В общем, тем человеком, что поднял всю шумиху, была Дзёраку Отиба, но даже сейчас я не уверен, что готов полностью принять такое положение вещей. Этот факт просто не укладывается в моей голове, застревает в горле. Его привкус всё ещё у меня во рту. И если следовать традициям и попытаться организовать что-то вроде добротного вступления, то я должен сейчас перечислить какие-нибудь особые приметы этого человека, но, когда речь идёт о Дзёраку Отибе, я понятия не имею, что мне о ней можно написать, что мне о ней нужно написать и что мне о ней писать не стоит.

Потому что никаких особых примет нет.

Я не могу выделить в ней ничего особенного.

Да и не только особенного, вообще ничего выделить не могу.

Мой бланк для ответов пуст.

По секрету скажу, что я, нет, мы интересуемся интересными людьми, любопытные люди нам любопытны — мы поражаемся чудакам, нас странно влечёт к странным персонам, мы любим гениев и без ума от дураков.

Особые люди вызывают у нас особые чувства.

Мы хотим их выделить.

Но это всё не относится к Дзёраку Отибе.

Она не аристократичная девица со страстью к канцелярским принадлежностям, не девочка, постоянно прикусывающая свой язык, не недосягаемая суперзвезда, не миленькая ученица средних классов и не староста из старост.

Она — Дзёраку Отиба.

Конечно, разыскивая её — причину или даже виновницу всего произошедшего — я в целом обрисовал для себя что-то вроде её профиля, но на поиски ушло так много времени вовсе не из-за недостатка информации, а из-за того, что эту информацию можно было с тем же успехом заменить на любую другую.

Беспрецедентное развитие событий.

Хотел бы я так сказать, но уверен, что в прошлом такое уже случалось много-много раз… Просто я всегда был слишком отвлечён, чтобы это заметить. Потому что помимо неё есть и другие, такие же как она… И их очень много.

Бесчисленное количество.

И совершенно необязательно, что преступницей и зачинщиком всех событий должна была быть именно она — это могла быть она, мог быть кто угодно другой, мог быть даже я.

Рассуждать в таком ключе… немного странно.

Почему же это был не я?

Не то, чтобы мне недоставало злости — не могу сказать, что во мне не пылала ярость при одной мысли, что она подняла вокруг меня такой беспорядок, но положение дел было слишком серьёзным, чтобы позволить гневу взять верх, ведь в такую ситуацию мог попасть каждый.

Нет.

Такую ошибку мог допустить каждый.

Поэтому — её нужно простить.

Каким бы обширным ни был нанесённый вред, сколько бы бед она ни оставила в прошлом, сколько бы проблем не создала в будущем, каким бы невосполнимым ни был ущерб, нам нужно простить её неумышленное преступление.

Даже если она ни единого слова не скажет в своё оправдание.