Его смерть потрясла меня куда сильнее, чем Виктру. Она принимает командование, а я стою над трупом Рока. Меня будто парализовало. Он лежит ничком, мертвыми глазами уставившись в пол. У меня шумит в ушах. Война идет своим чередом. Виктра с решительным видом подходит к операционному отсеку синих.

— Есть ли среди вас те, кто не согласен, что этот корабль теперь принадлежит восстанию? – спрашивает она, но никто не издает ни звука. – Отлично! Исполняйте приказы – и сохраните свое звание! Если не можете сделать этого, скажите об этом сейчас, и будете отведены в отсек для военнопленных. Если же вы промолчите, но потом не станете исполнять приказы, получите пулю в лоб! Делайте свой выбор!

Семеро синих встают, и Холидей выводит их из операционного отсека.

— Добро пожаловать в ряды повстанцев! – говорит оставшимся Виктра. – Битва еще не выиграна! Мне нужен прямой канал связи с «Воем Персефоны» и «Титаном»! Вывести на главный экран!

— Подождите, – вмешиваюсь я. – Виктра, позвони им с планшета! Пока не надо афишировать, что мы захватили этот корабль.

Виктра кивает и набирает нужные коды на планшете. Перед нами возникают голограммы Орион и Даксо. Первой заговаривает темнокожая женщина:

— Виктра, где Дэрроу?

— Здесь, – быстро отвечает Виктра. – Как у вас? Есть новости от Виргинии?

— Треть вражеских кораблей захвачена! Виргиния в эвакуационной капсуле, ее подхватит «Эхо Исмении». Севро сейчас на втором флагмане, время от времени рапортует, идет вперед. Телеманусы и Раа отбиваются как могут…

— Наши силы равны, – вступает в разговор Даксо. – Нужен «Колосс», и тогда перевес окажется на нашей стороне. Отец и сестры высадились на «Пандору», ищут Антонию…

Слушаю разговор, но мне кажется, что все это происходит в каком-то другом мире. Сквозь пелену горя все же чувствую, как ко мне подходит Сефи.

— Этот человек был твоим другом, – говорит она, вставая на колени рядом с телом, и я коротко киваю. – Он не ушел, остался вот тут, – дотрагивается она до сердца. – Он – там, – продолжает черная, показывая на звезды, мерцающие на голограмме.

Гляжу на нее в удивлении: не ожидал услышать такие слова от черной. Уважение, с которым она относится к Року, не исцелит моих ран, но теперь пустота не кажется мне бездонной.

— Пусть он видит, – указывает она на Рока.

Его сияющие золотые глаза смотрят в пол. Снимаю импульсную перчатку и закрываю ему веки. Сефи улыбается, я поднимаюсь с колен и встаю рядом с ней.

— «Пандора» движется в сторону сектора Дэ-шесть, – сообщает нам Орион о перемещениях Антонии. – А теперь Дэ-семь!

На дисплее видно, что корабли Северус-Юлии отделились от армады Меча, стреляют друг в друга и пытаются сбросить облепившие их личеры. Антония переводит всю энергию в двигатели, ослабляя защитные поля, она хочет выйти из-под огня.

— Уходит! – пораженно шепчет Виктра. – Маленькая засранка решила спасти собственную задницу!

Преторы Сообщества, должно быть, глазам своим не верят. Даже если бы «Колосс» под моим командованием присоединился к битве, наши флоты были бы равноценны, битва продолжалась бы еще часов двенадцать и обе стороны выложились бы по полной, а теперь вся их стратегия рухнет.

Не знаю, из каких соображений действует Антония – трусости или предательства, – но она только что преподнесла нам победу на блюдечке с голубой каемочкой!

— Она оставила нам лазейку! – сообщает Орион.

Синяя всматривается в даль, потом синхронизируется с капитанами кораблей и своим судном и направляет в покинутый Антонией регион большие тяжеловооруженные корабли, оказываясь на фланге основных сил противника.

— Не дайте Антонии уйти! – шипит Виктра.

Ни у Даксо, ни у Орион нет свободных кораблей, которые можно было бы послать в погоню за Антонией. Все силы брошены на то, чтобы воспользоваться неожиданно свалившимся нам на голову преимуществом.

— Мы можем поймать ее! – говорит Виктра самой себе. – Подготовить двигатели к шестидесятипроцентному броску, потом повышаем десять к пяти! Рулевой курс на «Пандору»!

