Глава 125. 

– Чэзио… – Энох, не найдя слов, чтобы утешить мальчика, просто обнял его. 

Он смотрел на то, как рыдает Чэзио и ощущал страх. 

Нужно посмотреть правде в глаза. 

Что же такого было в письме от доченьки, что Чэзио, такой эмоционально оцепеневший, так рыдает? 

– Убивать, не хочу… 

– …… 

– Обещал… пожалуйста… 

Сердце Эноха сжималось. 

Что он имеет в виду, когда говорит, что не хочет убивать мою дочь? 

Я не хочу того знать. 

***** 

Энох привёл Чэзио, который с трудом успокоился, в свою комнату и, вернувшись в кабинет, долго колебался. 

Из-за письма от Лирис. 

Мужчине потребовалось крайне много времени, чтобы открыть его, держа перевёрнутым вверх ногами. 

Смогу ли я увидеть это и не сломаться? 

Смогу ли остаться невозмутимым? 

Какой идиот, – Энох усмехнулся и перевернул письмо. 

[Привет, папочка! К тому моменту, когда ты читаешь это, меня, наверное, уже нет?] 

Письмо потрясло Эноха с первой же строчки. 

Следующая строка заставила его ощутить недоумение. 

Это что… 

Несмотря на то, что он никогда не говорил об этом. 

Лирис, словно Богиня, видела всё это. 

Клинок, который Энох ковал и затачивал. 

Всё, что он делал, готовясь к восстанию. 

– Как… 

Его борьба, каждое без исключения дело, наряду с контрнаступлением планам Императора. 

Она видит будущее? 

Потому что Примера? 

Нет, если бы это было возможно, борьба против Императора была бы проиграна с самого начала, – Энох стал медленно осознавать всё. 

Ребёнок, малышка… 

[1 789-й год, политика истребления неспособных. 

Если ты зашёл так далеко, то это успех! ㅠㅠ Папочка, спасибо за твою работу. 

Но даже если вы поймали Его Величество Императора на этом всё не закончится… я та, кто убивает людей ㅠㅠ] 

Дело было не в том, что она видела будущее, а в том, что Лирис помнила время, которое было отмотано. 

Как Оскар, переместившийся во времени назад. 

Саму трагедию. 

Всю свою прошлую жизнь. 

[Невиновные люди такие несчастные. 

Наверное, мне очень больно убивать людей. Поэтому… 

Пожалуйста, не медли. Прошу. 

Просто поторопитесь… чтобы спасти как можно больше людей.] 

Дыхание перехватило. Глаза Эноха расширились, и он вцепился пальцами в воротник. 

Сейчас, в этот момент. Всё идёт к тому же финалу, что в исчезнувшем времени. 

За исключением одного факта. 

Доченька рядом со мной в безопасности. 

– Почему…? 

Почему ты? 

Почему, даже зная всё это. 

– Давай не будем убегать и вернёмся в Империю. Вернёшься в ряды паладинов. 

– А я пойду за папочкой в Империю. 

Неужели она планировала вернуться сюда? 

Могла притвориться, что ничего не знает, сбежать. 

Только она хотела этого. 

– Ха, ха-ха… – Энох глухо рассмеялся. 

Наступивший, мир. Счастливый конец для всех. Нормальная страна… 

Доченька верила, что для этого папе нужно взять в руки меч. 

Даже прекрасно понимая, что окажется в опасности и может погибнуть. 

– Ха-ха… – Энох продолжал смеяться над собой с затуманившимся зрением. 

Малышка, маленькая и хрупкая малышка, оказалась такой доброй… 

Я сам научил её этому. 

– Я, я тебя… 

Трагедия, которую Энох смутно видел во снах, оказалась гораздо более жестокой и ужасающей, чем он мог себе представить. 

Если я потерплю неудачу? 

Нет, если я даже не попытаюсь, изменится ли что-то? 

Сражение за благородное дело. 

Доченька умерла, отчаянно пытаясь положить конец страданиям своего папы. 

– Убивать, не хочу… 

От рук Чэзио, которого я научил, от меча, которого я выковал для великой цели. 

В итоге я отнял жизнь у своей дочери. 

– А-а, а… – Энох не мог дышать. Невидимая рука с острыми когтями разрывала его грудную крутку. 

Вот как. 

Вот что случилось. 

Из-за своего глупого папы, который даже не понимает, что важно. 

– Не ходи на эту войну, отец. Почему ты безоговорочно принимаешь слова Его Величества Императора? Неужели и правда считаешь это правильным? 

В детстве, будучи мальчиком. 

Энох не мог понять своего отца, Нордика, который уходил на войну. 

Тогда Нордик ответил: 

– Когда-нибудь и ты сможешь понять меня. 

