Хм, говорила, что медитируешь, а сама шастала где попало и так хорошо подготовилась?

Внезапно мой взгляд упал на арбалет, прислонённый к каменным перилам.

Погоди, неужели…

— Эй, так ты что, купила его, чтобы стрелять слезоточивыми гранатами?

На мой вопрос Эллен нахмурилась, словно это было очевидно, и ответила:

— Конечно. Я же маг. Неужели ты думаешь, что я бы потратила шесть серебряных монет, чтобы стрелять какими-то жалкими камешками?

Какая связь между магией и слезоточивыми гранатами, я не понял.

— …Серьёзно? Ты заранее это продумала?

— Да. Я даже вес банок подогнала под вес железных пуль, чтобы пристреляться.

О, эта девчонка. Я начинаю смотреть на неё по-другому.

Думал, просто бездарь, не умеющая колдовать, а она, оказывается, так тщательно готовилась.

— Но почему ты мне ничего не сказала?

— …Не знала, будет ли от этого толк. Стрелять таким по зомби или червям — бессмысленно.

— А-а. Но о таких вещах нужно было сказать. Это же очень полезно.

На мой упрёк уголки её губ слегка дрогнули.

— …Полезно?

— Конечно, что за вопрос? Если бы не это, я бы сейчас был мёртв.

Она плотно сжала губы, но на её лице расплывалась безуспешно скрываемая улыбка.

Эх ты, милашка.

— Если у тебя ещё что-то такое есть, говори заранее. Мне же нужно знать, чтобы мы могли действовать слаженно. Что ещё сделала?

— Кхм. Я ещё несколько ядовитых и зажигательных смесей приготовила.

— …Что?

Может, мне показалось, но её нос, кажется, задирался всё выше и выше. То, как она гордо выпрямила плечи, выглядело довольно забавно, но я не смог сдержать любопытства и спросил:

— А это как ты сделала?

— Ничего сложного. Для яда я высушила и растёрла мухоморы и акацию, а потом добавила сок ландыша. Простой, но действенный парализующий яд. А для зажигательной смеси… сестра Ольга сказала, что пойдёт к тому старому торговцу, так я попросила её купить масло огненного цветка. Но поскольку одно масло слишком жидкое, чтобы оно хорошо горело, нужен загуститель…

Слушая, как Эллен тараторит объяснения, я невольно усмехнулся. Она, похоже, уже забыла об усталости, даже дрожь в руках унялась.

Её самодовольный вид был довольно забавным, но… да. Это гораздо лучше, чем когда она хлюпает носом и ревёт.