Пытаюсь трезво оценить ситуацию. В этом участке зоны боевых действий на данный момент лишь наш корабль готов вступить в сражение, остальные в дрейфе. Однако «Колосс» пока не делал заявлений и не предпринимал никаких действий, поэтому вряд ли кто-то вообще знает, что его захватили повстанцы. Значит, перед нами открываются возможности, о которых я раньше не думал.

— Отложить выполнение приказа! – резко произношу я.

— Нет! – налетает на меня Виктра. – Дэрроу, мы должны поймать ее!

— У нас есть дела поважнее!

— Но она сбежит!

— А мы ее выследим!

— Не выследим, если дадим ей большую фору! Мы здесь застрянем на несколько часов! Ты обещал мне голову моей сестры!

— И я сдержу свое слово! Подумай о других! – Я отворачиваюсь. – На мостике защитное поле отказало!

Не обращая внимания на сердитые взгляды разгневанной женщины, я отхожу от тела Рока к иллюминаторам. Бронированные жалюзи медленно поднимаются, и я смотрю в зияющую черноту космоса. Вдалеке на фоне мраморной поверхности Юпитера мерцают и вспыхивают огни кораблей. Под нами находится Ио, а слева сияет застроенный городами Ганимед, отсюда кажущийся величиной со сливу.

— Холидей, всю пехоту – на защиту мостика и охрану корабля! Сефи, ты отвечаешь за двери! Рулевой, курс на Ганимед! Ни один корабль Сообщества не должен узнать, что мостик взят, это всем ясно? Никаких трансляций! – повторяю я, и синие в точности выполняют мои приказы.

— На Ганимед?! – спрашивает Виктра, провожая взглядом корабль сестры. – А как же Антония, битва…

— Битва уже выиграна, об этом позаботилась твоя сестра.

— Но что же ты задумал?

Двигатели корабля ревут, мы быстро удаляемся от обломков «Пакса» и разбитой ударной группы Виргинии.

— Выиграть еще одну войну! А сейчас прошу меня простить, – говорю я, вытираю кровь с колена и лица, надеваю шлем.

Передо мной появляется голографический дисплей, и через некоторое время слева на экране начинает мигать входящий вызов от Ромула. Подхожу не сразу, дышу часто-часто, будто долго бежал, потом отвечаю. Лицо Ромула возникает слева, на одну восьмую экрана. Вокруг лорд-губернатора огонь, изображение нечеткое, ничего не вижу, кроме его головы в шлеме.

— Дэрроу, где ты?

— В коридорах, – задыхаясь, говорю я и падаю на одно колено, словно в изнеможении. – Идем к мостику «Колосса»!

— Вы еще не вошли?

— Рок изолировал все отсеки, пробиваемся с трудом!

— Дэрроу, слушай меня внимательно! «Колосс» изменил траекторию и направляется на Ганимед!

— Доки! – возбужденно шепчу я. – Он идет к докам! Есть кого послать на перехват?

— На нужных позициях никого! Если Октавия поймет, что проиграла, то просто уничтожит нас! Эти доки – будущее моего народа! Ты должен взять мостик любой ценой!

— Знаю, и я это сделаю! Но Ромул… У него на борту ядерные боеголовки. А если он летит не к докам?

— Останови его! Прошу тебя, Дэрроу! – Ромул бледнеет. – Ведь здесь живет и твой народ!

— Я постараюсь сделать все, что в моих силах!

— Спасибо тебе, Дэрроу! И удачи! Первая когорта! За мной! – кричит он и отключается.

Под изумленными взглядами подчиненных снимаю шлем. Они не слышали разговора, но прекрасно понимают, что я делаю.

— Ты собираешься разрушить верфи Ромула на Ганимеде… – произносит Виктра.

— Твою ж мать! – бормочет Холидей. – Твою мать!

— Я ничего разрушать не собираюсь, – отвечаю я. – Я сейчас пытаюсь прорваться к мостику, истекая кровью в коридорах «Колосса». Это Рок решил напоследок нанести удар по верфям, еще до того, как я взял командование над кораблем.

Виктра оживляется, но ее одолевают сомнения.

— Если Ромул об этом узнает или у него появятся подозрения, он станет обстреливать наши корабли, и все, чего мы сегодня добились, пойдет прахом!

— А откуда он узнает? – Я оглядываюсь по сторонам. – От кого? Холидей, если кто-то попытается выйти в эфир – стреляй в голову!