Мать Эноха умерла. 

По приказу Императора. Это случилось на поле боя, куда её отправили умирать. 

И после этого. 

Нордик, который, как и Энох, всегда красиво говорил перед Императором, послушно взял в руки меч. 

– Однажды твои убеждения… убьют тебя. 

Да, отец. 

Отец сказал всё правильно. 

Я, мою дочь, которая вся моя жизнь… 

– Ха-а, у-у-угх, – слёзы выступили на покрасневших глазах Эноха. Он отчаянно царапал пальцами свою сдавившую грудную клетку. – А! А! 

Тук, тук, – в агонии мужчина ударил себя кулаком. 

На солнечном сплетении Эноха появился красный след, который станет синяком. 

Это я убил тебя. 

Убеждения твоего папы, убили тебя. 

– Ха-а… 

Больно. 

Так больно. 

Представляя, какую трагедию моей дочери пришлось в одиночестве переживать… 

Невероятно больно. 

***** 

Что, это? 

Лирис, которая точно пожелала папе спокойной ночи, уснула. 

А в тот момент, когда открыла глаза, то оказалась в незнакомом месте. 

А. Аксион? 

И увидела вооружённого Аксиона и его рыцарей. 

Лирис поспешила к ним. 

– Дядя-я-я-я! – и радостно позвала Аксиона, но тот не ответил. 

Игнорирует? Нет. 

Кажется, он не видит меня. 

– Дядя… а? – Лирис заметила ребёнка, который держал Аксиона за руку. 

Это же я! 

Там была она сама, выглядевшая как несколько месяцев назад. 

Когда жила в деревне Зенон. 

На Лирис было потёртое цельное платье, а её глаза покраснели от слёз. 

О, это сон! – тут же подумала девочка. 

Это объясняло странное ощущение парения и даже то, что она видела себя со стороны. 

Вау, это какой-то осознанный сон? 

Завораживает. Осознанный сон, который осознаёшь, пока спишь. 

Последовав за рыцарями, направляющимися куда-то, Лирис остановилась. 

Минутку. Это… 

Произошло озарение. 

И сердце девочки забилось быстрее. 

Неужели это часть оригинала, о которой я не знаю? 

Меня похитили. 

Император приказал паладинам вернуть папу. 

У Аксиона не было выбора. 

Зная оригинальный сюжет, я же спокойно осталась рядом с папой, и мы вместе вернулись в столицу. 

А этого изначально не было. Здесь меня похитили. 

Словно подтверждая предположение Лирис, Аксион и паладины прибыли в центр подготовки способных. 

Там, она увидела Серену, свою мать, с бледным лицом. 

– …и правда всё ещё, был в Зеноне? 

– Да. 

– Идиот, зачем… – Серена прикусила губу. 

Она раскрыла местоположение Эноха, но, казалось, надеялась, что тот не оставался в Зеноне. 

– Идиот? 

Лирис вздрогнула. 

Выражение лица с которым Аксион посмотрел на Серену было ужасающим: 

– Почему тот самый гениальный Энох совершил такую глупость? 

– …… 

– Потому что ребёнок родился не у него одного. Вероятно, он считал, что мать имеет право знать, где её дочь, – Аксион стиснул зубы. – Вы когда-нибудь представляли это? Что его могут схватить благодаря словам той, кому он уже давно доверяет? 

Серена молчала, избегая взгляда Аксиона. 

Лирис чувствовала дискомфорт. 

Ох, я всё это знаю, так почему снова начинаю грустить. Возьми себя в руки, – Лирис хлопнула себя ладонями по щекам. 

Мама ушла в отставку после рождения моего сводного брата Кайла. 

Если так, то это было спустя 2 года с момента нашего побега… значит Император уже знал где папа. 

И хотя он знал, где мы прячемся, он не искал нас, пока мне не исполнилось 7 лет. 

Причина? 

Очевидна. Я должна была стать невероятно ценной для папы. Он дал время ему привязаться к своему ребёнку. 

Чем больше я думаю об этом, тем сильнее Император кажется мне настоящим дьяволом. 

– …прости, Аксион. И всё же, к счастью, ты не пострадал. С ним довольно непросто иметь дело. 

– Это было легко, – Аксион криво усмехнулся. – Потому что ребёнок был у нас. Из-за страха, что она пострадает, этот великий человек повёл себя как идиот и не стал ничего делать. Это просто смешно. 

– …… 

– Сейчас, он наверняка уже направляется в столицу. Теперь всё зависит от Его Величества. 

– …мне жаль, – Серена, замерев в оцепенении, даже не могла посмотреть на свою дочь. В отличие от неё, взгляд «Лирис» был прикован к ней. – Правда жаль. Мне нечего сказать. Я знаю, насколько ты близок с Энохом, но… я понимаю, каким тяжёлым было это предательство. 

