— Если вы в чём-то виноваты, то вы извиняетесь.

Это элементарные манеры. Не то чтобы меня не учили этому в детстве — я уже не помню, то ли это был школьный учитель, то ли родители, то ли бабушка с дедушкой, то ли какой-то незнакомый старик, но этот человек меня всему научил.

Но он научил меня ещё одной вещи.

Если бы извинение могло решить все проблемы, то не было бы необходимости в полиции.

…Конечно, будучи старшим сыном в семье полицейских, ты, скорее всего, не согласишься с таким заявлением.

Если бы простое «извините» решало все проблемы, твоя семья потеряла бы работу. Хотя, безусловно, сама идея о том, что вся работа полицейских заключается в том, чтобы ловить плохих парней, тоже весьма предвзята. Это как в каком-нибудь стереотипном полицейском сериале, где начальник орёт: «Да ты у меня экзамены по вождению принимать будешь!»… Пожалуй, даже я соглашусь, что это заслуживает извинений.

В конце концов, это же очень важная работа, не так ли?

Если бы все десять миллионов полицейских по всей стране только и делали, что занимались выдачей водительских прав, разве не было бы это мирной утопией… что?

В Японии нет десяти миллионов полицейских?

«Каждый десятый — полицейский, это уже какое-то княжество Монако»?

А что не так с Монако?

Там гораздо спокойней, чем в Японии, знаешь ли.

Хотя, конечно, в немалой степени их безупречный общественный порядок объясняется камерами слежения — да, общественный порядок.

Предотвращение преступлений — это же тоже работа полицейских, не так ли? Пусть наш разговор и отклонился в международное русло, но поскольку к желаемому выводу я всё-таки пришла, думаю, извиняться не стоит.

Мне нет нужды говорить «прости».

Не извиняется тот, в ком нет чувства вины — не просит прощения тот, кто не любит просить.[1]

И всё же, как бы привлекательно звучала эта мысль, утопия остаётся утопией — если бы кто-то на самом деле сказал мне что-то вроде: «Если бы извинение могло решить все проблемы, то не было бы необходимости в полиции», то я бы наверняка захотела в вызывающей манере ему ответить, что всё равно не стану просить прощения.

Я и так не желаю извиняться.

Но в подобной ситуации моё нежелание возросло бы в разы.

Впрочем, на самом деле извинения ведь не решат всех проблем, верно? Значит они бессмысленны, не так ли? Нет, правда, на эту тему существует много дискуссий.

Часто так происходит, когда извинения вместо того, чтобы решить проблему, лишь всё усугубляют — уверена, ты тоже бывал в таких ситуациях.

Таких неситуативных ситуациях.

Бывают извинения, когда ты считаешь себя виноватым, и есть извинения, когда ты просто хочешь, чтобы тебя простили, но на самом деле всегда существует и нечто среднее — когда ты и чувствуешь свою вину, и ищешь прощения, потому и извиняешься.

Проблему не решить словом «прости», поэтому я говорю «прощай».

Но разве не естественно человеку считать, что раз подобная сделка невозможна, то и компромисс в виде извинений тоже не принесёт никакой выгоды?

Если ты думаешь, что такие слова как «сделка» и «выгода» неуместны в контексте извинений, то, полагаю, рефлекторное «Ой, простите», которые ты можешь произнести, когда случайно столкнёшься с кем-то в коридоре или наступишь на ногу — это поистине самый искренний вид извинения.

Смотри, в этом есть своя правда.

Ведь легко брошенное извинение так же легко и принять — в то время как официальное и основательно извинение требует столь же официального принятия.

Даже если ты просо захочешь отпустить ситуацию, это же не будет считаться прощением.

Простить другого человека так же непросто, как извиниться перед ним, не так ли?

Поэтому я не извиняюсь.

И не прощаю.

* * *

[1] Совершенно непереводимая игра слов в особой концентрации. 御免状の御免──免じて許す、免許かしら (Go-menjō no gomen ─ menjite yurusu, menkyo kashira) По сути это просто размышление о забавной игре слов. Слово «go-menjō» значит «диплом» (например, диплом учебного заведения) или лицензия (в том числе лицензия на вождение, то есть водительские права), приставка «go-» в начале лишь добавляет почтительный тон. В то же время слово «gomen», которое пишется теми же иероглифами, означает «извинение». Фраза «menjite yurusu» означает примерно «простить кого-либо, учитывая обстоятельства», а слово «menkyo» является синонимом «menjō» и тоже может переводится как «лицензия» или «разрешение».