Допустим, мне удастся разрушить верфи на Ганимеде, и тогда окраина не будет представлять для нас опасности в ближайшие пятьдесят лет. Сегодня мы с Ромулом – союзники, но я знаю, что он начнет войну против центра, если восставшие одержат верх. Ради этой победы мне пришлось пожертвовать Роком и Сынами Ареса на Газовых Гигантах, так что я заберу у Раа кое-что взамен. Случайно опустив глаза, вижу, что мои ботинки оставляют красные следы. Я даже не заметил, как прошел по крови Рока.

Лавируя, «Колосс» выходит из скопления обломков нашего с Виргинией флота и на полной скорости несется от Юпитера к Ганимеду, стремительно удаляясь от планеты. С отчаянием смотрю, как губернаторы Газовых Гигантов посылают свои самые быстрые суда на перехват. Приходится сбить их. Гордость и надежда народа Ромула – цеха, конвейеры сборки и мастерские, расположенные на этом унылом кольце из серого металла. Теперь их сила и будущее – в моей власти.

Приблизившись к сияющему бриллианту Ганимеда, я вывожу «Колосс» на параллельный курс с этим монументом промышленности, построенным на орбите на уровне экватора. Валькирии собираются у панорамного иллюминатора за нашей спиной. Сефи с благоговением созерцает величие и триумф золотых. Двести километров доков, сотни погрузчиков и грузовых транспортов – здесь рождены величайшие корабли в Солнечной системе, в том числе «Колосс». Подобно мифологическому чудищу, дева-воительница должна пожрать свою мать, чтобы исполнить предначертание судьбы. А наша судьба – нападение на центр.

— Это построили люди? – тихо и почтительно спрашивает Сефи, оглядываясь на валькирий, многие из которых от изумления опустились на колено.

— Мой народ, – отвечаю я, – алые.

— Строительство началось двести пятьдесят лет назад. Вот тогда и появился первый док, – рассказывает им Виктра, стоя плечом к плечу рядом со мной.

Сотни эвакуационных капсул, словно цветы, распускаются на металлическом каркасе верфей. Здесь понимают, зачем пришел флагман. Эвакуируют старших администраторов, надсмотрщиков. Я не питаю никаких иллюзий насчет того, кто погибнет, когда мы нанесем удар.

— Там останутся тысячи алых, – тихо говорит мне Холидей, – тысячи оранжевых, синих, серых…

— Думаешь, он не знает? – оборачивается к ней Виктра.

— Вы уверены, что хотите этого, сэр? – не унимается Холидей.

— Хочу? – мертвым голосом спрашиваю я. – С каких это пор мы делаем то, что хотим?

Собираюсь отдать рулевому приказ стрелять, и тут Виктра кладет мне руку на плечо и громким, звонким голосом истинной аурейки произносит:

— Рулевой, открыть огонь из всех батарей! Запуск торпед двадцать один на пятьдесят по центру!

Мы стоим плечом к плечу и наблюдаем, как наш корабль уничтожает беззащитные доки. Сефи глядит в иллюминатор с глубоким благоговением. Она посмотрела много видеозаписей военных действий, но до этого момента война в ее представлении ограничивалась тесными коридорами, бегущими пехотинцами и огнестрельным оружием. Впервые в жизни черные видят, на что способен боевой корабль, а я впервые замечаю страх в глазах Сефи.

Гибель верфей ужасна: без песни, без единого звука, в полной тишине, под немигающим взглядом звезд пропадает величайший памятник эры золотых. И где-то на задворках сознания тьма нашептывает мне древнюю мудрость: смерть одного влечет за собой смерть второго, смерть второго – смерть третьего, и так до бесконечности…

Этот момент куда печальнее, чем мне бы хотелось. Поворачиваюсь к Сефи, не в силах больше глядеть на гибнущие доки. Обломки металла медленно летят в сторону луны, вскоре они упадут в море или на города Ганимеда.

— Кораблю нужно новое имя. – Я смотрю черной в глаза, на ее лице играют белые отсветы. – Хочу, чтобы назвала его ты.

— «Tyr Morga», – не задумываясь, отвечает она.

— А что это значит? – спрашивает Холидей.

Гляжу из панорамного иллюминатора на волну взрывов, сотрясающую доки, на эвакуационные капсулы, сгорающие в атмосфере Ганимеда, и говорю:

— Это значит «Утренняя звезда».