– Минутку, минутку. Простите? – в этот момент в разговор вмешался Филипп, нервно проводя рукой по своим рыжим волосам, мокрым от пота. – Я хотел просто подслушать, но вы говорите что-то странное. 

Причина позитивной атмосферы в рядах паладинов. 

Филип, который всегда улыбался. 

Сейчас был абсолютно холоден. 

– Вы не знаете, сколько раз командир игнорировал приказы Его Величества? Не понимаете, что у нас не осталось другого выбора, кроме как действовать, ведь если бы ситуация затянулась, то все наши рыцари погибли бы? 

– А. 

– И что это? Предательство? Говорите, что мы предали командира? Да? 

– Прекрати, – Аксион остановил нервничающего Филипа. 

Серена, словно поняв что-то, тут же извинилась: 

– Простите. Я… я совершенно не, не в себе. Оговорилась. 

Она дрожала, а выражения лиц Аксиона и Филипа были наполнены гневом. 

На это действительно было тяжело смотреть. 

Аксион… напрямую не выполнял приказы Императора… 

Лирис не знала этого, потому что Аксион ничего не говорил. 

За исключением Эноха и Оскара, никто не обладал властью, чтобы ослушаться приказов Императора. 

Только Аксион, кажется, держался до самого конца. 

– Нам больше не о чём говорить с вами. Просто откройте её ядро, выдайте ранг и всё закончится? Ребёнок больше не увидит вашего лица, – Аксион схватил Лирис за руку и попытался увести внутрь учебного центра. 

И в этот момент. 

– Ма, мама? – Лирис, внимательно следившая за разговором, оттолкнула руку Аксиона и метнулась к Серене. – Мама… ты – моя мама, верно? 

– …… – Серена запаниковала. 

Аксион и другие паладины также замерли, наблюдая за девочкой. 

– Ма, мама… ст, страшно. Эт, этот дядя забрал. Уа-а-а-а! 

– Эй, не плачь. Всё в порядке. Всё в порядке, – Серена обняла дочь, пытаясь утешить её, ведь она боялась Аксиона и других паладинов. 

А, быть ребёнком худшее, – Лирис, наблюдавшая за происходящим, коротко хохотнула. 

Я, тогда ещё не созревшая умом 7-летняя девочка, совершенно ничего не понимала. 

Возможно, поэтому ничего и не заметила. 

Передо мной была маленькая, добрая женщина, отличающаяся от больших и страшных рыцарей, поэтому я и потянулась к своей маме, которую видела впервые… 

Я плакала и цеплялась за неё. 

Словно мама была моим спасением. 

Идиотка. 

Не имея выбора, Серена повела юную Лирис в учебный центр. 

Ыа-а! Не ходи! 

Это место гиена огненная! – настоящая Лирис попыталась схватить маму за одежду, чтобы удержать, но это было бесполезно. 

Это правда ужасно! 

Лирис больше не хотела ничего видеть, и в тот момент, когда она собралась отойти в сторону. 

Её внезапно вырвало из сна та, словно за шкирку вытащили из воды. 

***** 

– Ху-а! – проснувшись, распахивая глаза, Лирис увидела яркий солнечный свет. 

Утро. 

Первой мыслью девочки было то, насколько же удивительны осознанные сновидения. 

Даже если бы меня молили рассказать весь оригинал, то я не смогла бы сделать этого. 

Почему же мне приснился этот сон? Можно повторить его? 

Лирис хотелось увидеть больше, но в то же время она думала, что больше не выдержит и именно в этот момент сон прекратился. 

Мастерство обрывания на самом интересном месте просто нереально, – с этой мыслью девочка села. 

– Ой? 

Рядом с ней лежал Энох. 

Почему-то мужчина поставил кресло рядом с кроватью и лежал на матрасе в неудобной позе. 

– Папочка что такое! Когда ты вернулся! 

Услышав голосок Лирис, Энох резко сел. 

– Нет, почему ты до сих пор не переоделся, это же неудоб… а-а-а! – Лирис шокировано закричала, увидев лицо своего папы. 

Что это такое. 

Что случилось? 

Почему, почему, чёрт побери… 

Почему глаза этого прекрасного главного героя такие? 

– Принцесса, хорошо спала? – спросил Энох, дрогнувшим голосом. 

Он с трудом открыл глаза, распухшие как брюхо рыбы-фугу. 

– Па, папа почему… к, кто это… 

– Мм. 

– КТО ПРЕВРАТИЛ ПАПУ В ЛЯГУШКУ?!!! 

.

.

.

– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –